Der Kathedrale

Летом они поехали на малую родину Кати. Там в это время года совершенно не жарко, и она уже давно хотела навестить родителей. Вещей они взяли по минимуму, хотя у них и так всего было немного, привычка с общаги: не тащить хлам в дом. Поезд, кажется, шёл вечность, но так веселее и дешевле. В купе по счастливой случайности никого не оказалось, но они в основном спали. Маленький северо-восточный город встретил их утренним морозом и лёгким ветром, от которого сонные люди на перроне жались в куртки. До квартиры родителей ехать было долго, но они взбудораженные приездом, с удивительным энтузиазмом поспешили к остановке на другой стороне улицы. Небо было серым и тёмным, но на удивление чистым. Город, казался таким не родным и как будто сам был не рад приезду этих двоих. Ветер становился сильнее, дым от машин бил в нос, даже через окна автобуса, который они выбрали наугад, но кажется он ехал правильно, насколько, вообще помнила Катя. Галдёж каких-то ребят позади больно отзывался в голове, и только тогда они вспомнили как устали с поезда. Она сладко уткнулась в плечо Андрея, засыпая. Сам он уже давно сопел, уткнувшись лбом в старое стекло. Ехать было в другой конец города, и они могли не бояться пропустить нужную остановку. Выйдя там, где надо, что отчётливо твердила Катя, которая ужасно боялась где-либо заблудиться, они стали петлять вокруг одинаковых пятиэтажек, надеясь на просвет в её памяти, насчёт адреса. Увидев знакомый дом, Катя заметно оживилась и пошла быстрее. Но остановилась у ветхой двери подъезда, открытой, без замка и домофона. Жадно, взволнованно вздохнув запах из прошлого, она закашлялась. Пахло старостью и сыростью. Стало противно обоим, захотелось отойти, а лучше сбежать, но так было нельзя. Она не видела родителей 10 лет и за это время успела соскучиться, тем более они часто звали её к себе, сердце разрывалось у обоих, когда она в очередной раз отказывала. Внутри пахло не лучше, чем снаружи, а вид и состояние стен с лестницей, вызывало вопросы, о том, как это ветхое здание ещё не распалось на песок. Поднимаясь, Андрей боялся вздохнуть лишний раз, настолько конструкция лестницы казалась непрочной. Дойдя, наконец, до верхнего этажа, Катя застыла перед двумя одинаковыми дверными звонками и железной, закрытой на ключ, дверью в тамбур. - Может постучать? – она сделала попытку уклонится от неловкой ситуации в случае неверного выбора. Ей всё больше не хотелось быть здесь, а случайная встреча с соседями родителей, её отнюдь не радовала. - Тогда они, либо не выйдут совсем и нам придётся ждать, когда им что-то понадобиться в магазине, либо выйдут все, чего ты явно не хочешь. Я бы посоветовал позвонить по телефону. – Андрей, как всегда, был краток и чёток, хотя не смог удержаться от смешка, по поводу лёгкости решения этой проблемы. Вскоре тёплая квартира с максимально низким потолком встретила далёких гостей. Здесь всё было по-старому, Катя даже подумала, что и не уезжала вовсе, просто вышла на минуту за молоком, как это часто бывало. Мама стала с порога крепко обнимать дочь, отец пожал Андрею руку и ушёл ставить на плиту уже остывший от ожидания чайник. В комнате родителей, по обыкновению, был сложен диван, а стол накрыт ветхой, но тщательно проглаженной скатертью с уже побледневшими от старости апельсинами. Андрей бросил сумки у дивана и сел, наконец расслабляясь. Вскоре на столе появились чашки, чайник, тарелки и пара только что заправленных салатов. Катя, сняв ботинки и куртку остановилась около старых фотографий, стоявших на стеллаже в её комнате. Вот двое милых детей жмутся у этой же стены, где обои за столько лет ничуть не поменялись. Вот они же, только постарше жмурятся от солнца на главной улице города, сидя на краю фонтана. Вот они уже совсем взрослые стоят все вчетвером обнявшись около их бывшей школы. Вот она отдельно с цветами и чёрном сарафане у стола, наверно первое сентября. Они, эти выцветшие, покрывшиеся немного пылью с прошлой маминой уборки картинки их счастливой жизни, казались ей гораздо реальнее, чем то, что происходило сейчас. - От Игоря есть новости? – Катя подошла к столу, решая куда сесть. Вопрос застал папу врасплох, он, долго держал в руке запеканку, пока тепло не стало обжигать его через полотенце. Он поставил блюдо на подставку, поднял глаза на дочь: - Нет, он нам не звонил и не писал. Ты что-нибудь знаешь? – глаза отца были пусты и быстро потускнели, когда увидели медленный кивок из стороны в сторону. Повисла тишина, не гнетущая, а такая нужная, успокаивающая, как будто в ней растворялась всё печаль. Мама принесла блюдо с сыром и мёдом. Они сели есть. Всё, как всегда, было вкусно, мама хоть иногда и мудрила с рецептами и выдумывала их из головы, готовила неплохо. Катя с Андреем голодные с поезда уплетали всё, что им предлагали. Когда с первым и вторым было покончено, папа достал вино и бокалы, и быстрым, как только он умел, движением разлил напиток. Вино оказалось неплохим, хотя мама никогда не покупала плохого. Когда все темы разговора были исчерпаны, папа стал убирать посуду, мама вышла на балкон. - Помоги папе, пожалуйста. – Катя нежно поцеловала Андрея в щёку и тот согласно кивнув, стал собирать грязные тарелки. Девушка аккуратно вышла не балкон, вслед за матерью. Та смотрелась в свои годы, не так уж и плохо. Тёплое простое платье, не портило фигуру, волосы аккуратно собранные, красиво обрамляли лоб, с проблесками морщин, а тонкие сухие пальцы небрежно держали сигарету. - Поделишься? – Мама даже не вздрогнула, видимо заметила, как Катя вошла. Сердито-грустное лицо повернулось в её сторону, и она слабо кивнула на подоконник, указывая на открытую и полупустую пачку сигарет. Рядом лежал коробок спичек. Катя аккуратно достала и подожгла сигарету, дым сразу окутал голову тёмной дымкой. - Ты же не куришь? – Женщина тихо усмехнулась, потушила свою об пепельницу и с укором посмотрела на чадо. В ответ послышался лёгкий смешок. Они обе врали друг другу на эту тему, но каждый раз встречались на балконе. Мама снова покачала головой и собиралась выйти, как девушка её остановила. - Ты простила его? – в голосе послышался хрип и трепет, он дрожал, но не от холода или дыма, а от вырвавшегося вопроса, который мучал Катю все эти 10 лет. - Я никогда, слышишь, никогда не злилась на него, ты же знаешь, а всегда всё понимала, видела, знала, я пыталась отпустить, но это единственное, что мне не удалось. Ты за этим приехала? Поэтому не приезжала так долго? Зря, папа совсем поник. Сначала он, потом ты... Хотя зря, я это опять, нельзя вас сравнивать никак и никогда. – она явно хотела сказать что-то ещё, но силы покинули её, она упёрлась локтями в оконную раму, зарывшись руками в ладони, тихо, но тяжело дышала. Это не было откровением, Катя знала ответ, ещё до того, как спросила, но жуткая тоска всё равно сжимала сердце. Теперь всё стало ясно, как стекло. Она простила его? Нет. Потому что не на что было злиться и не за что прощать. Обе синхронно выдохнули и повернули головы внутрь квартиры, где Андрей с отцом уже раскладывали диван. В силу усталости и не сильной трезвости все ложатся спать. Свет в квартире гаснет, становится совсем тихо, только часы на стене тихо-тихо отсчитывают секунды, скрепя стрелками. Кате снилось детство, которое уже давно не посещало её сновидений. Наверно в силу атмосферы прошлого. Деревня, большое пожелтевшее от солнца невспаханное поле. Мягкий плед не сильно защищает от колкой травы, рядом лежит бутылка с водой и распакованная шоколадка. Она глядит вдаль, где виднеется тёмно-зелёный лес и какой-то соседний посёлок. Рядом лежит Игорь и рассуждает, на что похожи облака. Она оборачивается и, видя его беззаботный взгляд, улыбается. Ветер легко дует, треплет их волосы, и она чувствует невероятную лёгкость и хочется петь, снять обувь и бежать по траве, не думая о том, что будет дальше. Она просыпается поздно. Все уже встали, и мама во всю готовит завтрак. Андрей с отцом рассматривают старые фотографии, смеясь. Катя с трудом разлепляет глаза, встаёт и идёт в ванную, дабы умыться и почистить зубы. В зеркало на неё смотрит усталая девушка с гнездом на голове, синие круги под глазами, опухшая за ночь, со следом от руки, щека. Она долго трёт глаза, но всё же выходит из ванной и отправляется убирать кровать, дабы сложить обратно диван и позавтракать. Андрей, слышит, что она встала, и приходит на помощь, вдвоём они справляются гораздо быстрее, и семья садится завтракать. Справившись с приёмом пищи, они понимают, что заняться им абсолютно нечем. В маленьком городе пойти почти некуда, а дома дел нет никаких. Катя вспоминает, что взяла с собой ноутбук и садится работать. Занятие — это муторное, но можно убить хотя бы часа два. Андрей решает найти что-нибудь в родительской библиотеке, но отец предлагает сыграть в шахматы, и они поочерёдно с мамой легко его обыгрывают, он смеётся и, в очередной раз, твердить, что играть не умеет. Они, сдерживая смешки, успокаивают тем, что может он силён в чём-то другом. Катя чувствует себя удивительно уютно, в этой древней квартире, под говор любимых людей. Ей, на секунду кажется, что это будет длится вечно, но она тут же вспоминает, что они здесь всего на неделю, и она вернётся в свой дом и на работу. Тема вчерашнего разговора с матерью неожиданно всплывает в голове, девушка сворачивает ворд, открывает свою страницу в соц. сети и ищет брата в друзьях. В середине, не такого большого списка, она находит его старую страницу. Был 24 авг. 2011 г. в 19:49. Минимум информации, минимум фотографий, минимум друзей, постов, сообществ, музыки вообще нет. Как будто и его нет. Так обычно выглядят страницы тех, кто зарегистрировался по приколу, а потом, либо забыл пароль, либо просто забил. Но он никогда не забывал паролей и часто переписывался там с друзьями или с ней. Он, как будто, знал с самого начала, что уйдёт… Она решает, что можно было бы пообщаться с его друзьями, если все, кто находятся в его списке, не окажутся такими же пустышками. Пара людей была в сети сегодня или вчера. Найдя какую-то милую девушку, Катя решила, что это идеальная жертва. Она кинула заявку в друзья, снабдив её приветствием и вопросом: не помнит ли она некоего Игоря… Ответ не приходил, и Катя решила налить себе чаю, пока ждёт. - Тебе тут кто-то написал. – Она уже наливала в кружку кипяток, когда из комнаты послышался весёлый голос Андрея. Они уже давно перестали играть и последний час обсуждали его работу, попутно травя шутки. Бросив чай, она, не сказав ни слова, села за ноутбук, машинально открыв вкладку диалога. - Игоря я не видела, уже давным-давно, а вы почему спрашиваете? - Да, нет, ничего особенного, спасибо. – Катя была в отчаяние, но другого исхода диалога, она не ожидала. Решив, что нельзя терять надежду, она помучила девушку ещё немного. - А вы не могли бы вспомнить, где видели его в последний раз, пожалуйста? - Слушайте, это так давно было, что это вы только сейчас о нём спохватились, деньги кончились, а он вам задолжал? - Нет, нет, если не можете вспомнить, ничего страшного. Извините, ещё раз. – девушка, оказалась не из робкого десятка. Судя по тому, как нехотя она вспоминала, Игорь обошёлся с ней не лучшим образом. - Не знаю где он сейчас, но он часто зависал с какими-то интеллигентами у Горьковского, может там его кто вспомнит, но вы бы не ждали столько лет, может и нашли бы его. – диалог явно был окончен, и Катя, сердечно поблагодарив, решила, что к Горьковскому кинотеатру отправиться прямо сейчас. Сказав родным, что прогуляется, она оставила их готовит обед, пообещав к нему успеть. К обеду она точно не успеет, но, если кто-то даст ей хоть какую-то информацию, это будет гораздо лучше, чем полный желудок. Горьковский, был старым кинотеатром, который каждый новым мэр грозился, то снести, то отреставрировать, но в итоге здание, с каждым годом становилось всё больше похоже на локацию из зомби апокалипсиса. Идти было двадцать минут, и Катя в секунду вспомнив дорогу, решила проветрить голову. Погода с вчера лучше не стала, ветер правда не дул так сильно, но был также холоден и зарывался под всё, что мог. Обветшалые дома, были похожи один на другой, как будто кто-то скопировал картинку и решив нарисовать фон, не сильно запаривался, вставляя её без изменений. Лишь иногда взгляд цеплялся за яркие вывески бесконечных продуктовых или фермерских магазинов. Луж, по какой-то никому не ведомой причине не было, асфальт был сер и сух, трава из темно-зелёной превратилась в смесь чего-то жёлтого и грязи. Катя думала о интеллигентах, с которыми тусовался Игорь. Кто это, девушка не знала совершенно. У парня с самого начала, насколько она помнила, друзей было совсем немного. На вскидку Катя не смогла вспомнить не одного имени и более-менее чёткого лица. Всё было размыто, только Игоря она помнила хорошо, как будто он стоял перед ней 5 минут назад. Задумавшись о том, кто это загадочные знакомые и перерывая всю память в поисках хоть какой-то зацепки, она не заметила, как вышла на главную улицу, кажется свернув на одном из поворотов не туда. Вот уже, выключенный в силу похолодания, старый фонтан, такой-же, как на фотографии. Катя уже собиралась развернуться и пойти дальше к кинотеатру, но тут взгляд зацепился за небольшой книжный, где какое-то время, Игорь подрабатывал после школы. Пройдя несколько шагов, она остановилась у входа. Старая, потрёпанная временем, вывеска гласила, что это книжный магазин, и не что другое. Ряжом, на окне, виднелись плакаты о скидках, новых поступлениях и о том, что здесь продаются книги. Удивительно, как много нужно людям, чтобы просто зайти в обычный книжный. Катин вход ознаменовали колокольчики на двери, и внос врезался запах затхлых книг и кофе, который так бесцеремонно, распивала кассирша на входе. Иногда, когда мама просила передать брату еду, или Кате нечем было заняться, она заходила сюда, где Игорь рассказывал ей о том, как ужасны стали книги, что покупают только всякую белиберду с красивой обложкой и ещё много о чём. Не решаясь заговорить с сотрудницей магазина, девушка решила немного прогуляться между стеллажей. Здесь, в отличии от книжных в больших ТЦ, шкафчики были не белые, а под светлое дерево, что не делало помещение таким стерильным и пустым. В детстве Кате больше всего нравился раздел с подарочными изданиями. Они стояли за стеклом, в красивых обложках с золотыми буквами, от них веяло магией: чем-то недоступным и даже запретным. - Вам что-нибудь подсказать? – кассирша допила кофе, и решила по обыкновению «докопаться» до клиента. - Да, я ищу одного молодого человека. Игоря. Он здесь работал какое-то время назад. Может вы его знали? - Нет, никакого Игоря я не припомню, может у вас есть фотография? – Катя разозлилась на себя, за то что не взяла не одной его фотографии из дома. После долгих поисков в галереи, которые не увенчались успехом, она поблагодарила за помощь и вышла из магазина. Руки опускались. Девушке казалось, что и у кинотеатра её ждёт неудача.