Я люблю тебя

На часах без пятнадцати одиннадцать. На улице идёт дождь, холодно. Я сижу на драном диване, а в квартире царит хаос. Вещи валяются повсюду, на любой поверхности. Бумаги, игрушки, старый торшер, колонки, мои резинки для волос, ключи, орфографический словарь, одежда… Во всём этом ты. Ты есть в каждой вещи, потому что носила её, касалась её, писала на ней, спала с ней… Ты даже в голых стенах, хотя бы потому, что кидала в них все эти вещи. Наша с тобой фотография в разбитой рамке валяется где-то в углу. На ковре какие-то пятна и маленькие дырочки – назло мне ты прожигала их своими окурками. Уходить со скандалом в твоём репертуаре… Дождь прекращается. Я сижу на диване, на коленках лежит старый плеер, который я откопала во всём этом бардаке. В наушниках Evanescence - my immortal, даже в самой песне – ты. Хочу к тебе… На часах ровно одиннадцать. На старых электронных часах, с серым корпусом и зелёными циферками. Окурок в моих руках сгорает до фильтра, обжигаясь, я роняю его на ковёр. Плевать… В пепельнице, что стоит на диване, рядом со мной, почти две скуренные пачки. Во рту противный привкус и горечь, тошнит. Так плохо, кружится голова и хочется спать, но больше хочется умереть. Хочу резать вены из-за тебя. Хочу, чтобы ты плакала на моих похоронах, винила себя, тоже хотела умереть. Я достаю новую сигарету. Пальцы трясутся. Курить не хочется, но под чирк зажигалки я, кажется, подписываю себе смертельный приговор. Хочу, чтобы ты вспоминала меня, мои стоны и крики, мою ругань, все мои поступки, которые так страшно тебя бесили. Когда я запрыгивала на тебя сзади, кричала в самое твоё ухо, возбуждала тебя, когда ты опаздывала на работу, чтобы ты приходила туда помятая и сердитая. Хочу, чтобы ты жалела о том, как кричала на меня, кидала в меня вещи и с ненавистью в глазах уходила каждую нашу ссору. Хочу к тебе. На часах полночь. Слышно, как за окном с хлопком закрывается дверь чьего-то автомобиля, и под визг шин кто-то уезжает из дома. Наверно кто-то поругался с женой и теперь уезжает из дома, как выбегала из подъезда ты, а я смотрела на тебя с балкона, заливаясь слезами. Ты с таким ожесточением кидала в меня вещи… С такой злостью хлопала дверью. Так быстро шла по асфальту, даже не смотря на мои окна. Сигареты кончаются. Меня ужасно тошнит, голова раскалывается… Страшно. Глаза слипаются, но я боюсь заснуть, а потом не проснуться. Уже не хочу умирать. Плетусь на кухню, достаю твою любимую кружку, твой любимый кофе, сахар, который покупала ты. Для меня три ложки кофе – слишком много, да и с сахаром я никогда не пила. Ты любишь крепкий, горячий и сладкий, я тоже буду такой. Пока чайник возмущенно шипит, я смотрюсь в застеклённую дверку шкафа. Мои глаза лихорадочно блестят, на лбу капельки пота, волосы встрёпаны, потому что я постоянно запускаю в них пальцы. На щеке красуется рана с кровавыми подтёками, которая осталась после того, как ты запустила в меня вазой. Её осколки валяются рядом с коллекцией кассет. Люблю выводить тебя из себя, когда ты злишься и ревнуешь. Когда ты сдираешь костяшки пальцев, ударяя кулаком в стену рядом с моим лицом. Когда после этого ты грубо впиваешься в меня, стараясь укусить больнее, прокусывая до крови язык и губы, оставляя багровые следы на шее. Люблю твои горячие пальцы, когда они проводят по моим губам, проходятся по моей шее и пояснице при поцелуе. Когда они сжимают мою грудь, проходятся по животу. Люблю твои горячие пальцы во мне. Хочу тебя. Два часа ночи. Пошёл дождь. Окно открыто, поэтому утром на подоконнике останется лужа, но… мне как-то плевать. Перед глазами всё плывёт, в голове барабанным боем отдается стук капель. Ты всегда уходишь ненадолго, а я, кажется, сегодня ухожу навсегда. На свои окурки даже не хочется смотреть, но где-то внутри копошится желание пойти, и достать ещё пачку сигарет, чтобы окончательно себя добить. Я умру мучительно? Из-за угла выруливает наша кошка. Осторожно ступая между осколков разбитых вещей, она подходит ко мне и запрыгивает на диван, а потом на мои колени. Обтирается об мои руки, прося о ласке. Даже в этой кошке – ты, потому что ты принесла её в квартиру ещё котёнком, подобранным с улицы. Я самозабвенно глажу ещё одну частичку одного моего понятия «ТЫ». Кошка ластится и выгибается в моих руках. По щекам текут слёзы. Я так же выгибаюсь рядом с тобой? Я люблю, когда ты со мной нежная. И когда грубая. Когда ты сжимаешь мои волосы в кулаке, оттягивая голову назад, и впиваешься в шею резкими, болезненными укусами. Люблю, как ты стонешь. Люблю чувствовать себя слабой рядом с тобой. Люблю тебя бояться. Люблю, когда ты берёшь меня резко, и где тебе только угодно. Люблю динамить тебя, люблю на тебя обижаться, чтобы ты заводилась, когда я надуваю губы и щеки, и складываю руки на груди. Люблю, когда ты меня трогаешь. Кошка засыпает, свернувшись на моих коленях калачиком. Хочу, чтобы ты была рядом. На часах ноль три, пятнадцать. Считаю палочки из которых состоят цифры на часах. Восемнадцать. Слёзы не прекращаются, хочется упасть и заснуть, но я отпиваю ещё глоток недавно вновь приготовленного кофе и усаживаюсь поудобнее. Ноет поясница и шея. Я люблю тебя, знаешь? Вернись… Хочу, чтобы ты вернулась, слышишь?! Пять утра. Меня жестоко морозит, кожа покрывается мурашками, перед глазами цветные круги. На негнущихся ногах прохожу по комнате, в кожу стоп впиваются осколки, я кое-как присаживаюсь и нахожу в куче хлама телефон. Звоню тебе, но ты не отвечаешь, а на третий звонок уже недоступна. Звоню в скорую. Называю адрес девушке со скучающим голосом. Если меня откачают, ты обязательно меня простишь, а я прощу тебя. Прости меня. Прости за то, что всё время кричу, истерю, выгоняю тебя даже за какие-то глупые обиды. Я хочу быть с тобой, хочу готовить тебе, ждать тебя дома с кружкой горячего, терпкого кофе. Хочу, чтобы ты трахала меня жестоко, в приступах ревности. Хочу хныкать, когда в два часа ночи мне захочется чего-нибудь особенного и я начну упрашивать тебя, и ты согласишься сходить и купить мне дыню, хотя завтра тебе на работу. Хочу вместе засыпать и сладко сопеть в твою шею. Хочу просто быть рядом. Хочу видеть твоё лицо, когда ты кончаешь. Хочу не давать тебе целовать себя. Хочу возбуждать тебя, когда ты за рулём. Хочу, чтобы ты плотоядно смотрела на меня, когда я с невинным видом расстёгиваю пуговку на своей блузке, закусываю губу и, складывая руки на коленях, смотрю на тебя исподлобья невинным взглядом. Хочу, чтобы ты кусала мочку моего уха. Хочу, чтобы обнимала меня, засыпая. Заботилась обо мне, когда я болею.. Кошка шелестит чем-то на полу, проснувшись. Под мерный шелест и собственные мысли я засыпаю. Хочу, хочу, хочу... *** Часов нет, но по ощущениям прошла целая вечность. Я лежу с закрытыми глазами, невольно думая, что это и есть конец. По коже проходит холодок, но я чувствую, как чья-то тёплая рука сжимает моё запястье. Что-то размеренно пикает. Я открываю глаза. Потолок белый, и всё вокруг ослепительно белое. Ты в белом халате, сидишь рядом, под твоими глазами синяки, рука, как и ожидалось, на моём запястье. Ты, кажется, спишь. Я напугала тебя, да? Прости меня и за это… за всё прости. Вытаскиваю руку из твоей хватки, переплетаю пальцами со своей. Улыбаюсь. Во рту тот же мерзкий, горький привкус. Глаза слезятся, но ты рядом. Ты повсюду, и во мне тоже. В моём сердце. Ты – и есть мой личный мир. И что бы ни случилось, я буду любить тебя всегда. Ты помнишь об этом? Я люблю тебя…