Маленький хен

Чонгук знает, что Чимин в это время спит. Вообще, раньше двенадцати будить Чимина - самый пресамый из грехов, и причина оказаться в аду после смерти. Но Чонгуку наплевать, потому что сонный Чимин - отдельный вид искусства, а такой же голос - неизведанная музыка Вселенной. Чонгук знает, что у звезд есть голос, в интернете несколько раз видел и слышал. Это красиво. Но было бы еще красивее, если бы они имели голос сонного Чимина. Чонгуку наплевать на все договоренности, то бишь "будь хоть немного повежливее с хеном, мелкий, рано не буди". Чимин предупреждал. Но Чонгук по лисьи улыбается, "закрывает уши" и идет к Чимину домой, который не так далеко живет. Останавливается у панорамного окна, которое не так высоко от земли, берет шланг, который попался на глаз и направляет на окно, зовя маленького хена: - Чимин-хен! - ответа нет, - Чимин-ще, Чимин-и, Чимин-а, Пак Чимин! - без передышки. Потому что очень хорошо знает маленького хена и считает до трех. Потому что после трех он появляется у окна. Перед Чонгуком появляется хен сонный, с птичьим гнездом на голове, полузакрытыми глазами, пухлыми щечками, утиными губками, голос которого будет услышен через несколько секунд, и Чонгук, что смотрит, будто, не из сьего мира, завороженный, с дурацкой улыбкой, убеждается, что звездам не хватает вот этого голоса։ - Ты неисправим. Просто голоса, а то Чонгук знает, что он неисправим. И к маленькому хену направляются брызги воды, под ребяческий смех Чонгука։ - Доброе утро, Чимин-щи! Под "Чимин-щи" и брызги воды хен полузакрывает окно, чтобы вода внутрь не попала, и одновременно снимает с ноги тапочек, кидая его на ребенка, который посмел нарушить его сон и который прям как липучка։ - Йа, хе-е-н! - со смехом увернувшись от тапки, - я же с любовью! - Твоя любовь вредна для моего сна, мелкий демон. - Тогда открой, вместе поспим, и увидишь, что не вредна. - Брысь, исчезни, - и закрывает окно снова, хотя не до конца, пока вода снова не дошла до него. Чонгук немного отчаян. Всего этого насколько хватает для позитивного начала дня, настолько не хватает, чтобы удовлетвариться. Ему мало։ - Чимин-щи! - со двора - Чонгук. - Что на этот раз?! - из дома - Чимин. - Тапочку забыл. И снова появляется Чимин, на этот раз в другой майке. Чонгук убеждается, что Чимину идут все цвета. С тапочкой в одной руке, со шлангом - в другой и с улыбкой на лице. Чимин очень сомневается в стабильности психики этого ребенка, не понимая, как можно так активно начать день. Но, с другой стороны, кажется, он тоже становится бодрее, когда маленький демон, как он называет младшего, с одной руки выпускает шланг, показывает маленькое сердечко хену пальцами, а другой рукой бросает тапочку, поподая прямо в лоб еще полностью не проснувшегося хена։ - Айщ! - Я же любя-я-я! - припоминая, что две секунды назад другой рукой сердечко показывал. - Маленький демон.