Отчаяние

Страх. Липкой холодной паутинкой окутывает он все тело, когда ты очнулся и не понимаешь, где ты и что с тобой. Мелкими капельками холодного, ледяного, пота выступает он на твоей коже, вызывая табун мурашек, от чего хочется вздрогнуть. Он усиливается, когда появляются они, и тебя как будто током прошибает. Глаза распахиваются, моментально привыкая к темноте, а в голове с бешеной скоростью носятся мысли, создавая хаос. Ты смотришь на них, отчаянно пытаясь узнать виновников твоего состояния. В комнату просачиваются два человека, тихо переговариваясь. Один худой, не высокий, но и не низкий, с серо-синими спутанными волосами, одетый во все чёрное, и с рукой (чьей?) на лице. «…Шигараки!..». Ненависть. Только это чувство вызывает у тебя этот человек. Хотя… Перед глазами поле боя. Твои друзья рвутся вперёд, давая тебе пару секунд передохнуть. Ощущение горячей крови на лбу и жуткое желание не сдаваться. Ради них! Ради тех, кто сейчас выигрывает для него такие драгоценные секунды отдыха. «Мы задержим его, Деку!». «Не подведи нас, Мидория!». «Ты не имеешь права сдаваться!». «Я сильнее тебя, гребанный Деку! Поэтому я дам тебе время передохнуть!». «Мы с тобой, Деку-кун, я тебя люб…!». Она не успевает договорить. Кровь… Дым… Страх. Тот самый, но все же другой. Он не сковывает тело, а достаёт из его недр что-то, что заставляет рваться в бой. Ребята… Урарака… Иида… Токоями… Асуи… Ты смотришь, как они умирают, а тело не шевелится. Лежишь беспомощно на земле, а они погибают! Ради тебя! Вставай, Деку! Тору… Киришима… Каминари… Серо… Аояма… Нет-нет-нет! Ребята! Я почти встал! Сквозь боль, сквозь то отчаяние, что пробивает тебя, когда ты видишь их мёртвые тела, ты встаёшь и смотришь на Шигараки. Шигараки, мерзавец, чьи люди убивают твоих друзей. Он стоит и с улыбкой смотрит на это! Не позволяй ему! Кода… Шоджи… Шинсо… Ашидо… Джиро… Минета… Где-то в стороне Бакуго раскидывает направо и налево клонов Твайса, а со своей спины пытается отцепить Тогу. Шото Тодороки отчаянно сражается с Даби в стороне… Тодороки… Тодороки! Нет!!! Когда с Тодороки покончено, оставшихся моментально сносит пламя Даби. «Ну же! Чёртов Деку! Добей их!» — кричит Бакуго, кидаясь на пиромана. «Хорошо, Каччан, держись» — шепчешь ты и уже без всякой улыбки на лице несешься на Шигараки. Где-то в стороне из последних сил бьются остатки героев, но их недостаточно, чтобы победить… Вскрик. Ты останавливаешься и оборачиваешься. Над мёртвым Даби на коленях сидит Кацуки Бакуго, а из его живота торчит окровавленный нож. Каччан!!! Зачем? Зачем теперь бороться дальше?.. Это конец… Тогда перейдём и через конец! ПЛЮС УЛЬТРА!!! Выстрел. Взгляд затуманивается. «Прости, Каччан. Я не справился. Простите все… Простите, Всемогущий, я подвёл вас». Тьма заглатывает тебя, и больше ты ничего не чувствуешь. Паника. От неё хочется выть и кричать, рвать голосовые связки, сдирать с себя кожу, вырывать волосы… Они все! Все погибли…!!! Да. Кроме ненависти ты ничего не чувствуешь к ним. К злодеям, уничтоживших твоих друзей, коллег, мир, доверенный тебе. Ты опять был бесполезен… Бесполезный Деку… Как иронично, ты опять вернулся к началу. Второй зашедший был неизвестен тебе. Выглядел он странно. Белые волосы, брови, ресницы, но при этом чёрные глаза. Одет в обычную серую растянутую футболку и чёрные джинсы. Всё как в тумане. Они что-то вкалывают тебе, и ты снова теряешь сознание. Непонимание. Когда ты «просыпаешься» на грязном полу в тесной комнате, прикованный за ногу цепью к единственной металлической скобе, торчащей из стены, вместе со страхом приходит непонимание. Что происходит? Неужели они решили просто запереть тебя здесь? Ты даже представить не можешь, что тебя ждёт. Перед глазами все ещё стоит поле битвы. Запыхавшиеся герои, которые потеряли основные боевые единицы, больше половины убитых молодых героев, едва закончивших академию. Среди них твои одноклассники и друзья. А ты — Символ Мира, заменивший Всемогущего, Деку, который все сможет, Символ Мира, не оправдавший надежд общества, Деку, который опять бесполезен. Поле битвы напоминает Ад, особенно пока горит синее пламя Даби. Но это ваш общий Ад. А ты даже не предполагаешь, что скоро начнётся настоящий АД, но на этот раз твой личный, никто его с тобой не разделит… Боль. Только её ты ощущаешь, когда в твоей камере тебя «навещает» тот самый белоснежный. Ооо! Он, оказывается, мастер пыток. Лёгкие спазмы боли разбегаются по всему телу, когда ледяное лезвие в руках белоснежного в очередной раз рассекает кожу. Зубы стиснуты до боли во рту, так, что сводит скулы. «Только бы не закричать!» — единственная мысль, которая все ещё посещает твою голову. Мелкие порезы покрывают твоё тело, когда поверх появляются свежие, уже более крупные. Он продолжает рассекать лезвием твою кожу, боль усиливается, и ты ещё крепче цепляешься за мысль, что кричать нельзя. За лезвиями идёт соль, которую белоснежный злодей грубо вытирает в свежие порезы, отчего боль становится сильнее, а к резкой боли добавляется ещё и боль обжигающая. Когда ты уже окончательно теряешь счёт времени, а перед глазами стоит пелена, он заканчивает, обещая, что ещё вернётся. Ты снова остаёшься один, но теперь ещё и со свежими необработанными ранами. На следующий день все гораздо примитивнее. Приходят двое амбалов и начинают тупо тебя избивать. «Наверное, это новый вид ному» — думается тебе в самом начале. А потом нет сил думать. Похоже, они наломали тебе много костей. На следующие сутки всю твою спину полосуют плетью, этом занимает белоснежный, пока Томура пофигистично сидит рядом и тушит о твою кожу выкуренные сигареты. На четвертый день ты не выдерживаешь. Обезумевший крик вырывается из глотки, когда твои ноги по колено вносят в огонь. Под твой истошный крик кожа на ногах морщится, вздувается, лопается, чернеет, обугливается… Ноги целы, но шрамы будут похлеще, чем у Даби. К концу дня голос сорван, а в мыслях нет ничего, кроме ненавистной боли… Порезы, удары током, плетьми, поджёг, удушение, отравление, истощение, избиения… Чего только не придумали эти чудовища, принося тебе лишь только один стакан воды и корку хлеба раз в 48 часов. Ты уже понятия не имеешь, сколько тебя держат тут. В голове стоит боль… Боль, отчаяние и помутнение… Ты уже готов сдаться, поэтому, когда белоснежный приходит в очередной раз, твои губы приоткрываются, выдавая фразу и тратя на неё такие драгоценные крохи энергии: «Что вам надо? Почему вы не убили меня?». На большее сил не хватит. Ты беспомощным взглядом смотришь на ухмыляющегося довольной ухмылкой злодея. Ты понимаешь, что после всего, что было, ты не понимаешь и не знаешь почти ничего, кроме своего имени. Ты — Мидория Изуку, и у тебя есть причуда, отданная тебе Всемогущим. Ты подвёл всех… Ты — ничтожество. Из последних сил выдаешь третий вопрос: «Сколько прошло времени?». Злодей продолжает ухмыляться, смотря на тебя. Его цель достигнута… Ну почти. Он снова что-то вкалывает тебе, и ты опять теряешь сознание. Когда ты снова приходишь в себя, то обнаруживаешь, что лежишь в странной комнате на мягкой. Ты приподнимаешься и осматриваешься. Почему-то сейчас ты совсем ничего не чувствуешь. Нет страха, сковывающего любые движения, нет ненависти, переполняющей мозг, нет паники, от которой хочется выть, даже непонимания больше нет. А, главное, боль закончилась. К тебе возвращается лишь глухое отчаяние, которое навсегда поселяется внутри твоего сердца. Отчаяние, возникшей из-за понимания, что ты ничего не можешь сделать. Именно поэтому ты так смиренно смотришь в глаза седоволосому парню, который заходит к тебе в комнату. Когда он спрашивает о том, присоединишься ли ты к Лиге, твои глаза отчаянно смотрят на него. Почему же боли все ещё нет? И страха тоже… Ты уверенно киваешь, подтверждая ответ произнесенным вслух согласием. А потом беловолосый парень обнимает тебя. Ты утыкаешься ему в шею, а слезы текут по твоим щекам, капая на его кожу. «Я хочу все это забыть,» — шепчешь ты, а потом чувствуешь, как тебе в шею мягко входит игла. Ты просыпаешься через некоторое время и удивлённо смотришь на него, спрашивая: «Кто я? Кто ты? Что случилось?». А потом он рассказывает тебе эту самую историю. *** Теперь ты все вспомнил, Мидория Изуку? Прости, я не могу позволить тебе забыть это. Да, это так. Ты — Мидория Изуку, а я — Мидория Эйджи. Не бойся, мой маленький Изуку. Старший брат всегда будет рядом.