дом.

дом. от этого слова так и веет теплом, чем то таким нежным и необходимым, словно воздух. и когда я прихожу домой, я этого совсем не ощущаю. у меня всё в порядке, нормальные отношения с родителями, уютная комната. но почему то этого чувства тепла, о котором все так говорят, я совершенно не чувствую. *** конец сентября, осень в этом году холодная. а этот холод так приятен и отвратителен одновременно. — джисони! не замёрз? — а у меня тепло на душе. — нет, — и улыбаюсь так влюблённо, так искренне и может даже глупо. а собеседник в ответ дарит такую же немного глупую, но самую ярчайшую улыбку. после чего резко меняет выражение лица и брови хмурит. — ты что, с дуба рухнул? вся шея открыта! — он ругается, но от этого я только счастливее становлюсь и улыбаюсь всё шире, — совсем дурачок? — и шарф на шею набрасывает, после чего её обматывает. а он им пахнет, его одеколоном, порошком для белья. — минхо-хён, не хмурься, морщинки появятся, — я начинаю массажировать место между его бровями и вижу, как у него улыбка проскакивает и щёки аллеют. — хватит стоять, — за ручку хватает и ведёт куда-то. его рука немного меньше моей и такая мягкая, нежная. я так люблю просто держать его за руки, они мне словно необходимы. в животе какие то шевеления, наверное их и называют бабочками. очень необычно и приятно их ощущать. а он слишком прекрасен, также как и первая влюблённость, что приносит так много положительных эмоций. *** в тот день я понял, уяснил, что влюбился. всё происходит как в самом лучшем сне. минхо отвёл меня в кафе, яростно говоря, что там будет самый лучший кофе из всех, что я когда либо пробовал. и не обманул. — можно мне, мммм, — в моей голове каша от всех этих названий. — нам два латте с карамелью, — проговаривает минхо, приобнимая меня за талию и улыбается, смотря мне в глаза. — конечно, — проговаривает девушка, обслуживающая нас и приступает к приготовлению. — это правда самое лучшее кофе из всех, что ты когда либо выпьешь, — проговаривает минхо, разворачивая меня к себе, но руки с талии не убирает. и от этого бабочки в моём животе вновь просыпаются. — как тебе идея пойти ко мне на ночь сегодня? фильм посмотрим, приготовим что-то, — он говорит это так неловко и взгляд отводит. и в этот момент я почему-то задумавсь о том, насколько же он милый. его эти краснеющие щёки и уши, взгляд мало того, что отведённый, так ещё и бегающий, и руки, которые сжали моё пальто сзади. — я думаю, что идея просто превосходна, тем более я хотел с тобой поговорить,  — минхо поднимает на меня свои чудесные глазки и улыбается, как всегда искренне, от чего в углах этих невероятных глаз морщинки собираются. — хани, я тебя просто обожаю! опять эти штуки в моём животе. эти ощущения столь приятны и так невероятны, что мне хочется ощущать их постоянно. — ваш заказ, молодые люди! *** наша прогулка прошла очень романтично. мы гуляли, держась за руки, говорили обо всём и молчали в комфорте, улыбались и смеялись, наплевав на весь остальной мир. в тот момент мы просто были друг у друга. были так необходимы друг другу. и просто были счастливы. — джисони, я уже замёрз, может пойдём? — тогда давай сначала зайдём ко мне? я хоть вещи возьму... — да зачем? я дам тебе футболку и даже шорты, если они тебе столь необходимы, запасная зубная щётка у меня есть. — ну тогда ладно, — я говорю это а в голове у меня звёздочки взрываются. он. даст. мне. свою. футболку. *** сегодня рано стемнело, и вот уже в восемь вечера на небе рассыпались яркие звезды, образующие созвездия, а вместе с ними на нём появилась полная луна, что освещала нам путь. мы всё ещё шли крепко держась за руки. мне кажется за всё время прогулки, мы не разу не отпустили руки друг друга. и вот мы подошли к дому минхо. и тут мне стало страшно. я хочу признаться и не вижу смысла скрывать, но что если он отвергнет? или, что ещё хуже, окажется гомофобом? корейское общество никого не щадит. но сдаваться на половине пути — не выход. уж лучше я попробую и получу ничего, чем не попробую, получив такой же результат. но колени всё же трясутся, а сердцебиение учащается. страшно всё равно. *** — джисони, ты хочешь футболку с котиком или просто белую? я тихо посмеиваюсь, параллельно глажу одного из котиков минхо и тихо шепчу, что мне это неважно. — тогда с котиком надену я, а тебе белую. улыбка сама собой появляется, когда я смотрю на этого чудесного человечка, который дарит мне счастье. он кидает мне белую футболку и сам начинает переодеваться, а я взгляд оторвать не могу. тело просто невероятно, не перекачено, но и пресс проглядывается, и мышцы спины. какой же он невероятно красивый и эстетичный. вдруг меня настигнет осознание, что я бессовестно пялюсь, и в этот момент я стыдливо отвожу взгляд, снимая суни со своих колен и также начинаю переодеваться. моё тело худощавое, совсем не такое, как у хёна. и от этого немного стыдно на самом деле. закончив, ещё раз сказав себе, что если даже не попробую, то буду винить себя долго я наконец решаюсь. — хён, помнишь я говорил, что нам нужно поговорить? — сейчас мне страшнее, чем когда либо. — конечно, джисони. и что бы там не было не переживай так сильно. я всегда рядом, помнишь? — эм, я тут недавно задумался. о нас с тобой. и на меня как-то всё нахлынуло, но я понял одну вещь очень хорошо. ты всегда был со мной. вытаскивал из всякого дерьма. терпел истерики и необоснованное счастье. всегда был рядом. и всегда делал меня счастливее. и я честно не знаю, как все это вышло, как получилось. но я влюбился. в тебя, твою заботу, твою улыбку, твой успокаивающий голос, в то, что ты делаешь меня счастливым, тем кем я являюсь. ты уж прости, что я всё на тебя так вываливаю и тебе совсем не обязательно отвечать мне взаимностью, но я просто хочу любить тебя. просто любить... эмоции зашкаливают и слёзы неконтролируемо катятся по щекам. я чувствую руки минхо, которые стирают капельки с моих щёк, после чего он берёт мои руки в свои и крепко сжимает. — джисони, ты что дурачок? как тебя можно не любить? — ну, я просто... не знаю... — знай, я тебя больше всего в этом мире люблю. ты единственный, кто напоминает мне о том, что я ещё жив, что я ещё чувствую. он говорил это тихо, смотря в мои глаза так, словно видит там целую вселенную. а после рядом садится и целует. не напористо, не страстно, но и не нежно. целует, словно момент тянет. так словно хочет распробовать, не спеша. его руки перемещаются, на мою талию и тянут ближе. а те бабочки, что были в животе утром превращаются в больших птиц, и ощущения становятся настолько невероятно-приятными, что глаза даже будучи закрытыми закатываваются. — помни, что ты самый невероятный человек и никогда больше во мне не сомневайся, — минхо говорит это мне в губы, после чего впивается в них вновь. *** дом. оказалось, что это место, где тебя ждёт определённый человек. человек, который является для тебя всем. ⁸