Мико Накадаи

      Я в заднице. Нет, не так. Я просто неебически глубоко в ахуеть какой большой заднице, и как отсюда выбираться не имею ни малейшего понятия! Вот, почему я не могла спокойно откинуться, а? Без переселения в другое тело, попадания в мир с гребаными трансформерами и получения ебучей рабской метки? Сашка как-то рассказывал мне про такое вот «попаданчество». Даже почитать давал такие… произведения. Так там герои были, как поется, пиздатые, охуенные, современные, невъебенные, разносили врагов только в путь и активно находили в кустах не рояли, а роялища! Суперспособности, несметное богатство, любовника, что угодно, кроме собачьего говна, которое находится там с куда большей вероятностью. Мне, как приличной попадунье тоже перепал такой «ройаль». Когда я видела его в последний раз, он вертелся вокруг Рэтчета и пытался разглядеть, что он там такое делает на этом их инопланетном копмухтере. Да, этот призрак спас мне жизнь. Спасибо ему. Вот только большую часть времени он действовал мне на нервы, просто потому, что не затыкался. Я засыпала, просыпалась и проводила дни под его постоянный бубнеж, не адресованный никому. Клиф просто комментировал все происходящее вокруг. И ведь не крикнешь, чтобы заткнулся, потому что теперь рядом со мной всегда находится мой любимый надзиратель по имени Балкхэд. И ведь, теперь хуй отвертишься от всего этого дерьма, потому как их великий, мать его, Праймус решил выбрать меня для самоубийственной миссии по спасению мира, как раз в духе историй про попаданок, где главные героини с мечом наголо и грудью навыкат бегут наносить добро и причинять справедливость. Вот только в отличие от этих боевых леди, я в таком участвовать не хочу. Мне и одной смерти хватило за глаза, и я планирую умереть второй раз в глубокой старости в окружении внуков, в собственном цветущем садике где-нибудь в ебенях! Да! Банально и скучно! Но лучше умереть старой и счастливой, чем молодой и несчастной! Вот только метка теперь не позволит. Из всего того бреда, что мне наплел Клиф, после того кошмара-который-не-совсем-кошмар, я поняла только то, что теперь на любую попытку сделать ноги, эта дрянь будет жечься не хуже белого фосфора, попавшего на рану. Что примечательно, никаких телесных повреждений не будет. Короче, жопа жопошная. — Чего задумалась? — Нежный голос Сиерры вывел меня из оцепенения, и я вдруг обнаружила, что уже несколько минут монотонно елозила ложкой в вязкой кукурузной каше, принесенной с собой в школу из дома. Медленно мотаю головой, оставляю несчастную еду в покое и тру лицо руками. — Со дня выписки прошло уже три дня, и ни ко мне, ни к вам не заявились военные с «замечательными» предложениями. — Руки медленно перекачивали с лица в волосы, пальцы нервно сжимали отдельные пряди, переплетая их между собой. — Вам это не кажется странным? — Ну, вообще-то кажется. — Раф, сидевший с другой стороны стола и упорно ковырявший вилкой брокколи на пару, также принесенные с собой, удрученно скривился. Я пододвинула к нему свой контейнер с бутербродами, к которым на нервной почве даже не притронулась. Очкастый благодарно мне улыбнулся, открыл пластиковую крышку и, взяв в руки бутерброд с колбасой и сыром, с наслаждением откусил огромнейший кусок. Ну, хоть у кого-то сегодня хороший аппетит. Сиерра, вон, тоже сидит, молоко пьет без ничего. — Я видел компьютеры, основа у них земная. — Раф запил бутерброд соком и, поправив очки, продолжил, — Значит, им кто-то помогает. Ну, не стали бы они грабить магазины? — Не стали бы. — Утвердительно кивнула я, гипнотизируя кашу. — Раф, а насколько хорошие у них были компьютеры? — Опустошив коробочку с молоком, Сиерра отставила ее в сторону и сложила руки перед собой. Выглядела она не лучшим образом. Гораздо свежее меня, но при этом все равно несчастнее Рафа, но оно и понятно. К девушке приставили Арси, буквально на днях, потерявшую друга. Могу представить, насколько Леди сейчас тяжело, вот Сиерра с ней и киснет. Жалко их. Обеих. — Очень хорошие. — Ответил пацан, отправляя в рот последний кусочек бутерброда. — Иные бы не потянули их программное обеспечение, очень уж оно требовательное. Ну, — он развел руками в стороны, — оно и понятно. — Значит, им помогает кто-то богатенький. — Я откинулась на спинку стула и с тоской посмотрела в потолок. — Или же тот, кто свободно может распоряжаться довольно крупными средствами. Один только счет за освещение чего стоит, а у них там не только оно. Прибавим к этому расход воды, которой они, по любому пользуются, металл для починки оборудования. Это уже баснословная сумма. — Устало тру руками лицо и перевожу взгляд на окно. У главной школьной стоянки еще не было ни зеленого внедорожника, ни голубого мотоцикла, ни черно-желтого автомобиля. Значит, если повезет, сегодня я пойду домой пешим ходом, в гордом одиночестве и отделаюсь от обязательного времяпрепровождения на базе. Да. Куковать в компании автоботов обязательно, по крайней мере в будние дни. Еще одна странность, над которой надо будет поразмыслить. — В принципе, семья Винса могла бы этим заниматься. — Подала голос Сиерра, нервно перестукивающая пальцами по столешнице. — Если бы не база. — Верно. — Раф утвердительно кивнул, отпивая сок. — Рэтчет сказал, что это старая ракетная шахта, а к таким объектам не допускают простых людей. — Тогда вопрос. — Так и не увидев никого из автоботов, облокачиваюсь на стол и поправляю челку. — Почему к нашим семьям еще не вломились вежливые люди в камуфляже?       Нда, загадка. И ладно, Раф и Сиерра, про них этот Оптимус почему-то решил умолчать. Да, возможно он считает, что держать нас поблизости — хорошая идея. План пахнет пиздой, но логика размышлений ясна. Принято. Но, вот, почему док Джонсон еще никому не доложил обо мне и моих, явно химических, ожогах? Он ведь точно что-то знает, не спрашивал ведь, откуда у меня такие «украшения». А значит, он либо уже сталкивался с подобным, либо ему ну очень пофиг. Во второе верится слабо. Любой врач при осмотре должен задать вопрос «как?», а при химических ожогах «чем?», чтобы знать, от чего избавляться и понимать, какая дрянь могла попасть в кровь. От этого зависит последующее лечение и минимизация риска возникновения осложнений. Леон же не задал мне ни одного вопроса, значит, точно знал, с чем имел дело. А если знал, то по любому, в курсе, какая именно жижа так разъела мои руки. Так что, либо наш добрый доктор просто не счел необходимым докладывать обо мне начальству, либо он работает не на военных, а на кого-то еще.       Кто-то скажет, мол, у меня паранойя разыгралась. Я отвечу, да. Возможно, я тут сижу, строю теории заговора, не имеющие с истиной ничего общего, ну и пусть. После всего произошедшего, я, блять, готова хоть в рептилоидов с планеты Нибирру уверовать, если это поможет мне выжить. Нет, ну, серьезно, трансформеры? Какие-то высшие сущности? Призраки? Да я тут со своей паранойей самая нормальная. В этой жопной кутерьме лучше перебдеть, чем недобдеть. — Мне это все не нравится. — Тихо сказала я, так, чтобы услышали только Раф и Сиерра. Они не были глупыми. На самом деле для своего возраста они очень сообразительные, особенно очкастый. Пацан оказался всего на три года младше нас с рыжулей, и в свои двенадцать разбирался в науке хлеще, чем некоторые наши ученые. А с какой скоростью он может разобрать и собрать обратно ноутбук, при этом почистив его, поведя техосмотр и сменив термопасту! А как он на физике выкладывается, это же просто сказка! В общем, первой в школе мне не быть. Ну и ладно. Раф намного круче. — Пора идти, скоро звонок. — Сиерра легонько похлопала меня по плечу, привлекая внимание, вновь прикованное к холодной кукурузной каше. Со вздохом закрываю контейнер и кидаю его в сумку, на ходу поправляя новые перчатки. Последним уроком была математика, на котором мы проходили сложные уравнения. Пока детишки сидели над своими заданиями, пытаясь понять, как же решить эти гребаные буквы, я задумчиво грызла конец карандаша, пустым взглядом буравя решенные уравнения, и вспоминая ночной разговор с Клифом на следующий день после выписки.

***

      Я лежала в своей комнате на заправленной кровати и тупо пялилась в потолок, легонько массируя метку и слушая распинающегося за окном Клиффджампера. Никакой боли я уже не чувствовала, голова была в порядке, синяки, ссадины, царапины и прочая мелкая фигня давно зажили. Руками я все еще почти ничего не чувствовала, но это теперь было меньшей из неприятностей. Рабская метка.       Ублюдок поставил ее вот так просто! Из-за того, что я отказалась участвовать в его плане! Это… это… я даже слов не могу подобрать! И это местный Бог? Типа, оплот света и все такое? Если да, то я боюсь представить, какой здешний Сатана! Или как там его, Юникрон? Если это все из себя такое светлое-светлейшество так просто людей в рабство обращает. Сволочь. За окном вновь звучно выругался, словивший разрыв шаблона, Клиффджампер. Не то что бы я собиралась сегодня спать, но… — Ты заткнешься, или нет? — Подрываюсь с кровати, раздраженно размахивая руками, подхожу к окну и шиплю прямо в лицо негодующему трансформеру. — Нет! — А вот ему, в отличии от меня, сдерживать голос не надо было. Призрака все равно никто больше не слышит, так что Клиф громко орал на всю улицу о том, как все хуево. — Ты не понимаешь! Это же был Праймус! — Красный ходил перед окном из стороны в сторону, недоумевающе размахивая руками. — Сам Праймус! Покровитель и источник жизни Кибертрона! — Парень возвел руки к небу, после чего со стоном схватился за голову и промычал что-то обреченно-нечленораздельное. — И он выбрал нас, понимаешь, НАС! Это же такая честь! — Тогда почему ты так истеришь? — Недовольно потерла переносицу и выдохнула. Клиффджампер ругался уже часа три, и я была решительно настроена заткнуть его. — Будто это тебя в рабство обратили, ей богу. — В том то и дело! — Еще громче завыл автобот, остановившись и уставившись на меня полными боли и неверия глазами. — Против подобных вещей автоботы и сражаются! Если бы мы дали Мегатрону победить, такие метки носили бы почти все кибертронцы. — Клиф как-то сдавленно всхлипнул, упал на колени, все еще держась за голову и смотря своими блестящими голубыми глазами прямо на меня. Казалось, он видит душу, скрытую под массивом плоти и кости, то, что больше никто не может увидеть. — А потом я стал свидетелем того, как сам Праймус, светлый, справедливый, воплощение абсолютного добра ставит рабскую метку на человека. Ребенка, не имеющего к нашей войне никакого отношения. — Призрак как-то грустно и вымучено улыбается, мелко дрожа. — Как я вообще должен себя после такого вести?

***

      Из школы я выходила в, ну очень хреновом настроении. Мои надежды на одиночный поход домой вдребезги разбились о суровую реальность в виде Балкхэда, караулящего меня прямо у того самого злополучного поворота, с которого все и началось. Теперь в гордом одиночестве мне удавалось побыть только ночью, и то только тогда, когда Клиффджампер оставался на базе. Все остальное время я проводила в компании Рафа, Сиерры и Балкхэда. И, я была бы не против, но не каждый же день! Нет, серьезно, последние три дня у меня проходили по распорядку: проснулась под бубнеж Клиффждампера, привела себя в порядок, пробежалась, приготовила завтрак, получила выговор от опекунов, приехала в школу вместе с Балкхэдом, отучилась, пообедала с Сиеррой и Рафом, после уроков отправилась вместе с ними на базу автоботов, где куковала до шести вечера, после чего вместе с Балкхэдом приехала домой, поела, легла спать под, опять же, бубнеж Клиффджампера. Если так будет повторяться и дальше, то я кукухой поеду. Сука, как же я заебалась за эти три дня. А ведь мне еще придумывать, как с Кибертрона артефакт спереть. И это еще ничего! Мне потом надо Юникрона найти и в этот артефакт засунуть. Нихеровая задачка для пятнадцатилетней девочки, да? И, вот, как мне это все провернуть? — Эм, Мико, ты сегодня какая-то нервная. — Окликнул меня Балкхэд, когда я целенаправленно прошла мимо автобота, направляясь по привычке домой. — Все нормально. — Останавливаюсь и выдыхаю, с силой потирая лицо руками. — Просто… — Так, срочно что-нибудь придумай, чтобы оказаться в одиночестве. Что угодно! — в библиотеку надо. Книжку забрать. — Что-нибудь, кроме этого!       Блин, блин, блин! Я ж не смогу с библиотеки свинтить, там окна заколочены! К тому же… я обернулась и посмотрела на Балкхэда. Сейчас автобот в форме внедорожника, так что я не могу понять, о чем он думает, но его голос, кажется, был действительно обеспокоенным. Вот уж не знаю, какое ему дело до моих эмоций, но на заботу я привыкла отвечать заботой. А потому, побег с самого начала был обречен на провал. Эх, ну почему я не могу, просто не обращать на вот это вот все внимание, а? — О! — Зеленый приободрился и раскрыл передо мной дверь в салон. — Ну, так, давай подвезу! — Такой ответ был ожидаем. Отказываться глупо. В конце-концов я сама выдала бред про библиотеку, а она довольно далеко. Хорошо хоть, не в другой стороне, а то было бы совсем неловко. — Да. Хорошо. Спасибо. — Подхожу к автоботу и залажу внутрь под победное мычание Балкхэда. Естественно! Этот здоровяк почему-то полюбил меня катать и, ладно бы только по городу и в сторону базы. Это бы я спокойно пережила, так нет же! Стоило только предложить покататься по дюнам, заметив, как он тоскливо наблюдает за ними через зеркала! И ведь заупрямился, говоря, что не хочет подвергать опасности! Вот, как щас помню свои же слова. — Опасности меня подвергает твое уныние. Давай уже, не стеклянная, не разобьюсь. Сука, я себе татуировку сделаю с этими словами. С пометкой «Думай, что говоришь, идиотка!» и портретом здоровяка рядом, чтоб уж точно не забыть. Потому, как после всех этих покатушек по пустыне под тяжелый рок, я стараюсь пользоваться колесами Балкхэда по минимуму, ибо от страха чуть не откинулась. Какого хрена гонщик у автоботов Бамблби? Птенчик его переплюнет. Легко! Со всей ответственностью заявляю, если бы Мегатрон был человеком, его достаточно было бы покатать по дюнам в компании Балкхэда. И все. Финито! Война окончена, тащите вискарь! Ух, ну хоть Сиерре относительно повезло, с ней Арси. Уж она-то такого устраивать не будет. Надеюсь.       Пока я вспоминала события не так давно минувших дней, Балкхэд, на удивление аккуратно, подъехал к Джасперской городской библиотеке имени А. Линкольна. Центром знаний с таким громким названием оказалась обычная бетонная буханка десять на десять метров с разбитыми заколоченными окнами и дверью, доски с которой я самолично отрывала на глазах у охреневшего Балкхэда, где-то спустя день после выписки. Да, библиотека была заброшена уже лет пять, но по какой-то причине еще не была разграблена. Ну, то есть, была, денег в развороченной кассе не было, все шкафчики, тумбочки и картотечные шкафы были разворованы, но книги остались. Они прилежно лежали на полках, потрепанные временем и условиями, покрытые пылью напополам с паутиной. Почему мародеры оставили их тут гнить и даже не высыпали на пол, как это было в наших заброшках, для меня остается загадкой и приятным плюсом. Карманные деньги мне так и не начали выдавать, аргументируя тем, что я теперь должна лечиться, а не развлекаться. А мне нужна информация. Не мешало бы освежить знания о медицине, достать парочку книжек по истории, да и просто неплохо было бы иметь при себе хорошую литературу.       Под ногами приятно зашуршали сухие листья, занесенные ветром сквозь разбитые окна, поблескивали из-за солнечных лучей пыльные осколки стекол, щедро разбросанные по чуть прогнившим деревянным доскам пола. Библиотека встретила меня тем, чего мне очень не хватало, что в этой жизни, что в прошлой. Тишиной и покоем. Приятный полумрак окутывал несколько десятков книжных шкафов, стоящих друг за другом в несколько рядов, солнечные лучи, бьющие сквозь разбитые окна, освещали лишь малую часть книг на нижних полках, покрытых толстым пятилетним слоем пыли. Общая атмосфера заброшенности и забытости обволакивала меня, заключая в теплый кокон, из которого не хотелось выбираться. Я махнула головой, прогоняя наваждение, и раскрыла сумку, бросив ее на расчищенное еще с прошлого визита место.       Когда я пришла сюда в первый раз, то довольно быстро отыскала среди валяющегося вокруг мусора, каталог. Книги, перечисленные там, были, не то что бы очень полезными, в основном детские сказки, школьные учебники да кое-что для аудитории постарше, если вы понимаете, о чем я, но среди всей этой бесполезности отыскалась пара занятных медицинских книжечек. Среди них кровожадный бестселлер от Алексея Решетун, под названием «Вскрытие покажет. Записки увлеченного судмедэксперта»*. Это ни в коем случае не учебник и, прости господи, никакой не научный труд, но полезной информации — море. К тому же, я так давно хотела ее прочитать, но времени было только на поспать, поесть и сделать уроки с Сашкой.       Так что, сейчас я держала в руке тот самый каталог с, отмеченными ручкой приглянувшимися книгами и ходила туда-сюда по библиотеке, собирая драгоценные вместилища знаний и складывая их в свою сумку. Мородерство? Да. Нарушение закона? Безусловно, но меня жаба душит от того, что куча книг без дела просто гниет на полках заброшенной библиотеки. И, да, так как домой я их перетащить не могла, в виду отсутствия места, то складировала книжечки я на базе автоботов. Ничего, раз уж вызвались держать нас рядышком с собой, под присмотром, так сказать, то пусть привыкают к тому, что у их подопечных есть хобби. А начнут возмущаться — притарабаню краски, мольберт и буду рисовать их в очень двусмысленных позах, после чего развешу свои художества по базе. По детски? Определенно, но сейчас я в теле подростка, надо же поддерживать образ? А то заподозрят еще что-то странное. И плевать, что рисую я хреново! Главное — душа! И реакция окружающих.       Закончив разорять городскую библиотеку, я с трудом закинула сумку себе на плечо, и, машинально прихватив какую-то броскую книженцию, выскочила на свежий воздух. — Ну, наконец-то! — Облегченно простонал Балкхэд, еле удерживаясь от того, чтобы не начать кататься взад-вперед. — Я уж думал, ты там в этой пылюке задохнулась. — Не дождешься. — Закидываю сумку на заднее сидение и пристегиваюсь ремнями. — И не так уж там и пыльно. Вот, что пауков много — это да. Выковыривать из их паутины книги — то еще удовольствие. — И сдались они тебе! — Проворчал здоровяк, выруливая на трассу. — Что такого в этих бумажках? — В них информация, Балкхэд. — Крепко сжимая в ладонях, прихваченную в библиотеке книгу, объясняю автоботу. Кстати, а что это за томик я спионерила? Так, под пылью когда-то яркая обложка, изображающая милого круглощекого коротышку в окружении тринадцати бородатых гномов в разноцветных плащах, и одного старца в синей остроконечной шляпе. Над ними, на фоне горы, летал красный дракон, изрыгающий языки пламени. Еще выше было название, стершееся из-за времени, но все еще читабельное из-за золотистого блеска букв. «Хоббит или Туда и обратно». Ух, какая находка! А главное, вовремя! На моем лице расцвела предвкушающая улыбочка. — В этой, например, история о походе за несметными сокровищами, находящимися под охраной злого и могучего дракона! Об опасном приключении, — Балкхэд затих, выезжая за пределы города и беря курс на базу, — сражениях и дружбе!       Я заткнулась, перестав красочно описывать книгу и давая автоботу время на подумать. За окном был унылый пустынный пейзаж, не меняющийся, даже на огромной скорости, с которой Балкхэд обычно рассекал. Я откинулась на спинку сидения и, за неимением других дел, начала думать над планом действий, который я с превеликой ненавистью обозвала «Заебий». Итак. Шаг один — попасть на Кибертрон, найти артефакт и вернуться на землю. Шаг второй — найти Юникрона и запихнуть в артефакт. Все. Звучит просто, но на самом деле пахнет пиздой. Начнем сначала, как мне попасть на Кибертрон? Есть ли там атмосфера? Если есть, то пригодна ли она для дыхания? Если не пригодна, то где достать рабочий скафандр? Плюс, мне понадобится провожатый, на чью роль отлично подходит Клиф. Ну, и, наконец, последнее — все это дело надо провернуть не спалившись, ибо, когда я попыталась поговорить на эту тему с Балкхэдом, хотя бы просто показать ему метку, эта самая подзалупная метка предупреждающе полыхнула жаром, заставив меня быстро замять разговор. Праймус четко и недвусмысленно дал понять, что обо всем произошедшем распространяться не стоит. Мудак. Было бы гораздо логичней связаться напрямую со своим подчиненным, сказать ему куда идти и что забирать, а не вот это вот все! Я, блин, ребенок! Плевать, что ментально мне двадцать пять! — Эм, Мико. — Вывел меня из раздумий голос Балкхэда. — Приехали.       Так, пора завязывать выпадать из реальности, это может стоить мне жизни. А о том, что случится с моей душонкой, если я окочурюсь до того, как выполню задание Праймуса, я старалась не думать. Слишком уж пугало меня мое же воображение. Я быстренько выпрыгнула из салона, забрала с заднего сидения сумку с книгами, добытыми честным мародерством и, вежливо кивнув, слегка обернувшемуся в мою сторону Рэтчету, потопала наверх. Разбирать добычу.       Не смотря на то, что я слегка задержалась в библиотеке, ни Рафа, ни Сиерры, ни их соглядателей на базе еще не было. Возможно дети терроризируют автоботов, требуя хлеба и зрелищ. Хотя, не уверена, что кто-то из них стал бы так поступать, оба подростка казались мне довольно сдержанными. Особенно Раф. Вот он явно не будет наседать на кого-то со своими требованиями.       За спиной раздались тяжелые приближающиеся шаги, от которых я чуть ли не подпрыгивала каждый раз, и моего плеча осторожно коснулся чей-то металлический палец. Хотя, почему «чей-то»? Рэтчет рядышком, над чем-то работает. Бамблби и Арси тусуются с ребятней. Оптимус? Не верю. Остается только Балкхэд. — Мико, ты тут про книгу рассказывала. — Начал здоровяк, убедившись, что привлек мое внимание. Я бы удивилась, если бы не привлек! В меня будто стволом хорошего дуба потыкали. Осторожно, правда, тщательно контролируя силу, но факт! Не заметить было невозможно. — Можешь рассказать еще?       Судя по звукам, Рэтчет чем-то поперхнулся. Иначе я не могу объяснить, что это было за странное кряхтение, напополам со всхлипом умирающего тюленя. Медик обернулся, и мы с Балкхэдом имели честь наблюдать самое потрясающее выражение лица красно-белого врача. На нем была отражена такая масса эмоций, такой искреннее офигивание, что мне стоило огромных усилий не засмеяться. Военврач диким взглядом осматривал автобота, явно силясь понять, какого хрена только что произошло и кто это перед ним стоит. Я продолжила меланхолично вытаскивать из сумки покрытое пылью спионеренное добро, наслаждаясь шоу, а вот здоровяк сдерживаться не стал. Балкхэд, глядя на реакцию медика, звучно хохотнул и смущенно потер ладонью затылок. — Ну, Мико очень интересно рассказывает? — Повисла неловкая пауза, во время которой два кибертронца смотрели друг на друга один весело, другой охреневше. За нее я, насвистывая под нос незатейливую мелодию, успела выложить все книжки и, выуживая со дна сумки влажные салфетки, решила немного подлить масла в огонь. — Боюсь, книги для тебя слишком маленькие. — Беру в руки беленькую тряпочку и начинаю бережно счищать пыль с обложки. — Но, если хочешь, я могу почитать тебе вслух.- Так, оборачиваемся и миленько улыбаемся. Я сказала, миленько улыбаемся, а не дьявольски скалимся! Так, хорошо, и ресницами теперь невинно хлоп-хлоп для эффекта и… все! Оба в ауте. Ай да я, ай да маладца!       Первым от ступора отошел Рэтчет, мотнувший головой и что-то недовольно пробурчавший, как старый дед. Хотя, судя по всему, он дед и есть. Этакий ворчливый старикашка, постоянно что-то бубнящий себе под нос и орущий на нерадивых ребятишек, посмевших забежать на его газон. Прикол в том, что таким медик был по характеру. Вот уж не знаю, сколько ему лет по Кибертрончким меркам, но по моим скромным прикидкам, тянул он лет на пятьдесят. А ворчал на все семьдесят, а то и девяносто. Балкхэд же, сорок пять? Может чуть меньше. Остальные… а хрен знает. Арси, наверное, где-то около двадцати-двадцати пяти. Бамблби ведет себя, как ровесник Сиерры, а Оптимус… тридцать? Сорок? Хуй разберешь, на самом деле, он выглядит относительно молодо, а говорит так, будто в сознании преисполнился, аки столетний шаолиньский монах. Это напрягает, вызывает диссонанс и легкое недоумение. Да кого я обманываю, лидер этих железных дровосеков меня напрягал, даже почти пугал. И не только из-за разницы внешности и хода мыслей! В его присутствии метка, нанесенная Праймусом, начинала едва заметно припекать. Не знаю, что это значит, но обязательно разберусь. — Эм. Ты и правда можешь почитать мне?       Вот теперь настала моя очередь офигивать. Откладываю в сторону уже серую тряпицу, которой только что протирала «Основы механики для чайников», и недоуменно уставилась на стоящего рядом с платформой Балкхэда. Тому, судя по выражению морды-лица и бегающим голубым глазкам, было немного неловко. Даже больше, чем мне, оказавшейся в такой ситуации. А еще он забавно так указательные пальцы соединил, прям мило-мило. Можно было бы отказать, но сама ведь предложила? Заинтересовала? Ну, вот и неси теперь ответственность за это, тупица. Я подавила тяжелый вдох, выдавший бы меня с потрохами, и миленько улыбнулась стоящему передо мной великану, параллельно беря в руки новую влажную салфетку. — Да, могу. Только с остальными книгами закончу. — И отвернулась, продолжая сидеть на коленях и счищать с книженции пыль. Аккуратно вожу тряпочкой по чуть шероховатой обложке, снова начиная что-то мурлыкать себе под нос. — О! А что вот это за книга? — Балкхэд, услышав хорошие новости, воодушевился и теперь тыкал пальцем в уже вымытую книгу. — Она тоже о приключениях? О героях? Книга называлась «Первая помощь. Как помочь другу дожить до госпитализации». — Нет, она о медицине. Как и почти все тут. — Я продолжала свое занятие, но уже сидя вполоборота, чтобы поглядывать на здоровяка. Балкхэд разочаровано нахмурился и сложил руки на груди, убрав их с опасного для меня расстояния, и пробурчал что-то насчет скуки. Я закончила с «Механикой» и, отложив ее к чистым книгам, взяла «Анатомию человеческого организма», начав протирать ее. Стоявший у компьютера Рэтчет, на мгновение оторвавшись от работы, насмешливо на меня глянул. — И зачем это тебе приобретать знания в медицинской сфере? — Ехидненько поинтересовался доктор, продолжая что-то делать на компьютере. Я молча отложила в сторону книгу, тряпочку и не торопясь стянула с левой руки перчатку. — Уж не думаешь ли ты, что… — Рэтчет осекся, вновь скосив на меня глаза, и увидев белесые шрамы, покрывающие мою кожу от плеча до подушечек пальцев. Да, зрелище неприятное, даже Балкхэд как-то притих. Доктор, проскользив взглядом по руке, как-то странно чертыхнулся и, отвернувшись, ответил. — Аргумент.       Я так же молча натянула перчатку обратно и вновь начала протирать книги от пыли. На этот раз не обращая внимания на названия. Только-только приподнявшееся настроение вновь опустилось куда-то в район ануса Сатаны, отчего желание читать пропало в принципе. Отложила очередную книгу, выбросила серую салфетку и взяла еще одну. Книг оставалось немного, но все равно теперь нужно придумать, куда их деть. Ну не на полу же оставить, в самом деле? Хотя, учитывая полное отсутствие мебели… Главное, чтобы Балкхэд на них не наступил. Краем уха услышала приближающиеся громкие шаги. Метка едва ощутимо нагрелась.       О нет. Свали в туман, пожалуйста! Мне твои мудрые и просветленные речи сейчас ни в глаз ни в пизду. — Мико, мы готовы гарантировать тебе и твоим друзьям безопасность. — Ага. Так прям и гарантировать? А если кто-нибудь из вас случайно споткнется и рухнет на нас? — Если что-то произойдет, то я уверен, Рэтчет сможет вам помочь. — Док на такие слова лишь сдержанно фыркнул. Вот и я о том же. — Вот грохнется Сиерра с лестницы, заработает открытый перелом, пробьет костью артерию. Рэтчет сможет сделать так, чтобы она дожила до больнички? — Повисло молчание. Военврач обернулся ко мне, с сердито-возмущенным выражением лица, кажется даже хотел что-то сказать, но так и не смог. Он то и дело открывал и закрывал рот, как выброшенная на берег рыба, но в итоге, чуть ли не выдавил: — Конечно, надо просто перекрыть главный канал подачи… — При темпе кровопотери более ста пятидесяти миллилитров в минуту, смерть от потери крови наступит через пятнадцать — двадцать минут. — Я взяла в руки последнюю книгу. Кажется, на ней был изображен монумент Вашингтона. — Если кровотечение не остановить немедленно.       Я, буквально, чувствовала на своей спине тяжелый взгляд Прайма, грозящий пробить во мне дыру, размером с меня же. Нехороший такой взгляд. Недовольный. Даже оборачиваться не надо, чтобы понять это. Вот только, дело в том, что я права. И он это понимает. Возможно, не привык, что с главным спорят. Может, дело в том, что я в теле подростка. Это неважно. Важно только то, что возразить мне нечего. Я победно улыбнулась, так и не повернувшись к Оптимусу лицом. — Я тебя понял. Полагаю, это и впрямь будет полезно. — Спокойным голосом ответил лидер автоботов и, судя по звукам, потопал куда-то в сторону складов. Да, я изучила планировку базы. Ну, как планировку? Карту эвакуации, висевшую на стене в одном из коридоров. Лишним не будет. — Это действительно необходимо. — И ушел. Метка перестала раздражающе припекать, я потихоньку начала успокаиваться. Ну не могу я нормально реагировать на такого странного индивида, как Оптимус! Сразу диссонанс возникает и хочется плакать. От того, что я понять не могу, какого хрена он такой умудренный опытом в свой тридцатник. Да, все-таки выглядит он, по человеческим меркам, лет на тридцать. А ведет себя, как я уже говорила, на все сто тридцать! Я закончила с книжечкой, отложила ее в сторону и встала с колен, с хрустом потянувшись. Затекшие мышцы приятно завибрировали, позвонки один за другим щелкнули, вызывая волну мурашек, прошедшихся по коже. Так, а теперь собрать весь мусор, свалить все книжечки в стопочки и за домашку. А. Нет. Я же Балкхэду почитать обещала. Огромному инопланетному роботу про маленького и милого сказочного хоббита. Охренеть ситуация. Я непроизвольно хихикнула. — Так, ладно. — Закинув в сумку грязные салфетки (ну нету у них мусорки) и отодвинув вместилища знаний в дальний угол, выдохнула я. В руках сжимала ту самую книжку небезызвестного Толкина о маленьком и отважном взломщике. — Начнем? — Я уселась на перила, свесив ноги вниз и улыбнулась сразу же взбодрившемуся Птенчику. — Итак. — Я прочистила горло и раскрыла книгу на первой странице. — Была нора. А в норе жил хоббит.       Читала я долго и с упоением. Причем громко, с подходящей интонацией, выделяя голосом особо эмоциональные моменты. Расстаралась, в общем. И результатом этих стараний стала сухость во рту, севший голос и очень довольный и заинтересованный Балкхэд, сидящий напротив меня и смотрящий таким восторженным взглядом, что аж не по себе становится. Ну, что я могу сказать, история о маленьком Бильбо Бэггинсе явно заинтересовала нашего Птенчика, потому что пока я читала, автобот не проронил ни слова. Он даже подскакивал на особо напряженных моментах, чем очень сильно нервировал Рэтчета. Док постоянно вздрагивал и с опаской косился сначала на Балкхэда, а потом на свои инструменты.       Я уже добралась до приключений гномов в Лихолесье, описывая ожесточенную схватку с пауками и последующее попадание в плен к эльфам, как в главный зал влетели Бамблби, а следом за ним Арси с явно негодующей Сиеррой. Девушка спрыгнула с мотоцикла, яростно сдернула с себя шлем и, едва удержавшись от того, чтобы швырнуть его куда подальше, потопала в сторону лестницы. Леди, трансформировавшаяся в свою робо-форму, тоже не отличалась хорошим настроением и, бросив неодобрительный взгляд в сторону Рыжей, ушла вглубь базы. При этом двухколесная бурчала что-то про детей, потраченное время и нянек.       Раф вместе с трансформировавшимся Би затравленно проводили автоботку взглядами. Синхронно. После чего очкарик улыбнулся и, жизнерадостно помахав мне, был поднят на руки автоботом. Желто-черный гонщик что-то мило пропиликал, заставив Рафаэля энергично закивать в ответ, отчего с лица мальчика чуть не слетели очки. Со смехом поправив важные стекляшки, Раф широко улыбнулся другу и, вцепившись для устойчивость в его палец, позволил унести себя в сторону склада. Вот уж кто нашел друг друга.       Сиерра бухнулась на пол рядом со стопками книг, стараясь выглядеть как можно более хладнокровной. Получалось у нее, честно говоря, хреново. Девушка то и дело хмурилась, надувала щечки, скрещивала руки на груди и пыхтела. На мой вопросительный взгляд она ответила очередным фырканьем и, заметив краем глаза книжки, с недовольным лицом взяла первую попавшуюся. На обложке красовалось название «По ком звонит колокол». Отдам Сиерре должное, она хотя-бы пыталась сосредоточиться на тексте, а не на маячащей в конце коридора Арси, то и дело таскающей какие-то коробки и светящиеся кубы. Инвентаризацию что-ли провести решила? — Думаю, на сегодня хватит. — Загнув уголок странички, создав тем самым закладку, я захлопнула «Хоббита» под разочарованный стон Балкхэда. Автобот, не смотря на некоторое замешательство от происходящего, все же хотел узнать продолжение истории. — Но как же? А дальше? — Балк обреченно склонился к платформе, то ли стараясь меня разжалобить, то ли запугать, чтобы услышать историю. — Дальше-то что было? Как гномы выбрались из плена эльфов? Они взломали замки? Подорвали решетки? О! — Балкхэд резко выпрямился, заставив вздрогнуть не только меня, но и Рэтчета, судя по всему, опасавшегося любой активности со стороны Птенчика. — Или на Лихолесье внезапно напал дракон, а Торин с отрядом оглушив охранников, сбежали. Залезли в арсенал и при помощи супер-меча, одолели врага!       Я поражаюсь его фантазии. Вот, надо же такое придумать, а? — Узнаешь. — Я хитро улыбнулась и, положив книгу к остальным, села рядом с Сиеррой, так и не перелистнувшей страницу раскрытого на середине «Колокола». Да и, судя по глазам, гипнотизировавшим текст, не особо девушка и вчитывалась. Я бы даже сказала, совсем не вчитывалась. Заметив прошедшего прямо сквозь стену Клифа, я вопросительно выгнула бровь. Призрак посмотрел на меня, потом на Рыжую, усердно игнорирующую окружение, тяжело вздохнул и, махнув рукой, потопал в сторону Арси. Ясно. Эта парочка опять посралась.       Если Раф и Бамблби сразу нашли общий язык, спелись и теперь, буквально, не отлипают друг от друга, а мы с Балкхэдом только пытаемся построить какое-то подобие дружеских отношений, то Сиерра и Арси… ох. Тут все настолько плохо, насколько вообще возможно. Эта парочка ругается чуть ли не каждый день, доводя и себя и окружающих до белого каления. А все почему? Сиерра — девочка самостоятельная. У нее есть работа, на которую ей необходимо ходить, чтобы помогать матери зарабатывать на жизнь. Семейные обязанности, от выполнения которых зависит ее благополучие. И школа, в которой нужно прикладывать огромные усилия, чтобы со всем этим стрессом оценки не скатились в глубины бездны. Прибавим к этому друзей и семью, беспокоящихся о внезапно пропадающей Рыжуле и получим абсолютно нормальную и достаточно насыщенную жизнь. В которую на полной скорости влетели автоботы, война с десептиконами, необходимость уживаться с говорящим мотоциклом и постоянно мотаться на базу, потому что у этого самого мотоцикла дела. И вот эти вещи девочке теперь нужно совмещать. Хуево? Хуево.       С другой стороны — Арси, солдат, прошедший через множество битв, переживший гибель родной планеты и получивший столько моральных травм, что не пересчитать. К тому-же совсем недавно, буквально на днях она потеряла напарника. Близкого друга. Она видела, во что превратилось его тело, став похожим на разъяренного зомби. Клиф как-то рассказывал, что Леди частенько говорит с ним. С его могилой. Ей очень больно, автоботка в трауре. И тут ей подкидывают подарочек в виде девочки-подростка и говорят «ебись». На почве всего произошедшего у Арси началось формирование гиперопеки. Вот и старается она контролировать каждый шаг Сиерры и как можно быстрее увозить ее на базу, порой в ущерб девочке. Рыжуля, естественно, противится такому беспределу. Вот они и срутся.       И, что самое интересное, ситуацию целиком видим только мы с Клифджампером. Потому-что он в дневное время почти постоянно находится рядом со своей напарницей. Слушает ее, вникает в проблемы. Говорит поддерживающие слова, хотя и знает, что Арси его не слышит. А по ночам рассказывает мне обо всем. Просто потому, что больше поговорить ему не с кем. Я же, находясь в одном классе с Сиеррой, довольно часто с ней взаимодействую. До дружбы еще как до Китая раком, но и незнакомками нас уже не назвать. И вот она частенько жалуется на гиперопеку и контроль со стороны Арси. О чем я так же по ночам рассказываю Клифу.       Но было еще кое-что. Небольшие странности, которые замечали только автоботы. То Рэтчет что-то буркнет о том, что Леди себя не бережет. То Балк обеспокоенно спросит, почему двухколесная так напряжена. Пиликанье Би я не поняла, но звучало оно как-то тихо и робко, будто разведчик хотел как-то помочь Арси, но не знал как. Тяжелый взгляд Прайма был очень красноречив, но лидер не спешил как-то вмешиваться, чтобы помочь. Просто потому, что Арси отмалчивается, как партизан на допросе, и зацепиться для душевного разговора просто не за что. Полагаю, что состояние Леди списали на скорбь из-за потери напарника. Отчасти так и было. Правду мне рассказал припертый к стенке Клиффджампер. Под угрозой полного игнорирования жаждущий общения призрак вывалил на мою головушку информацию, заставившую меня очень сильно занервничать. Арси записку все-таки прочла. И теперь усердно планирует устроить мне допрос с пристрастием.       Перспектива поболтать по душам со скорбящей автоботкой меня не устраивает категорически. Но что с ней делать я в душе не ебу. Моя способность врать, буквально, обо всем на свете, конечно, прокачена. Но чтоб выдумать достаточно правдоподобную историю, которой поверит Арси, знавшая Клиффджампера лучше всех, нужно время. Много времени. И помощь извне. Рогатый скрепя сердцем согласился мне помочь. Как бы ему не претила необходимость наврать напарнице, призрак все-таки признавал, что в сложившейся ситуации виноват не меньше, чем я. Так что по ночам мы вместе с ним сидим и пытаемся придумать мне легенду. Главное — до того, как история будет закончена, не оставаться в одиночестве. А то, опять же, по словам Клифа, Леди загорелась идеей подловить меня, когда рядом никого не будет. — Что на этот раз? — Решила поинтересоваться я, когда девушка уже минуты две никак не реагировала на окружение, с силой сжимая пальцы на книге. Аж подушечки побелели. Когда Сиерра проигнорировала уже меня, все также яростно пялясь в книгу, я легонько потыкала пальцем в ее щеку. Девушка, наконец, скосила на меня взгляд, оглядела притворно-безразличное выражение лица и что-то недовольно пропыхтела, снова уткнувшись в книгу. — Кафе. — Коротко буркнула Сиерра, поняв, что я так просто не отстану. Какое мне дело? Ну, нас на этой базе всего трое и лучше бы нам дружить. — Из-за нее я пропустила свою смену. Маме пришлось разгребать все в одиночку. — А… — Ну вот и что я должна сказать? Намекнуть на то, что им нужно поговорить? Ага, будто бы они не пытались! До сих пор последствия этого разговора разгребаем, стараясь особо не употреблять слова «мешаешь» и «обязанности». — Не хочешь прогуляться завтра после уроков? — Боже, что я несу? — Ну, просто развеяться там, без голубых пятиметровых автоботов?       Сиерра смерила меня настолько подозрительным взглядом, что мне стало еще более неловко. Ну да, серьезно, что я вообще предлагаю? Как я это проверну? Арси постоянно следит за Рыжулей. Буквально! Она мне как-то рассказывала, что Леди однажды заглянула в окно, ведущее в комнату девушки, пока та переодевалась. Они дня три друг на друга смотреть не могли, чтобы не смутиться. — М-мы можем взять с собой Рафа и сходить в… — Так, какие в Джаспере есть развлечения? Кафе Сиерры, кинотеатр в котором сейчас ничего интересного нет, чахленький парк с полу засохшими березками и заброшенный парк развлечений. Что бы выбрать? — эм… — Сиерра продолжала буравить меня взглядом, только теперь уже скептическим. Я вздохнула и, подняв руки вверх, сдалась. — Ладно, я не знаю куда! Просто погуляем по городу? — Если сможешь сделать так, чтобы к нам никто из железных не прилепился. — Наконец отложив книгу, ответила Сиерра и, покопавшись в рюкзаке, выудила оттуда несколько тетрадей и ручку. — В конце концов это твоя идея. А сейчас пора заняться домашкой. И то верно. — Тогда пойду позову Рафа. — Заодно и базу осмотрю. Встала с насиженного места и, отряхнувшись, побрела в сторону склада, где обычно вдали от всех тусуются два наших главных интроверта. Вот, что удивительно, никто не знает, каким образом Рафаэль понимает Би. Даже он сам. Но ни Очкарику, ни желто-черному автоботу это не мешает. Они просто приняли этот феномен как данность и начали играть в гонки.       База автоботов была… как бы так выразиться… в состоянии «стоит и ладно». Нет, я, конечно, все понимаю, денег мало, рабочих рук не хватает, но хотя-бы пыль с пола можно было убрать! Некоторые не используемые помещения вообще были забиты каким-то хламом, затянутым целым полотном из паутины. Это место что, раньше использовали как аналог российского балкона? Для хранения всего, что в принципе не нужно, но выкинуть жалко. Мол, пускай лежит, авось пригодится? Я думала, что подобной херней страдают исключительно люди, выросшие в советском и постсоветском пространстве. Чистюля внутри меня негодует.       Уже подходя к помещению, отведенному под склад, я обнаружила маленькую неприметную дверь с интригующей табличкой «устаревшее оборудование». Это была единственная комната, которую я не видела, а надпись, полу стершаяся и покрытая пылью будоражила воображение. Хотя, учитывая, что все предыдущие помещения были забиты разного рода хламом и огромными колониями пауков, надеяться на что-то интересное не стоило. Я вздохнула и открыла дверь. В свете мигающей пыльной лампы предо мной предстал склад с устаревшим медицинским оборудованием. Вот уж не знаю, в каком году его произвели, но пожелтевший пластик и потускневший металл навевают мысли о позднем СССР. Проходя мимо стройного ряда подставок под капельницы, я провела рукой по концентратору кислорода, собирая пальцами довольно толстый слой пыли с кнопок. В углу ровной стопочкой лежали дефибрилляторы, рядышком с ними несколько аппаратов для искусственной вентиляции легких. Я обошла несколько картонных коробок с радующей глаз надписью «лаборатория» и взяла в руки один из ИВЛ, окончательно пачкая руки. На душе стало как-то пусто.       Я ведь умерла под таким. От побочных эффектов короновируса. Умерла от гребаной пневмонии, словив острый респираторный дистресс-синдром. Я просто задохнулась. На глаза навернулись злые слезы от обиды и ощущения несправедливости. Я должна была выжить. Блядство, я просто обязана была остаться в живых! Ради Сашки, моего милого младшего брата, готовившегося в этом году сдавать ЕГЭ и поступать в МГУ на факультет вычислительной математики и кибернетики. Он так старался. Также как и я когда-то. У него бы получилось поступить на бюджет. Он упорный, у нас это семейное. Но теперь ему придется все делать в одиночку. Сашка всегда меня поддерживал, даже когда я возвращалась со школы с разбитыми коленками и испачканной формой, вся в слезах. Он до последнего выгораживал меня перед мамой, пока я отчаянно пыталась отстирать пятна травы с подола школьного сарафана. Подбадривал, когда я поступала в медицинский. Мой младший братик, который никогда не оставлял меня наедине с проблемами теперь сам остался один. Из-за моего идиотского альтруизма.       От увлекательного процесса самобичевания меня отвлек совершенно внезапный звук взрыва. Со стороны склада. Где находились Раф и Бамблби. Бросив пошатнувший мое душевное равновесия ИВЛ, я, что было сил побежала на склад. Коридор заволокло черным едким дымом, от чего сразу же стало тяжело дышать и, я закашлялась, потеряв направление. Ох, только бы на меня сейчас никто не наступил. Постаравшись абстрагироваться от неприятного запаха, я закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Твою мать, ну и запах у этой дряни! Энергоновая вонь ни в какое сравнение не идет. — КХХ-Раф-хх! — Имя пацана смешалось с кашлем из-за чего вышло не совсем понятно. Но на той стороне меня услышали. — Я тут! — Голос Рафаэля звучал сдавленно, как после долгого кашля. Вместе с ним что-то виновато пропищал Би, а рядом послышался топот металлических ног. Я поспешила на голос очкарика, кашляя как можно громче, чтобы на меня случайно не наступили. В панике от перспективы быть раздавленной огромной металлической ногой, я, наконец, добралась до конца дымовой завесы. Но, вот, когда она окончательно рассеялась, перед моими глазами предстала картина, глядя на которую появилось очень сильное желание выругаться. — Во имя… — Судя по всему, ругаться хотелось не только мне. Припозднившейся буквально на секунду Рэтчет, увидев царящий на складе пиздец, запнулся, сдерживая нецензурщину. — Всех искр! Что здесь творится? — Это… — Раф, еще отходящий от испуга, замялся, растерянно отводя взгляд. — Это мой школьный проект. Бывший…       И вот картина: стоят посреди задымленного склада человек и автобот и с очень виноватыми лицами смотрят на злющего доктора, мысленно кроющего их кибертронским матом. Рядом с ним раздраженно постукивает стопой Арси с активированным оружием наперевес и Балкхэд, упорно пытающийся понять, что происходят. Лидер всей собравшейся компании переводит взгляд с одного виновника торжества на другого. Злющая я, упирающая руки в бока. И посреди всего этого великолепия два кибертронских ящика с расплывшемся на них дымящейся вонючей кучкой грязи самодельный вулкан. Минута. Другая. — Рафи, — стараюсь сделать свой голос как можно более мягким и делаю глубокий вдох. Сука, я там чуть второй раз не померла, а они тут просто вулкан решили построить, — скажи, чем тебе не угодили простая сода и уксус с пищевыми красителями? — Пацан виновато потупил взгляд, уткнувшись лицом в ногу Бамблби. — Что ты вообще туда понапихал, что оно мало того, что дымит, так еще и воняет, будто кого-то вывернуло наизнанку в Авгиевых конюшнях? — Почему ты вообще занимаешься этим здесь? — Взревел Рэтчет, в ужасе оглядывая склад, заваленный теперь не только ящиками и всякими полезностями, но и кучей материалов для вулкана. Основную массу составляли газеты. — Тут беспорядок!       Арси, зорко оглядевшая склад и не нашедшая признаков опасности, вернула руки в привычную форму и, устало потерев глаза, потопала к себе, буркнув что-то про детей и проблемы. Последовавший за ней Балкхэд, напротив, расстроенным и уж тем более раздраженным не выглядел, откровенно забавляясь ситуацией с ложным взрывом.       Раф, оторвавшись от ноги своего друга, шмыгнул носом и потер тыльной стороной глаза и всхлипнул. Заткнулись все. Даже дико ржущий Клиффджампер, неслышимый для всех, кроме меня, подавился смехом и недоуменно уставился на расстроенного Рафаэля, вновь уткнувшегося в ногу Бамблби, смотрящего на нас таким красноречивым взглядом, что стыдно, кажется, стало даже Рэтчету. Я вдруг почувствовала ощутимый такой укол вины. Ну вот, довели дите до слез. Молодцы. Подавив тяжелый вздох, подхожу к расстроенному ребенку кладу руку тому на дрожащее плечо. Ладно, Катя, вспоминай, как ты успокаивала Сашку, когда тот расстраивался. — Раф, — говорю как можно мягче, чтобы ненароком не напугать еще больше, — посмотри на меня. — Детское плечо под рукой дрогнуло и мальчик, слегка оторвавшись от теплого металла, обернулся ко мне. Глаза абсолютно сухие, разве что слегка покраснели. Губы поджаты. — Ты это, извини, что накричали. Мы ведь не хотели. — Поворачиваюсь к Рэтчету, ошалело замершему у входа на склад и дарю ему очень красноречивый взгляд. — Верно?       Доктор моих махинаций с лицом явно не оценил и уже было хотел возмутиться, дескать за дело люлей получили. Ну, так-то оно так. И медик абсолютно прав, на складе действительно беспорядок. И взрыв всех перепугал. И вообще надо было предупредить заранее. И, если бы Рэтчет начал возмущаться, то оспорить его аргументы не смогла бы при всем желании. Но положение спас Оптимус, так вовремя решивший выразить свое мнение о происходящем. — Полагаю, всем нам есть над чем подумать. — Кивнув чему-то понятному только ему, Прайм окинул нас очень странным взглядом. — Нет ничего дурного в том, что Бамблби решил помочь другу. Однако вы всех очень… — Оптимус ненадолго замолчал, подбирая подходящее ситуации слово, — обеспокоили. — «Подняли на уши всю базу и сильно задымили коридор». Лидер этого не сказал, но между строк читалось отчетливо. Ровный и спокойный голос звучал чуть ли не в гробовой тишине. И, не смотря на вполне благожелательный тон со спокойной, плавной жестикуляцией, я внезапно ощутила стыд. Не смотря на то, что отчитывал Прайм Рафа и Би, причем довольно мягко, тщательно подбирая слова, между строк чувствовался упрек в сторону меня и Рэтчета. И если я в этот раз не смогла возразить, то Дедуля так просто не сдался. — Но Оптимус, — начал док, устало проводя ладонью по лицу и вздыхая, — это абсурд! Что может знать Бамблби о земных вулканах? — Автобот показал рукой на переставшие, наконец, дымить останки школьного проекта. — Ничего! И вот тому доказательство! — Именно поэтому нет ничего плохого в том, что мы больше узнаем о планете, по которой ходим. — Твердо отрезал Прайм, заложив руки за спину. — Правда, о подобных экспериментах следует предупреждать заранее. — На эти слова Рэтчет только фыркнул, но позиции сдал, подчиняясь начальству. — Так, значит, — тихо начал Раф, робко глядя на Лидера автоботов сквозь очки. Парень все еще цеплялся руками за ногу Би, но уже скорее, ради моральной поддержки, нежели желания спрятаться, — мы можем продолжить?       Ответить ни Прайм, ни доктор не успели. Не прошло и пяти секунд, как раздался громкий топот ног и на склад влетела взмыленная Сиерра. Бешено крутя глазами, она с непередаваемым выражением лица осматривала склад, выискивая что-то конкретное. Или кого-то. По спине табун ледяных мурашек прошелся, когда взгляд Рыжей остановился на мне. Девушка шумно втянула воздух через нос и уперла руки в бока, ритмично притопывая ногой. Зеленые глаза были готовы метать молнии. Прицельно. Со смертельным исходом. — Ты ничего не хочешь мне сказать? — Слова были больше похожи на змеиное шипение. Наверное потому, что были сказаны сквозь зубы. Брови сведены к переносице, веки сощурены, а поджатые губы явно сдерживают емкие ругательства. — Ну, — задумчиво тяну последнюю букву и тру ладонью шею, после чего натягиваю на лицо самую дебильную улыбочку и развожу руки в стороны, — мы помогаем Рафу со школьным проектом!       Сиерра обреченно шлепнула ладонью по своему лицу.

***

      Что я могу сказать? Было весело. Особенно учитывая то, что в создании рабочей модели вулкана участвовал автобот, знающий о вулканах только то, что они опасны и извергают лаву. Если учесть то, что понять Би мог только Рафаэль, любезно переводивший фразы Гонщика на общедоступный, все еще злящуюся Сиерру, то и дело ругающуюся сквозь зубы, меня, пытающуюся придумать, как сделать извержение эпичней и счастливого Рафа, предлагающего самые безумные идеи, получается вообще цирк. С конями. Но оно того явно стоило. Общими усилиями трех людей и одного автобота был создан многоразовый вулкан, плюющийся лавой. Основа, бережно вылепленная из останков почившего ранее экземпляра, была укреплена проволокой и старательно раскрашена в коричневый. Жерло изнутри уложили старым ржавым металлоломом, валявшемся на складе с незапамятных времен. Из него же был собран простейший механизм «Судного дня», как я обозвала получившееся творение. В чем задумка Очкастого? На дно жерла помещается жидкое тесто, с огромным количеством уксуса и пищевого красителя. Сверху располагается люк, плотно закрывающий жерло и на него высыпается пачка соды. Для того, чтобы начать извержение необходимо просто нажать на незаметный рычажок, люк откроется, сода вступит в реакцию с уксусом, а тесто создаст более реалистичную текстуру лавы. Тестировать Раф решил у себя дома. Хотя бы потому, что приготовить тесто нам было не из чего.       Но все хорошее когда-нибудь заканчивается. Над проектом мы работали очень увлеченно, погрузившись в процесс целиком и полностью. А потому, сидящий на плече Бамблби Раф, едва с этого самого плеча не навернулся, когда решил посмотреть время на своем телефоне. Благо, желто-черный автобот вовремя подставил руку и непоправимого не случилось. — Двадцать минут восьмого! — Хватаясь за голову протарабанил мелкий гений и бросил на своего напарника беспомощный взгляд. Тот пожал плечами, взял пацана в руку и, бережно опустив того на пол, трансформировался. — Спасибо! — Раф резво запрыгнул на заднее сидение гоночного автомобиля, помахал нам на прощание ручкой и был таков. На складе стало как-то пустовато. Подавив внезапно возникшее чувство одиночества, я размяла ноющие плечи и повернулась к Сиерре. Девушка выглядела гораздо лучше. Исчезла нервозность, движения стали спокойными и плавными. Девушка, наконец, перестала хмуриться и бросать на окружающих злобные взгляды. Ну, вот и хорошо. — Думаю, нам тоже пора по домам. — Слова срываются в пустоту, отражаясь от стен склада и создавая небольшое приятное эхо. Кладу ладони на пояс, цепляясь пальцами за край юбки. Но с места почему-то не двигаюсь. — Да. Точно. — Отсутствующим голосом отвечает Сиерра и, не сказав больше ничего, медленно идет на выход. Мне остается только пойти следом.       Шли молча. Говорить не хотелось. Внезапно атмосфера веселых дружеских посиделок сменилась на тяжелую меланхоличную грусть. Стены базы, покрытые старой потрескавшейся краской давили своей массивностью. Я чувствовала себя маленькой и беззащитной, казалось, еще чуть-чуть и все окружение рухнет на меня, навсегда похоронив под обломками. Невольно потерла метку, слегка припекающую под одеждой, и вздохнула. Дело продвигалось слишком медленно. Клиф охотно делится информацией о Кибертроне, и я ему благодарна. Он сможет провести меня сквозь руины, он рассказал, что атмосфера родной планеты трансформеров ядовита для людей, он даже выразил желание научить меня кибертронскому, если это поможет делу! Вот только все его старания не имеют смысла без возможности попасть на Кибертрон и не задохнуться. Мне нужен скафандр. И мега мощный телепорт, способный доставить меня и Призрака на дальнюю планету. Ни того, ни другого в наличии нет. Где достать — хрен знает. Сделать ручками — даже не смешно. Что делать дальше — непонятно.       Проблем еще накопилось. Деньги нужны. А на карманные расходы не дают. Из-за всей этой ситуации с автоботами даже работу нормально не найти, я должна каждый день находится на базе. Достаточно взглянуть на Сиерру, валящуюся с ног от усталости и на ее конфликт с Арси, чтобы похоронить идею поиска работы глубоко и надолго. С учебой никаких проблем, слава яйцам, но даже так она отнимает колоссальное количество времени и сил. Нужно посещать занятия, выполнять тесты, тратить время на домашку. После приключений на корабле десептиконов кошмары мучают. А ведь мне еще медицину изучать, налаживать отношения с опекунами, заниматься собственным телом. В общем, дел выше крыши, мое расписание на ближайший месяц выглядит пугающе.       За своими мыслями, я не заметила, как мы дошли до главного зала, в котором никого кроме Рэтчета не было. Док как всегда что-то мониторил на зеленом экране, то и дело вводя что-то на клавиатуре и переговариваясь по внутренней связи жестким, но четким тоном. Явно чем-то важным занимается, вон какой сосредоточенный. Отвлекать Дедулю от дел было вредно не только для общего блага, но и для собственного здоровья. И если мы, люди, удостаивались лишь раздраженного взгляда и сухого комментария насчет глупости, то влезший под руку автобот вполне мог получить по кумполу чем-нибудь тяжелым. Исключением был, разве что, Прайм, но и он старался по минимуму беспокоить ворчливого дока.       Повесив на плечо сумку, брошенную ранее на платформе, я покидала туда парочку необходимых книг и прикинула, в какой из забитых комнат видела более-менее нормальную мебель. Раз уж нам так важно присутствовать на базе каждый гребаный день, то пускай мирятся с человеческой мебелью. Потому что перспектива продолжать морозить попу на холодном металлическом полу меня не устраивает категорически.       Наконец, Рэтчет что-то громко рявкнул, потянул вниз рычаг активации земного моста и на базу, прямиком из светящейся зеленой воронки, зашли три автобота с очень недовольными лицами и кучей подпалин по всему телу. Больше всего было почему-то на Арси. Она, потирающая бок, и, судя по глазам, готовая прикончить любого, кто сунется к ней с расспросами, быстро потопала в сторону медотсека. Команда проводила ее тяжелыми взглядами, после чего Рэтчет, бухча себе под нос ругательства, отправился следом. Клиффджампера в поле зрения не было, что странно. — Я так понимаю… — потирая шею, начала я, — то, чем вы занимались, прошло не очень гладко?       Балкхэд перевел на меня полный вселенской грусти взгляд и со взохом ответил: — Не то слово. — Удрученно покачав головой, Птенчик подошел к платформе, на которой мы с Сиеррой находились, и тяжело сполз по стеночке, меланхолично наблюдая за Праймом, тоже решившим навестить медотсек. Ну, похоже случилось что-то серьезное, раз все так подавлены. Хорошо хоть Би успел с Рафом свинтить, а то на одну грустную рожу было бы больше. Я вернула сумку на пол и перегнулась через перила. Балкхэд выглядел… хреново. — А тебе разве не надо к Рэтчету? — Неожиданно мягким голосом спросила Рыжуля и опустилась на колени, опираясь спиной о перегородку. — Выглядишь неважно. Балк на эти слова только рукой махнул и, крякнув, поднялся. Повреждений на нем было меньше, чем на других автоботах и это не могло не радовать. Но это внешне, а ведь могут быть еще и внутренние. Хотя, если Рэтчет его до сих пор не позвал, то все должно быть в порядке. Да? Пизда, но спорить с медиком я не стану. По крайней мере, пока вопрос касается трансформеров. Если поранится кто из людей — я буду стоять до последнего. — Лучше я вас обеих домой отвезу. — Автобот устало выдохнул и обернулся в сторону коридора. Если прислушаться, то можно услышать приглушенную ругань. Сиерра нахмурилась еще сильней, нервно перебирая пальцами край голубой блузки. Понятия не имею, о чем она думает, но явно о чем-то нехорошем. Заметив наше слабое копошение, Балк продолжил свою мысль. — Уже поздно.