Мара королевских кровей

***

На этом мы закончили дискуссию, сестра повела меня в небольшую кухню, где вела себя как хозяйка. Бегала из стороны в сторону и приносила на стол нужные засушенные травы и свежие ягоды, которые кажется, вчера она и собрала. На моем лице непроизвольно возникает улыбка, пока я слежу за ее четкими действиями и тихим бормотанием под нос. Смотрю на все то, что лежит на столе и вспоминаю рецепт, удивляясь, что даже о тех травах, что она никак не могла запомнить, девушка не забыла. Внезапно в комнату входит уже знакомый мне солдат с длинными темными волосами, что сейчас немного растрепаны и изумрудными глазами. Потревоженная Агата буквально рычит на мужчину за такую резкость и невежливость — он снова не постучался. — Я всего лишь пришел помочь, а ты меня уже гонишь. — с наигранной обидой произносит Аарон и проходит ближе к нам, засучивая рукава рубашки. — Ах да, на спине принца при осмотре я заметила несколько возникающих язв и попросила прикладывать шалфей, сегодня еще нужно сделать мазь. — сестра демонстративно игнорирует слова и присутствие охранника, берет посуду с засушенными листьями и показывает мне. — Ты точно Агата? С каких это пор ты называешь это шалфеем? — на моем лице искреннее недоумение, я кошусь сначала на траву, словно это что-то противное и перевожу взгляд на девушку. — Кое-кто, абсолютно не разбираясь в растениях сотни раз переспрашивал меня, что такое сальвия! — раздраженно бросает девушка, резко оборачиваясь к Аарону, в ее взгляде играет злость, которая почти сразу утихает. — Никогда не читал заумных книжек о травах. — парирует мужчина, имитируя занятость. — Тогда буду говорить на языке русалок. Уверена, ты сразу схватишься за учебники. — Агата взрывается смехом, чуть ли не роняя из рук все, что несла на стол, прикрывает рот рукой и старается сдержать звонкие смешки. Ухмылка с лица мужчины слетает, он смотрит на меня удивленно, а я лишь улыбаюсь в ответ, пытаясь не засмеяться. — У русалок есть свой язык? — эта фраза становится конечной и я уже открыто хохочу в такт сестре, пока Аарон в свою очередь продолжал недоуменно хлопать глазами, переводя взгляд то на меня, то на Агату. Такая глупая шутка, даже байка для маленьких Мар, что отлынивали от учебы и девочки велись, включая меня, однако так же смеялись, когда изучали русалок полностью. Мы втроем принялись за работу, ножом орудовал лишь Аарон, нам ничего такого не доверяли, что неудивительно. — Агата, расскажи, как же ты здесь оказалась. — монотонно спрашиваю я, не отрываясь от размешивания наполовину готового отвара. — И что за Морок поднял тебя. — Я и сама не поняла, как вдруг сидела в сознании перед принцем и Мороком. — так же не отвлекаясь отвечала мне сестра. — Сказать честно, сначала я его боялась. Рассказывали нам о Мороках много, ты одна отмахивалась, а выглядит он и вправду жутковато. — Уже не боишься? — Он не такой ужасный, я бы сказала вовсе не такой, каким нам его представляли. А по его словам, под маской действительно находится совершенно обычный человек. — девушка частенько убирала распущенные серые пряди за уши, которые падали на лицо. — А ты что думала? Неужели верила в бредни про тьму или голый череп заместо лица? — я не выдерживаю, оставляю свое дело и беру из кармана ленту, подхожу к сестре и начинаю медленно распутывать некоторую часть пальцами. — И так ясно, что это полная чушь. Да и могла бы спросить меня, мне посчастливилось в свое время пообщаться с одним из них. — Тебе удавалось пообщаться с Мороком? — усмехаюсь такому удивленному тону, чувствую, что Агата хочет посмотреть на меня, однако я не даю ей этого сделать, аккуратно заплетаю шелковистые волосы в свободную косу. — Да, было дело. Хоть я и получила от Ирины, оно того стоило. — на моих губах играет слабая улыбка, когда я вспоминаю о той встрече и какой прекрасный человек скрывался за маской волка. — А ты, Аарон, как относишься к Морокам? — Я почти ничего не знаю о них, лишь то, что они способны отправлять души в Тень. — мужчина покончил с нарезанием сальвии и приносит нам доску с измельченной травой. — Я мало интересуюсь этим. — Скучный. — выдаю я, завязывая ленточку на узел, отхожу в сторону, к варящемуся отвару, что я продолжила помешивать. Слышу довольно громкий смешок в ответ, но не обращаю внимания. — Алексия, ты так и не сказала, кто тебя оживил? — встречаюсь взглядами с сестрой и вижу в глазах детскую заинтересованность, так же она смотрела на меня будучи маленькой, когда я рассказывала ей легенды о Марах и редко Мороках. — Адриана, Хранительница миров. — Что?! — вскрикивает девушка, бросая все, и поворачивается ко мне. — Нет, это не кровожадная убийца, с пылающими глазами и огнем вместо волос. — со стороны раздается сдержанный низкий смех, кажется, они знакомы очень даже хорошо. я смотрю за Агатой, что растерянно хлопает глазами, не находя нужных слов и я едва улыбаюсь. — Адриана очаровательная девушка. — Я.. — еле выдавливает Мара и опускает взгляд вниз, мотает головой и возвращается к своему занятию, не закончив фразу. Увлеченно толчет засушенную траву в ступке, словно думает над ответом. Она молчит не одну минуту и я уже решаю, что Агата так и не нашла нужных слов. — Ты меня с ней познакомишь. — Вряд ли это получится. — по правде сказать, я смотрю на нее почти шокировано, но отвечаю спокойно. — Она сказала не искать ее и не пытаться связаться. — Но почему? — Я не знаю, но раз она так сказала, значит, это действительно бесполезно. За все время, пока я была с ней, каждое ее слово подтверждалось до единой мелочи. Просто так Адриана словами не бросается. — монотонно отвечаю я. — Аарон, а ты.. — Кажется, твой отвар сейчас выкипит. — перебивает меня он и пока Агата не повернулась, приставляет палец к губам, буквально приказывая молчать. Кажется, моя сестра не только ничего не знает, но и говорить ей ничего нельзя. Я еще узнаю у него, но сейчас перечить ему не стану, да и отвар действительно чутка перекипел. Заканчиваем работу мы с тишине, лишь изредка сестра с Аароном перекидываются едкими замечаниями и шутками, я же в свою очередь молча выполняю работу и вот, отвар готов, мазь изготовлена и время уже подходит к вечеру, еще не смеркается, но солнце уже на подходе к горизонту. Сейчас с каждым днём темнеет все раньше — наступает зима, наше с Марами время года, когда мы благодаря нашим алым накидкам выделяемся лучше всего среди белоснежного моря. Время от времени, когда наступает тишина и лишь постукивание ножа о доску, да удары ложки о металлическую посуду ее нарушают, я вспоминаю нашу жизнь. Все мысли по последних часах моей жизни я стремительно отгоняю, привлекая любыми мелочами воспоминания о лучших временах. Как мы с Лилиан ходили за ягодами зимой, прошагивали дорогу по свежевыпавшему снегу, рассказывали истории или легенды, что узнавали недавно. Порой я рассказывала ей сюжеты, да вещи, что меня впечатлили книжек, которые я читала все свободное время. Я прониклась теплом к Анне, когда узнала о ее любви к романам, мы делились впечатлениями и книгами, что не знала то я, то она. Вначале, заместо нее я просила служительниц покупать те или иные книги, когда Анна еще боялась просить о чем либо. Помню, как с младшими сестрами обсуждали вести, что я иногда приносила с королевского двора, вместе смеялись и удивлялись услышанному. То, чем мы занимались, закончено, Агата, взяв меня под руку, а в другую стакан с отваром повела меня туда, откуда пришли изначально — комната старшего принца. Аарона же отправили за Даниилом, за которым увязалась и его младшая сестра, с которой мне пока не удалось познакомиться достаточно хорошо. — Принесите миску с ледяной водой. — озвучила просьбу я служанкам, которым было приказано слушаться Мар во дворце. Агата уже напоила Николая целебным отваром и теперь предстояла самая сложная часть работы — укрепление нитей. Я и вправду не присутствовала, когда сестра впервые сделала это, тогда была лишь Яна и Ирина, которым было поручено заняться тем лекарем, а Агата увязалась за ними из чистого интереса. Я так же случайно узнала, что тоже способна на укрепление, Ирина внезапно решила, что я смогу и буквально заставила меня, а я действительно справилась. Я делала это два раза, в тринадцать и в девятнадцать, второй раз уже сама вызвалась на помощь и совершенно не обращала внимания на отговорки Лилиан. — Теперь, Аарон, посади принца на кровати, а Елене с Даниилом желательно выйти. — девушка серьезно осмотрела всех присутствующих, садясь посади мужчины на кровать, но когда никто и с места не сдвинулся, добавила. — Тогда попрошу создать тишину и что бы вам ни хотелось сделать или сказать, ничего не делайте и не говорите. Алексия, встань ближе, пожалуйста. — Я мало чем тебе помогу, а точнее, ничем, Агата. — на меня кинули слегка раздраженный взгляд, а я тихо усмехнулась и выполнила просьбу сестры, подошла ближе к ней. — Ты и без моих слов прекрасно знаешь, что справишься. Я одарила младшую теплой сочувственной улыбкой. Поднимаю секундный взгляд на Даниила и одним жестом пресекаю любые слова или вопросы, лишь слегка наклоняю голову вбок, схватив руку сестры, прежде чем она коснется оголенной спины мужчины. Безмолвно спрашиваю разрешения, и получив одобрительный кивок, отпускаю запястье и делаю шаг назад. Сероволосая приступила, аккуратно провела по коже принца и заставила нити светиться под прикосновениями и сейчас я вижу, что все намного хуже, чем могло быть. Две нити едва горят золотистым, ощущение, словно они вот-вот лопнут, рефлективно хмурюсь, осознавая всю сложность, но не дергаюсь, смирно стою и наблюдаю. Сестра вытягивает одну из нитей и обхватывает ее ладонью, мнется, но прикрывает глаза и тихо начинает читать молитву. В памяти сразу всплывают знакомые слова и лишь губами дублирую то, что едва слышно наговаривает Агата. Хмурюсь сильнее от возникшего запаха жженой плоти, но не отрываю взгляда от нити. что горит уже почти так же ярко, как и первая. Резко девушка замолкает и дрожащей от боли рукой убирает нить обратно. Все в комнате продолжают напряженно молчать и сейчас, оторвав взгляд от ладони Мары я замечаю, какая атмосфера стоит в комнате. — Уже можно ругаться. — Дура! — быстрее всех реагирует Аарон, что был ближе остальных к сестре, а я еле слышно усмехаюсь, понимаю, что сейчас на меня посыпятся обвинения. — Ты знала? — принц рассержен и недоволен, подходит ближе и осматривает руку Агаты, хоть на меня он и не смотрит, обращается ко мне. — Алексия! — Естественно. — коротко и спокойно отвечаю я, не двигаясь с места. Мой голос становится холодным, совсем другим. Еще никто не видел меня такой, помимо Агаты. Сейчас, смотря на Даниила ледяным, каким-то равнодушным взглядом, его выражение лица меняется, а взгляд Агаты мрачнеет. Она не любит, когда я в таком настроении, однако я ничего не могу с собой поделать. Возможно, измены в моем голосе заметил и Аарон, но никак не среагировал. — Как ты будешь продолжать с такой рукой? — взволнованно спрашивает Елена, подходя ближе и сразу отворачивается, увидев почти черную полосу на ладони сестры и несколько красных волдырей. Девушка пытается сжать и разжать пальцы, кожа в некоторых местах трескается и выступает кровь. Агата едва заметно морщится. — Я закончу с помощью левой, к счастью, у меня их две. — Мара попыталась пошутить, только вышло у нее это плохо, а Даниил слегка помотал головой в знак протеста. Мой взгляд остался таким же и глаз Агата на меня больше не поднимала. Елена не выдержала этого отвратительного запаха и покинула комнату, а принц лишь отошел чуть дальше, чем был до этого, я же осталась на месте, скрестив руки на груди продолжала наблюдать за осторожными действиями сестры, чьи руки теперь подрагивали от знакомой мне боли. Девушка заканчивает, последние слова цедя сквозь зубы, а я еле держалась, чтобы не взять ее руки в свои и хоть как-то помочь. Однако я могла все испортить, помешать, отвлечь и не двинулась с места. Кое-как она отпустила нить, что теперь горела как прежде, теперь она и вовсе ни к чему не сможет притрагиваться, эти раны будут заживать долго. Мара поднимается с кровати и только сейчас я облегченно выдыхаю, подхожу ближе к принцу и начинаю осматривать работу Агаты, не обращая внимания на разговоры Даниила и сестры. Едва заметно улыбаюсь, понимая, что она справилась прекрасно, отстраняюсь и жестом показываю Аарону, что он может уложить Николая обратно на постель. — Теперь остается только ждать и надеяться. Я буду каждый день приходить к нему и поить отваром. — подытоживает девушка в диалоге с принцем. В это время я забираю из рук одной из служанок миску с ледяной водой и кладу ее на стол, молча подхожу к сестре, беру ее за запястья и сую ладони вместе со своими в воду. — Алексия! — сестра вскрикивает от боли и почти шипит мое имя, начиная дергаться и стараться вытащить руки из крепкой хватки. Совсем забывает о присутствии королевского отпрыска и начинает жалобно стонать и просить отпустить, к счастью, я не слышу слов со спины и радуюсь, что не придется никого затыкать. — Тише, Агата. — произношу я, поднимая взгляд на Мару, слегка приводя ее в чувство, она замолкает, прикусывая губу и морщась от режущей боли в ладонях, я незаметно киваю и жду, пока боль не притупится. Мои пальцы уже закоченели и обрели синеватый оттенок от переохлаждения, но вытаскиваю руки и свои и чужие я лишь когда вижу по сестре, что боль притупилась. — Алексия, — чуть ли не шепотом тянет Даниил, когда я пытаюсь сжать и разжать ладони, что плохо слушаются меня. Я поднимаю на него взгляд и сразу вспоминаю. — Агате нужно нанести мазь на руки и забинтовать. Как я понимаю, Даниил меня заберет и я ей помочь не смогу. Аарон? — я обращаюсь к мужчине, который сейчас смирно стоял у двери. — Помогу. — Прекрасно. Ваше Высочество, я вся Ваша. — резко поворачиваюсь к принцу и мне повиделось, что он вздрогнул, однако мне просто кажется. Несмотря на не самое приятное событие, его лицо сияет, а на губах вновь эта очаровательная улыбка, да и былая злость и недовольство во взгляде исчезли. — Тогда прошу. — парень предлагает мне ладонь и поворачивается к выходу, когда я встаю рядом, так и не приняв его предложения, он берет меня под руку и выводит из комнаты.

***