простое (сложное)

Сначала, это не особо беспокоит. То есть, Юми говорит, что он просто «поздний» в этом плане. Что, возможно, во всем виноваты травмирующие события детства и прочая лабуда. В общем и целом Шото просто успокаивает себя тем, что когда нужно… Он встретит человека, к которому почувствует не только дружеские чувства. И он знакомится с Яойорозу. Она милая. Тодороки нравится она. Как человек. Как друг… Как герой. Его восхищает её образ мышления и её увлечения, техника боя. И, наверное, все логично должно перетечь в отношения. По крайней мере, так кажется. Шото думает, что это любовь (хотя уже тогда, тревожная красная кнопка в его голове мигает, предупреждая, мол, это ошибка). Но все же влюбляются? Тодороки просто убеждает себя в том, что какие-то вещи он чувствует более приглушенно, чем остальные. * Стоит отдать Момо должное. Она держится довольно долго. То есть, возможно, она понимает все раньше самого Шото, просто не озвучивает этого (а может, просто не знает обозначения). — Дело не в тебе… — Я знаю, Шото, — улыбка у неё грустная, а в глазах стоят слезы. Тодороки ненавидит тот факт, что такая сильная и прекрасная женщина может плакать… Из-за него. Из-за того, что он сломанный кусок льдышки, который ничерта не смыслит в отношениях. Тот факт, что они расстаются друзьями, кажется просто чудом. * Шото понимает, что… Это ненормально. Не нормально, что ему не хочется двигаться в отношениях дальше дружбы. Ему не хочется парня или девушку, жену или мужа. Ему комфортно быть с друзьями. Он не один. Вокруг него люди… Зачем вообще все сводить в романтику? * — Тебя ебет? — у Кацуки есть потрясающая способность делать из всего сложного хлама в голове Шото нечто очень простое. — Хочешь трахаться? Трахайся. Хочешь быть один? Нихуя не проблема. Клянусь, Двумордый, эти розовые сопли только мозги делают. Шото в последнее время часто зависает в обществе Бакуго. Кацуки интересный человек, хороший друг и спарринги с ним это что-то фантастическое. Поэтому впервые о своей проблеме Тодороки говорит именно с ним. — Забей болт и делай, как тебе комфортно. — Если мне… Комфортно спать с человеком, с которым я хорошо знаком и в котором я уверен? Где-то вдали завывают сирены полицейских машин. Красные глаза с ног до головы окидывают Шото странным взглядом. Бакуго хмыкает и закуривает. — Ну так в чем проблема, Серединка на половинку? * Секс без обязательств. Кацуки дал этому именно такое название и, если честно, изначально Шото был уверен, что постель только все испортит, но… На удивление с Бакуго было все просто. — Если найдешь кого-то получше, просто дай мне знать, Двуликий айсберг. Шото знает, что нет… Не найдет. С Кацуки ему неожиданно хорошо. Нет давки касательно отношений, нет вопросов и молчаливого упрека в глазах. * — Ну и какого… Хера? — Бакуго сонный и злой (явно после патруля) смотрит во все глаза на Шото и его немногочисленные пожитки в его руках. — У нас в доме прорвало трубы, — печально произносит Тодороки. — Полы вздуло, стены в хлам, ремонт займет около месяца. Если ты не против, могу я… — Меньше слов, Двумордый, — Бакуго трет глаза и открывает дверь нараспашку. — Шевели булками, гостевая вся твоя, если отвоюешь её у кошек. Мина и Бомба на удивление миролюбиво принимают Шото радушно. Не считая сгрызанных кроссовок от Фенди. * Стоит ли говорить, что месяц превращается в два? А потом и в полгода. * По итогу Шото обнаруживает себя в обнимку с Кацуки на диване за просмотром какого-то старого фильма от Марвел. И Тодороки понятия не имеет, что чувствует, и он абсолютно не уверен к чувствам Кацуки к нему. Поэтому в один дождливый вторник он предпринимает попытку поговорить словами через рот. Как умеет. *** — Я не понимаю… У Шото вид потерянного ребенка и это… Бесит? Пугает? Заставляет беспокоиться? Кацуки не знает, но точно ни одно из этих чувств ему не нравится. — Я не телепат, Двумордый. И не пойму, о чем ты, пока хотя бы приблизительно не опишешь мне масштаб твоего внутреннего пиздеца. Тодороки вздыхает так, словно собирается признаться как минимум в чьем-то убийстве. И это теперь точно пугает, потому что это выражение потеряшки и влажные глазки ничерта хорошего не сулят. — Я не понимаю смысла влюбленности и отношений, — тихо произносит он и опускает глаза в пол. — Не понимаю, как люди выходят на новый уровень и почему нельзя остановиться на дружбе. Чем свидание отличается от прогулки с другом? Можно ли целовать друзей или только партнера. Я не понимаю, как… я не понимаю, что чувствую к тебе. Если честно, Бакуго уверен, что Половинчатый просто расплачется на очередном «не понимаю». Пиздец. — Двумордый, тебе комфортно? Сейчас, со мной? Тодороки поднимает взгляд, впервые за всю эту дурацкую речь. — Да, — Шото не думает над ответом и секунды. — Все остальное тебя сильно ебет? — Мина прыгает на новенький диван и устраивается под боком у Кацуки. — Извини? — Если тебе комфортно здесь, сейчас и с конкретным человеком, то какая на хуй разница как обозначается это чувство? — словами через рот не самая сильная сторона Бакуго, но Шото выглядит сейчас как побитый щенок, который не знает что делать и куда податься. — Но. Момо говорила что не чувствует… — О господи, блять, Шото, я не Конский хвост! Если что-то меня не устраивает, все тут же узнают об этом, — взрывается Кацуки, Мина раздраженно шипит и бьет его лапой по колену. Предательница, думает, что он орет на Шото. — Тебе хорошо со мной, мне хорошо с тобой, и похую, как это зовется. Бакуго потирает переносицу и берёт руку Тодороки в свои руки. — Мне нравишься ты как человек, как парень, как герой. Ты рациональный, тормознутый временами, но адекватный, умный и надежный. Если тебя все устраивает в наших взаимоотношениях, то меня тоже. Бакуго знает, знает, что он плох в разговорах, но если хоть что-то из его монолога заставит Шото чувствовать себя лучше, это уже неплохо. Двумордый неспешно наклоняется и обнимает Кацуки так крепко, что, кажется, ещё немного и сломает ему ребра. — Спасибо. — Да не за что, Двуликий ты кусок идиотизма, — Бакуго целует его в висок. — Просто поменьше загоняйся и знай, что я рядом.