Твои последние слова

Первая учебная неделя пролетела так же стремительно как и началась. Мидория все так же просыпался по ночам из-за кошмаров и стремился при этом никак не разбудить соседей по комнате, что получалось не всегда. Его дни протекали до такой степени однообразно, что иногда ему казалось, будто это все один безумно долгий сон, который и не планировал заканчиваться. Пол дня он проводил в школе, а другую половину за выполнением домашних заданий и ежедневным посещением психолога. Их беседы были монотонны и скучны, пускай и протекали за чашечкой чая. Чизоме на самом деле не лез в личную жизнь юноши, как они и договорились, ведь мужчина точно знал что в скором времени он явится к нему сам. Результаты анализов пришли на электронную почту психолога утром следующего дня, и мужчина остался вполне доволен проделанной работой. Теперь в его распоряжении находился полный список медицинских обследований подростка и заключение по поводу причуды или же ее отсутствия, как было заявлено в мед. карте. План, пусть и медленно, но начал приходить в действие. Следующий шаг предполагал наличие огромного количества связей в органах опеки и пакет как минимум из семи документов, необходимых для получения разрешения на опекунство. Однако помимо всего прочего оставалась одна нерешенная проблема – Хисаши все еще был официальным представителем парня, пусть и находился в розыске после жестокого убийства. Для начала суд должен лишить отца родительских прав и только после этого можно будет подавать заявление на опекунство, но с этим не должно возникнуть проблем. Благодаря связям одного влиятельного человека, Чизоме мог быть уверен что все пойдет по плану. --- Подготовка необходимых документов шла полным ходом, хотя с такими связями как у Чизоме это было и не удивительно. С того звонка пару недель назад телефон больше не подавал признаков жизни, однако сомневаться в серьезности просьбы не приходилось, хотя какая там просьба, скорее прямой приказ с чётким планом действий. Шаг в право, шаг в лево - и он мог с лёгкостью попрощаться с жизнью. Мужчине чётко дали понять что мальчику нужно помочь, донести простую истину современного геройского мира и направить на "путь истинный". Но торопить события Чизоме не собирался, он дал парню возможность подумать, и прийти за помощью только когда тот будет готов. Безусловно он видел как тяжело приходится мальчику, видел все травмы что получал Мидория в школе от хулиганов, видел короткие стычки с ребятами в пансионате. Предполагал что есть ещё проблемы со сном, из-за расцветающих синяков под глазами и замученного взгляда, но не вмешивался. Пока рано. Мидория должен был понять что действительно нуждается в помощи. Дождаться момента полного отчаяния, и только тогда будет возможность повлиять на его решение. Ведь даже не смотря на все что парень пережил, он все еще свято верил в справедливость и правильность героев, да и сам упорно стремился стать похожим на них. Заполучить доверие мальчика - вот что было сейчас в приоритете. Мидория часто коротал время после уроков в библиотеке, как раньше, когда жизнь казалась не такой уж плохой, и мать ждала его дома с самой доброй из всех улыбок в этом мире. Она многое не могла, в силу своего здоровья и хрупкого телосложения, но всегда готова была встать на защиту сына, даже когда шансы на позитивный исход были равны нулю. Парень вспоминает её каждый день, ведь фотография красуется на его столе со дня заселения в пансионат. Как вообще можно забыть самого дорогого человека в этом мире? С самого начала он винил в её смерти только Хисаши, ведь с его появлением в их жизни все пошло наперекосяк. Однако со временем он начал понимать что все скандалы между родителями возникали именно из-за него самого. Нет, он не был участником, если только косвенно, но все стычки касались его в первую очередь. Даже не смотря на это в голове Изуку Хисаши все еще был жестоким убийцей и виновником всех бед в его жизни. Он отказывался признавать свою причастность к случившемуся. А что если Инко не решила бы выйти замуж второй раз? Где бы они оказались? Неизвестно. Но ясно было одно, она точно была бы живой и они были бы вместе сейчас. Он мог бы в любой момент подойти и обнять свою маму, помочь с домашними делами, они ходили бы вместе по магазинам и на выходных коротали бы время в компании друг друга. Он бы предпочёл не расставаться с матерью ни на минуту. Его бы не мучали эти ужасающие ночные кошмары. И возможно ему бы удалось поступить в Геройскую Академию, хотя бы на общеобразовательный факультет, в лучшем случае на факультет поддержки. Мидория был реалистом. Он прекрасно понимал что мечты навсегда останутся только мечтами. Особенно для преспричудного отброса в роде него. Мальчику всю жизнь казалось что он не имеет права жаловаться на жизнь, ведь у него есть любимая мама, еда, одежда и крыша над головой. На что ему жаловаться? На каждодневные побои со стороны сверстников? На отчима, который всеми силами вбивал мальчику в голову что тот ничего в жизни не добьётся? Что в свои 11 лет у него ни разу не было настоящего друга, да и друга вообще? На судьбу, что обделила его причудой? Глупости. Ведь есть люди которым намного тяжелее, жизнь у них сложилась хуже и мальчик просто не имеет права жаловаться на свое существование. Эта мысль появилась у него в голове ещё пару лет назад и плотно обосновалась в его формирующемся сознании во время очередного избиения, когда маленький зеленоволосый мальчик попытался защитить другого ребёнка. Тогда он принял весь удар на себя, и посчитал что сделал благое дело, однако на следующий день того парня забрали прямо с детской площадки на скорой. Мидория просто отсрочил чужую боль, чужие страдания... Он никому не помог, и при этом сам сильно пострадал. С тех пор он старался не вмешиваться в такие стычки, ведь победителем ему все равно не выйти. Каждый вечер он мечтал о силе, что в один прекрасный момент он сможет дать отпор хулиганам и возможно отомстит "отцу". Ему казалось что если сильно захотеть можно и вправду получить все, но жизнь неумолимо разбивала его мечты, каждый раз сталкивая с реальностью. Ничего в этом проклятом мире не бывает просто так. Как говориться, даже за бесплатный сыр в мышеловке придётся заплатить свою цену. Мечты навсегда останутся мечтами если не начать действовать здесь и сейчас, а ждать подходящий момент. Именно с такими мыслями Мидория заснул в одну дождливую пятницу. К Шинсо сегодня проходила мать и забрала его на выходные, что бы показать насколько она может быть ответственной, но по словам новоиспеченного друга, ничем хорошим это не закончится. Сон накрыл парня с головой, погружая в мир грёз, так по началу казалось.

***

- Изуку, все впорядке, мама здесь, иди ко мне... - Молодая девушка сидела на краю детской кровати и тянула свои изящные руки к заплаканному сыну. Мидория бросился в ее объятья, хватаясь за ночную кофту со спины и утыкаясь носом в тёплое плечо матери, тихо всхлипывая. - Мам, я так скучаю... кто бы знал... - Он говорил еле слышно, но девушка нежно улыбалась, оставляя череду поцелуев на макушке своего мальчика. "Мой маленький герой" - так она называла свое чудо, всецело поддерживая во всех начинаниях. Сколько они так сидели Мидория не вспомнит, но он отчетливо запомнил момент когда в нос ударил едкий запах гнили. Хватка на спине стала жёстче и больнее, на лицо парня начала капать холодная алая кровь, смешанная с непонятным гноем. Мальчик попытался вырваться из железной хватки, и ему это удалось, он рухнул спиной на кровать и его чуть ли не вывернуло, когда он понял что чужие руки все ещё держат его сзади. Из сидящего напротив существа, через рваные дыры на теле и торчащие кости, начали выползать тараканы и личинки, опушенная голова и сальные волосы на ней скрывали лицо, но как только голова поднялась и костлявое существо, смутно похожее на его мать, попыталось произнести что-то, из его рта огромным потоком хлынули мерзкие опарыши в слизи, сопровождаемые невнятными булькающими звуком. Лицо парня перекосило от ужала и отвращения, костлявые руки начали больно впиваться в кожу на спине и правом плече, протыкая кожу жёлтыми от грибка ногтями. Жуки стремительно приближались к лицу Мидории, норовя забраться внутрь. Мальчик, запутавшись в одеяле, упал с кровати, отбиваясь при этом от назойливых насекомых и пытаясь оторвать от себя, намертво вцепившиеся руки. Мелкие тараканы забирались под одежду и их количество увеличивалось в геометрической прогрессии. - И...зу...ку - Хриплый голос раздался очень близко к лицу мальчика, отчего тот завизжал во все горло, теряя оборону в войне с жуками, и они стремительно начали забираться в рот. - Эт...о твоя... вина, почему ты бро...сил мен...н...я? - Жуткий до неузнаваемости голос резал слух, но парень уже ничего не слышал глухо плача... Дверь комнаты засветилась, будто на неё направили прожектор. Мидории показалось что на этом его история и закончится, однако дверь вновь показалась ему знакомой. В его комнате никогда такой не было. Дорогая резная деревня дверь, на ней табличка, только вот слов не разобрать. Как только дышать стало невозможно, парень очнулся, откашливаясь. Во рту все еще комом стоял привкус гнили с подступающей тошнотой, и полное ощущение того, что под одеждой все еще кто-то есть. Он тяжело дышал, из глаз катались слезы и никак не хотели останавливаться. Благо соседи спали как убитые. Разумеется, ведь отсутствие солнца за окном свидетельствовало о глубокой ночи. Какое-то время парень сидел тупо пялясь на свои руки, ему казалось что кровь на них все ещё свежа и стекала на его постель, в носу все ещё чётко ощущался запах гнилой плоти, хоть это и было лишь плодом его бурной фантазии. Как только эмоции утихли и уже не так пульсировали в голове, Мидория смог подумать над произошедшим. Уснуть после такого он все равно вряд ли сможет. Ближе к рассвету он добрался до загадочной двери, начал перебирать в воспоминаниях где мог видеть её раньше. Долго не мог выдвинуть ни одного нормально предположения, пока первые лучи солнца не коснулись входной двери. Такой же деревянной и с резными узорами, разве что без таблички. И его осенило. Он пулей вскочил с кровати, по пути натягивая тапки, вылетел в коридор. Он бежал по лестнице не до конца понимая зачем он бежит туда именно сейчас, в такую рань даже повара ещё спали, не говоря уже о психологе, рабочий день которого официально начинался только с десяти утра, а сейчас дай бог пол пятого. "Его наверно и на месте то нет, что я творю вообще..." - но не смотря на такие мысли он все ещё бежал в сторону кабинета психолога, минуя один поворот за другим и наконец остановился у двери, полностью идентичной той, что была во сне. Мидория неуверенно дёрнул ручку, уверяя себя в том, что в кабинете никого нет, но дверь на удивление оказалась не заперта. Он прошёл в глубь кабинета и застал Чизоме дремлющим над бумагами, однако тот быстро вывел себя из сонного состояния, взглянул на наручные часы и снова на вошедшего. Потёр глаза, устало вздохнул и жестом пригласил парня сесть в кресло напротив рабочего стола. - Честно, не ожидал увидеть тебя так рано. - Психолог сгреб все бумаги в ящик стола и закрыл на ключ. Его слова никак не имели отношения ко времени на часах. - Расскажешь? Мидория замялся, не уверенный в том что об этом стоит говорить, с другой стороны, выбора особо не оставалось. Он уже его разбудил и будет ужасно невежливо просто встать и уйти, и врать сейчас просто не было сил. Ему необходимо было выговориться, но все слова просто застревали в горле комом, от которого становилось тошно. Мальчик сидел с опущенной головой несколько минут, пока Чизоме включал электронный чайник. - Выглядишь неважно. Кошмар приснился? - Мужчина опустил кружку горячего зелёного чая прямо перед мальчиком, а сам занял свое положенное место за столом. – Мидория. - Мужчина старался не давить, но молчание тяжёлой аурой скапливалось в кабинете. - Я... просто не знаю с чего начать. Мне приснился кошмар...- Мальчик грелся, обхватив стакан двумя руками, ведь не смотря на тёплое время года, ночью на улице становилось действительно прохладно, а Чизоме любил оставлять окно в кабинете открытым. - Всем снятся кошмары, это нормально, особенно в связи с последними событ... - Нет. Это не первый кошмар, и с каждым разом они становятся все более жуткими и...- мальчик запнулся подбирая нужное слово. - и реалистичными. Всё что там происходит я ощущаю в полной мере на себе. Сегодня... я чуть не задохнулся, и после пробуждения чётко ощущал запах гниющей плоти. Кажется я начинаю сходить с ума... - Мидория опустил голову, касаясь лбом края письменного стола. Чизоме понимал что жалость мальчику сейчас ни к чему, поэтому решил начать издалека, дабы убедиться в правильности своих предположений. - Как давно у тебя эти кошмары? Всегда ли они столь реалистичны? - Мужчина решил пока ничего не записывать, однако на всякий случай включил диктофон, чтобы в случае чего можно было проанализировать все позже в одиночестве. - Они появились сразу после смерти мамы... Реалистичных с того момента было всего два или три. - Ты проживаешь свою жизнь в них или наблюдаешь со стороны? - Проживаю. Было ощущение что это действительно я, будто знаю всех этих людей, пусть никогда и не встречал их раньше. Но каждый такой сон заканчивался одинаково, моей смертью, и каждый раз я проживал это как наяву, боль была не эфемерной, я действительно все чувствовал... ну или мне так просто показалось, фантазия никогда меня не подводила. - Парень горько усмехнулся, отпивая немного остывшего чая из личной кружки. Он получил её во время второго визита к психологу. - Ты хочешь это прекратить или взять все под свой контроль? - Что простите? А это возможно контролировать? - Изумрудные глаза внимательно наблюдали за каждым действием сидящего напротив мужчины. - Разумеется возможно. Тебе необходимо работать над своим сознанием, чтобы не оно владело тобой, а наоборот. Главное не терять контроль даже во сне. Так же моё предложение по поводу индивидуальных занятий ещё в силе. Если ты не передумал, конечно. - Столь бодрый и уверенный голос вновь вселил надежду в парня. Какое-то время они посвятили обсуждению проблем мальчика, а после переключились на самого Чизоме. Он рассказывал много интересных моментов из своей жизни, о том как первый раз решил попробовать себя в боевых искусствах, первый купленный нож, первая драка. Понятное дело что он опускал огромное количество вещей в своем рассказе, особенно касающихся драк. Ведь благодаря своей причуде он всегда выходил победителем. Изумрудные глаза горели восхищением, пусть половина рассказа и была выдумана, ему об этом знать пока не нужно. Первый пункт плана завершился успешно. Дальше больше. Мидория согласился обучаться основам самообороны. По словам Чизоме это должно было укрепить его сознание, ну и конечно чтобы он не выглядел как ходячий труп, коим и являлся на данный момент. Первое занятие было просто вводным, как и всю следующую неделю мальчик просто нарезал круги по спортивному залу, он выдыхался уже на третьем, но продолжал бежать пока не начинал задыхаться. До этого момента спорта в его жизни не было, даже на уроках физкультуры он постоянно сидел на лавочке со справкой. Своим хреновым здоровьем он был обязан маме. Именно по причине хрупкого здоровья его лучшими друзьями стали книги и компьютерные игры. Своего компьютера у него никогда не было, однако тот что стоял в библиотеке, как правило, всегда был свободен. Милая библиотекарша не была против, ведь Мидория был единственным кто приходил к ней каждый день и составлял компанию. Она часто приносила ему вкусняшки, а в замен мальчик был замечательным собеседником и иногда помогал пожилой женщине расставлять книги на верхних полках, ведь залезть на шаткую стремянку для нее было настоящим кошмаром, а парень был вроде как не против. Акрофобия никогда не входила в список его страхов. Под конец недели Мидория мог пробежать почти семь кругов по спортивному залу без отдышки. Занимались они через час после ужина, только в это время зал был свободен, ведь все использовали личное время по разному. Тренировки с каждым разом длились все больше, вплоть до отбоя и даже позже. Парень возвращался в комнату безумно уставшим и сразу отключался, прямо в той одежде в которой занимался. Пока Шинсо отсутствовал никто не следил за Мидорией, остальным соседям было просто все равно. Школа, приемы у психолога и тренировки – так пролетела еще одна неделя. Всю эту неделю ему не снилось вообще ничего, ведь после тренировок не было сил даже дышать. Чизоме за все это время не показал ему ни одного приема, он лишь гонял его по залу и заставлял делать много физических упражнений. Мужчина так же начал следить за питанием парня, чтобы быстрее набрать массу. Как оказалось, сам Чизоме был довольно спортивного телосложения, под свободной одеждой это было не заметно, поэтому в первый раз Мидория очень удивился, но быстро сосредоточился на занятиях.

***

Похороны Инко прошли довольно скудно. Родственников у нее не оказалось, да и друзей можно было пересчитать по пальцам. Пришли несколько коллег с работы, но даже так общее количество человек не перевалило за один десяток. Чизоме сопровождал Мидорию весь день, ведь тот отказался ехать с посторонним человеком, а кроме психолога он ни с кем из старших не общался. Мицуки была готова взять на себя эту ответственность, когда заметила маленького мальчика с незнакомым ей мужчиной в церкви, но Изуку отказался. Бакуго поглядывал на эту парочку целый день, он не был идиотом, до него сразу дошло что это тот мужчина, который забирал Деку со школы в первый день его возвращения. Только вот понятнее от этого не становилось. Взрывной парень не хотел возвращаться к прежнему занятию, которое заключалось в избиении слабых, но эмоции требовали выход, а это был единственный доступный вариант. С каждым днем изумрудные глаза этого парня начинали бесить Бакуго все сильнее, а выдержать целый день и не вмазать этому придурку, как он делал это в школе, было практически невозможно, если бы не мать. Она чуть что таскала его за ухо и отчитывала как нашкодившего котенка, ей безумно не хотелось кричать на сына в такой грустный день, но рисковать жизнью сына погибшей подруги казалось еще хуже. Как только церемония закончилась и тело его матери покоилось в холодной земле, все начали расходиться. Остался только сам Мидория, его сопровождающий и семья Бакуго. Парень сидел на корточках около могилы матери довольно долго, и когда на улице уже стемнело Мицуки захотела поговорить с ним, успокоить, прижать к себе. Видеть всегда улыбающегося ребенка в слезах было невыносимо. Однако ей этого не позволил сделать пришедший с мальчиком мужчина. Он выставил руку и вежливо попросил оставить парня в покое, Мицуки сопротивлялась, она не разделяла его взглядов и хотела помочь. Однако заслышав небольшой конфликт Мидория оставил мать в покое, обещая вернуться в ближайшее время, и двинулся к взбешенной женщине и своему психологу. - Мицуки-сан, все хорошо, вам не стоит так переживать, к тому же вас уже заждались. – Он нашел взглядом две темные фигуры, и кивнул в их сторону, предлагая женщине присоединиться к ним. – Нам тоже уже пора. Мицуки не успела и слова сказать, как оказалась одна, в полной темноте у могилы своей лучшей подруги. Она долго с ней разговаривала, отправив мужа и сына домой, она обещала ей заботиться о маленьком Изуку. И она намерена сдержать это обещание.

***

Чизоме не планировал сегодня забирать Мидорию со школы, но ему сообщили что помимо него заявление на опекунство над подростом подала Мицуки Бакуго и это могло стать проблемой в принятии решения. Чтобы не затягивать этот процесс на несколько дней им было принято решение поговорить лично с человеком из опеки и самой Бакуго. Разумеется принятое решение никак не будет зависеть от присутствия Мидории, но он мог стать верным помощником в принятии решения в пользу Чизоме. Войти в кабинет вместе с мужчиной Мидории не дали, оставив парня сидеть в комнате ожидания. - Итак. Раз все здесь можем начинать. – Довольно полная женщина средних лет открыла две папки с документами и положила их перед собой доставая из каждого заявление. – На моей памяти это первый такой случай, и я считаю что все должно быть честно и по закону, и раз никто из вас не хочет менять решение, я вынесу его сама в пользу мальчика. Начнем с вас Бакуго-сан. Вы утверждаете что были лучшей подругой погибшей матери мальчика, но при этом были не в курсе домашнего насилия. У вас имеется собственная семья и жилье, стабильная зарплата, а так же сын, который по моим данным неоднократно был пойман на издевательствах над сверстниками. Других претензий в вашу сторону я не имею, перейдем к вам, Чизоме-сан. Зачем холостому мужчине в вашем возрасте ребенок? Такая ответственность… - Мое семейное положение в данной ситуации не должно вас так сильно волновать, давайте побыстрее закончим с этим. – Чизоме выглядел не то чтобы заинтересованно, но рука предательски дрогнула когда дело дошло до его работы. - У вас приличная квартира, но меня беспокоит ваш доход, тут указано что вы работаете психологом в пансионате всего лишь чуть больше месяц, а документы с предыдущего места работы нет, при этом сумма на вашем счету меня удивляет. Как это понимать? – Мужчина поежился под этим прожигающим взглядом, но внешне даже не дрогнул. - Я был учителем, давал уроки борьбы и предоставлял услуги частного психолога - это все указано в моем резюме. – Мужчина надеялся что это устроит органы опеки, но объяснить откуда на самом деле на его счету такие деньги он не мог, ведь никто не захочет отдавать опекунство над ребенком наемному убийце. - Я вижу, просто сумма… Наверно вы мало отдыхали с таким режимом. Женщина еще какое-то время поднимала темы совсем уж не имеющие к опекунству никакого отношения, пару раз переходила на личности и даже пробила по базам профиль Чизоме на сайте с репетиторством, благо он не вызвал никаких подозрений. Она всеми силами пыталась нарыть хоть что-то на него, что бы отдать опекунство над Мидорией Бакуго, но ее сын пока заставлял женщину отложить эту идею на потом. Битый час она мусолила одно и тоже и в итоге пришла к очевидному решению – опекуном Мидории станет Чизоме. Время текло безумно медленно и Чизоме даже несколько раз выходил позвонить кому-то для утрясания некоторых вопросов и спустя почти час с лишним мужчина вышел в коридор с толстой папкой в руках, а следом за ним вышагивала из кабинета полная женщина средних лет, успокаивая расстроенную Бакуго. Мужчина ободряюще взглянул на парня и скрылся в другом кабинете для окончательного заключения договора. Мицуки же, взяв себя в руки, решила поговорить с маленьким Мидорией. - Изуку, ты как? - Она положила свою дрожащую руку на кудрявую голову и взъерошила непослушные волосы. Парень ненавидел когда его трогают, особенно волосы, ему не нравились вопросы про его состояние, но больше всего его начало бесить свое имя. Он не мог нормально воспринимать его, всегда казалось что за ним сразу последует что-то плохое. Отец всегда называл его по имени. Чизоме был в курсе и не вторгался в его личное пространство, но Мицуки была не вкурсе. - Все в порядке. Так будет даже лучше. Я бы не хотел снова создавать вам неудобства, Мицуки-сан. - Парень ели сдержал колкое замечание по поводу чужой руки на его голове, но все же не хотел портить отношения. Сегодня, как только Мидория узнал что Мицуки хочет его забрать, парню стало действительно жутко. Нет, дело не в самой Бакуго, а в её сыне, который до скрежета зубов и разбитых костяшек был готов ненавидеть весь мир, и список этот возглавлял Деку. И вот такие люди собираются становиться героями. Прожить с ним под одной крышей хотя-бы неделю было бы настоящим испытанием. - Какие неудобства, ты чего? Я уверена, что ты был бы прекрасным членом нашей семьи, и Бакуго это пошло бы на пользу. Мы всегда рады тебя видеть. И если этот, - Она сделала много значительную паузу. - Мужчина, будет тебя обижать, ты всегда можешь позвонить мне, мы будем рады помочь. Её фантастическую речь прервал подошедший Чизоме. Он взглянул на девушку с таким безразличием, что по её телу прошла лёгкая дрож. Модория же наоборот, кажется оживился. Он покинул компанию неприятной персоны, и, уходя из под её руки, действительно выдохнул с облегчением. Она провожала их странным взглядом, то ли полным ненависти, то ли сожаления. Причём первое явно было адресовано Чизоме, спину которого она буквально прижигала взглядом, пока те не скрылись за дверьми лифта в конце коридора.