Мурлыкающее лекарство

      – Маринетт, ты сегодня в школу не идешь, – строго сказала мама.       – Хорошо, мам.       – Лежи и отдыхай. Если что-то будет нужно, сразу же зови меня.       – Хорошо, мам.       – Если поднимется температура, тоже зови, нужно будет сбить.       – Хорошо, мам.       – Если…       – Мам, я поняла. Можно, я просто полежу в тишине? – я страдальчески простонала. – У меня голова раскалывается.       Я не лукавила, мне действительно было очень плохо. Хотелось закопаться под одеяло и не вылезать оттуда, как минимум, до следующего года.       – Хорошо, отдыхай, – понимающе улыбнулась мама и, заботливо погладив меня по голове, оставила в одиночестве.       Прикрыв глаза, я уплыла в сон, но ненадолго. Спустя некоторое время ко мне на кровать спрыгнул Кот Нуар. Потоптавшись на одеяле, он свернулся клубочком, положив голову на мой живот.       – Кот?.. – прохрипела я.       – Ты как, Принцесса? – шепотом спросил напарник. – Слышал, тебе очень плохо, поэтому пришел. Помнишь, ты говорила, что я вылечил тебя каким-то мистическим образом? Может, в этот раз тоже сработает?       – Хорошо бы, – поморщилась я. – У меня все тело ломит. А ты заболеть не боишься?       – А если я заболею, ты придешь ко мне в гости меня лечить? – хитро усмехнулся Кот.       – Эй, – я слабо стукнула его кулачком, – я ведь не знаю, где ты живешь.       – Ладно, тогда я сам к тебе приду, и ты будешь меня лечить.       – Так тоже не пойдет. Как ты будешь скакать по крышам в таком состоянии? Я бы не… – я осеклась, в ужасе округлив глаза. Только что с моего языка чуть не сорвалось почти признание в своей супергеройской личности. Но Кот ничего не заметил.       – Уж как-нибудь доскочу, – хмыкнул он. – А возможно, меня по дороге перехватит ЛедиБаг, уложит на свои колени и будет поить лекарством. А потом погладит по волосам, скажет, что я лучший напарник и поцелует.       Он расплылся в глупой улыбке, а я хихикнула.       – Мечтать не вредно, Котик.       – Да, – он вздохнул и повторил, – мечтать не вредно. Поэтому я каждый день придумываю места, куда мы могли бы пойти на свидание или просто провести время вместе. В масках и без.       – О?..       – Вот только моя Леди не согласится ни на одно из них.       – Расскажешь? – неуверенно спросила я. Пусть я и не собиралась идти с ним на свидание, мне все же было интересно, что он там для меня приготовил.       Вместо ответа Кот Нуар вздохнул и подтянулся повыше, чтобы видеть мое лицо, и, обняв меня когтистыми лапками, тихонько замурлыкал. Я потрепала его по волосам и улыбнулась. Какой же он все-таки…       – Котенок, – сказала я, а потом шепотом добавила: – Вообще-то у меня горло болит, а не грудь.       Покраснев, напарник аж подпрыгнул, неловко отвернулся и даже, кажется, собрался тут же и удрать, но я успела поймать его за хвост.       – Не уходи, – тихо попросила я, понимая, что он единственный, кто сейчас может спасти меня от ужасной тоски, сопровождающей каждую болезнь. Конечно, ко мне придут одноклассники, но это будет потом. А сейчас мне ужасно не хотелось пролежать в одиночестве половину дня. Конечно, была еще Тикки, но…       – Я… прости. Я не нарочно.       – Я знаю.       Он обернулся и посмотрел на меня с опаской и некоторым недоверием, но я лишь слабо улыбнулась. А потом, скривившись, закашлялась, торопливо выпустив хвост напарника и схватив припасенный для таких случаев платок. Отвернувшись, я надсадно кашляла, ругая про себя чешущееся горло и выступившие от этого на глазах слезы. Кое-как успокоившись, я облегченно вздохнула. Голова разболелась с новой силой, поэтому я вновь откинулась на подушку и прикрыла глаза.       – Слишком ярко. Котенок, можешь, пожалуйста, закрыть люк? – не получив ответа, я вновь позвала: – Кот?..       Он не ответил и я, с трудом открыв глаза, обнаружила, что он исчез. Скорее всего, именно поэтому люк оказался открыт.       На глаза вновь навернулись слезы, и я, не став их сдерживать и накрывшись одеялом с головой, беззвучно заплакала. В голове словно поселился акуманизированный отбойный молоток, и я тихо, беспомощно застонала. Даже, кажется, успела ненадолго задремать, потому что прикосновение к плечу заставило меня вздрогнуть всем телом. Выбравшись из-под одеяла, я прищурилась, но вокруг царил полумрак, так что я вновь расслабила глаза и наткнулась взглядом на вернувшегося Кота Нуара.       – Держи, – он протянул мне какую-то небольшую коробочку.       – Что это?       – Эвкалиптовые леденцы. Очень хорошо помогают от кашля.       – Так ты… за ними уходил? – заторможено спросила я, доставая из пачки первый леденец и кладя его в рот, с облегчением следя за тем, как из горла уходит боль.       – Да. А ты думала, что я ушел насовсем? Глупенькая. Как же я тебя оставлю одну в таком состоянии?       – А у тебя не будет проблем из-за того, что ты здесь? – встрепенувшись и впервые за все время подумав о том, что ему может быть неудобно отлучаться от своих гражданских дел, чтобы побыть рядом со мной.       – Проблемы решат мои друзья, – ухмыльнулся Кот. – И, как ни странно, учителя тоже пообещали помочь.       Я слабо улыбнулась, но вновь поморщилась от вспышки боли.       – Голова болит, – пожаловалась я. – Даже больше, чем горло, представляешь?       – Тогда как насчет того, чтобы использовать меня в качестве котоподушки? – подмигнул Кот и, слегка подвинув меня, вновь свернулся клубочком, но уже так, чтобы я лежала на нем, а когда моя голова оказалась на его спине, вновь замурлыкал.       – Спи, Мурринетт, – тихо сказал он, – я буду тут.       Я устроилась поудобнее, нашла рукой его когтистую ладонь, крепко ее сжала и умиротворенно прикрыла глаза, чувствуя, как под моей головой тихо и совершенно по-кошачьи урчит напарник.       И как у него это получается?..       – Расскажи, куда ты хотел пригласить ЛедиБаг, – попросила я, когда мы пару минут пролежали в почти полной тишине.       – Если я буду рассказывать, то ты не уснешь.       – Наоборот. Под твои рассказы я усну быстрее.       – Ты меня обижаешь, – наигранно оскорбился Кот Нуар. – Неужели я настолько неинтересно рассказываю?       – Почему же? Очень даже интересно, но если ты будешь рассказывать тихо и безэмоционально, то я и правда намного быстрее усну.       – Вымогательница, – он несильно ущипнул меня за щеку, я хихикнула, и он сдался. – Ладно, слушай.       Он принялся тихо и безэмоционально, насколько мог, рассказывать про то, куда бы хотел сводить ЛедиБаг на свидание. Там были и крыши с волшебными видами, и пикники в парке, и походы в кино, в театр, в музей, на многочисленные выставки и в парк развлечений.       Однако по мере рассказа голос напарника из вынужденно равнодушного превратился во вдохновленный, и он с упоением рассказывал мне о все новых и новых местах от посещения разных шоу до уединенных местечек, где он мечтал украсть у меня поцелуй. Он даже, забывшись, расписывал мне, как это произойдет. А я, невольно представляя на его месте Адриана во всех этих красочных моментах, с сожалением думала о том, что вряд ли он сможет все это осуществить.       «Прости меня, Котенок, – подумала я, засыпая, и чуть сжала его руку. – И… спасибо тебе».       Когда я проснулась, то почувствовала себя намного лучше – кошачье лекарство все же помогло, однако меня беспокоило легкое чувство вины. Но и оно ушло, стоило мне позже увидеть Адриана, пришедшего навестить меня в составе целой делегации из одноклассников, заполонивших собой всю мою комнату, отчего маме пришлось составить расписание посещений.       Когда я увидела его мягкую улыбку и услышала голос, полный неподдельной заботы, то смущенно пискнула и пролепетала нечто неразборчивое под понимающими смешками подруг.