Хулин

Могучие крылья. Насмешливый взгляд. Высокомерие в глазах и текущая по венам скверна. Демон Димон сидел на корточках, лузгал семечки и пил Балтику нулёвку, ехидно посмеиваясь и отдавая приказы: — Во имя Мефистофеля, начни уже трахать его в ухо и перестань облизывать пальцы, ёпт, пидорас ебаный. — Эй, бля, хватит уже лизать пизду той бабушке, кто её вообще, сука, принёс сюда? Живо сожгите эту дряхлую старуху и сожрите пепел, ёпт. — Блять, пиздец, не, ну куда ты прёшь с этой пукалкой, опущенец мля? Вон за теми кустами лежит нормальный дробовик, не позорься, ёпт. — А вы кто, бля, такие? Перед демоном Димоном стояли пятеро друзей. Пятеро отважных воинов, бросивших вызов зловещей силе. Стояли они совершенно без оружия, в порванной одежде, все в крови, а некоторые даже в сперме. — Согласно Женевской конвенции, здравому смыслу, а также пацанскому кодексу, ты приговариваешься к смерти! — начал зачитывать приговор Денис, — Приговор окончателен и обжалованию не подлежит. Последнее слово? — А за что, ёпт, вы, шпана ёбаная, меня убить хотите? — сплевывая шелуху на Еврея, спросил Димон. — Ты взял очень, очень тяжкий грех на душу, смешав в своём желудке пидорскую Балтику нулёвку и настоящие пацанские семки. Ибо, как говорил Иисус "Да не вкуси ты плод пива безалкогольного, да не заедай это плодами подсолнечными, а то пизда тебе". Так вот, тебе пизда. — Кому пизда, а кому полон рот говна, — ловко парировал Демон Димон, призвав свои дерьмонические силы, — Ну как, ёпт, нравится? Гы-гы-гы. Пока ребята захлебывались дерьмом, он встал во весь свой рост, расправил свои могучие крылья и принялся обливаться Балтикой нулёвкой. — Запомните, сукины, блять, дети, настоящий мужик не должен ни перед кем оправдываться, — с этими словами он расстегнул свою демоническую ширинку, достал свой демонический болт и стал обливать всех демонической мочой. Пока ребята взбивали своими языками коктейль из демонических отходов, Даня быстро всё проглотил и принялся анализировать сложившееся положение. В считанные секунды его мозг нахуй вырубился от перенапряжения. Поддаваясь первобытным инстинктам, он с ловкостью озабоченной кошки прильнул к паху Демон Димона. — Ааа, блять, поехавший, сука, — заверещал крылатый, — сука, блять, блять, пиздец, продолжай, о да-а-а-а, давай, вот так, ух-х-х-х, ух бля-я-я... Пока Демон Димон был занят важным делом, Денис и Алексей всё же разобрались со всем дерьмом, сбегали до машины, принесли верёвки, обсудили последнее обновление в доте, покурили и связали бедное демоническое существо. — А у Дани настоящий талант, — сказала Ира. — Не зря столько тренировался, — поддакнул Еврей. Ребята с восхищением смотрели на отсос. Денис даже немного всплакнул, поддаваясь воспоминаниям. — А... Долго они ещё? — Ну, на остановку же никому не надо? — все отрицательно покачали головами, — тогда и некуда торопиться. — Он так глаза закатил, и так блаженно улыбается... Даня действительно настолько хорош? — робко спросил Еврей. Денис судорожно закашлялся. — А ты попробуй, — предложил Лёша. — Нее, спасибо. — Слушай, это единственный шанс в твоей жизни. Когда такое ещё будет? Глаза Еврея загорелись надеждой. — Нам пора, — вмешался Денис. — А жаль пропускать такое зрелище, — вздохнул Алексей. Двое друзей удалились, покуривая синий Винстон. — Жалкий человечишка! — бушевал Димон. — Ты выпиваешь мою жизненную силу! Дай мне только выбраться и я... — "Чмок-чмок", — Даня не был настроен к разговорам. — Может реально хватит? — спросила Ира, но неутолимый Лапочка стал сосать усерднее. Начинало рассветать. Белый свет медленно растекался по ночному небу. — Погодите-ка, уже утро? — спросил Еврей. — Ага, три часа ночи правда, — ответила Ира, — И где мои новые ебыри?! Я ещё не забыла! Тем временем белое зарево уже полностью заполонило небо. Даже занятый по самое горло Даня не мог не обратить внимания на загадочное свечение. Небольшое пятнышко отделилось от неба и со скоростью кометы понеслось к троим друзьям. Даня перестал сосать, недовольная Ира перестала пинать скулящего Еврея, Димон перестал ругаться. Наступила неловкая тишина. — Эта хрень летит к нам, — Даня почесал затылок, — Может отойдём? — Выебнулся? — взъярилась Ира. — Ты тут самый умный что ли? — Нет, — Лапочка виновато потупился, — Я просто... — Заткнись! Тем временем комета со всех силы врезалась в землю, вызвав небольшой взрыв. Троих друзей раскидало в разные стороны: Даню на хуй демона, Еврея глубоко в кусты, а Иру в чьи-то сильные руки. — Уга-буга? — удивлённо выпалил бывший Данин друг. Тем временем свет рассеялся, дым осел. Никакой кометы не было, внутри неглубокого кратера стоял трёхметровый мужчина с длинными волосами. — Угммбф, — так прокомментировал это Лапочка. — Узрей же меня, сын мой. Я - Бог, — обратился незнакомец к Данечке. — А почему ты в платье? — Это туника, долбоёб тупой! — Бог скривился. — Ефремовское быдло! Недовольное божество село на разъёбанные ступени. — Ты в Бога веришь? Только серьёзно. — Ну... — Даня со скрипом задумался, — Я атеист, который не верит, но употребляет «Господи». Это разногласие. Тем времени Бог достал из-за пазухи бутылочку "Охоты крепкой" и "Кириешки". — Продолжай, — попросил он собеседника. — Так вот, я много думал над этим. Все думали. Бог. Кто он? Есть ли он. — Нету, — сказало Божество. — Я тоже так думаю. — Да-да, ты меня утомил, душнила ебаная. — И ТЫ тут? — завопил связанный демон. — Олды на месте, — ответил Бог, — Ты что тут забыл? — Ублюдки, я... — Алло, замолчи, — перебил Бог, — Раздражаешь. Отправляйся обратно в Ад. Бог щёлкнул пальцами. — Нееет! — вопил исчезающий демон. — Я вернусь! Соберу войско, чтобы свергнуть тебя и твой жалкий мир! Даня подобрал чей-то окровавленный нож и кабанчиком метнулся к Димону. А точнее к гигантской демонической залупе. — Нееет! — закричал парень, когда половой орган растворился прямо перед ним. Остались только дымящиеся верёвки. — И поделом, — довольный Бог хрустел сухариками, — Короче, я тут по делу. Лапочка без сил упал на колени. — Не грусти. Кто грустит, тот трансвестит, —Божество закурило синий Винстон, — Предлагаю тебе вступить в мою личную гвардию "Златокрылых Орлов". Будешь вот таких демонов гонять. — Нахуя мне, — повторял про себя Лапочка, — Нахуя?? — Сладкий Да... Кхм, слушай, парень, я тебе тут высокую должность предлагаю. Большинству такое и не снилось, а тут Бог, собственной персоной, перед тобой распинается как бы. — Не хочу я, — недовольно забубнил Даня. — Экий ты! Слушай, у меня там несколько сотен тысяч красивых мужей. Ты только представь, сколько хуёв там пересосёшь! Не говоря уже о прочих плюшках. Платить буду дай Боже. То бишь я. Заживёшь в заоблачной вилле. С каминчиком и целой коллекцией резиновых пенисов. Бассейн отгрохаем, каждый день Вротсман курить будешь. — Неть, — упирался Даня, — Не буду. — Почему же? — Ну... Я родился именно здесь, умру тоже здесь. Здесь и здесь, понимаешь, Всевышний? Тут мой родной дом, любимый город, дорогие друзья. — Ебать ты дебил опущенный, — Бог хихикнул и приподнял тунику. Даня лишь зажмурился, когда поток желтоватой водицы ударил в лицо. Не обратил он внимание и на потушенный об волосы бычок. — Я в ахуе, пиздец. Город конченных дегенеративных понатусеровых долборылов, — гневно сказал Бог, — Внемлите мне! Я проклинаю этот чёртов город до скончания веков! И пусть тут творится неебическая хуйня! Всевышний поднял лицо к небу и развёл руки. Раздался гром, сверкнула молния, хлынул дождь, на чёрном хуе застонала Ира, где-то в кустах заохал Еврей. Ничего не изменилось. — Конченные, отбитые! Идите нахуй, — сказало Божество и улетело. Свет померк, снова наступила ночь. Приятная глазу тьма окутала загадочное место с самым банальным названием. Почта. — Данечкааа, — закричал Денис. — Сладкий Даньчез, — заорал Лёша, — Не плакай. Кто грустит, тот трансвестит. — А, это вы, —Лапочка вытер слёзы, — Где вы были? — А ведь действительно, — подтянулась и Ира со своим чернокожим бойфрендом, — Где? — Разжигали костёр, — ответил Лёша, — Еврей куда запропастился? — Не ебу. А нахуя вам костёр? — Подкрепиться после утомительного сражения. — Давайте с нами! — предложил Денис. Все посмотрели на него с восхищением. — Опять подбиваешь на какую-то жесть, — заметил Лёша и тоже получил восхищённые переглядывания. — А может... — робко начал было Лапочка, искоса поглядывая на чёрный хуй. Все посмотрели на Даню, как на говно. *** Лапочка шёл в шарагу. Снежинки неспешным танцем мягко окутывали дорогу и заставляли верить во что-то лучшее. Во что-то светлое. В зимнее чудо. Прошло уже несколько месяцев с Великого Демонического Побоища за Почтой, но кроме вкусного шашлыка из человечинки и несколько спизженных хуйцов Даня ничего оттуда не вынес. Даже наоборот — всё стало каким-то пустым, скучным, пресным, слишком обыденным и банальным. В его жизни ничего не изменилось, лишь воспоминания о прошлом веселье не давали полностью упасть в зимнюю хандру. Ну, и несколько пенисов. Ира лежала на кровати, а вокруг неё суетились несколько нагих негров. Они что-то делали, пыхтели, кряхтели, потели, порой окропляли её некой белой жидкостью. Но ей было всё равно. Со стеклянными глазами она смотрела в потолок и думала: "Где же он?". Ира механически, будто на автомате, открывала рот, стонала, закатывала глаза. А внутри было пусто. Она ждала Его. Своего Еврейчика. — Может, уже вернём его? — спросил Денис. — Мне что-то влом. Давай завтра, — ответил Алексей. — По аду ещё шляться, искать эту заблудшую душу. — Какую, блять, заблудшую душу, мы же сами нарисовали перед ним пентаграмму, насыпали туда мелочи и отправили его в ад. — Ну да, и что? — Ничего, извини, что сказал. Да, давай завтра.