in the middle of the night

Чимин не должен был срываться. Не должен был вываливать все свои проблемы на Юнги. Чимину не стоило устраивать эту ссору, не стоило оставлять альфу одного и уходить со слезами на глазах. Но Чимин не мог иначе. Долги по учебе, давление родителей, еще и шумные соседи в общежитии... Омега не выдержал и сорвался на том, кто меньше всего этого заслуживал. Это его первые отношения. И так вышло, что Юнги взрослее. Альфа старше Чимина на пять лет, но омеге… нравилось. Нравилось, что рядом человек, у которого Чимин мог спросить совета в любой ситуации. Омеге, который с детства не блистал уверенностью, это было важно. Юнги просто попался под горячую руку. Чимин понимал это тогда, понимает и сейчас. Но тогда чувства взяли вверх. Такое случалось редко, и Юнги не должен был этого видеть. Чимин ведь… не такой. Он не скандальный совсем, он сильный, чтобы справиться со всеми трудностями, просто… Просто на еще одного преподавателя-самодура сил не хватило. Юнги оказался не в то время не в том месте. Чимин не хотел говорить альфе о том, какой тот эгоист. Как все достало, как надоело неадекватное отношение на учебе. Как он устал. Юнги был терпелив. Он дал младшему выговориться. Хотел даже произнести слова поддержки. Но ему не стоило начинать с «я понимаю», потому что Чимину в тот момент казалось, что его никто не понимает. Омега не слышал, что кричал ему вслед Юнги. Он просто бежал до ближайшей станции метро, потому что садиться в машину к альфе не хотелось. Через пару дней, сидя в общежитии и делая попытки выучить дурацкую тему на завтра, Чимин сожалел. Ему не стоило так поступать с человеком, который столько для него значил. Омега накрутил себя до того, что начал думать, что они больше не пара. Они ведь вместе… всего пять месяцев? Немного, но для Чимина – целая вечность. Вечность спокойствия и счастья. Но теперь все это показалось невероятно хрупким, потому что... у них все еще не было секса. Совсем. Все, что Чимин себе позволял, это тереться об альфу, когда они целовались. Это даже петтингом назвать сложно – до оргазма так и не доходило. Омега останавливался. Даже тогда Юнги ни слова не сказал ему. И теперь омеге это показалось весомым аргументом, чтобы закончить отношения. Юнги так и не позвонил. И хотя Чимин понимал, что вина только его собственная, он не звонил. Боялся. А вдруг Юнги не захочет с ним говорить? Или не возьмет трубку, а потом позвонит лишь потому, что увидел пропущенный от Чимина? Омега не может вынести гнета собственных мыслей. Поверх футболки он надевает большую толстовку кремового цвета, набрасывает куртку, обувает кроссовки и выходит из комнаты. Ему просто необходима улица. Все десять этажей Чимин спускается пешком, заткнув уши наушниками. Уже при выходе из общежития музыка на секунду становится тише, оповещая о новом сообщении. Он останавливается на ступеньках, заглядывая в экран. Хмурится, потому что не понимает. Не верит. «спустись, пожалуйста» Юнги написал ему. Чимин в недоумении поднимает голову. Недалеко стоит знакомая машина. Но что еще важнее, из нее выходит Юнги и идет к нему. Омега спускается навстречу и останавливается прямо напротив. Опускает глаза почти сразу, потому что... - Стыдно? Это даже хорошо, - произносит альфа. – Потому что я ни черта не понял, Чимин-а. Омега не успевает даже глаз поднять на старшего, потому что тот обнимает его. - Прости, - шепчет Чимин в шею альфе. – Я не должен был срываться. Только не на тебе. Юнги вздыхает. - Почему ты не поговорил со мной? Почему не сказал, что так устаешь? Чимин жмурится до звездочек перед глазами. - Тебе это незачем. Юнги насильно его отстраняет и заставляет на себя посмотреть. Он смотрит серьезно, даже строго. Чимин закусывает губу. - Почему? – только и спрашивает альфа. - Это неважно. Я имею в виду… это не то, о чем тебе стоит беспокоиться. Это мои проблемы, я способен с ними справиться. У тебя хватает своих. Юнги еще несколько секунд смотрит на него тяжелым взглядом. Он выглядит недовольным и немного расстроенным. - Ты сейчас свободен? – спрашивает. Совсем не то, что хотел. - Да. - Поехали со мной, - и Чимин не может сопротивляться этому тону. Он садится, пристегивает ремень безопасности и уже спокойно вдыхает ставший таким родным аромат альфы. Половину пути Юнги молчит, а Чимин просто смотрит на него. Его не особо волнует, куда его везут и зачем. Ему хорошо здесь и сейчас, рядом с любимым человеком. - Мне важно все, что связано с тобой, - тихо произносит альфа. – Все, что происходит у тебя на учебе: с кем ты споришь и за что ненавидишь преподавателя по философии. Мне важно знать, когда твои соседи шумят, не давая выучить что-то, или когда шуршат упаковкой чипсов. Мне важно это так же, как важно тебе, потому что мне важен ты. Я знаю, как ты не любишь грузить кого-то, а особенно меня, знаю, что тебе тяжело делиться проблемами. Но как бы ты чувствовал себя на моем месте? Если бы я постоянно улыбался, рассказывал только забавные вещи и все держал в себе? Думаешь, я не вижу, когда твое «я просто устал на учебе» вранье? Я не слепой, Чимин. - Зачем тебе лишние проблемы? - Это не проблемы, - вздыхает Юнги, заворачивая во двор. – Все, что влияет на твое состояние и настроение, влияет и на меня. Если тебе плохо, или грустно, или еще что-то, а я могу облегчить это состояние, я хочу это сделать. Но ты просто не даешь мне такой возможности. Ты не проблема для меня, Чимин. У Чимина ком застревает в горле, и все, что он может, это смотреть на Юнги. Но альфа выходит из машины, обходит ее и открывает дверь со стороны пассажирского сидения. - Идем. Чимин выходит и сплетает пальцы с протянутой ему рукой. Он даже не слышит звука сигнализации, потому что в голове набатом звучит «ты не проблема для меня». Они поднимаются в квартиру одной из многоэтажек. Чимин уже бывал у Юнги, но никогда – так поздно. Когда омега выходил из общежития, стрелка часов близилась к двенадцати. Середина ночи. Юнги заводит его, закрывает дверь, помогает снять куртку, раздевается сам, пока Чимин смотрит на свои ноги. Он так много чувствует: вину, разочарование в самом себе, благодарность Юнги и… желание. - Юнги, я… - Чимин, - альфа разворачивается к нему лицом. – Я принял твои извинения еще около общаги. Больше не нужно. Я не злюсь. Юнги берет двумя руками его лицо и заглядывает в расширенные глаза. Читает Чимина, как открытую книгу. - Я не требую от тебя изменений сию минуту. Но прошу: не бойся учиться этому. Юнги знает, что это займет время. Может, месяц, а может, больше. Скорее всего, больше. Но альфа готов ждать. Он готов помочь, если понадобится. - Хорошо, - шепчет омега, слабо улыбаясь. Старший кивает, улыбаясь. А потом целует. Чимин хватается за его руки, трется носом, старается дышать ровно, но не выходит. С Юнги никогда не выходит. Альфа настойчивый, жадный, и омегу от такого Юнги кидает в жар. Чимин и забыл, что тепло оделся. - Жарко… - шепчет он, сквозь влажные касания. – Юнги, жарко… Альфа слышит. Руками соскальзывает на туловище Чимина, задирает толстовку и кладет руки на талию. Сдавливает слабо сквозь ткань футболки, притягивает ближе. - Сними ее, - просит омега. Юнги подцепляет край футболки и тянет кверху вместе с толстовкой. Чимин перед ним наполовину обнаженный. Альфа замирает, рассматривая красивое тело своего омеги: с тату на ребрах, асимметричными сосками, мягким на вид животом. Юнги поднимает тяжелый взгляд на Чимина. Будто разрешения спрашивает. Омега дышит глубоко, знает, к чему все идет. И притягивает альфу к себе. Юнги касается оголенной кожи, каждое касание отзывается огнем в груди омеги, что медленно разрастается по всему телу. Чимин откидывает голову, когда губы старшего спускаются на шею и с болезненным удовольствием втягивают нежную кожу. Наверняка останутся следы, но это волнует Чимина в последнюю очередь. Он зарывается пальцами в волосы старшего, второй рукой цепляется за спину и… злится! Юнги все еще в рубашке. Чимин недовольно отстраняет растерянного альфу. - Мне остановиться? - Сними ее, - омега кивает на рубашку. - Сними ее, - бросает Юнги, вытягивая уголок губ. И это действует странно: Чимину хочется альфу еще больше. Хочется смотреть, касаться, делать приятно. Омега принимает вызов и расстегивает одну пуговицу за другой. Юнги из всех сил держится, смотрит, как младший медленно перебирает пальцами чертовы кружочки! Как оглаживает плечи, сбрасывая одежду с альфы. Юнги чувствует теплые ладони на плечах, груди, торсе. Ругает себя тысячу раз, но толкает омегу к стене и вжимается. Чимин охает от напора и хватается за плечи альфы. Улыбается, давая согласие. Юнги целует развязнее, глубже, руками гуляет по телу, сжимает ягодицы сквозь ткань штанов, трется и получает сладкий выдох. Кое-как они добираются до спальни, альфа опрокидывает младшего на лопатки, упираясь коленом ему между ног. Они смотрят друг другу в глаза. Здесь и сейчас Чимин полностью отдает себя Юнги. Отзывается на каждый поцелуй, судорожно расстегивает ремень на чужих брюках, дрожит почти от каждого касания. Он чувствительный до всего: до ласк Юнги, до его игр с сосками, до языка на торсе и в его рту. Чимин запрокидывает голову от слишком приятных ощущений, сдерживаясь; в спальне слышно лишь его тяжелое дыхание и влажные звуки поцелуев. Стон вырывается из горла, когда альфа губами ведет по внутренней стороне бедра, покусывает кожу и всасывает, оставляя алые следы. Юнги улыбается. - Не сдерживайся, Чимин. Я хочу слышать все, что ты чувствуешь. Чимин мычит, когда альфа руками начинает его ласкать, сжимает одеяло под ним, ерзает. Сладко-болезненно стонет, когда в него проникают. - Скажи, когда остановиться, - шепчет Юнги в губы и целует. Чимин выдыхает, на секунду забывая о неприятных ощущениях где-то внизу. - Не останавливайся, - просит. Юнги целует его все время, пока растягивает. Чимин теряется, когда одну его ногу забрасывают на плечо. Альфа успокаивающе поглаживает и целует бедро, пока второй рукой раскатывает презерватив. - Все хорошо, - Юнги большим пальцем гладит щеку младшего. – Смотри на меня, ладно? Чимин героически выдерживает проникновение, даже не замечает слез, которые Юнги чуть позже сцеловывает. Омега тяжело дышит, прижимает старшего ближе. - Тише, - шепчет Юнги. – Привыкни немного. Когда грудь перестает вздыматься, а руки Чимина нежно гладят шею альфы, Юнги начинает двигаться. Омега отзывается на каждый толчок, позволяет старшему сплести его пальцы со своими. Охает, когда вторая нога оказывается закинута на плечо. Стонет, когда тело вздрагивает от незнакомых, но приятных ощущений. Стонет, когда Юнги в темп движениям начинает ему дрочить. Мычит, когда старший глубоко целует. Так много ощущений пугает, но Чимин не успевает об этом сказать: тело прошибает оргазм, омега распадается на клетки, молекулы, атомы и теряет себя в ощущениях. Юнги останавливается, мягко целуя. - Закончи, - выдыхает Чимин. - Я сделаю это по-другому, - альфа собирается выйти, но младший его останавливает. - Сделай это со мной, - и Чимин целует его, заставляя снова двигаться. Юнги делает так, как просит омега. Чимин – не его проблема. С недавних пор он его жизнь.

In the middle of the night Just call my name I’m yours to tame