***
— Проклятье! — задыхаясь, воскликнул Цзян Вэйин, когда они отбежали на достаточное расстояние. — Что это было?! Кто этот человек?! — Не хочу тебя расстраивать, друг, — пытаясь отдышаться, произнес Цаомин, — но, кажется, это был сам Хань Гуан Цзюнь, один из двух нефритов ордена Гу Су Лань. — Быть этого не может! — Цзян Вэйин выразил сомнение в словах товарища. — Я, конечно, хорош собой, но не настолько, чтобы за пару минут сделать из учителя своей сестры полоумного обрезанного рукава. Вэнь Цаомин окинул Цзян Вэйина оценивающим взглядом, но возразить ему было нечего. Он сам все еще не мог до конца поверить в то, чему невольно пришлось стать свидетелем. — Цзян Вэйин, как можно скорее иди в Башню Кои, — сказал юноша, — а я вернусь обратно к Мастеру Вэнь. Думаю, что это все-таки какое-то недоразумение. Хань Гуан Цзюнь не мог совершить подобное. Возможно его тело захватила демоническая сущность. — Я с тобой, — преодолевая дрожь от воспоминаний о необычном мужчине, с трудом выдавил из себя Цзян Вэйин. — Думаешь, что ты сильнее Призрачного генерала? — урезонил его Вэнь Цаомин. — К тому же, если все будет совсем плохо, я и сам не сунусь близко. Возвращайся в орден. Если до утра я не пришлю тебе весть, расскажешь все главе Цзинь. Кивнув в знак согласия, Цзян Вэйин пожал руку друга, но увидев, как тот встал на меч, замер: — Цаомин, а почему мы бежали, если можно было воспользоваться твоим мечом? — Потому что я болван! Так испугался, что совершенно про него забыл. — Я тоже. — Что тоже? — Испугался. — Еще бы, — фыркнул юноша. — Если бы меня поцеловал сам Хань Гуан Цзюнь, то я бы умер от страха прямо там. — Не напоминай, — скривился Вэйин, собираясь идти в сторону дома. Но Вэнь Цаомин все же не удержался и спросил: — У тебя это было впервые? Ответом ему послужили отборные ругательства в манере самых отпетых лодочников Пристани Лотоса.***
— Молодой господин Лань, в чем причина вашего гнева? — Вэнь Нин предпринял еще одну попытку воззвать к разуму Лань Ванцзы. — Чем вас так оскорбил этот юноша? — Ты сам его видел. Это Вэй Ин, — уверенно ответил заклинатель, не скрывая намерения преследовать беглецов. — Дитя просто на него похож, — не разделил его уверенности Вэнь Нин. — Он не узнал ни меня, ни, тем более, вас. И у него нет золотого ядра. Лань Ванцзы застыл на месте, словно его облили ушатом ледяной воды. Действительно, он не почувствовал даже всплеска энергии от этого юноши. Но в тот момент все его естество кричало о том, что перед ним находится Вэй Ин. Его Вэй Ин! Неужели он так и не смог принять факт, что в этой жизни его возлюбленный стал женщиной? Неужели поэтому он был рад, пусть даже на мгновение, обмануться человеком, имевшим схожую с Вэй Усянем внешность? Но разве может существовать в мире такое поразительное сходство… — Этот мальчик друг Вэнь Цаомина, с которым он привел меня познакомить, — продолжил Вэнь Нин, желая внести ясность в произошедшее. — Поначалу мне тоже показалось, что он может быть молодым господином Вэем, но это не так. Кому как не вам лучше всего известно, где сейчас находится настоящий господин Вэй. Его слова окончательно охладили пыл Лань Ванцзы. Принеся свои извинения Вэнь Нину, он попросил передать их от его лица и другим участникам инцидента. Вэнь Нин долго смотрел вслед Лань Ванцзы, пока тот окончательно не скрылся в темноте. Он не осмелился сказать ему самое главное — мальчик, которого они сегодня волей судьбы встретили в одно и тоже время, и был настоящий Вэй Усянь. Благодаря Вэнь Цаомину, он знал и то, что юноша подавляет энергию своего золотого ядра при помощи амулетов, и то, что он новый владелец Суйбянь. Имея это знание, достаточно было один раз увидеть ученика Цзян Чэна, чтобы понять, кто он на самом деле. — Молодой господин Вэй расстроился, если бы увидел вас таким, — прошептал Вэнь Нин, воочию лицезрев безумие Лань Ванцзы. Он заранее жалел заклинателя, которому придется несладко, когда придет время узнать правду, но не жалел, что промолчал об этом сегодня. Вэй Усянь заслужил право на новую жизнь, как никто другой.***
Лань Ванцзы долго стоял перед дверью спальни девушки, не решаясь войти внутрь. Его сердце было в смятении, но испытываемые им сомнения и чувство вины, заставили его отворить дверь и тихо пройти в комнату. Он стоял и смотрел на красивое лицо ученицы, ища в нем все, что могло напомнить ему о самом важном человеке в его жизни. Но сколько бы времени не шло, перед его взором упорно возникал образ юноши с широко распахнутыми от изумления глазами, а губы все также ощущали вкус и мягкость чужих. Придя в изнеможение от захлестнувших его противоречивых эмоций, мужчина опустился на кровать Вэйнань. Осторожно прижав ее ладонь к своей груди, он иступленно думал: «Пожалуйста, будь им. Прошу, будь моим Вэй Ином».***
Цзян Вэйин, стремительно минуя многочисленные переулки Ланьлиня, быстро оказался у Башни Кои. Привычно проскользнув по всем тайным тропам и не забывая по пути мило улыбаться стоявшей на посту охране, он в волнении забежал в свои покои. Спешно сорвав с себя подавляющий ядро амулет, юноша кинулся к окну, в надежде, что Вэнь Цаомин догадается отправить ему новости, не ставя при этом в известность официальные лица. — Мне очень интересно узнать, какие обстоятельства заставили адепта Юньмэн Цзян тайком отправиться ночью в город в женской одежде. Цзян Вэйин второй раз за сегодня испытал непередаваемый ужас от звука чужого голоса. Он даже спиной мог почувствовать разъяренный взгляд человека, которого еще день назад хотел видеть больше всего на свете. — Может поведаешь мне об этом? Обернувшись, он увидел Цзян Чэна, который сидел на его кровати, любовно поглаживая Цзыдянь на своей руке. Вид главы ордена предвещал юному Вэйину незабываемый остаток ночи.