Плюшевая голова

Дом семьи Мин сложно было назвать просто домом. Он больше походил на дворец в современном стиле. Но, несмотря на большое количество комнат и огромную территорию, из всех его уголков можно было ощутить жар негодования и раздражения главы семейства. Из кабинета в очередной раз доносились крики непонимания и споров. – Как ты себе это представляешь? Это неприемлемо для семьи нашего уровня! – Отец, пожалуйста. Ты всегда говоришь о нашем положении. А как же моя мечта? Это ты стремился к политической карьере! – Я не намерен в сотый раз обсуждать столь незрелые и необдуманные заявления. – Мин усмехнулся. – Быть айдолом?! Ты хочешь поставить под угрозу наше положение в обществе? Что напишут о нас в прессе: «дочь высокопоставленного чиновника пляшет на сцене в откровенных нарядах, развлекая народ»? – он покачал головой. Мин уже много раз объяснял дочери, что её желание быть айдолом не может исполниться. Такая профессия идёт вразрез с тем уважением и статусом, которых Мин с трудом достигал многие годы, став не последним человеком в стране. – Отец, я прошу тебя, пожалуйста. Я никогда не просила у тебя ничего такого. Только в этот раз. Ты ведь знаешь, как я люблю петь. Всегда любила. Я правда не опозорю вас. Буду трудиться, избегая скандалов, и достигну таких высот, чтобы вы мной гордились. Мужчина слегка смягчился и произнёс. – Дорогая, я понимаю, но ты меня не слышишь. Уже сам факт того, что ты айдол, может негативно отразится на нашей репутации. – Это предрассудки. Почему я должна отказываться от мечты всей своей жизни из-за мнения людей? Я сделаю всё, что ты скажешь, только разреши мне участвовать в этом прослушивании... – продолжала умолять Сонхи. День отбора новых талантов в компанию MyBunny Entertainment приближался. А Сонхи никак не могла уговорить своего отца. Если она решится пойти без его одобрения, ситуация будет хуже, чем можно себе представить. Из мозгового штурма Сонхи вывел тяжелый вздох отца. – Что угодно, говоришь? Ладно, похоже, мне не удастся переубедить тебя. И я устал от твоих постоянных визитов в мой кабинет с этой заевшей пластинкой. У меня и так много головной боли – Мин откинулся в кресле и продолжил. – Я разрешу тебе пойти на прослушивание и сам договорюсь, чтобы оно было закрытым. Если ты пройдёшь, то всё последующее продвижение должна будешь скрывать своё лицо и настоящую личность от всех и вся. Согласна? – Что? Серьезно? Ты разрешаешь? – это всё, что восприняла Сонхи из слов отца, радостно подпрыгивая с кресла напротив. – Ты услышала всё, что я говорил. Так ты согласна на такую анонимность? Только теперь Сонхи обдумала ранее сказанные слова отца и кивнула. – Хоть так, – подумала она. Пусть меня никто и не узнает, не увидит лица... Но я смогу петь и выступать. Наконец-то моя мечта осуществится. – Хорошо. В таком случае я обо всем договорюсь с тем агентством. Не переживай на этот счёт. Если ты в итоге пройдёшь прослушивание, я оповещу о нашем условии компанию. Думаю, они не будут против. Для них это тоже станет интересным пиар ходом. Сонхи практически выпорхнула из кабинета на крыльях счастья. И воодушевленная, направилась в свою комнату в очередной раз прогонять песню и движения к прослушиванию, которые она разучивала уже пару месяцев. В надежде уговорить отца. Она не бросила ежедневные тренировки и была права. Теперь её целеустремленность пригодится в мире корейского шоу-бизнеса.