Дети Хризалинды

По всем ульям были слышны крики и стенания, в воздухе Витали запахи гари и крови. По улицам маршировали Ядожалы в доспехах, они хватали Шелкопрядов оказавшихся на их пути, при попытке сбежать или сопротивляться убивали на месте. Двери в дома выбивали, не церемонились ни с кем. Головы главных заговорщиков уже торчали на пиках и начинали гнить и смрадом тянуло отовсюду, но обладатели черной чешуи все не унимались. Им хотелось крови и криков, они жаждали мстить… Мстить непокорным рабам осмелившимся бросить им вызов. Малина и Бурка сидели на потрескавшемся подоконнике приюта сплетя хвосты и, не моргая, смотрели на эту трагедию. К ним жались и другие драконята помладше, но они уже не обращали на них никакого внимания. Никто не знал, что будет дальше. Когда пару дней назад все их так называемые воспитатели в один миг покинули заведение и улетели Ясновидица знает куда, драконята даже обрадовались, стали свободно бродить по корпусу, носиться по коридорам, но через какое-то время их полосатые сверстники так же безмолвно поднялись в воздух и скрылись в дыму, а с улиц стали доноситься крики. Примерно в это же время к ним влетела мисс Белянка, Шелкопрядиха которая вела у них урок ткачества, и велела забаррикадировать дверь. И с тех пор они сидят здесь в ожидании исхода. Неизвестность была невыносима, несколько старших драконят сбежали… Малина очень хотела пойти с ними, уговаривала Буроглазку, но та настояла на своем. Подруги остались в приюте, а потом один из беглецов вернулся, держась окровавленной лапой за морду… Как он рассказал остальных убили стражи, а ему прилетело чьим-то когтем в глаз. Сейчас бедолага валялся в медпункте с повязкой, его жизни ничего не угрожает, но зрение испорчено навсегда. Все были вымотаны, сидели тихо как мышки, в надежде, что о них никто и не вспомнит. Повстанцы повержены, революция захлебнулась в крови… Хризалинда обезглавлена, но это ещё не конец. На главную площадь притаскивали всех без разбору, под пытками многие признавались и в том, чего не совершали, а затем их крылья демонстративно отрезали и уносили куда-то во дворец. Позже из них сделают один из самых ужасающих и известных залов в улье теперь уже Лорицерин. Об этом стало известно от сканирующих имя новой правительницы ульекрылов. Но это была, пожалуй, вся информация доступная в это время сиротам, ожидавшим свою тягостную участь. Шелкопряды понимали, что теперь все изменится и далеко не в лучшую сторону. Позже к дверям сиротского дома стали подлетать черночешуйчатые. Их глаза уже не были белыми, но от этого легче не становилось, в них кипела ярость и они были готовы выплеснуть ее на детёнышей никчемного племени, и если бы не Белянка, заперевшая всех по комнатам, то, возможно, пострадавших стало бы гораздо больше. Драконицы слышали, как всхлипывала их преподаватель, когда ее швырнули об стену, и обзывая последними бранными словами били наотмашь. Они понимали, что ничем не смогут ей помочь и просто, обнявшись, спрятались под кроватью и цедили слезы. На их счастье это длилось недолго, вскоре снаружи послышались хлопки крыльев. На переднем дворе стояло десятка два Ядожалов в броне, они тащили незнакомых цветных детёнышей, а рядом с ними были улетевшие до этого воспитанники. Воспитатели о них даже и не вспомнили, когда королева отпустила контроль, поэтому получили выговор, но этим все и ограничилось. Теперь драконят без родителей стало больше, поэтому ко всем стали подселять новых соседей. Буроглазке и Малине подселили коричневую Шелкопрядиху. Она была без сознания, поэтому ее, как какой-то мешок бросили на пол прямо перед парой испуганных сирот и захлопнули дверь.