Hit me like a man, love me like a woman

Don't you run away, run away from me I will run away from you Don't you run away, run away from me I will run away from you - Гарри! Стой… - ловлю тебя за руку, когда ты уже у двери. - Томмо, я же просил отпустить меня, - хмуришь брови и опускаешь голову. - Только не после такого… Покажи мне, что я должен увидеть. - Ты уже увидел всё. - Объясни тогда! Пожалуйста… - Хорошо, - говоришь после паузы, - видишь это лицо? – показываешь на своё, я киваю. - Так вот, это – ничто, по сравнению с тем, что внутри. - Но… - И всему виной ты. - Амм… - Вот эти руки, - сжимаешь мои запястья, - которые никогда не касались меня так, как мне хотелось, шея, которая вытягивается слишком часто, - проводишь по ней, чуть сжимая, - скулы, по которым так часто хочется провести пальцами, - что ты и делаешь, - глаза, в которые я смотрю так безысходно, - приближаешь лицо так, что дыханием соприкасаешься с моим. - И, наконец, губы, с которыми хочется разделить всю свою любовь, - врезаешься своим лбом в мой и, зажмурившись, стонешь. Стою в ступоре, пока ты срываешься и, не выдержав, выходишь за дверь. Но я хватаю тебя и затаскиваю обратно, закрывая нас в комнате. - Как ты мог молчать об этом?! Как?! - С трудом. Я не хотел, чтобы с группой что-то случилось… - Ты хоть понимаешь, что ты натворил? И... давно? - Всё время. - Псих… Невыносимый псих, - прокручиваю всё случившееся с нами и после затянувшейся паузы тихо говорю, - Знаешь, я ведь тоже люблю тебя, Гарри. - Ч-что ты сказал? - Я тебя люблю. Тебя люблю я. Люблю я тебя. - Шутишь?! - Нет. - И давно? - Без понятия. Это нагрянуло только сейчас… - Твою мать… - Её-то за что? – смеюсь. - А то не догадываешься, - подхватываешь. - За красивые глазки, да? - Если бы только за них… – утыкаешься лицом в моё плечо, а мне остаётся только тяжело вздохнуть. Спустя некоторое время, когда моя ладонь уже свободно гуляет по твоей спине, чувствую, как зубы впиваются в моё плечо. - Ауч! Ты чего? - Никак не ожидал, что всё так выйдет. - Ты, небось, тысячу раз в голове эту сцену прокручивал? - Ты меня недооцениваешь, тысяча – это только за месяц. - И что ты там представлял? - Для начала – это, - тут же оказываюсь захвачен твоими губами, но поцелуй слишком короток, - а затем удар в челюсть или что-то в этом духе. - Забавно, что всё вышло наоборот. - Да уж, хреново теперь целовать тебя, - облизываешь разбитую губу. - Да уж, прости, - аккуратно провожу по краю губ большим пальцем, а после заменяю его губами и языком. Услышав тихий стон, чувствую вкус крови и нежно зализываю свой удар, не осмеливаясь на большее, так как боюсь потеряться в чувствах. - Но, знаешь, я же нарочно… - То есть? - Ну… думал, что всё будет как в фильмах: жуткая драка, а после дикие страсти и все дела… - Ох, романтик 21 века… Стой, а почему же всего этого не случилось? - Потому что, я передумал. Не хочу так всё начинать, скорее даже заканчивать. Как бы я потом мог смотреть на тебя? - Оу… - Вот-вот. Тишина. Долгая такая. И тут я начинаю осознавать то, что теперь у меня начинается совсем другая жизнь, наполненная неизвестностью и самым тёплым созданием в мире. - Хазз, - выпрямляешься, - как я мог не любить тебя раньше? - Томмо, - выдыхаешь с улыбкой, - Это самое лучшее, что я мог от тебя услышать! – крепко обнимаешь меня, и только теперь я понимаю, что значит – дышать.