Трансформеры. Начало.

— Опять приходил Мегатрон? — спрашивал Альфа Трион. Его отличали ото всех металлические "усы". Он был старым и мудрым Праймом. Альфа Трион никогда не обманывал и был преданным воином. В каждом бою он отличался смелостью и дисциплиной. — Да, — ответил Орион Пакс. — Это был риторический вопрос. Альфа Трион подошел к большому шкафу, где была вся информация, заключенная в рибинги — источники информации, похожие на земные флеш-карты, только они были гораздо длинней и больше, и могли содерживать миллион земных терабайт. Альфа Трион взял один рибинг, в котором находилась информация о гражданской войне, которая была две тысячи ворн назад, и была она не между двумя фракциями, а среди Десептиконов. Лорд Хардмир принял указ, что каждый десептикон обязан быть действующим бойцом армии, так как в любой момент можно было ожидать нападения дриллеров. В то время была яркая вспышка нападений на всех живых существ этими червями. Еще в то время каждый четвертый десептикон непостоянно служил на военной службе. У многих были разные профессии: изобретатель, создатель техники (вне армии), доктор (не военврач), добыватель полезных ископаемых (в основном это был красный энергон, самый редкий вид энергона, способный увеличить скорость всех действий трансформера на короткое время почти в 10 раз), а также были и другие профессии, которые и не заслуживали иметь звание професии, например, гладиатор. — Помни, Орион, он — десептикон, у него нет чувства жалости. У него на лице написано, что он жаждет власти. Он убивает, не жалея об этом. Ты понимаешь, что ты для него — не друг, он тебя использу... — Мы друзья! Он не злой! Я знаю это, у него есть душа. — Я ничего не могу сделать. Это твое мнение. Но потом ты еще вспомнишь слова старого Альфа Триона. Орион в тот момент сам стал сомневаться насчет Мегатрона. Ведь он был одним из опасных убийц. И Ролбэйн был сильнее его. Если Мегатрона убьют, то Орион останется одиноким на всю жизнь. В тот момент он хотел остановить Мегатрона, но он был слишком далеко, в долине Десептиконов. И у Пакса еще длился рабочий день, и он не мог покидать архив. Орион должен был завтра пробраться в долину, на гладиаторские трибуны. Но для него оставался вопрос: как автобот проникнет в запретную зону? Но у него был еще один друг, правда не такой, как Мегатрон. Орион с трудом добрался до артиллерийской казармы, там он прошел через все КПП, дойдя до кабинета капитана. Дверь открылась. Орион зашел внутрь. Высокий автобот стоял спиной к гостю, видимо, еще не зная, что именно он пришел к нему. — Сядьте, рядовой! — сказал он. — Нет, Сентинел, это я, Орион Пакс! Капитан повернулся. — Что привело тебя в такую даль в такое позднее время, Орион? — У меня для тебя просьба. — Да? И какая же? — Скорее, совет. — Говори, не тяни, у меня рабочий день длинный, а отдых короткий! — Завтра мне нужно попасть в долину. — Ты что, спятил? Зачем тебе это? — Мне нужно попасть на гладиаторский бой. — Что, за Мегатрона хочешь поболеть? — Нет, я хочу отговорить его от боя. — Зачем? Он ведь, вроде бы, всегда побеждал, на сколько я его знаю. — Это не обычный бой. Это битва с Ролбэйном. — Хм... Интересно. Лучший гладиатор против не менее сильного противника. — Нет, Мегатрон не выдержит! Я знаю! Мне срочно нужно попасть в долину! Сентинел! Выручи! — Ну... Ну ладно. Только бои обычно идут днем, а Альфа Трион тебя точно не отпустит. — Я не буду спрашивать разрешение. — Да ты лихач! Но и тебя не пропустят еще потому, что ты — автобот. Ты выдашь себя по знаку и окулярам. Мы закроем и то, и другое. — Это как? — Ну, со знаком проблем не будет, а окуляры нужно будет закрыть темным визором. Согласен? — Да! — Полетим завтра утром на моем реактивном воздушном катере. — А это не опасно? Облететь чуть ли не полпланеты на армейском корабле. — А функцию маскировки туда зачем ставили? Ну ничего, я всегда готов помочь другу. Так и договорились Сентинел и Орион. Визоров в армии было очень много, а знак они закрыли обычной пластиной.