Падение снежинки не всегда означает смерть.

Сегодня был довольно морозный денек. Наступала слегка неуютная и нелюбимая пора, но не для нашего Кэйи Альбриха — мороз, все-таки, его стихия. Каждую ночь он любил наблюдать за замерзающей водой. Она сначала белела, потом издавал легкий хруст и появлялся тонкий слой льда. Бессонные ночи для капитана обычное дело. Лишь на следующее утро улыбнется Джинн и скажет, что замечтался. Но, к сожалению, его мечтательная натура умерла еще в детстве. Дел и поручений нет. Зато есть «сестренка» Кли! — Дядя Кэйа… А Вы видели снежный лес-ь? — Малышка Кли любила смягчать окончание предложение. Это очень умиляло Альбриха. А еще больше его дивила ее детская легкость, глупость. — М-м, дай-ка подумать… — Стоит говорить, что он конечно его видел? Он всего лишь интересует маленькую сестричку Альбедо. — Видел. Там, как в сказке. — Хочу-хочу! — Закричала девочка, сидя на плечах высокого парня. На ней был длинный шарфик, который окутывал ее чуть ли не до глаз. На Кэйе было прекрасного темно-синего цвета пальто. Он катал Кли и рассказывал байки, которые, кстати, полжителей Мондштадта уже знают. Альбрих всегда любил нянчиться. Но только с Кли. Они буквально порой выглядели как брат с сестрой. Он часто заменял занятого брата да маму. Девочка всегда была «за» поиграть с Дядей Кэйей лишний часик. И хоть их частое сопровождалось фирменной фразой Дилюка: «Два ребенка. У младшей ума побольше будет», — Альбрих всегда смеялся: ведь в его детстве не было такого счастья. Парень с девочкой потихоньку подходили домой братика Альбедо. Свет на втором этаже горит, а значит сам ученый дома. — Альбедо-йо! — Слезая с выского парня, светловолосая девочка помчала прямо на второй этаж. Кэйа улыбнулся и снял мокрую от начавшегося снега пальто. Дома было уютно — везде были рисунки Кли, семейные и не только фотографии, склянки-банки. Но было так тепло, не то, что в квартире Альбриха: темно, пустые стены, лишь ордена и почетные грамоты… — Здравствуй, Альбедо. Над чем стараешься? — Легкий скрип лесенки звучали вперемешку с низковатым голосом. Капитан поднялся и увидел наилучшую картину: Альбедо поднимал сестру и слегка смеялся. В то же время девочка взахлеб рассказывала о сегодняшних путешествиях. — Здравствуйте, сэр Кэйа. Пытаюсь придумать формулу зелья подсластителя для еды, напитков… Оказывается, сахар уже дорогой, — слегка злобно как-то отозвался ученый, но продолжил кружить сестру. — Ох, не дана мне ваша эта наука… Что ж, я тогда пойду, не буду мешать, — Капитан Ордо Фавониус сделал что-то типа поклона и уже начал спускаться, как... — Стой... те. Если Вы можете, мы бы были рады с Вами еще провести некоторое время. Я хочу попробовать на напитках зелье… Не бойтесь, Вы не отравитесь! «В последнюю очередь меня волнует отравление… Хотя, оно может, к счастью?» — поразмыслил Альбрих, и на его лице появилась улыбка. — Конечно! Могу помочь при надобности. — Вы и так многое делаете! Присаживайтесь, я скоро. Появилось теперь в доме движение, суматоха. Кли уныло стягивала с себя шарфик, потом шла мыть ручки. Синеволосый же помог сестре Альбедо повесить одежду верхнюю (ну, кто делает крючки для маленьких девочек на уровне высоких дядечек Кэйи?!). Альбрих мысленно перенесся в свою обитель, где висит лишь две фотографии, куда никогда не попадает солнечный свет, и лишь луна находит его окно и ярко бьется в стекло. Да и Альбедо весь такой домашний, в легкой одежде. Ему так идут бежевые тона, а растрепанные волосы… — Садитесь! — Давай на «ты»? Я все-таки не намного старше тебя, — отрезал на предложение «сесть» Альбрих. А потом махнул рукой. — Прости, конечно. — Хах, хорошо, Кэйа! А вот сейчас атмосфера стала очень разряженной. Пока повар в лице ученого Альбедо что-то грел, варил, делал, Кли показала недавние поделки, показала, какие снежинки вырезала. Просто чудесно! На стол с грохотом опустился поднос с различными тарелками, кружками. Ароматный горячий чай дурманил, что во рту оставался привкус корицы, фиалковой дыни. И рядом были порезаны разные фрукты. — Ты много путешествуешь? Я последний раз ел фиалковую дыню в детстве, когда мистер Крепус привез. — По правде сказать, я никуда почти не езжу. Недавно познакомился с Томой — раньше он жил тут, но переехал в Инадзуму. Вот и дал попробовать Кли. Кэйа закивал, ведь и вправду слышал историю об этом пареньке. Но дыня была очень вкусной, сочной. Интересно, в городе Вечности сейчас тоже холодно? Альбедо за кружкой горячего чая, в которую положили подсластитель (кстати, добавили только взрослым — мало ли что) вечер прошел быстро. Дело шло к полуночи, а разговоры и истории не заканчивались. Даже маленькая Кли заснула на диване, не обращая внимания на говорящих. Альбрих тяжело вздохнул и понял одну вещь — Альбедо такой хороший человек. Он такой красивый, милый. Интересный… На лице появился загорелый румянец с розоватым оттенком, на что Альбедо слегка сонно спросил: — Жарко? Окно открыть? Вот только дело было не в этом, а в другом. Альбрих осознал свои чувства. Кэйе стало неимоверно стыдно, что хотелось просто заплакать. — Ох… да. Да и поздно, я пойду. Отнести малышку? — Проговорил капитан и ждал ответа. Он буквально секунду считал до ответа. — Кэйа, все в порядке? Тебе плохо? — Обеспокоенный голос Альбедо слишком мило звучал. Альбрих уже хотел рыдать от чувств. Ему срочно надо побыть одному, как обычно это бывает ночью. — Прости, Альбедо, я слишком резок. Все в поряд-дке, — Капитан на то и капитан, чтобы взять себя в руки. Да и зачем он учился столько лет носить маску? — Я отнесу Кли в кровать и пойду. Спасибо, было очень приятно составить вам компанию! Альбрих улыбнулся, почесал шею. Альбедо поблагодарил его в ответ. Ну, вот девочка уложена. И Кэйа почти вылетает из дома, надевая по пути пальто. На удивление ночь ясная. Снежные тучки ушли куда-то далеко к горам, а луна и несколько звездочек приятно освещают путь. Капитан буквально путается в ногах, в направлениях. Неужто ли он полюбил Альбедо? Такие теплые чувства наполняют его… Синеволосый закидывает голову и долго всматривается в синее небо. Глаз буквально закрывается от холодного ветра. Голос сбоку слегка пугает. — Тебе вообще нечего делать? — Раздается тот самый мотонный голос мастера Дилюка, который выполняет работу Полуночного героя. — О, мастер Дилюк… Доброй ночи. Я иду с гостей. Вот стоит спросить, что Вы делаете в столь позднее время, — слегка слышна эта язвительная нотка. Голова уже повернута в сторону собеседника. Время идет, а Рангвиндр не меняется. — Не лезь не в свое дело. А разве можно было ждать другой ответ? Нет, конечно. Махнув рукой, Альбрих решил, что пора заканчивать эту неловкую встречу. — Доброй ночи. — Я-я не знаю, что у тебя случилось, но поступи разумно. Доброй ночи, — промолвил красноволосый и двинулся куда-то из города. Кэйа остался смотреть в спину уходящему уже Полуночному Герою, размышляя. Все-таки, его сводный брат хорошо знает его. Альбрих покивал ночной пустоте и остался на месте, словно вкопанный…

***

Прошло пару дней. Кэйа не находил места. Даже пить не хотелось, не хотелось заглушить эти чувства. Альбрих впервые хотел в них разобраться, понять, соотнести… Единственное, стал еще больше замкнутым. Он него даже утром едкой пошлой шутки не услышать. Капитан стоял у Джинн в кабинете. Она отчитывала его за байки, которые он пустил по городу. — Вот ты, Кэйа, вроде взрослый парень, а несешь такую чушь! — Громкий голос Гуннхильдр раздавался в четырех стенах и отдал неприятно в мозг с небольшим звонок. А мысли были забиты лишь Альбедо. Они больше не виделись с того вечера, даже с Кли не играл. Может, стоит сходить?.. — Ты вообще здесь? — Да, извини, сплю в последнее время плохо, может, стоит взять отпуск… — сказал окончание фразы Кэйа уже тише, зная заранее, что оно точно не понравится Магистру. Она его оглядела. И вправду, капитан кавалерии был не в лучшей форме: синяки под глазами, печальный вид. — А ну иди к Лизе, она тебя чаем сейчас напоит! А потом к себе спать идешь. Обязательно ромашковый чай! — Что ты… — Марш! Это приказ магистра! — Джинн серьезно встала в стойку и улыбнулась. Альбрих грустно улыбнулся в ответ и тихо прошептал слова благодарности. На что Гуннльхидр улыбнулась. Ослушаться приказа равно сильнее предать Мондштадт, поэтому без колебаний Крио владелец пошел в противоположную дверь к Лизе. Компания библиотекаря всегда радовала Кэйю. Она знала все про всех, всегда умела дать нужный совет. Она, кстати, тоже заметила, что с парнем что-то не так. Она нежно положила руку ему на предплечье и улыбнулся, говоря лишь губами: «Ты справишься». Капитан даже не удивился.

***

Прошла неделя. Зима совсем окутала город Свободы, многие жители уже наполнились новогодним настроением. В этот раз наш капитан оказался в таверне, сидя за барной стойкой и пиля взглядом зимний венок. Сейчас он заметил, что на нем яркие красные конфетки, красивые золотые звезды. Раньше они казались тусклее. А зелень ели наполняла тем самым сосновым запахом в мыслях. — Вино не налью, — знакомый голос. — А я тут не за этим, — все тот же серьезный ответ. Кэйа не хотел сейчас вступать с Дилюком в новую дискуссию. — Тогда зачем ты тут? — красноволосый стоял и до блеска, как это бывает, натирает стаканы. И ответа не прозвучало. Хочется кому-то вылить душу, но никто не поймет. Как обычно, в целом. — Слушай, ты будто умирать вздумал. У тебя проблемы? — Что?.. Нет! Моя жизнь слишком прекрасна, чтобы умереть сейчас! — Капитан наигранно отшутился, надевая ту маску улыбки и шута. Дилюк наклонился и прошептал между ними. — Ты до сих пор не решился, как той ночью… И тут в таверну врывается Джинн, перебивая все звуки. — Алиса вернулась!

***

Этой новостью город был захвачен. Это была сильный пиро маг, мама прекрасной и милой Кли! Кэйа не был исключением, кого эта сенсация не потрясла. А ведь он даже не успел поговорить… Теперь придется стараться выловить Альбедо одного. Мысли материальны. — Кэйа! Привет! Давно не виделись. Даже Кли соскучилась. Опять теплое чувство, наполняющее грудь. — Ох. Пр-прости. У меня было много работы, не выходил почти из штаба. — Ничего. У самого было полно занятий. Кли заболела, потом Алиса приехала… Наконец-то суматоха от меня отошла. На ребенка сейчас выльется много такого… — Кли болела?! — Кэйа обеспокоенно осмотрел ученого. В его глазах читалось ясное: «Почему я такой дурак и не зашел». — Пару дней буквально. За ней присматривала Сахароза, а я поил ее лекарствами. А сейчас она с Алисой. Я хотел позвать тебя, но побоялся. Если ты не пришел, значит занят… Альбриху стало совестно, что из-за личных переживаниях малышка Кли слегка, но пострадала. Кэйа тяжело вздохнул и протер глаза рукой. — Не переживай, теперь Кли будет с Алисой путешествовать, а я отправлюсь искать старые рецепты по всему Тейвату. Синеволосый сначала ничего не понял. А потом дошло. Семья собирается разъезжаться по всему Тейвату… тогда он больше никого никогда не увидит? Как быть с чувствами к парню?.. Он долго стоял, пока ученый не продолжил. — Приходи сегодня вечером отметить поезду и возвращение Алисы. Она очень хочет с тобой познакомиться. Кли и Алиса будут рады, — пауза. Длинная пауза. — И я тоже буду рад. Капитана аж затрясло. Он сам не понял, от чего больше — он последних слов или последней встречи. Но охотно согласился и улыбнулся, пожав руку своему воздыхателю. Низкий паренек попрощался и умчал своей быстрой походкой. Кэйа остался опять один со своими бьющимся мыслями. Слишком много всего случается в его неуклюжей жизни. Наверное, лучше бы он просто прятался. Или был Стражем руин, которому не до эмоций. Взял и убивай всех противников. Альбрих так и стоял в небольшом холодном переулке, глядя на живой и радостный город. Снег опять пошел, теперь сильнее. Но было такое умиротворение. Хотелось бы парню такого же на душе.

***

Отмечать решили в таверне «Доля Ангелов». Удивительно, но все, кто был, Альбрих знал. Больше того, работал с ними. Вот Джинн, Кли, сам Альбедо и Алиса, Дилюк, Лиза… Некоторые работники и рыцари из Ордо Фавониус. Кэйе очень нравилось, что были только знакомые. Не придется играть вновь маску никчемного шута, а радоваться (хотя, можно быть счастливым, когда почти что сестра и возлюбленный уезжают?) встречи. Первым делом, ученый познакомить с Алисой. Мама Кли была необычайной девушкой с яркими глазами, прекрасными золотистыми волосами. Приятная улыбка, звонкий и жизнерадостный голос. У Кэйи же тот веселый голос стал пропадать — «Горло болит». Вечер был чудесным. Маленькая Кли в новом платьице, даже мастер Дилюк был разговорчив, Джинн мило беседовала с Лизой и Алисой. Лишь капитан был отстранен от всех и сидел, грустно крутил стакан виноградного сока. Даже не вина. Ученый в красивом фраке подошел и подсел к Альбриху. — Кэйа, что с тобой?.. — Спросил паренек своим тихим, слегка осиплым голосом. — Я… Мы можем выйти поговорить? — Грустно осмотрел синеволосый блондина молящим взглядом. Ответа не пришлось ждать. Они вышли на почти что уже ночную улицу. Людей нет, лишь вой зимне-осеннего ветра. Легкие хлопья снега. — С того вечера я осознал одну вещь, с которой я не могу спокойно жить. Я тебя люблю. — Кэйа… Высокий парень смотрел куда-то между Альбедо, жадно хватая воздух. Руки потряхивало, а мороз был дополнительным фактором. — Кэйа… Я не могу ответить взаимностью. Я рожден без чувств… Мне-то и Кли сложно что-то испытывать в плане отношений брат-сестра. Я не человек, мне жаль… Альбрих не ожидал услышать такое признание. Он просто обомлел. Грустная улыбка, сдерживающая слезы. — Мне жаль, что я признался… и что так вышло… Я не знаю, что делать… Наверное, зря тот вечер был. Альбедо отрицательно покачал головой и дотронулся рукой до плеча Кэйи, слабо поглаживая. — Нет… Тот вечер был чудесным. Просто так вышло… Я могу сделать лишь одно. Синеглазый посмотрел на ученого. Тот поднялся на носочки и совсем невесомого поцеловал в губы. Приятный вкус остался на губах… — Я, наверное, ломаю лишь твои надежды… — Нет! — Окрикнул Кэйа, хватая запястья Альбедо. — Это было… спасибо. Это согрело меня. В полумраке было плохо видно, но ученый слегка заплакал, быстро моргая. Мокрый снег падал на два тела, оставляя причудливое мокрое пятно на костюмах парней. Вот так сердце Кэйи было украдено навсегда каким-то ученым.

***

Кли и Алиса уехали два дня назад. Ночь опять вышла без сна. Альбрих стоял и опять наблюдал за ночным, но уже вскоре, утренним небом. Холодный ветер обдувал щеки, нос. Морозная свежесть не давала закрыть глаза, а падающие снежинки кружили. Почему-то Кэйе пришла мысль, что он — та самая снежинка. Она мечется между всеми каменными зданиями, почти около земли поднимается вверх, но в итоге все равно падает. С небольшой вероятностью она проживет с остальными в общей массе, но вероятность умереть и разбиться всегда больше. Кто-то нещадно наступит, а может, снежинка сама в итоге растает. Какой-то странный круговорот, бесконечного цикла… Снизу он увидел знакомую фигуру, которая тихонько пробиралась к зданию. Это был молодой ученый с чем-то в руках. Кэйа приподнял голову от мыслей и рванул вниз. Они буквально встретились в коридоре штаба. — Кэйа! Я думал, ты спишь… — Нет, совсем нет. Ты документы пришел оставить? — скучно спросил парень, облокачиваясь на угол. — Вообще, нет. Я искал тебя… Альбриха это удивило. Сегодня Альбедо уезжает в свое путешествие надолго, возможно, навсегда… — У тебя завтра день рождение. Это тебе. Надеюсь, тебе понравится. Открой непосредственно завтра. Прости, мне пора… — Альбедо рванул с места из здания, не давая сказать ни слова Альбриху. Но Кэйа просто не оставит это. Он побежал за ним. Выйти без верхней одежды, да и в целом в легкой рубашке была плохой идеей — мороз моментально окутал синеволосого. — Спасибо, Альбедо! — Вслед крикнул парень, надеясь, что ученый услышит это. Он и вправду уловил это. Но он шел еще быстрее, чтобы не делать больно Кэйе. Фигура невысокого паренька скрылась за углом. А капитан так и остался как дурак стоять на холоде с подарком, сдерживая слезы…

***

Он заболел в свой же день рождение. Сейчас бы Дилюк или Аделинда бы начали ругать его, но все же всячески помогать ему. Помощь с бичеванием — именно так молодой Кэйа называл это. Кэйа спал, но плохо из-за жара. Но в первое же пробуждение, весь в одеяле потянулся за подарком, оставленным Альбедо. Справившись с преградой «дотянуться», Альбрих уселся и принялся разворачивать сверток из крафтовой бумаги. Красивая бирка с его именем, ленточка… А внутри лежит рисунок, письмо и баночка. На холсте был написан Кэйа вместе с мечом. Это было написано настолько красиво… настолько живо… В баночке было что-то типа небольшой метели. Если ее потрясти появлялось больше осадка и становилось похоже на метель. А потом он утихало… «Дорогой Кэйа! Я хочу поздравить тебя с днем рождения! Для меня этот праздник является лишь фактом, но для людей — это большой праздник. Я сделал тебе два подарка. Картину и мой химический опыт. Я назвал его метель. За счет некоторых реакций появляется кристаллы — снег. Можно потрясти, и их станет больше! Я считаю, что такое чудо должно быть лишь у настоящего творца льда и снежного парня — тебя. Еще раз прости за тот поцелуй… Я надеюсь, что мы еще встретимся. И что ты найдешь достойного человека для семьи. С днем рождения!» — Спасибо, Альбедо…