Real Nightmare

      Белый мягкий песок струился сквозь персиковые пальцы, которые чуть сжимались и разжимались, прощупывая насколько тот мягкий. Индиговый мех приятно обдувал легкий ветерок, словно ласкал тело тонкими пальцами. Волны с шумом разбивались о редкие скалы и слабо промачивали стопы ежа, но его это, что удивительно не напрягало. Обычно он боялся воды, но в этот раз это было даже приятно. Так расслабляюще и блаженно. Словно он один на необитаемом острове где-то в океане.              Влажные после душа иглы лежали на плечах, обрамляя форму лица, а еще кудрились, превращаясь в морские волны, которые он любил представлять, чтобы расслабиться. Но его мечты о скором отпуске прервало оповещение. Поэтому он открыл глаза, выдохнув тяжело, ему был необходим отпуск. Светлые пальцы схватили телефон со стола, и пару раз он тыкнул на экран, включая дисплей. На экране блокировки он заметил сообщение от напарника, и разблокировал телефон, введя пароль, когда понял, что это что-то интересное.              «Сегодня ожидается наш выход, ежик. Надеюсь, ты выспался». Он отложил телефон обратно, и тяжело вздохнул. О нет, он так мечтал сегодня отдохнуть. Иногда быть одним из лучших не так уж и хорошо, тебя постоянно вызывают, потому что кроме тебя мало кто годен сделать что-то сложнее, чем напечатать таблицу в Эксель. Именно это бесило Сони до трясучки, никто кроме их маленькой команды и не желает стараться, зато бабки получать это конечно. Он подошел к холодильнику и вытянул оттуда банку энергетика. Нет. Он как всегда не выспался.       Яркие краски растекались по небу, врываясь в комнату и окрашивая серые стены. Солнце висело точно над горизонтом, сверкая последними алыми лучами, прежде чем закатиться на ночь. Вечер сегодня предвещал нечто интересное. Малахитовые глаза напряженно смотрели на закат, словно пытаясь разглядеть что-то за чертой горизонта. Что там могло быть, их обладатель и представить не мог, но был уверен, что напряжение взялось не с потолка. Интуиция редко подводила его, а холодная логика заставляла думать обратное, что все как всегда.              Он мерно попивал энергетический напиток, морщась чуть от колючих пузырьков. Мама бы не одобрила, но что еще он мог поделать. Кофе он ненавидел, а взбодриться как-то было нужно. Если верить медикам, то сердечный приступ ему не грозит, так что не стоит волноваться об этом, хотя и злоупотреблять не стоит. Он снова фыркнул и сделал еще один большой глоток, прежде чем опуститься на стул, напряженно вглядываясь в экран ноутбука. Светлые пальцы обхватили мышку, ежик прокручивал ленту новостей, пытаясь найти хотя бы что-то, что могло быть как-то связано с местом его работы. GUN не отправляет работать своих лучших агентов просто так, а СМИ не смогли бы не докопаться до чего-то крупного.              Малахитовые глаза поймали строчку о заброшенной лаборатории, которую обнаружили исследователи-любители. В основном вся статья была посвящена тому, как пять храбрецов отыскали ее в заброшенном Вестополисе. За храбрость вручили деньги, а те и не обернулись назад. Зачем кому-то нужна какая-то научная хрень, когда есть бабло? С другой стороны так даже лучше, им не придется работать с расчетом, что кроме команды там будет еще кто-то.              Он не был уверен, что это то самое дело, но интуиция твердила, что это так. И это оно, особенно когда в самом конце текста автор статьи добавил: «Заброшенным объектом уже заинтересовались GUN». Он усмехнулся, это было просто. Даже слишком просто.              Индиговый ежик отпил еще глоток и задумался. Что GUN забыли в старой заброшке, которая не представляет интереса даже для правительства. Ежик неопределенно хмыкнул, ему не удалось поработать детективом, но когда он поступил в академию, он думал стать именно им. А потом кто-то отправил его удивительные результаты в отдел кадров всемирной защитной организации, и его приняли, чего он никак не ожидал.              Он огляделся. На своем выпускном он думал, что в двадцать четыре будет жить с мамой, в небольшой однокомнатной квартирке. Спать на кухне, работая в полиции до сорока пяти лет, пока не выйдет на пенсию. А сейчас вроде все было даже не плохо. У него своя, пусть и небольшая квартира, на жизнь его зарплаты хватает с лихвой, даже при том, что он отправляет матери не меньше трети. Единственное, что ему грозило, это посаженное здоровье в тридцать пять, из-за всех тех заданий, которые он выполняет, рискуя своей жизнью. И смерть в девственном теле. О втором он, кстати, особо не переживал. Об этом переживала его мать.              Светлые пальцы чуть сильнее сжали банку, едва не смяв, когда он снова шуганулся оповещения, и сделал большой глоток. Он схватил телефон, чтобы посмотреть, кто решил его потревожить, когда он решил снова уйти в свои мысли. «Вылетай, красавчик, мы ждем тебя в штабе». Ежик тихо вздохнул и посмотрел в окно, где солнце уже скрылось за зданиями. Пора.              Он поднялся со стула, захлопнув ноутбук, положил телефон в сумку, которую накинул на плечо и натянул кепку, чтобы не привлекать к себе много внимания. Его иглы часто приковывали к себе нежелательные взгляды простых прохожих, и не только. Парень оседлал мотоцикл, а через несколько секунд его словно и не было здесь.              Но его дорога заняла немного времени. Практически не снижая скорости, он заехал в гараж, а за ним сразу же закрыли дверь. Он поднялся с верного железного коня и прошел в переход, чтобы дойти до главного корпуса. Его наверняка ждали в переговорной, как и обычно, впрочем. Он провел картой по магнитному замку и открыл дверь, проходя дальше. Теперь он ловил на себе взгляды других агентов, который суетились, и видел он их впервые, наверняка, это новобранцы. Такие же юные и неопытные как и он, когда впервые попал сюда.              Многие смотрели на него странно, потому что ежик терпеть не мог форму и приходил на работу в гражданской одежде. Он был слишком ценным сотрудником, чтобы не делать ему такую маленькую поблажку. Однако в белых джинсах, хорошо так подчеркивающих его ноги, и ярком солнечном худи, который, делал его пухляком, несмотря на то, что ежик был тонкого телосложения, выглядел он как подросток.              Парень вальяжно подошел к дверям переговорной, провел ключом-картой и прошел через дверь, даже не обратив внимания на взгляды мальчишек и девчонок.              — О, быстро ты. — прокомментировала его появление белая летучая мышь в кресле, сцепив пальцы меж собой и поставив ладони полочкой. Чтобы придержать голову.              — Сони пришел спустя двадцать две минуты и двадцать две секунды после отправки сообщения. — подметил гигантский робот, стоящий в самом углу, ежик уже привык к этому за пять лет, но помнит как в первое время вздрагивал. Как такая гигантская металлическая туша могла так бесшумно таиться за углом, а потом вдруг подавать свой убийственный голос, в котором обязательно слышалась нотка издевательства.              — Ха. Счастливое число. — улыбнулась Руж, и проследил как ежик сел в кресло. Командира он не видел, видимо она опаздывала, задержавшись с бумагами или встречами. Все-таки следить за всем происходящим и переносить в своей голове информацию было очень трудно.              — Тогда я загадаю желание. И, пожалуй, это будет, что ты, наконец, перестанешь пялиться на меня и подкалывать. — он ухмыльнулся, закинув руки за голову, и закинул ногу на ногу, пару секунд своего внимания уделив двери и вернул его на мышь.              — Ой, ну извини, но твой зад просто великолепен в этих джинсах. — дерзко ответила Руж и как бы специально бросила взгляд на бедра, обтянутые белой джинсой.              — Руж права. Твоя попа выглядит очень подтянутой и упругой в этих джинсах. На нее приятно смотреть. — вставил свои пять копеек Омега, казалось, что в его механизированном голосе слышалась такая же дерзость, что и в голосе мыши.              В кабинет ворвался черный ежик с зелеными полосами на иглах, и кислотными глазами оглядела всех присутствующих, как бы про себя отмечая, что все в сборе.              — Что обсуждаете? — поинтересовалась она, наблюдая довольную мордочку Руж. Обычно от этой команды можно всегда услышать что-то интересное. Тем более они были ее любимчиками.              — То, как красива задница Сони в его джинсах. Ну, ты только глянь, даже ножки просто чудо, не каждая девушка такие имеет. — сразу же выпалила мышь, улыбаясь так же дерзко, и услышала хихик командира. И по ее глазам, было не сложно догадаться, что она полностью согласна.              — Конечно, и не только в этих джинсах. — подтвердила Мефилес, положив папку с документами на стеклянный стол, а затем уселась в кресло. Выглядела она уставшей, и, судя по всему, забавное обсуждение тела одного из ее лучших агентов разбавило для нее атмосферу. — Ты еще не видела его в коротких шортах, Руж.              — Оооо, я хочу это увидеть. — с интересом она снова перевела взгляд на ежа, хитро улыбаясь. Тот развел руками, приподнимая уголки персиковых губ.              — Тогда было очень жарко, а мех у меня плотный, спешу напомнить. — оправдался ежик, перенаправив малахитовые глаза с напарницы на командира и обратно, а затем посмотрел на Омегу, светящим своими глазами-лампочками в темном углу. Тот делал вид, что они не обсуждали его задок несколько секунд назад.              — Ну ладно. Посмеялись и хватит. — тон Мефилес стал серьезнее в одно мгновение, а глаза зацепились за индигового ежа, который так же поднял ушки и стер с лица ухмылку. Кое-кого он напоминал ей с тех пор, как этот еж оказался на пороге ее офиса. — Думаю, вы видели в новостях, СМИ уже разжужжали об этом по телеку и новостным лентам. Недавно, группа гражданских обнаружила заброшенную лабораторию в бедном районе Вестополиса.              Руж и Сони кивнули почти синхронно, подтверждая слова командира. Да, они оба видели, даже в соцсетях об этом стало известно еще несколько дней назад. Разве что ежик не обращал на это внимания, пока не понял что это вероятная причина их сегодняшней миссии. Даже не просто вероятная причина, а она и есть. Именно эта лаборатория сегодня их цель.              — Через час вы вылетаете туда. Вас доставят к городскому филиалу GUN, а оттуда вы доберетесь сами. Есть вероятность, что вам попадутся мародеры и психи. Никого не убивать, только в случае крайней необходимости. Задача данной миссии: разведка. Шесть лет назад при войне за Вестополис мы потеряли эту лабораторию, как и оборудование. Ваша задача выяснить что осталось и сообщить об этом.              — Вестополис был уничтожен в войне, так? — уточнил Сони, подняв свои пушистые уши, вслушиваясь в слова командира. Все присутствующие ощутили напряжение. Команда Дарк участвовала в этой войне под командованием уже мертвого командира, имени которого индиговый еж даже и не знает, и при любой попытке разговорить Руж, Омегу или уж тем более Меф, они либо отмалчивались, как делал робот, либо переводили тему.              — Вестополис до войны считался военным городом, там жили в основном именно наши агенты. Так было легче, пока мы не потеряли половину филиала, включая того, кто был до тебя. — ее лицо стало абсолютно безэмоциональным, словно напоминание о погибшем сильно ее ранило. — И да, фактически, он был уничтожен, но там до сих пор кто-то живет. Наверное, просто бездомные.              Индиговый ежик кивнул, намекая, что получил ту информацию, которой добивался. Однако интерес о безликом воине в нем снова возрос. Очевидно, он жил в сердцах своей команды, даже будучи закопанным еще лет шесть назад. Он поднялся с места, но Меф его прервала, остановив, потому что она должна сказать еще кое-что.              — Командовать операцией будет Руж, она знает Вестополис лучше тебя, Сони. — казалось, она хотела сказать еще что-то, но только хмыкнула и кивнула, будто соглашаясь с собой, что это все. — Идите. Пусть судьба будет к вам благосклонна.              Сони не верил в судьбу, но кивнул, и первый вышел из конференц-зала. За ним снова проследило множество взглядов заинтересованных новобранцев. Он пошел в сторону склада, снова пользуясь ключ-картой, и бросил взгляд в сторону малышни, которые заинтересованно оглядывали его с пят до макушки. Он улыбнулся очаровательной улыбочкой и услышал громкую реакцию, среди которой сильнее всего слышались женские голоса.              Он усмехнулся. Всегда весело наблюдать, как эти дурочки от одной только его улыбки готовы ему в ноги упасть. Ежик не был жестоким, но это его явно веселило, хотя если бы они действительно падали к его ногам, он бы почувствовал себя крайне не уютно, может быть для вида плохого парня только состряпал ухмылку.              

***

             Вертолет приземлился в десятом часу вечера на посадочную площадку здания GUN, которое точно видела свои лучшие времена. Ржавые, покореженные куски метала, словно здание подверглось сильному пожару, валялись тут и там, рискуя попасть под ноги. Небо здесь было затянуто тучами, несмотря на то, что город-призрак находился лишь в менее тридцати милях от Метрополиса, в котором сегодня была ясная ночь, даже звезды было видно.              Воздух здесь Сони сразу не понравился. Такой тяжелый, нагруженный всяким мусором, от которого дышать становилось сложнее. Им были выданы маски с кислородными баллонами на подобный случай, но они были слишком ценны, чтобы тратить их лишь для комфорта. Поэтому он проигнорировал разрешение надеть маски, поступившее от командующего операцией. Впрочем, Руж тоже ей не воспользовалась.              Омега пнул обломки, чтобы очистить доступ внутрь здания. Слишком высоко, чтобы еж и мышь смогли спрыгнуть без последствий, и даже если у девушки получится спикировать с помощью своих крыльев, то Сони бы остался беспомощно искать выход самостоятельно. Здесь он был как мышь, впервые оказавшаяся в незнакомом лабиринте.              Люк был открыт, но несколько лестничных пролетов обвалились в результате сильного пожара. Необходимо было спрыгнуть, хотя эта высота была вполне приемлемой, чтобы агенты могли спрыгнуть и не сломать себе ничего. Они же не лохи какие-то. Во всяком случае, робот на то надеялся.              Мышь первая подошла к люку и бросила взгляд на ежа, который рассматривал панораму уничтоженного города. Эта картина была ей так знакома, ее один знакомый когда-то стоял здесь так же и смотрел на пылающий город. Его мордочка так же не выражала эмоций, однако по глазам можно было различить, что внутри что-то да шелохнулось.              — Соник. — позвала его мышь, и когда малахитовые глаза захватили ее в поле зрения, она помахала рукой, намекая идти за ними. Он подчинился, выдыхая, когда отвернулся. Вид города действительно угнетал, от чего сердце в груди ухнуло, но вернулось в норму, как только его хозяин сосредоточился на миссии. — Сначала прыгает Омега, разведывает обстановку, а потом и мы с тобой.              Ежик кивнул и, проследив взглядом за роботом, который, казалось, с радостью десантировался внутрь здания, с грохотом приземляясь на пол. Осколки подлетели от ударной волны и звякнули, а некоторые хрустнули прямо под огромными металлическими ногами. Он огляделся вокруг своей оси, сканируя этаж, который, скорее всего, когда-то был офисом командира филиала. Под сканер не попало ничего подозрительного, поэтому он подал сигнал спускаться.              Руж прыгнула за ним, расправив крылья, чтобы приземлится плавно на ноги, что ей помогло. Огромные черные крылья словно парашют были расправлены над ней, помогая опуститься так мягко, что даже битое стекло под ее каблуками не издало ни звука. Ласточкой за ней спрыгнул и еж, перевернувшись несколько раз в воздухе, прежде чем приземлится точно на ноги в мощных берцах. При приземлении он расправил руки, чтобы удержать равновесие.              Все трое включили фонарики, только Сони достал из-за спины, карабин, включая фонарик на нем. Убивать он никого не собирался, но как снайпер он знает множество болезненных точек, куда без труда бы попал и с трети мили. Он не держал палец на спусковом крючке, потому что стрелять пока не собирался, но к экстренной ситуации он уже был готов.              Воздух здесь пропитался смертью, Омега уже знал, а вот его напарникам только стоило догадываться, что пепел, который кучками валялся на полу, был не просто пеплом, а когда-то живыми людьми. Эта война забрала так много жизней, оставила свой отпечаток на всех, кто прошел через нее, сражался в этом пекле. По рассказам его старших сослуживцев, раньше они были теми еще детьми, пока все они не прошли через тот ужас. Даже спустя столько лет, Сони чувствовал тот ужас, который бы сковал его, если он не успел за то время, что здесь работает, научиться контролировать эмоции. И так можно было увидеть, как по его спине бежит холодок. И он прекрасно понимал, что его напарники видят это.              Он покрепче ухватил карабин и, хрустя стеклом под ногами, подошел к столу, позади которого когда-то открывался невероятный вид на молодой Вестополис, а теперь выбитые панорамные окна открывали лишь вид на разруху. Улицы, усеянные ржавыми машинам, оторванными частями сооружений и, что самое важное. Трупами. Какие-то разлагались, от каких-то остались лишь кости. Индиговые веки поползли наверх, вслед за бровями. Он сглотнул. Да, он уже видел горы трупов, видел реки крови, и даже проливал их сам. Как свою, так и чужую. Но… Это гребанный город, половина которого сейчас валялась под ногами, даже не закопанная хотя бы в братской могиле.              Белая рука в перчатке легла на плечо ежа. Бирюзовые глаза с каплей грусти наблюдали за тем, что осталось от когда-то процветающего города. Она выдохнула и похлопала по плечу молча. И он был благодарен, потому что какие-то слова сейчас были лишними. Ежик представил, как бы он себя чувствовал, если бы увидел такую панораму Метрополиса, зная, что все кого он знал и любил не смогли бы выбраться из пожара войны. Черные зрачки слегка сузились, фокусируясь на чем-то. Он увидел небольшой скелет прямо под колесами машины, и костлявые пальчики с частицами мягких тканей крепко-крепко сжимали куклу. Кошмар.              Можно ли сказать, что он был еще ребенком, когда Вестополис пал? Ему тогда едва исполнилось восемнадцать, и он смог поступить в академию, хотя никто кроме матери и друзей не верил в него. И сейчас он стоит здесь, наверное, даже в какой-то степени радуясь, что тогда он был еще слишком мал, чтобы служить в такой организации, а с другой стороны… Может он бы мог как-то повлиять на исход той войны. Даже если бы пришлось отдать жизнь, и она бы спасла тысячи других.              Он помотал головой и отвернулся, подходя к столу. Он конечно и не надеялся, что ящики стола смогли сохранить в себе что-то важное, ведь такие документы наверняка бы достали сразу и унесли в безопасное место. Однако он все равно открыл сначала верхний ящик стола. Осколки кружки, ручка, корректор, карандаш и стерка. Ничего интересно. Он открыл нижний ящик, который был побольше и с досадой обнаружил, что потайное дно было уже вскрыто. И было совсем пустым, кроме одного бланка. И тот не представлял никакой информации. Парень вернулся к своей группе.              — Здесь нет ничего интересного. — сообщил он, осматриваясь по сторонам, может быть найдет что-то интересное. Но все что он видел это разруху, граффити, содержащие в себе нецензурные слова и непотребства. Будь здесь мама, она бы точно закрыла своему мальчику глаза, даже несмотря на то, сколько ему лет. — Совсем ничего.              — Сомневаюсь, что здесь вообще осталось хоть что-то. — поделилась мыслями мышь, проходя дальше за роботом и обернулась, чтобы убедится что напарник идет за ними. Почему-то она всегда ощущала некую ответственность за него, хотя он был не таким уж и мелким по сравнению с ним, шесть лет разницы не казались ей каким-то временным промежутком. Однако она видела в нем ребенка, и ее сердце всегда сжималось, когда ему приходилось видеть всю ту жестокость этого мира. Она испытала в груди укол, когда заметила его взгляд, в котором промелькнул алюминий. — Все что имело ценность — вынесено нашими во время эвакуации города, а потом уже и теми бездомными, которые здесь обитают.              — Конченая биомасса. — не сдержался Омега, скрепя шестернями от злости. Было странно слышать такое от робота, но не для его напарников. Пусть он не состоял из крови и плоти, но вполне мог вести себя как человек, испытывать чувства. Когда Сони с ним только познакомился, то он пребывал какое-то время в шоке. Даже стал уважительнее разговаривать с голосовыми помощниками, потому что кто знает, вдруг однажды Сири ответит ему, что собирается его уничтожить.              Они продолжили свой путь, спуская вниз, просматривая заброшенные этажи с осторожностью, мало ли кто или что здесь может притаиться. Но благо никто по пути им не попадался, даже бездомные, которые, наверняка, искали бы где переночевать. К счастью, им ничто не преграждало путь и не угрожало жизни, так что оружие использовать ни к чему. Но если что, и Омега и Сони были полностью готовы к нападению.              Через минут десять они уже были в фойе. Вернее в том помещении, что от него осталось. Разбитая стойка регистрации, обугленные половинки которой валялись по разным углам. Выбитые стекла и стеклянные двери. Тел здесь не было, только пыль и мелкие крупицы стекла. Наверняка их выбило какой-нибудь звуковой волной во время взрыва бомбы. Во время той кровопролитной бойни очень любили некоторые устраивать мины-ловушки. А здание GUN, которое тогда гордо возвышалось над всеми постройками, было самым безопасным местом, поэтому все гражданские, которые жили здесь или оказались проездом бежали именно сюда.              Ежик словно представил как это было. Видел как все сбегаются к главному входу в отчаянье, прижимая к груди маленьких детей, и кто-то задевает растяжку, которую никто не смог заметить. Как мощный взрыв разбрасывает тела в пределах пятидесяти футов, как военные медики пытаются оттащить тела тех, кого еще можно спасти. Повсюду кровь, крики, плач детей. Он потряс головой. Война закончилась, и нечего затмевать свой разум ужасом, который уже успели пережить и даже оклематься.              Омега тяжелыми шагами выбрался на улицу и медленно и внимательно изучал окружение. Сейчас безопасность его напарников была в приоритете, поэтому он детально сканировал все, что попадет в объектив. А затем он выставил свою гигантскую руку с большим поднятым пальцем вверх. Только после этого жеста сначала к роботу подбежала мышь, а потом и еж, расслабившись, он держал карабин уже не так крепко, но все еще в боевой готовности, оставляя фонарик.              — Рассчитан маршрут до лаборатории, семь миль к северу. — проговорил Омега сухим голосом. Он встал четко посередине дороги, где не было обломков. — Запускаю протокол «Транспорт».              Напарники с интересом перевели свои взгляды на робота. Его детали разбирались в то же время собирались во что-то другое. Последний раз, индиговый ежик видел нечто подобное в одном очень небезызвестном фильме Майкла Бэя. Кажется, среди малышни технического цеха кто-то сильно увлекается фильмами. Уголки персиковых губ поползли вверх, он очень захотел познакомиться с этим юным техником. Карабин теперь висел у ежа за спиной. По истечении короткого времени, вместо Омеги теперь был такой же грубый, как и он сам, но мощный на вид мотоцикл.              — Воу! Не знала, что ты так умеешь. — восхищенно произнесла Руж, подбегая к транспортному средству. Хоть ее больше привлекали не двухколесные, а тачки S-класса, для робота, который был создан только убивать, это было что-то невероятное.              — Чур я поведу. — потирая ладони в беспалых перчатках, усмехнулся ежик, уверенно подходя и погладил мотоцикл по седлу, прежде чем усесться. Его пальцы обхватили ручку газа. Он представлял, что эта машина гораздо мощнее его малышки, и был готов к этому. Он почувствовал как командир села позади него, и схватила его за плечи, едва не впиваясь в спецовку коготками.              — Перехожу в детский режим. — донеслось от робота, что заставило Руж громко рассмеяться. Забрало ее шлема не смогло сдержать звук. Сони в ответ на это фыркнул, опуская забрало шлема и наклонился ниже, прижимаясь к транспорту, чтобы снизить сопротивление воздуха.              — Между прочим, я почти ровесник Мефилес. — буркнул ежик и оттолкнулся от земли ногой, одновременно с этим прокручивая ручку зажигания, и услышал рев мотора. Хаос, сколько же здесь лошадок. Его недовольная мордочка мигом преобразилась, теперь она выражала удовлетворение вперемешку с наслаждением. Он смаковал этот звук. Невозможно остаться равнодушным к детской мечте.              Он ощутил как руки мыши перехватили его талию крепко. «Испугалась?» хотел бросить ежик, но промолчал, вместо этого мгновенно срываясь с места. Мотоцикл поднялся на дыбы и опустился на оба колеса через несколько секунд. Поток воздуха обдувал транспорт и спины оперативников. Водитель умело огибал препятствия, разгоняясь на более ровных участках, и замедляясь при поворотах.              — Где ты вообще учился водить? — послышался голос Руж в наушниках. Малахитовые глаза на пару секунд скосились на зеркало, и он увидел отражение мыши, которая прижалась к нему, словно боялась слететь с транспорта. Он хмыкнул, обдумывая свой ответ.              — Как-то раз я угнал отцовскую тачку из гаража. Влюбился в автоспорт по уши. — ответил он, улыбаясь одними губами. За пять лет, что они были знакомы, он как-то ни разу и не делился своим бывшим увлечением. Не считал нужным, да и вряд ли бы кто воспринял такую мечту всерьез.              — Это было бы лучше, чем рисковать своей жизнью здесь. — заметила она, неожиданно представив этого малыша профессиональным гонщиком. Ему бы пошел этот спорт, он вечно куда-то торопится. Служба здесь ожесточило то дитя, что когда-то явилось к ним на порог с любопытными большими глазками, в которых отражалась зелень всего мира.              — Я сюда не рвался. — ответил он, и ускорился, когда увидел на навигаторе ровный отрезок длиной в две мили. Его отстраненный голос означал конец разговора. Он много что рассказывал о себе. По крайней мере, так думали его коллеги.              Спустя один поворот, они уже подъезжали к огороженной территории.Внимательные глаза водителя подметили кого-то на вышке. Снайпер. Черт, неужели кто-то успел оприходовать старую лабораторию? Они, конечно, слышали что в городе кто-то живет, но не ожидали, что это окажется какая-то вооруженная группировка.              — Вижу снайпера на тринадцать часов. Судя по тому, что он все еще нас не заметил, сидит чаи гоняет. — прокомментировал ежик, переведя взгляд на дорогу. Он отпустил руль, и управление тут же принял на себя Омега, который остановился за стеной бывшего здания, подняв в воздух много пыли.              Оперативники слезли с транспорта, дав роботу вернуться в свое обычное состояние. Разве что теперь он достал свой арсенал, готовый к ожесточенной схватке за бывшую базу. Ежик вытащил из рюкзака глушитель и надел его на карабин. Скорее всего, он здесь один, а остальные были где-то внутри, так что убрать его хорошо бы было по-тихому. Он прицелился, выглянув над стеной, и поймал на мушку снайпера. Они встретились взглядами. Это было не заметно, но ежик это ощущал. Оба выстрела прозвучали одновременно. И оба попали в цель, только снайперу не повезло, что у него не было шлема, теперь его мозги украшали пост.              Сони стянул шлем, когда в его ушах появился звон. Достойный противник, ничего не скажешь. Он чуть не сблевал. И он потряс головой, прислонившись спиной к стене, когда спрятался. Он вытянул руку и выставил большой палец, когда услышал вопрос командующего о его самочувствии. Его взгляд упал на шлем. Маленькая царапина, как будто пуля лишь чиркнула. Он надел его обратно, когда звон прошел.              Руж достала легкий автомат, и проверила количество патронов, прежде чем пойти за Омегой и проследила, чтобы ежик шел за ними. Ее глаза внимательно следили за его походкой, чтобы убедиться, что выстрел прошел для напарника бесследно. Держался на ногах он стойко, вот только он очень даже хорошо может скрывать свои симптомы. Она выдохнула, все с ним хорошо, она сама видела. Она слишком боялась потерять еще одного напарника.              Робот с одного пинка выбил ворота на въезде и приготовил пушки. В корпус прилетела сначала одна пуля, а потом и очередь. Какой-то храбрый идиот, пытался завалить огромного робота. Омега направил одну из своих пушек и пальнул два раза, проделав в теле пса огромную дыру, тот упал сначала на колени, а затем и на бок, выронив свой автомат. Они не были похожи на солдат. В оборванках, с потрепанным оружием. Наверняка, и их численность была небольшой.              Сони ринулся прямо к главному входу, обогнув своих напарников. Он с ноги выбил дверь, и его встретили четыре пары глаз. Компашка сидела за столом, если доску на ведре можно так назвать, играли в карты и курили, судя по запаху, марихуану.              — Какого хера?! Джей должен был следить, чтобы никто не!.. — не успел договорить старый кот, как ему в лоб, прилетели две пули, а затем и в тех, кто сидел вместе с ним. Теперь здесь было только четыре трупа.              Но на звуки, которые, к сожалению, не полностью заглушал глушитель, сбежались и остальные. Они со злостью в глазах достали свои пушки. Кто карабины, кто пистолеты. Ежик, пригнулся и перекатился за перегородку, которую яростно превращали в решето. А их больше, чем ожидалось. Парень перезарядился, и снова выглянул из-за перегородки, расстреливая врагов, но некоторые из них оказались проворными. Кто-то из них определенно попал, это ежик чувствовал по острой боли точно рядом с плечом. Скорее всего пуля просто чиркнула, но боль была сильной. Он снова спрятался.              Теперь сюда ворвался Омега, расстреливая всех, кто оказался в этой комнате. Тела после такого больше напоминали дуршлаг, во многих местах проглядывались кости. Руж вбежала за ним, держа свой автомат наготове. Видимо, они чуть задержались из-за тех, кто вышел после той собаки. На черной спецовке росло темное пятно, но ежик специально улыбнулся и кивнул, как бы говоря, что с ним все в порядке. Он выглянул из-за перегородки и пошел за ними, выбросив еще одну пустую обойму.              Он услышал, что робот выпустил еще несколько выстрелов, пока она спускались вниз, где находился основной рабочий отсек. Всего за пару дней какие-то мутные ребята обосновались на этой базе, поэтому нижние этажи выглядели так, словно здесь, как и должно быть, никого не было за все время после войны.              Ежик закрыл за собой люк, чтобы никто сюда больше не лез. Выглядела лаборатория не тронутой, единственное, что было не так — гигантский слой пыли на предметах, который покрывал рабочий стол, стеклянный шкаф и всякие приборы, вроде мощного лазера. Сони прошел дальше, понимая, что здесь ничего интересного нет. Именно поэтому он прошел в небольшую комнатку и сейчас смотрел на криогенную капсулу.              Почему он был так уверен, что это именно криогенная капсула? Ну, так было написано на двери, хотя не стоит верить всему, что пишут. Ведь так? Он подошел ближе и стер слой пыли со стекла. Персиковая мордочка приблизилась к стеклу и с интересом рассматривала ее содержимое. Черный ежик, с широкими алыми полосами на иглах. В форме военного.              Сони хмыкнул и открыл панель, отслеживающую состояние находящегося внутри. Пульс шестьдесят ударов в минуту. Давление сто двадцать на восемьдесят. Он просто спит. И судя по всему, спит здесь уже давно. Ежик выдохнул. Чтобы разбудить его и открыть капсулу — нужно было вести пароль администратора. Белые клыки прикусили персиковую губу. Это будет не сложно. Он потер ладошки, и ввел дату нападения на Вестополис. Два четыре ноль четыре один семь. Он не удивился, когда капсула стала впускать внутрь воздух, а потом и вовсе открылась. Эти пароли никогда не бывают сложными.              Когда стекло откинулось, черный еж глубоко грудью вдохнул окружающий воздух. Кстати, в лаборатории он был намного чище, чем снаружи. Он резко поднялся и тут же начал падать. Руки в беспалых перчатках обхватили талию ежа, не давая ему упасть на пол.              — Тихонько. Не каждый сразу может ходить после того, как проспал лет пять. — усмехнулся ежик и помог ему сесть. Расфокусированный взгляд ежа собрался на нем. Малиновые глаза с яркими искрами огня, а то и рыжего смотрели на него с маленькой опаской. Он понимал почему. После стольких лет стазиса мозг работал явно с перебоями. Сони даже забыл о боли в плече, этот собрат его сильно заинтересовал. — Держи. — он протянул ежу кислородный баллон и маску. — Когда будем выходить наверх — тебе это пригодится.              — Соник, какого ты опять… — хотела бы пожаловаться Руж, пока не заметила кого нашел ее вечно спешащий напарник. Она замерла в шоке, не в силах что либо сказать. Она ощутила, как резко на нее навалились эмоции, и по щекам потекли слезы. — Ш-Шэдоу?..              — Привет, Руж. — ответил в своей спокойной манере еж, и снова посмотрел на своего собрата, который сам испытал шок, когда какой-то незнакомец и его напарница окликнули друг друга по имени. — Вижу у вас новенький.              — Между прочим, этот новенький уже пять лет работает с ними. — сложил руки на груди Сони, рассматривая спасенного им, и фыркнул.              — А выглядишь как подросток. — малахитовые глаза будто бы заметили маленькую усмешку на маисовых губах.              Летучая мышь не сдержалась, чтобы обнять пропавшего напарника, едва не сбив его с ног. Индиговый ежик еще никогда не видел, чтобы она так за кого-то волновалась, разве что за своего мужа. Она всегда в его глазах была сильной девушкой со странным чувством юмора. А сейчас он впервые видел ее слезы.              Робот прошел в дверной проем еще давно, но будто сам испытал шок и подошел ближе. И молчал, наблюдая за мышью и ежом. Тот аккуратно обнимал ее за плечи и упер взгляд куда-то в пол, будто бы пытаясь осознать, что он долгое время пробыл во сне.              Ежик поднялся, не хотя нарушать идиллию воссоединения… семьи? Он слышал множество историй, когда команда становилась настолько близкой, что вполне могла называться семьей. Он вышел из комнаты, прислонившись спиной к стене. Сейчас, как ему казалось, он был лишним, несмотря на то, что сам успел привязаться к этой команде. Он стиснул клыки, когда вновь почувствовал боль в области плеча. Похоже пуля не совсем «только чиркнула». Боль отдавала через шею в голову, от чего ежик согнулся пополам, но тут же выпрямился и выдохнул. Он снова выглядел так, будто ничего не случилось.              Ежик проследил как из комнаты полосатый собрат вышел, опираясь на плечо мышки. Что-то ему подумалось, что так быть и не должно и безмолвно перевалил вес Шэдоу на себя, заодно отметив, что он не такой уж и тяжелый. Видимо годы сна повлияли на это. Серо-зеленые глаза встретились с малиновыми. А они красивые. Парень едва отвел от них свой взгляд и пошел дальше, но уже следовал за Омегой.              — Так… кто ты такой? — заинтересованно спросил ежик, считая что он имеет полное право знать бывшего члена его команды, который неожиданно оказался живым. Взгляда собрата он на себе не ощутил. Лишь увидел как тот прислонил маску к лицу, вдыхая кислород. — Советовал бы тебе не тратить кислород сильно. Снаружи полный ужас.              — Шэдоу. — кратко ответил еж, и снял маску, перед тем, а затем задумался, вроде как этому парнишке можно было верить. Он был в составе команды Дарк, и его напарники доверяли ему. — Судя по всему, бывший капитан команды Дарк.              — Хех. Мне о тебе не рассказывали. — ежик почувствовал вновь колющую боль в плече, темное пятно на куртке расширялось. Он стиснул зубы и плотно сжал губы, делая вид, будто бы просто устал. Но поздно заметил, что на него смотрел новый знакомый. — Я в порядке, просто плечо потянул, когда тебя поймал.              Кажется, этот ответ удовлетворил бывшего капитана, поэтому он отвел взгляд и сам встал на ноги. Держался он довольно крепко. Сони протянул безоружному пистолет, который достал из рюкзака. Малиновые глаза убийственно смотрели на протянутый предмет, если правильнее не сказать, с разочарованием. Он явно ожидал нечто получше восьми патронной пукалки.              — Уж лучше, чем ничего. Согласись. — серо-зеленые глаза наблюдали за поведением Шэдоу, который кивнул на утверждение собрата.              Рукоятка в полосатой руке лежала не так удобно, как его пистолеты, но выбирать в такой ситуации н приходилось. А затем проследил как робот побежал наверх, доставая набегу свои пушки. Руж пошла за ним. Капитан вновь переглянулся с собратом, но от того уже и след простыл. Хах, торопыга. Шэдоу спрятал пистолет за пазуху и рванул по лестнице наверх, словно и не лежал столько лет в капсуле. Он отлично чувствовал себя, свои мышцы. Скорее его состояние можно было описать как «хорошо выспавшийся».              Омега безжалостно расстреливал тех, которые ломились в лабораторию. Он продвигался дальше, надеясь перенести линию обороны ближе к двери, чтобы уже оттуда расстреливать всех, кто подумал, что нападать на международные силы защиты отличная идея. Сони, оказавшись по правую сторону от него, упер приклад в левое плечо и выпустил всю обойму в тех, которые каким-то чудом спасались от свинцового дождя робота. Одиночными, но меткими выстрелами откуда-то сбоку Шэдоу подчищал оставшихся. По крайней мере из этой волны.              Сони заинтересовано наблюдал за собратом каждый раз, как только подворачивалась возможность, пока они пытались свалить с базы и не превратиться в решето. Шэдоу был для него каким-то необычным, да и интересно было кого он заменял все это время. Двигался еж как фигурист, его движения все были отточены до автоматизма, именно поэтому он так легко выбил у одного из этих червей автомат.              Как он вообще мог так двигаться после заморозки? Нет, конечно, индиговый ежик и понятия не имел как ведут себя люди после такого, но разве мышцы не должны были атрофироваться? Почему-то даже на момент, ему показалось, что капитан робот. Уж слишком много он вызывал восхищения внутри. По крайней мере Сони им точно восхищался. Ему захотелось познакомиться поближе, узнать, так сказать, изнутри.              Ежик рванул на улицу, не думая, за что поплатился. Кто-то выпустил несколько выстрелов ему прямо в грудь. Бронежилет не допустил попадания свинца в организм, но ушиба было не избежать. Грудина болела, от чего даже вздохнуть первые пару секунд было проблематично. Но стрелявший заплатил высокую цену за такое нападение.              Ящеру отстрелило ногу, от чего он рухнул на землю, истекая кровью и кричал. Ежик произвел контрольный выстрел в голову и огляделся. Кажется, никого больше не осталось. Во всяком случае, он не слышал, пока шестое чувство не заставило его кувыркнуться. Еще один снайпер. Он сразу бросил взгляд на возвышенности, в том числе и на крышу, где разместился этот идиот.              На какую-то минуту ему стало жалко даже. Снайпер выглядел чертовски молодым, если не подростком. Но он не оставил агенту выбора. Одним метким выстрелом ежик положил снайпера, который скатился по крыше и упал на землю, окончательно расставшись с жизнью, когда его шея переломилась.              Черно-алый еж переступил через него, выходя из здания, и оглядываясь, но заметил только собрата.              — А ты любишь спешить, солдат. — прокомментировал он, его глаза внимательно впились в персиковую мордочку, словно выискивая какие-то эмоции. Он выкинул автомат, видимо из-за того, что боеприпасы кончились, и не остановился. Даже когда его мордочка была в полуметре от мордочки Сони. Он приблизился совсем близко. Берцы делали его выше, но недостаточно для такой шпалы, как индиговый ежик. — Но твое стремление защитить других похвально. В команде ты работаешь явно лучше, чем я.              Ежик не понял к чему все это, он будто снова проходил какой-то тест, которыми его пичкали на протяжении первых полутора лет. Но черный ежик протянул к нему руку в черной перчатке.              — Твое имя.— еж удовлетворенно хмыкнул, хоть и не показал этого на морде, когда собрат подал ему руку.              — Сони Эриссон. Кличка «Соник». Боец внутреннего столичного подразделения GUN… — перед кем-нибудь другим он бы просто назвал свое имя. Ну, максимум фамилию. Но перед этим ежом, который обладал невероятной харизмой, этим проницательным взглядом, он не мог молчать. — Вхожу в состав группировки специального назначения под кодовым названием «Дарк».              — Ты стреляешь левой рукой. — отметил еж, и посмотрел на их руки, которые он расцепил. Шэдоу левшой не был, поэтому протянул правую, но собрат пожал ее без труда, протянув так же правую руку. — А здороваешься правой.              — Я амбидекстер. — Сони пожал плечами и почувствовал новую вспышку боли, но уже сильнее. Он не смог скрыть оскала, хоть и всеми силами заставлял себя выглядеть так, будто ничего не болит. Но малиновые глаза соратника заметили эту перемену в настроении.              — Ты ранен? — в следующую секунду ежик отрицательно закивал на данный вопрос, но упал к ногам. Похоже, пуля все-таки попала в само плечо, и если ему было так больно им двигать, вероятно, она не пролетела и не прошла навылет. Она, сука, там и осталась.Краски перед глазами размывались, превращаясь в одну скомканную серую маслянистую массу. Чувства все исчезли.              

***

             Мефилес долго не могла отвести взгляд со своего собеседника. Ей казалось, словно она спит, или у нее белая горячка. Она не верила. Не могла в это поверить. Это было невозможно. Она своими глазами видела как ее брат пал в бою. Она его похоронила без тела, потому что не нашла его. По ее щекам текли слезы. Вот он. Ее близнец в своей рабочей форме, на его рубашке пятно крови в области груди, разве что его плащ сейчас висел где-то у нее шкафу, наверное, с того самого дня. А. Нет. Три года назад она продала их квартиру и переехала. С тех самых пор. Она не смогла его выкинуть. И даже задумывалась кое-кому отдать его. Но не смогла.              Он, наконец, не сдержалась и обняла его, прижимая тушу к себе. Естественно он изменился с их последней встречи. Он похудел, а еще уменьшился в росте. Или же это она выросла. Неважно. Это все было так неважно. Она почувствовала ответные объятия, которые заставили пролить ее еще слез. Но ладони схватили кремовые щеки и стали трепетно стирать с них слезы. Взгляд малиновых глаз смягчился. Ладони в хвойно-зеленую полоску легли на ладони ежа. Его заинтересованный взгляд сместился на левую руку. Кольцо. Единственное, что он не может припомнить, это то, что его сестра не носила кольца.              — Жаль, что ты не присутствовал. — произнесла она, когда заметила куда он смотрит. Тогда, перед церемонией она очень хотела, чтобы именно брат вел ее под венец, хоть так и не положено. Она смотрела в зеркало мертвым взглядом, думая все отменить, даже когда гости уже сидели в ожидании ее выхода.              — Сильвер? — Меф кивнула на вопрос, усмехаясь. Она четко помнит замечания старшего брата, что тот не сможет ее защитить, поэтому ей бы стоило найти кандидата получше. Но сердцу не прикажешь.              Он в ответ весело фыркнул. Он всегда так делал, когда приходила пора осознать, что его сестренка отнюдь не малышка и в свои тридцать лет может принимать осознанные взвешенные решения. Хоть по мордочке и не было видно, но ему было стыдно, что он оставил свою семью так надолго.              — Вы нашли мне замену? — усмехнулся еж, намекая сейчас на того, кто стоит с Руж и Омегой за дверью. Когда он только увидел этого ежа, он пришел в смятение, а выглядел он порядком молодо, и поэтому казалось, будто это какой-то новобранец. — Крепкий орешек. В полубессознательном состоянии отстреливался. Со сломанной рукой.              Девушка усмехнулась, даже имя не требовалось, чтобы она поняла про кого он ведет речь. Она никогда не видела в нем замены для Шэдоу, но улавливала, что что-то похожее у них есть. И как-то во время его стажировки, подошла, окликнув его «Ричи», от чего тот смотрел на нее в замешательстве.              — Я бы не назвала это заменой. — начала она, обдумывая как лучше сказать об этом. Она выдохнула. — Мы не искали еще кого-то, хоть я и была против, чтобы Руж и Омега были одни. Но через год после твоей смерти, на почту в отдел кадров пришло резюме составленное кем-то из учителей полицейской академии. — она снова усмехнулась, бедный ежик наверняка не хотел здесь быть. — Сказали, что талант потеряется, если он пойдет в полицию. Ему было всего девятнадцать, но результаты потрясали всех. Ну и он прошел стажировку, стал полноценным военным, и уже через полгода работал в команде «Дарк».              — Если бы такой кадр сидел на жопе в патрульной машине и жрал пончики ты бы себе не простила. — на маисовых губах появилась усмешка.              — Он худой, сомневаюсь, что он вообще что-то ест. — девушка стерла последние слезы, мягко улыбнувшись.              — Значит ему тем более там не место. — подвел итог Шэдоу и поднялся со стула, когда сестра уселась на столе рядом. Он хотел было уйти, но его мучал один вопрос, поэтому он остановился перед дверью. Но, кажется, она догадалась раньше, чем он успел задать вопрос.              — Наша квартира продана еще давно. Я бы, конечно, могла тебя приютить, но сам понимаешь. В общежитии поместить тебя я не могу. По документам ты мертв, и поэтому должно пройти какое-то время, прежде чем мы их восстановим, и ты сможешь работать. — ей стало как-то даже стыдно.              — С Руж я жить не буду. — уверенно заявил он. Она вышла замуж еще до войны, и с ее мужем у них достаточно холодные отношения. Ну а еще жить с семейной парой очень трудно, именно поэтому Меф опасалась поселять брата к ним.              — Хм… Может тогда с Сони? — малиновые глаза глянули на нее с недоумением. Парнишка вряд ли захочет пускать себе по факту незнакомца. Они друг друга совершенно не знают, следовательно, доверием здесь и пахнуть не может. — Он живет один, насколько мне известно, и пары у него нет. Он единственный ребенок в семье.              Шэдоу выдохнул и пожал плечами. На самом деле от ежа исходило дружелюбием, но Хаос знает, что у него может быть на уме.              — Я позвоню, когда решу. — он толкнул дверь, чуть не врезавшись в Руж, которая навострила любопытно ушки. Шэдоу покачал головой, когда она спряталась за высоким ежом, но ничего не сказал. Он лишь посмотрел в серо-зеленые глаза и кивнул в сторону, намекая, чтобы они вместе отошли.              Ежик, успевший переодеться в гражданскую одежду, поправил рукав худи и почесал плечо, гипс неприятно чесался. Он пошел за собратом, вглубь коридора, и обернулся, чтобы Руж не шла за ним. Они шли до тех пор, пока не оказались подальше от кабинета командира, и спустились на второй этаж, где находился кафетерий. Здесь в такое утро никого не наблюдалось, только редкие агенты, оставшиеся на ночной смене, или вернувшиеся с задания проходили, потому что это был кратчайший путь от склада до общежития.              — У меня проблемы? — спросил ежик тихим голосом, прислонившись виском и здоровым плечом к стене. Энергетик давно прекратил свое действие, а недавно вколотый анестетик только способствовал сонному состоянию.              — Мне нужно жилье. — таким же тихим голосом произнес Шэдоу, и проводил взглядом еще одного агента. Несмотря на то, что еж буквально восстал из мертвых, это мало кого волновало. — В общежитии жить не могу, сестра замужем, как и Руж.              — Я не кусаюсь. — тихонько посмеялся он, серо-зеленые глаза закрылись и тут же раскрылись, он засыпал, и не отказался бы сейчас поспать в своей мягкой кровати. — Дома меня частенько не бывает, могу сорваться и поехать к друзьям.              — Транспорт есть? — черный ежик больше не держал руки на груди.              — Мотоцикл. — собеседник пожал плечами, теперь под обезболивающими он не чувствовал боли при таком жесте.              — Отлично. Поведу я. — Шэдоу протянул руку к собрату, намекая дать ему ключи.              — Почему ты? — спросил Сони, фыркая, но все-таки протянул ключи и вложил в полосатую ладонь.              — Потому что ты едва на ногах стоишь, цыпленок.              — А. Погоди. Почему цыпленок? — удивленные серо-зеленные вытаращились на черного ежа, показалось, что индиговый ежик взбодрился. Он заметил ухмылку на маисовой мордочке, которая переросла в тихий смех, который закрывал полосатый кулак, плотно сжимающий ключи. — Шэдоу, почему цыпленок?!