Неко

      Рейта проснулся от звука спускаемой воды в туалете, что находился рядом с его комнатой. Звук казался чужим в его обычно пустой квартире, где только он один создавал шум по утрам. Он подскочил и столкнулся с выходившим из ванной Неко, сонно протирающим глаза. Рейте подумалось, что он был крайне мил со спутанными волосами.       – Я не хотел вас будить, простите! – поклонился он.       – Все нормально, я все равно хотел через десять минут вставать. Тебе хорошо спалось?       – Очень! Кровать такая мягкая, – счастливо сказал он. Он первый раз за этот день улыбнулся, и Рейта ответил на это такой же улыбкой. Неко правда спал хорошим и явно пошедшим ему на пользу сном.       – Я схожу в ванную и сделаю кофе, – сказал Рейта, проходя мимо Руки.       – Нет! Позвольте мне это сделать, пожалуйста, – взмолился Неко. – Вы уже сделали так много для меня…       Рейта было собрался с этим поспорить, но увидев, как отчаянно выглядел Неко, просто кивнул и прошел в ванную. Когда он вышел, то увидел Руки, стоявшего у раковины.       – Я не хотел трогать ваши вещи… – объяснил он, не глядя Рейте в глаза.       – Ты можешь чувствовать себя как дома, Руки, – сказал Рейта, подойдя к нему ближе. Его ушки двигались, показывая, что он внимательно его слушал. – Ты ведь правда останешься, не так ли? – с надеждой проговорил он. Неко столкнулся взглядом с Рейтой, в глазах которого плескалась забота.       – Мне правда некуда идти… Но я вам не помешаю, обещаю!       Рейта улыбнулся, и Руки повторил эту улыбку. Рейта удерживал себя от того, чтобы обнять Руки, который боролся с тем же самым желанием. Он знал, что Рейте вовсе не понравился его поступок прошлой ночью, а потому он боялся его касаться сейчас. Проблема была в том, что Неко был очень привязчивым и любил трогать других, а также когда касаются его самого, и чувствовал крайне сильное желание касаться Рейты всякий раз, когда тот был мил с ним. Но он бы не посмел, если бы мужчина не захотел этого.       – Эй, – Рейта смотрел на шею Неко. Сейчас, когда он видел его при свете дня, он заметил бледные следы по всей шее Неко, напоминающие по форме веревку или что-то такое. – Что это?       – Ох, – Руки прикрыл след, который уже начал понемногу рассасываться. – Это от ошейника, который я носил. На нем был ярлык с именем моего владельца. Я снял его, когда он меня бросил, – с грустью сказал он.       – Он заставлял тебя носить ошейник? – сердито спросил Рейта.       – У каждого Неко есть такой, Рейта-сан. Он показывает, кому мы принадлежим.       – Но это неправильно!       Неко мог понять его удивление. И вправду, Рейта на самом деле ничего не знал о Неко.       – Чем вы обычно завтракаете, Рейта-сан? – он явно попытался перевести тему.       – Я просто пью кофе, – ответил Рейта, не желая углубляться в этот разговор. Его бы это только разозлило.       – Но ведь нехорошо покидать дом с пустым животом, – сказал Неко и немедленно прикрыл рот ладонями. – Извините, я не хотел осуждать вас.       – Не надо следить за всем, что ты делаешь в моем присутствии, Руки, – Рейта сел за стол. – Я не разозлюсь на тебя, – улыбнулся он, и Неко кивнул. Он двинулся к шкафчику и глянул на Рейту, кивнувшего в ответ. Это было все, что было нужно Руки, чтобы начать готовить.       Рейта наблюдал за его проворными движениями, за поисками ингредиентов, которые могли понадобиться для чего бы то ни было, что Руки планировал приготовить, в шкафчиках и холодильнике. Даже не зная наверняка, Руки приготовил любимое блюдо Рейты: сладкие блинчики. Руки накрыл на стол и сел с Рейтой, готовый начать завтракать, поставив перед собой большую кружку молока.       – Сегодня я куплю больше молока, – сказал Рейта, наливая себе кофе, который приготовил Руки. Все было по-настоящему вкусным.       – Не стоит, Рейта-сан. Вам оно не нравится, поэтому не стоит покупать.       – Да, но тебе нравится, – сказал он, и Неко благодарно улыбнулся.       – Вы идете сегодня на работу, Рейта-сан?       – Да, ведь все еще пятница.       – Где вы работаете? – Рейта почувствовал себя немного странно из-за подобных вопросов.       – В финансовом отделе.       – Это так здорово! – искренне воскликнул Руки.       – Ага, ну… Это не самая классная работа в мире, но зарплата хорошая.       – Я бы тоже хотел иметь работу… – мечтательно протянул Руки.       – Ты никогда не работал?       Руки помотал головой.       – Сколько тебе лет?       – Двадцать два, – он был на пять лет моложе Рейты.       – А твой предыдущий… владелец… не позволял тебе работать?       Вновь Руки помотал головой.       – Неко не работают за пределами своих домов, – объяснил он. – Вы не видите, как мы ходим утром на работу, не так ли?       Рейта покачал головой. Вообще он вспомнил, что видел Неко, быстро прошедшего дальше по улице, всего единожды.       – И ты был внутри дома целый день?       Руки кивнул, не понимая недоумения Рейты. Для него было нормальным оставаться дома целый день, занимаясь теми домашними делами, которые он должен был выполнять. Он хотел работать, чтобы иметь собственные деньги, особенно теперь, но если бы он мог, он бы никогда не покинул квартиру Рейты; только не после всего плохого, что пришлось ему пережить на улице.       – Мне пора одеваться, а то опоздаю, – Рейта встал со стула. Он хотел задать Неко множество вопросов, но ему было нужно более лучшее место и лучшее время, чем быстренький разговор за завтраком.       – Я уберу со стола, – сказал Руки и занимался именно этим, пока Рейта собирался. Он надел брюки и рубашку, а также плотное пальто поверх костюма. Когда он вышел из спальни, Руки уже ожидал его у двери. Так ли он делал со своим предыдущим хозяином?       – Руки, мне нужно запереть дверь, я не могу оставить ее на весь день открытой, но я не хочу, чтобы ты чувствовал себя заключенным здесь, – хоть он и сказал это, он все равно чувствовал, будто запирает Неко в своей квартире, чтобы тот не сбежал. Ведь он правда хотел, чтобы он остался.       – Не волнуйтесь, я к этому привык, – тусклая улыбка от Руки в ответ.       – Вот дубликат ключа, – совершил Рейта самое, казалось, безответственное, что только мог. – Ты можешь пойти куда-нибудь, как только пожелаешь, окей? – спросил он, и Неко кивнул в ответ, не имея каких-либо намерений на самом деле покидать квартиру. – Чувствуй себя как дома, ешь что хочешь, ладно? Я могу уйти сегодня с работы пораньше, а когда вернусь домой, то пойдем тебе за новой одеждой, – Рейта улыбнулся.       – Одеждой? – переспросил Неко, очень по-кошачьи наклонив голову набок.       – Да. Тебе нужен полностью новый гардероб, верно?       – Нет, Рейта-сан! Правда, не нужно этого…       – Ну конечно нужно, – сказал Рейта. Здесь он не хотел отступать и уступать.       – И еще… Я не хочу выходить на улицу так скоро… – проговорил Неко. От одной мысли выйти в этот враждебный мир начинало подташнивать. Рейта хотел поспорить, сказать, что он будет вместе с ним, однако у него все еще не было машины, а потому до метро надо было чуть ли не бежать. Рейта дал Руки номер своего телефона на случай, если что-нибудь понадобится.       – Поговорим об этом позже, – сказал он.       – Хорошего рабочего дня, Рейта-сан, – дружелюбно пожелал Неко. Рейта попрощался и двинулся в сторону работы. Он знал, что босс будет рвать и метать, если он опоздает. По пути на работу ему выдалось время подумать о том, что он наделал. Рейта знал, что находится в довольно щекотливой ситуации. Он пообещал себе, что поможет Неко, пока тот не сможет наладить свою жизнь и жить самостоятельно, а также он знал, что едва ли понимал всю ответственность, взятую на себя.       Рейта прекрасно осознавал, что Руки был взрослым, но он выглядел таким потерянным и нуждающимся в заботе, что Рейта просто не мог удержаться от желания помогать ему.       Добравшись до работы, он быстро поприветствовал коллег и прошел к своему столу, одному из пяти в офисе. Он сел в тот момент, когда босс проходил мимо дверей, а потому не заметил его семиминутное опоздание. Он проверил почту и увидел сообщения от своего друга Аоя, благодарившего за неприсоединение к нему и Урухе вчерашним вечером, потому что вчера он провел замечательный вечер. Рейта улыбнулся и накатал ему короткий ответ. Он начал писать о Руки, но подумал еще раз и решил поделиться этим со всеми тогда, когда все немного устаканится.       Утро пролетело быстро, как и всегда, и у Рейты не было времени думать о Неко или о том, чем он мог заниматься. Он спустился в кафетерий, перекусив на скорую руку, и тут же вернулся в офис. У него еще оставалось 45 минут от обеденного перерыва, и наконец появилась возможность позвонить домой. Он набрал номер и с нетерпением ждал, когда Руки возьмет трубку, но гудки остались без ответа. У Рейты засосало под ложечкой. Неко ушел?       Он закрыл лицо ладонями и глубоко вдохнул. Нет нужды сейчас волноваться. Он включил монитор компьютера и стал искать информацию о Неко.       В процессе поиска Рейта узнал, что Неко были результатом модификаций на генном уровне, чем занималась только одна лаборатория во всей стране. Предоставленные анонимно яйцеклетки и сперма проходили генетическое изменение, где доминирующие гены кошек внедрялись на одной из стадий формирования эмбриона. Эмбрионы вынашивались добровольно согласившимися суррогатными матерями, а после рождения малышей перенаправляли в специальное место, где их растили, как и любых обычных детей. Насколько Рейта понял, эти места являлись чем-то средним между приютом для сирот и школой-интернатом. Там проводились уроки, а разнообразие всяческой деятельности помимо учебной поражало; но все же Неко были там заперты.       Они проживали там до 13 лет, после чего выставлялись на продажу заинтересовавшимся в них покупателям. Рейта узнал все это из разных источников. На официальном веб-сайте компании говорилось, что Неко являлись хорошими сожителями и что к ним нужно относиться с уважением, но Рейта был не дурак, осознавая, для чего именно они создавались: быть секс-игрушками для богачей. Подобные истории о Неко он слышал на протяжении всей жизни, и поэтому у людей сложилось о Неко плохое впечатление.       Они были существами того мира, о котором знало ограниченное количество людей. Рейта потерял счет всем просмотренным веб-сайтам, которые он, впрочем, быстро закрывал, так как созданы они были людьми, агрессивно настроенными против создания Неко, утверждая, что те являлись отклонением от нормы и против Божьей воли. Часть Рейты могла понять эту точку зрения, но теперь, когда он встретил Руки, такого рода размышления были противны.       Конечно же, мнение этих людей ничего не значило, так как в проект вложены и продолжают вкладываться большие деньги. Рейта нигде так и не смог найти точную стоимость Неко, даже на сайте компании, где нужно было предоставить номер кредитной карты просто чтобы зарегистрироваться. Рейта не горел желанием предоставлять подобную информацию, так что он просто изучил доступные разделы сайта.       Компания ясно говорила о том, что именно изменено в генах Неко. Уши и хвост были самыми явными кошачьими признаками, также некоторые могли родиться с ускоренным ростом ногтей. Кошачья ловкость была сохранена в Неко, равно как и совершенный слух с обонянием. Компания хвасталась тем, что Неко могли мурлыкать, а по коже Рейты пробежали мурашки при воспоминании, как мурлыкал Руки прошлой ночью.       То, что они создавались в качестве секс-игрушек, было видно аж на сайте. Компания без опаски говорила, что они изменили и некоторые специфичные части, например, языки. Они не были такими же шершавыми, как у обычных котов; веб-сайт утверждал, что они были даже мягче. На сайте также говорилось, что в результате генетического нарушения Неко не могли подхватить венерические заболевания, а женщины-Неко не могли забеременеть. Рейта мог только догадываться, какой была жизнь Руки.       На сайте было упоминание и о некоторых недостатках, например, некоторые Неко были ленивыми или сонливыми, а иногда и агрессивными по отношению к незнакомцам. Но, так или иначе, они были замечательным выбором для того, кто ищет игрушку. Рейту затошнило. Как кто-то мог купить человека для подобных целей? Особенно тринадцатилетнего! Он пошел в уборную и умылся, беспокоясь о Руки все больше и больше. Ему хотелось вернуться домой и убедиться, что он все еще там.       Он вернулся на рабочее место и прикинулся, что работает, пока звонил домой еще раз, снова оставшись без ответа. Чувствуя поражение, он углубился в работу, пытаясь забыть о Руки до тех пор, пока не кончится рабочий день. Послеобеденное время тянулось как резиновое. Ноль концентрации, а потому Рейта не смог сделать и половины того, что было запланировано. Но он не мог задерживаться – только не сегодня.       – Хикару-сан, – обратился он к коллеге, ответственному за предоставление отчетов боссу. Тот оторвался от компьютера и дружелюбно улыбнулся.       – Я еще не закончил с подсчетами для Такеру-сана, но я не могу сегодня работать допоздна. Я возьму работу на дом, а завтра утром – крайний срок, – отошлю вам. Вы не могли бы написать в отчете, что я завершил их сегодня? Танака-сан не увидит бумаг до утра понедельника, – сказал он.       – Конечно, Рейта. Не можешь остаться по каким-то важным причинам? – слабо улыбнулись в ответ. Рейта растянул губы в улыбке.       – Мне кое о чем нужно позаботиться как можно скорее.       – Без проблем. Только отошли мне до обеда, а то на завтрашний вечер у меня есть планы.       – Хорошо! Большое спасибо, – поклонился Рейта и распрощался, чуть ли не бегом добираясь до железнодорожной станции. Казалось, дорога до дома длилась час вместо обычных 35 минут. Войдя в здание дома, он был поприветствован грубым «добрый вечер» от охранника Сайто, сидящего на ресепшене. Кажется, он был не в восторге от того, кого Рейта привел накануне.       Его сердцебиение участилось, когда он открывал дверь в квартиру. Дома было тихо. Он включил свет, уставившись широко раскрытыми в удивлении глазами на то, что увидел. Все аж сияло от чистоты. Нигде не было ни пылинки, все лежало на своих местах, а в самой квартире пахло чистящими средствами; еще никогда тут не было так убрано.       – Рейта-сан!       Рейта испугался, услышав голос позади себя. Неко был абсолютно бесшумен.       – Руки… – сказал он, и Неко улыбнулся. Его волосы были мокрыми, на нем было надето то же, что и вчера, разве что только идеально чистое.       – Как на работе? – спросил он, и теперь была его очередь пугаться, когда Рейта притянул его для объятия. Рейта был даже счастливее, чем думал, когда убедился, что Руки все еще был здесь. К его удовольствию, Руки тут же начал мурлыкать, обвив его своими руками. Рейта прикрыл глаза и отдался во власть ощущений на несколько мгновений, перед тем как отпустить Неко. Малыш снова глянул на него с самой искренней улыбкой, и Рейте пришлось удержать себя от повторных объятий.       – Что ты здесь сделал? Моя квартира еще никогда не была настолько чистой!       – Я хотел отблагодарить вас за то, что приютили меня, и подумал, что это будет наилучшим, с чего можно начать, – смутился он в ответ. Он думал о предыдущем вечере и что он пытался сделать, чтобы ублажить Рейту, и как тот взъярился. Хотя Руки не мог понять почему, так как секс был столь же обыден, сколь и еда, и дыхание, но он не хотел злить Рейту снова. Он был больше чем счастлив от такого спонтанного объятия.       – Тебе не нужно было делать это… – начал Рейта, но Руки его перебил:       – Я знаю, но я хотел так сделать. Я только что закончил с уборкой, но сейчас же займусь приготовлением чего-нибудь поесть, – сказал он, направляясь к кухонной раковине.       – Руки, ты не обязан готовить и вообще что-то для меня делать, – попробовал-таки Рейта. – Ты уже слишком устал из-за этой генеральной уборки.       – О, это пустяк, – ответил Руки, делая Рейте сэндвич. Мужчина с грустью посмотрел на парня. И это являлось всей его жизнью? Заботиться о порядке и желаниях хозяина год за годом, будучи запертым в доме?       – Руки… – начал он, намереваясь спросить именно это, но Неко обернулся с улыбкой на лице. Рейта знал, что эта улыбка исчезнет тут же, стоит лишь спросить о его прошлом, а потому он поменял вопрос: – Почему ты не брал трубку сегодня? Куда-то выходил?       – Нет, я был тут весь день, но я не хотел поднимать трубку вашего телефона, Рейта-сан…       – Я не возражаю, если ты будешь отвечать на звонки. Вероятно, звонил только я, потому что люди знают, что я на работе, и звонят мне на мобильный.       – Хорошо, – Руки держал в руке сэндвич, протягивая его Рейте. – Вот, заморите червячка, пока я готовлю ужин, – Неко налил себе стакан молока, а Рейта вспомнил, что в спешке домой забыл купить молока для Руки.       – А разве ты не собираешься тоже поесть?       – Я только что перекусил, – был ответ. Он хотел спросить Рейту, купит ли он молока, как было сказано утром, но не осмелился. Руки сказал, что это не являлось необходимостью, но сейчас его тело жаждало его. Будто прочитав мысли, Рейта сказал:       – После работы я сразу пришел домой, но я куплю тебе молока вечером, окей?       – Спасибо, – пробормотал Руки, смущенный, а потому не споривший.       – Пошли со мной? Заодно купим тебе новой одежды.       – Я… Я… – запнулся Неко, опустив ушки. – Я бы предпочел не покидать дома, если вы не возражаете…       – Я буду с тобой, Руки, разве это ничего не меняет?       По факту, это меняло все. Руки знал, что пока Рейта рядом, ему никто не навредит, но он правда не привык выходить на улицу, а от одной лишь мысли о людном супермаркете или магазине он задрожал.       – Хорошо, прости. Я не буду настаивать, – сказал Рейта, заметив, как неуютно себя почувствовал Руки. – Я быстренько приму душ и пойду. И не жалуйся, если не понравится купленная мной одежда, – пошутил он.       – Вам правда не нужно делать этого, Рейта-сан. У меня есть эта одежда, я могу также носить ту, что вы одолжили, пока я буду стирать эту. Я уже привык к этому, не беспокойтесь.       Рейта почувствовал, как уже знакомая ярость к предыдущему хозяину Руки вернулась. Да что за типом был этот человек?!       – Какой у тебя размер обуви? – решил он. Руки вздохнул и предоставил всю информацию о размере его одежды. Вскоре Рейта принял душ, после обнаружив Руки на кухне.       – Я пока начну готовить ужин, но не торопитесь.       Руки улыбался, чувствуя себя комфортнее, чем днем ранее. Рейта улыбнулся в ответ, но не смог сдержать порыв легкого сочувствия к Неко, который привык ублажать других людей, закрывая глаза на собственные нужды.       – Я не задержусь. Обычно я покупаю одежду в магазинчике неподалеку, а продуктовый находится всего через пару кварталов. Разве что нужно поторопиться до закрытия, – сказал он, а затем попрощался с Руки и ушел.       Руки остался на кухне, размеренно готовя ужин. У Рейты было не так много свежих продуктов, но Руки приходилось готовить из того, что имелось. Он наелся вчера, утолив чувство голода, преследовавшее его на протяжении последних нескольких дней.       Теперь в компании Рейты он чувствовал себя более свободно. Как он и ожидал, мужчина не навредил ему. Руки чувствовал, что он ужасный Неко, раз Рейта так сильно тратился на него и старался облегчить его жизнь настолько, насколько это было возможно. Руки нравилось делать что-то для него, а уж готовка и уборка вовсе ничего не стоили. Они были единственным, что Руки умел делать хорошо, и он был рад, что смог этим помочь Рейте.       Рейта и вправду вернулся довольно скоро, а у Неко расширились глаза от вида того количества пакетов, что принес мужчина.       – Рейта-сан! Это что? – спросил он, помогая блондину поставить на стол пакет с двадцатью упаковками молока.       – Я не знал, какая именно одежда тебе нравится, поэтому купил немного отличающуюся друг от друга, – сказал он, зовя Неко в гостиную. Руки чувствовал себя ужасно смущенным от того, что Рейта для него делал. Он и понятия не имел, что блондину казалось, что делает он недостаточно.       – Рейта-сан… Вам не стоило… – опустил он глаза, но Рейта широко улыбнулся.       – Я знаю, но мне так захотелось, – слабо сказал он. – Пойдем, давай покажу.       Они сели на ковер на полу, и Руки в шоке смотрел на все то, что Рейта ему накупил. Уйма футболок самых разнообразных стилей и принтов. Четыре пары штанов – трое джинсов и одни спортивные, – и пара шортов. Рубашки с длинными рукавами, два зимних пальто, нижнее белье, носки, кроссовки, домашние тапки и еще много всего.       Руки смотрел на это, будто зачарованный. У него никогда не было так много одежды!       – Я не знаю, как вас отблагодарить, Рейта-сан. Я не могу это принять, этого слишком много!       – Глупости, – сказал он, улыбаясь при виде счастливого Руки, рассматривающего покупки. – Надеюсь, тебе нравится. Когда захочешь выйти, мы тебе купим еще.       – Нет! Уже и так много! Вы наверняка спустили целое состояние на все это…       – Не волнуйся из-за этого, – пожал плечами Рейта. Магазин, в котором были куплены вещи, был не ахти какой, но одежда была хорошего качества и не шибко дорогая. Но ведь Рейта упорно работал не просто так, верно? Помимо этого он был готов тратить любые деньги, пока Руки нравилась одежда.       – Я могу… Я могу вас обнять? – смущенно спросил Руки. Все его тело пылало от желания коснуться Рейты, но он боялся снова его разозлить. Рейта кивнул, разрешая приблизиться к нему. Улыбаясь, Руки подполз к Рейте и обнял его, окольцовывая талию руками. Рейта устроил ноги поудобнее, и Руки разместил собственные на них, садясь ближе.       Рейта с улыбкой обнял его в ответ. Он дотронулся до спины Руки, таявшего под его прикосновениями, удовлетворенно мурча.       – Спасибо вам за все… – тихо сказал Неко.       – Не надо постоянно меня благодарить, Руки, – ответили ему, и малыш кивнул. – И тебе также не нужно спрашивать разрешения обнять меня, можешь делать это, когда заблагорассудится.       – Просто… Прошлой ночью вам не понравилось, когда я…       – Это потому, что я не хочу, чтобы ты думал, будто должен ублажать меня. Но мне нравится быть рядом с тобой, – сказал он, и Неко улыбнулся.       – Я тоже люблю находиться рядом с вами, Рейта-сан.       – Ну, тогда перестань говорить «-сан». Просто Рейта или Акира.       – Хорошо, – согласился довольный Неко.       Рейта на самом деле не мог объяснить, как умудрился так сильно привязаться к Неко за столь короткое время. Может, в этом плане Руки походил больше на кота, чем на человека, раз пробуждал чувства привязанности и заботы. Рейте было уютно с Руки, лежащим на его коленях, но тот внезапно резко поднялся.       – Я забыл о еде на плите! – ринулся он на кухню. Рейта проследовал за ним, смеясь над казавшимся отчаявшимся Руки.       – Ну? – спросил он, все еще пребывая в некотором шоке.       – Я успел вовремя, – ответил он, и Рейта почувствовал восхитительный аромат супа, приготовленного Руки из того, что имелось в холодильнике.       Они ужинали, разговаривая о том, как Рейта провел день. Руки спрашивал его о работе и разных мелочах, уделяя много внимания не привыкшему к этому мужчине. Неко был заинтересован в самых мелких деталях прошедшего дня, и Рейте было приятно с ним разговаривать. Закончив ужин, Руки встал мыть посуду, а Рейта взял свой ноутбук и удалился в гостиную.       – Надеюсь, ты не возражаешь, Руки, – сказал он, когда парень вошел в комнату, – но мне правда нужно завершить работу.       – Не переживай. Я пойду в спальню, чтобы не мешать тебе.       – Не стоит, – сказал Рейта, удержав его за запястье и усадив на диван рядом с собой. – Можешь остаться со мной, если хочешь.       Неко, поняв, что Рейта желает его компании, широко улыбнулся.       – Правда, все нормально?       – Да, можешь включить телевизор и вообще делай что хочешь.       – Я… Я видел некоторые книги в твоей комнате, пока убирался. Можно взять что-нибудь почитать?       – Конечно! Бери то, что захочется, – сказал он, и Неко быстренько вышел и вернулся с книгой Стивена Кинга в руках. «Талисман», одна из любимых книг Рейты. Руки сел на пол у ног Рейты и начал читать. Рейта же пытался сосредоточиться на работе, но это явно было сложнее, чем обычно. Он постоянно наблюдал за Неко, глядя, как дергаются его ушки, ловя звуки с улицы из открытого окна, как медленно двигается кончик его хвоста – кажется, это было неосознанное движение. Спустя некоторое время Рейта наконец завершил работу и отложил ноутбук.       – Я могу сесть рядом с тобой? – спросил Руки с надеждой. Рейта кивнул, улыбнувшись, и Неко свернулся клубочком рядом с ним. Рейта удивлялся тому, как естественно вел себя Руки. Казалось, что свернуться в клубок рядом с Рейтой было самым нормальным действием в мире, будто бы они вечность были друзьями, и Рейте… Рейте это нравилось. Он всегда был очень одиноким человеком и скучал по человеческому обществу. У него были друзья и брат, но все же это было не то.       Он положил руку на плечо Неко и дотянулся до пульта управления телевизором, включив ТВ и даже не обратив внимания на канал. Он уделял все внимание прижатому к нему телу Руки. Руки же безостановочно мурлыкал, показывая и звуком, и своим видом, как ему нравилось, что пальцы Рейты касаются его руки.       – Руки? – начал он, и малыш внимательно посмотрел на него. – Я сегодня искал информацию о Неко…       – Не шибко приятная история, да? – грустно улыбнулся Руки.       – Я бы хотел узнать твою… Если ты не против ее рассказать, – добавил он быстро. Неко глянул на него грустными глазами, но кивнул.       – Я не хочу, чтобы ты рассказывал, если это тебя расстроит.       – Все нормально, – попытался улыбнуться Руки. – Ты мне слишком сильно помог. Ты заслуживаешь знать обо мне больше.       Малыш Неко выпрямился на диване и скрестил ноги.       – До 13 лет я жил в приюте, как и все Неко. Самцы и самки Неко живут вместе до 10 лет, а потом нас разъединяют, ты знал об этом? Я жил там, пока мне не исполнилось 13, а потом меня усыновила одна семья, – сказал он с улыбкой, а Рейта почувствовал проблеск надежды. Может, его старый дом был не таким уж и плохим.       – Они были милыми людьми. У них был семилетний сын, которому хотелось питомца. Его родители узнали о Неко и подумали, что это будет отличной компанией для их ребенка. Знаешь, он был болен, и болезнь не позволяла ему играть на улице.       Рейта кивнул, заинтересованный дальнейшей историей.       – Вот почему они купили меня… Они хотели, чтобы у их сына был друг. У него не было братьев или сестер, так что я был ему как старший брат те два года.       – Всего два года? Что случилось?       – Он умер, – все тело Неко выражало грусть. Его взгляд в пустоту, нервно теребящие кончик хвоста руки, опущенные ушки…       – Ох, Руки, – Рейта покусал губы, чтобы не наговорить что-то более глупое. Он все также касался руки Неко, но тот перестал мурчать. Его глаза были сухими, но продолжил рассказ он очень грустным голосом:       – Мы очень любили друг друга. Нам всем было тяжело, его родители были убиты горем. Они были сказочно богаты, но факт, что деньги не спасли их сына, принять не могли. Также они не могли принять меня; я постоянно напоминал им о мертвом сыне, поэтому они вернули меня обратно.       Рейта мог лишь догадываться, как тяжело было Руки, но он не нашел слов, чтобы утешить его.       – Знаешь, я их не виню. Догадываюсь, что мое присутствие рядом давалось им крайне тяжело. Они пытались, но причин оставить меня у них не было. Но в приюте я провел мало времени. Вскоре у меня появился новый хозяин.       Он на время замолчал, и Рейта задумался, стоит ли ему приободрить его или нет. Впрочем, он не успел решить.       – Это был тот человек, что бросил меня, – помимо злости в голосе Руки слышалось немного обиды. Всего немного, но Рейта был рад тому, что она все же была. – Я был с ним семь лет. Он холостой и очень богатый, а в пригороде у него чудесный дом.       – Ты занимался всем этим? Готовкой, уборкой?       – Да. У него не было других помощников, так что я был ответственен за все.       Рейта почувствовал, как в нем бушует злость. Этот мужчина обращался с Руки как с рабом! Руки почувствовал, как напряглось тело Рейты, и глянул на него.       – Не нужно злиться, Рейта, – мягко сказал он. – Наша жизнь, жизнь Неко, всегда такая. Мы подчиняемся нашим хозяевам.       – Но вы же люди! Он не имел права с тобой так обращаться!       – Но он не обращался со мной плохо, – Руки заключил ладонь Рейты в свои ладошки. – Я поддерживал порядок в его доме и составлял ему компанию, когда он был там, что было не часто. Он давал мне крышу над головой и обеспечивал меня.       Рейта не понимал, почему Руки вел себя так, будто это было чем-то нормальным. В принципе, именно так жили многие выбравшие это японки, даже в наши дни, но у них хотя бы был выбор. Неко же заставили смириться с такой жизнью, без какой-либо возможности отказаться от этого. Рейта начал чувствовать настоящую ненависть по отношению к предыдущему хозяину Руки, но он пытался держать себя в руках.       – Тебе нравилось жить там? – задал вопрос он, стараясь не дать злости просочиться в голос.       – Да, – честно ответил Руки. – Моя жизнь не была плохой.       Рейта не знал, что ответить. Он даже не мог хотя бы частично понять, почему Руки так думал, но он не мог осуждать его; он ведь не знал, что можно жить как-то по-другому. Рейта еще сильнее захотел показать, что жизнь может быть куда более лучшей.       – И что же случилось?       – У него появился новый Неко. Девочка, – продолжил Руки, сжав ладонь Рейты. – Он купил ее где-то месяц назад. Я был счастлив, думая, что у меня появится кто-то, кто составит компанию в течение всего дня, но она не была хорошей. Я ей не нравился, о чем она и дала понять моему хозяину. И поэтому он выбросил меня.       Рейта снова молчал, опять не зная, что сказать.       – Я сожалею, что тебе пришлось пройти через это, – попробовал он.       – Спасибо, – сказал Неко, слабо улыбнувшись. – Но я это забуду. Сейчас я счастлив, живя с тобой.       Его улыбка стала чуть более искренней и явной, и Рейта улыбнулся в ответ.       – Я не поступлю с тобой так же, Руки, – пообещал он. – Ты будешь жить здесь, только если сам желаешь этого.       Малыш кивнул. Он знал, что Рейта дал это обещание лишь потому, что почувствовал жалость к нему, и не осмелился поверить его словам, но восхитился силой его желания.       – Спасибо, что рассказал мне, – сказал Рейта, и Руки обнял его.       – Думаю, это было мне необходимо, – ответил Неко, поднявшись, и вышел. Рейта проследил взглядом, как тот идет на кухню. Мужчина задумался, как человек, который пережил все это, мог быть столь сильным и хрупким одновременно. Вскоре Неко вернулся в гостиную, держа в руках стакан теплого молока.       – Чтобы легче уснуть, – ответил он на вопросительный взгляд Рейты.       – Я читал, что Неко могут быть ленивыми и любящими спать, – удивленно сказал он.       – Большинство – да, но у меня проблемы со сном. Если я полностью не истощен, я хорошо сплю только 5 часов.       – Мне надо как минимум 8, – признался Рейта, и Руки глянул на его часы.       – Тогда тебе нужно идти ложиться, – воскликнул он. – Уже почти восемь часов!       – Завтра суббота, мне не нужно рано вставать, – объяснил Рейта, и Руки расслабился.       – Ну да, – улыбнулся он. Казалось, будто предыдущего разговора и не было.       – Чем ты хочешь позаниматься завтра? – спросил Рейта.       – Что ты имеешь в виду? – Руки наклонил голову и дернул ушками. «Он выглядит восхитительно», – подумал Рейта.       – У меня завтра полностью свободный день, так что есть что-то такое, что ты бы хотел поделать?       – Я? – спросил еще больше растерявшийся Руки.       – Да, – Рейта засмеялся. – Ты хочешь пойти прогуляться, посмотреть фильм, поесть где-нибудь?.. Или еще что-то?..       – Я не знаю, – прозвучало в ответ. Руки привык, что день недели не важен, он всегда работал. У него никогда не было права выбора.       – Завтра тогда придумаем что-нибудь, – Рейта взъерошил волосы Неко. – Пойдем спать?       – Давай я постелю тебе постель, – сказал Руки, кинувшись в спальню аж до того, как Рейта успел что-либо ответить. Он вернулся через несколько мгновений.       – Все готово, – сказал Неко с улыбкой. – Я могу взять книгу с собой? Хочу почитать немного перед сном…       – Конечно. Спокойной ночи, Руки, – сказал Рейта и подошел ближе к нему. Абсолютно неожиданно для них обоих он поцеловал Руки в щеку и обнял его.       – Спокойной ночи, Рейта, – улыбнулся покрасневший Руки. – До завтра.       Руки будто засиял от внезапного порыва Рейты. Мужчина одарил его последней улыбкой и ушел в спальню.       Уснул Рейта не сразу, размышляя над рассказанной Руки историей. Он не хотел, чтобы Неко страдал еще больше, чем уже перенес страданий, а потому Рейта сделает все, чтобы больше не видеть его грустным.