TikTok Trend

Всё, чего Юнги хочет после муторной и высасывающей всю энергию учебы в институте, это в комфорте доехать до дома, перекусить чем-нибудь лёгким и вкусным, откиснуть в ванне и посмотреть новости по телевизору в полной тишине, отключив телефон и закутавшись в плед. Его план идёт по пизде, когда он спускается в заполненное на девяносто девять процентов людьми метро, позже вынужденно прижимается к противоположным раздвижным дверям в вагоне, иначе его просто затопчут спешащие толпы молодёжи. Он надеется, что дома хоть немного отдохнёт. Но первое, что срывается с его уст, когда он переступает порог съемной квартиры, это: — Чимин, ебаный тебя в рот! Через несколько мгновений в коридор вылетает его первый сосед по аренде, в одних трусах-плавках и обтягивающей майке, с незавершенным ярким макияжем и с уложенной дымчато-голубой шевелюрой. Ему требуется минута, чтобы сообразить, в чем причина раздражения Юнги. Когда его взгляд падает на кроссовки парня, которыми он наступил в собачье дерьмо, всё проясняется само собой. — Бля, прости-прости-прости, — он морщится, не спеша исправлять недоразумение за своей псиной. Чимин набирает воздуха в лёгкие и кричит. — Эй, Хо, я же просил прибраться! А следом за его верещанием появляется упомянутый Хосок — второй сосед Юнги по аренде. На нем шорты на пару сантиметров ниже задницы, растянутая футболка и заляпанный фартук. Парень позитивно улыбается и машет рукой другу, но, развернувшись к Чимину в другом конце коридора, сводит брови к переносице и хмыкает. — Я сказал, что уберу потом. И я сейчас, между прочим, вместо тебя готовлю ужин. — Я вчера обещал подписчикам мейкап туториал, но из-за историка не успел его снять, поэтому мне пришлось заниматься этим сейчас. Я же не могу их обманывать! — Меня должны ебать твои подписчики? Мне ещё начальнику завтра отчёт сдавать, — рычит Юнги. — Ты можешь пропустить пробежку и сделать отчёт утром, — темноволосый блогер цокает языком, скрестив руки на груди. — Извини? Я не могу пропускать тренировки, это залог здорового образа жизни. Бегал бы со мной, не жаловался бы, что у тебя жопа толстая. — Когда это я жаловался? Моя задница лучше твоей! — Померяемся задницами? — Хосок хватается за резинку своих шорт, сжав губы в тонкую линию и вскинув брови. Чимин закатывает глаза, уперев руки в боки и наклонив голову в сторону. — И вообще, сегодня очередь Юнги убирать за Минни. Ой, это он зря. Юнги вскидывает бровь, осторожно сняв кроссовки и отскочив на чистый островок паркета. Он вешает пальто в шкаф для верхней одежды и направляется в их общую комнату. — Ещё раз ты скажешь, что я должен возиться с твоей псиной, я выселю вас вдвоём на улицу. — Ты не можешь меня выселить! — Мне похуй. В этот момент из общего зала вылетает Минни со смешной шапочкой на голове, проносясь под ногами Юнги, который чуть не наступает на него и вовремя уворачивается, заматерившись под нос, добавив в конце «паршивая собака». — Мин, кстати, я пожарил картошку, потушил капусту, ещё кабачки и курица подходят в духовке. Поужинаешь с нами? — интересуется самый старший житель этой квартиры. План «поесть что-нибудь лёгкое» накрывается медным тазом. Парень шумно выдыхает сквозь зубы и проходит мимо Чимина, бросив не терпящее возражений «нет». Остаётся надежда на ванну и новости. Однако зайдя в комнату и полностью игнорируя устроенный Паком беспорядок, парень движется к двухспальной кровати, но по дороге спотыкается о провод от кольцевой лампы для сраного тиктока. Он выравнивается, сжимает кулаки, стараясь успокоиться, но нервы все равно заставляют его выкрикнуть: — Сука, съезжай нахуй, Чимин! Из коридора слышится хосоков смех, а через секунду в комнату забегает Пак, вновь извиняясь и занимая место напротив лампы, чтобы продолжить снимать видео-туториал. Юнги наспех раздевается до нижнего белья, накинув на тело халат, и поворачивается к другу, задержав взгляд на его округлых ягодицах, обтянутых трусами. Сколько бы Чимин не ныл, что он «толстый» или «стремный», Юнги его не поймёт — он считает, что парень поистине красив и сексуален. А Мин, между прочим, придирчивый в плане внешности. — Зачем тратить несколько часов на эту поебень, если в итоге получится пятнадцатисекундный ролик? — бубнит старший, хмыкнув и скользнув взглядом по изгибу спины Чимина. Сосед отвечает, не отрываясь от своего занятия: — Людям это нравится. — Нравится смотреть, как смазливый пацан рисует себе грим из бабочек на щеках? — Это не грим, а макияж для вечеринок, — Чимин хихикает, обводя контур той самой бабочки белой краской. — Бьюти-блогеры зарабатывают на этом кучу бабла. — Так ты делаешь это ради подписчиков или денег? — старший вздыхает, просунув руки в карманы халата. Пак улыбается. — Пятьдесят на пятьдесят. — Лучше рассказал бы, что не умеешь убирать говно за своим питомцем. Залетело бы в тренды. — Я убираюсь за Минни! — он раздраженно фыркает, сменив краску с белой на синюю, зарисовывая крылья насекомого. — Просто сейчас я занят. И так каждый день. Когда Юнги добирается до ванной комнаты, тяжело вздыхая и собирая по сливам раковины и ванны чужие волосы, желание расслабиться в воде отпадает, поэтому он наспех обмывается, избавляется от появляющихся на ногах коротких волосков, подсушивает угольные волосы полотенцем и возвращается в комнату, в которой Чимин, закончив с рисунком, снимает сюжетные ролики в стиле «до и после преображения», меняя углы съемки и фон. Старший надевает треники, толстовку и перебирается на кухню, оставив юного блогера в одиночестве. Хосок в это время перекладывает курицу с противня в контейнер, успевая параллельно помешивать какую-то смесь в кастрюле. Он всегда готовит невероятно вкусно, даже из обычной яичницы может сварганить шедевр, но, как правило, готовит он вечером, а Юнги принципиально после шести ест только салатики или пьёт кофе. Он проходит мимо парня, мягко хлопнув его по плечу, и достаёт из холодильника молоко, а с полочки у раковины свой молотый кофе. — Мин, у нас розетка возле телика перегорела, завтра удлинитель привезу. План «посмотреть новости перед ящиком-плазмой на диване» так же рушится. Юнги обреченно вздыхает, ставит кофе вариться и облокачивается бёдрами о тумбу. — Скажи, что в этом виноват пудель Чимина, чтобы у меня был повод выкинуть его из окна. — Минни или Чимина? — В идеале обоих. Старший хохочет, скинув грязную посуду в раковину, а готовые блюда на стол, открыв Юнги доступ к плите. Парень благодарно кивает и становится напротив, помешивая кофе. — Это шпиц, а не пудель. И нет, это не он, а электрика. То, что Пак назвал собаку в честь тебя, недостаточный повод для его выселения? — Это объективная причина сделать из них жаркое. Займёшься этим? — Юнги хмыкает с улыбкой, сняв ковшик с конфорки, перелив кофе в стакан и занявшись молоком. Он подключает капучинатор и вспенивает молоко, которое впоследствии перельет в свой напиток. — Ты все равно не сможешь их выселить, мы одинаково платим за аренду, — старший усаживается за стол, отодвинув посуду от своего ноутбука, и открывает документ с кучей пустых строк, которые ему предстоит сегодня заполнить. — Тогда в следующий раз я заплачу на десятку больше, — он занимает место рядом с соседом, с наслаждением сделав глоток напитка и протянув Хосоку, который кивает и отпивает следом. — Главбух опять нагружает херней? — Ага, — Чон недовольно фыркает и уменьшает окно с документом, открыв вкладку в интернете. — Придумала себе всяких реестров и ебет всем мозг, будто никто не знает, что она откладывает себе в карман. — Что на этот раз? — с усмешкой спрашивает Юнги, когда слышит грохот и поток матов из соседней комнаты — вероятно, Чимин наткнулся на собственные провода и ебнулся на пол. Он издевательски улыбается, сморщив нос, когда не менее насмешливо улыбающийся Хосок толкает его локтем в бок. — Сводка финансовых движений денежных средств в банке. Полюбуйся, — он тычет пальцем в экран, объясняя только им двоим понятными терминами экономическую ситуацию компании, в которой Чон работает. — Пока все занимаются первичкой, я составляю таблицы, которые директор, дай бог, хотя бы раз в глаза видел. А отказаться не могу, выговор сделает. — Конченная, — соглашается четверокурсник экономического факультета, похлопав друга по обнаженному колену. — Да забей, ты же все равно собирался увольняться. — Ага, только когда нормальное место на замену найду, — кисло усмехается, вздохнув и растянувшись на стуле-скамейке. Он переглядывается с соседом и закидывает руку ему на плечи, притянув к себе и начав кулачком ворошить его влажные волосы. — Всем бы таких друзей, Мин. — Да, я классный. А ты на любителя, — он бубнит, пытаясь выбраться из чужих объятий, но старший посмеивается, не выпуская. На кухне появляется младший, потирая зад, на который свалился. Уже одетый, с покрасневшим после снятия макияжа лицом. Он окидывает друзей взглядом, гадко улыбается и внезапно фоткает парней, а затем снимает на камеру. — Я отлучился всего на пару минут, а они тут уже воркуют, вы только посмотрите! Хосок смеётся, а Юнги в который за сегодня раз закатывает глаза и расслабляется, перестав вырываться и облокотившись головой о плечо соседа. — Чимин не убирает дерьмо за своей псиной, — жалуется Мин, довольно усмехнувшись, когда Пак заканчивает видео и убирает телефон. Он накладывает на блюдце ужин и усаживается на стуле рядом со скамьёй, по привычке закинув ноги на колени Хосока, так, что его ступни едва упираются в минов живот. Оба старших парня, несмотря на пререкания и незначительные ссоры, накрывают его ноги ладонями и поглаживают, и вновь по привычке. — Рассказывайте, что нового? — Тебе не хватает общения в инстаграме? — Юнги слабо массирует его ступню через махровый носок, прикрыв глаза. — Всё, что мы обсуждаем в беседе, это какие продукты купить и кто во сколько вернётся домой, — недовольно бубнит, прожевывая курицу. — Хо, очень вкусно! Старший подмигивает, продолжив одной рукой набирать цифры на ноутбуке, а второй жмякать поочередно голени. — Предлагаю этим ограничиться. — Ты такой противный, Юнги. — Для тебя стараюсь, малой. Компания ненадолго замолкает. Хосок занимается работой, Юнги на автомате сжимает ладонями чужую ножку, а Чимин ужинает, листая, неудивительно, тикток. Они нечасто собираются за одним столом, чаще всего занятые своими делами. Все являются студентами, но Чимин, он же самый младший — двадцать лет, — обучается на втором курсе по специальности «Реклама и связи с общественностью», Юнги, которому двадцать четыре, на четвёртом экономическом, а Хосок, двадцатипятилетний уже почти мужчина, на выпускном (пятом) заочном курсе, но на том же факультете, что и Мин, так ещё и успевает работать финансистом, кроме периодов сессии. Когда-то давно они познакомились в стенах универа, сблизились за несколько дней до уровня «единственных лучших друзей», а сейчас их троих связывает соседство. Эта глупая (утрировано — парни друг друга обожают) идея принадлежала только-только на тот момент поступившему Паку, который необдуманно брякнул: «А прикиньте, как было бы круто вместе жить! И платить мало, и весело». Мысль не забыли, развили, а через пару месяцев уже дружно перевозили вещи в общую квартиру. Через полгода к ним присоединился мелкий пушистый Минни, которого Юнги, на самом деле, любит немыслимо, но так же не сдерживается, чтобы поворчать и друга повоспитывать. Всё-таки, питомец-то чиминов, вот пусть он за ним жопу и подтирает, а всем остальным достаточно с него умиляться. Обязанности парни распределяют нестабильно, в зависимости от сил и желания. Если Хосок готовить не хочет или устал, его обязательно кто-нибудь из двух оставшихся соседей заменит на кухне. Пока что никто из двух взрослых не ленится — это прерогатива Чимина. — Ты за Минни убрал? — сонно интересуется Юнги, приоткрыв глаза. Чимин кивает. — Молодец, малой. Младший отрывается от телефона, нежно улыбнувшись. — У меня сессия через неделю, будем вместе на перерывах в кфс гонять, — Хосок жмёт на последнюю цифру на клавиатуре с особой агрессией и довольно заключает. — Ура, халява, — Пак хихикает, растянув пухлые губы в ухмылку. Хосок цокает. — Беру натурой. — Тебе не жалко себя отдать, — гогочет Чимин, закончив с ужином, и принимается мыть всю грязную посуду. — Юнги, иди спать, уже носом клюёшь, — заботливо тормошит его старший. Мин кивает, но младший просит задержаться. — Стой-стой, у меня есть одна просьба к вам. — Излагай. Чимин тушуется, морщит брови, разворачивается к парням вполоборота, не отвлекаясь от мытья. — Мы же друзья? — Нет, — тут же отвечает Юнги. Чимин фыркает, проигнорировав чужую издёвку. — Что ты хочешь? — Ну… — он вздыхает, взглядом ища поддержку в глазах Хосока, потому что этот парень единственный за любой кипишь, лишь бы весело и безопасно. — Короче, мне нужно заснять один тренд в тикток, но мне нужны ещё два парня… — Сразу нет, — отрезает Мин, намереваясь уйти, но Чимин бросает посуду и подлетает к другу, схватив его руки своими мыльными. — Блять, Чимин. — Пожалуйста, я тебя умоляю, — он поджимает губы, слегка опустив голову и взглянув на друга из-под челки. — Я без тебя не справлюсь, Юнги. — А что за тренд? — наконец, спрашивает Чон, поднявшись и захватив под подмышку ноут. Чимин отпускает Мина, прикусив губу и задумчиво промычав. — Давай, рассказывай уже. — Ну, нам нужно прикинуться парочкой. Юнги вскидывает бровь, весело хмыкнув. Хосок за ним повторяет. — Не понял, ты хочешь развалить в своём аккаунте образ нашей идеальной парочки? — Юнги вытирает о треники свои испачканные пеной руки и обвивает свободную руку Хосока, заигрывающе к нему прижавшись. Да, всех троих так же связывает любовь к однополым отношениям, но при этом они являются друзьями (исключая эпизоды, когда тянуло целоваться по пьяни, но через это многие друзья проходили). Правда, Чимин однажды начал исподтишка снимать тактильного Хосока, вечно в шутку тискающего Юнги. Так в его тиктоке появился плейлист «yoonseok», периодически пополняющийся вымышленными зарисовками Чимина, рисующего из друзей парочку. — Нет-нет, мы… эм, мы втроём будем играть парочку. Видимо, двух «встречающихся» друзей ему не хватило. — Чего? — Юнги отстраняется от старшего, нервно усмехнувшись. — Ты решил групповуху замутить? — Да нет, блин, Юнги, — юноша закатывает глаза, хмыкнув. — Я хочу снимать ролики в стиле «преимущества и недостатки встречаться втроём». Вот как мы втроём снимаем квартиру, так втроём и встречаемся. Ничего нового, просто иногда нужно будет пообниматься или сделать вид, будто мы целуемся. Как вы с Хосоком, только и я с вами. Он замолкает, а двое старших переглядываются, выражая взглядом: «Он явно сошёл с ума». Пак фыркает и возвращается к посуде, обиженно дуя губы. Разве он попросил что-то невыполнимое? Покривляться на камеру вместе с ним, для тиктока это стандартная процедура, а в Америке живут люди своевольные, нестеснительные. В Корее они бы побоялись ходить за ручку по улицам, а тут хоть целуйтесь по очереди на главной площади — никому дела не будет. — Я просто хочу повысить свою статистику, вам сложно разве? Вы даже не блогеры, чтобы париться об имидже, или что там вам мешает… Юнги вздыхает, поджав губы, и приближается к другу со спины, слабо его приобняв за талию. Чимин останавливается, сдерживая рвущуюся на лицо улыбку. — Окей, я в деле. Но ты взамен перестаёшь дергать нас по поводу Минни. — Согласен! Хо, а ты? — младший споласкивает руки, развернувшись в чужих руках и довольно улыбнувшись в лицо уставшего Юнги. Парень щёлкает друга по носу, коротко пробежавшись взглядом по его лицу, и отстраняется. Хосок пожимает плечами, кивнув. — Но если ты переборщишь с играми и у меня встанет, я тебя трахну, — шутит старший, сдерживая серьезное лицо. Чимин смеётся и складывает пальцы в жест «Окей». — А вы разве не?.. — удивленно интересуется Юнги. — Да не спали мы с ним! — Тогда почему так половина универа считает? — Дебилы потому что, — хмыкает парень, вновь отвернувшись к раковине. — Тогда завтра снимем, я все объясню. Юнги направляется в комнату, усмехнувшись. — Н-да, будет весело. — Не сомневайся, — подначивает Хосок, будучи в одной с ним комнате, и укладывается на постель, на которую следом забирается Юнги и сворачивается в одеяле на своей стороне. В их комнате стоит одна большая кровать, на которой чаще всего спят Хосок и Юнги, и раскладной комфортабельный плоский диван для Чимина, предпочитающего пинать ночами свои мягкие игрушки, а не людей. Чон привычно закидывает руку Мину на талию, посапывая через несколько минут в унисон с другом, а Чимин появляется получасом позже, с довольным видом их фоткая и укладываясь спать на своё место. Минни прибегает следом и просится в ноги Юнги, поскуливая до тех пор, пока Пак не слезает с дивана и не поднимает пёсика на чужую кровать, а затем сам возвращается. И так абсолютно каждый день.

🐩

— Хорошо, я нажимаю на эту кнопочку, начинается отсчёт от пяти до одного, потом начнётся съёмка. Вы готовы? Чимин суетится возле телефона, прикрепленного к штативу, поправляет за ним кольцевую лампу, пока одетые в одинаковые толстовки Хосок и Юнги неуютно мнутся позади него, то и дело переглядываясь и теребя пальцами карманы. — Не ссыте, мы будем переснимать до тех пор, пока не получится. Я включаю! Первые дубли тонут в смехе, появившемся из-за нервного напряжения. С каждым разом атмосфера становится проще, друзья привыкают к продуманному Чимином сюжету, получается лучше. У них получается заснять лишь с тринадцатого раза. Когда музыка начинается, первым в кадре на главном плане появляется Чимин. Он открывает рот под мелодию, имитируя пение. В нужный момент он разворачивается в сторону и тянется к кому-то, но тут же в кадре появляется Хосок. Он касается щеки Чимина, так же поёт и невесомо, почти незаметно касается его губ. На нужный бит Пак отстраняется и разворачивается в другую сторону, где показывается Юнги. Они проделывают то же самое. На последних секундах ролика Чимин внезапно опускается вниз, туда, где его не видно на экране, а на главный план выходят Мин и Хосок, старший обвивает его талию руками и прижимает к себе, Юнги заметно приоткрывает рот в немом стоне. Тогда Хосок склоняется к нему и почти успевает его поцеловать. Музыка заканчивается. Чимин довольно улыбается, поднявшись и сняв телефон со штатива, пересматривая видео. В этот момент сзади Хосок смотрит на Юнги, улыбаясь широко, но забыв его отпустить, а Мин похлопывает друга по плечам, на мгновение взглянув на его губы. Будет весело. Но Юнги почему-то на секунду задумывается, что за эти чертовы тринадцать дублей он был в миллиметре от поцелуя, а его воздержание и двухгодовое одиночество подкидывает в сознание картинки прошлого, когда его касались чужие руки, ласково гладили по телу и нежно касались губами его губ. Весело-то будет, но Юнги кажется, что после каждого такого мероприятия у него будет оставаться грустное послевкусие. — Спасибо большое, парни! Мы с вами точно попадём в реки, — возбуждённо восклицает Чимин, обернувшись и тут же обняв двух парней, прижимая их друг к другу. Хосок смеётся, а Юнги утыкается в изгиб его шеи и мимолетно прикрывает глаза. — Как ощущения? — Прикольно получилось, — отвечает Хо, отстраняясь и потрепав обоих по волосам. Юнги слабо улыбается. — А этот походу загрустил. — Эй, чего ты, Юн-а? — младший обнимает парня сбоку, щекоча его носом в шею, и хихикает. — Не понравилось? Юнги опускает ладонь на его поясницу, улыбнувшись. — Все окей, просто вспомнил бывшего. — Так, никаких бывших! — Чон щурит глаза, чуть наклоняется, а Юнги, поняв, что тот задумал, старается спрятаться за Пака. — Не отвертишься. Хосок подаётся вперёд, внезапно схватив друга за бока и начав щекотать. А Юнги, к слову, этого не переносит. Он начинает громко смеяться, морщится и пытается отбиваться, но во вкус входит и Чимин, помогая Чону. Они вдвоём валят его на кровать, хохоча, Чимин забирается на живот Мина, ерзая на нем и жмякая его под коленом (грязно играет, чтоб его), пока Хосок тычется пальцами в его бока. У Юнги от смеха слёзы начинают литься, и всё бы ничего, но… через минуту такой экзекуции он чувствует шевеление в штанах и машет ладонями, прося остановиться. Ещё через минуту, перестав друга командно мучить, Чимин чувствует, что что-то не так. Он хитро щурится, не сразу сообразив, что к чему, и подаётся бёдрами, проехавшись задницей на чужом члене. Разнеженный и ослабший от эмоций Юнги пропускает тот момент, когда с его губ слетает стон. Все затихают, он прикрывает глаза, хмуря брови и чуть тяжело дыша. — Всё, малой, проваливай. Чимин его просьбу не исполняет. Он переглядывается с Хосоком, ставшим серьезным, и упирается руками в постель, вновь двинув бёдрами. Юнги прикусывает губу, сильнее хмурясь. — Чимин, слезай. — Уверен, что хочешь, чтобы он слез? — со смешком уточняет Хосок, но когда Пак своё действие повторяет, то Чон и сам губу прикусывает, а улыбка с лица сползает. — Я с тобой трахаться не планировал, уйди с меня, — сипит Юнги, распахнув глаза, когда Чимин внезапно приподнимается и опускает ладонь на его член. — Да у тебя каменно стоит! Не пытайся потом сказать, что ненавидишь меня, если на самом деле твоё тело считает меня симпатичным, — усмехается друг, выдохнув шумно. Он чуть сжимает заметно стоящий через треники член парня, сглотнув. У троих парней внезапно происходит выброс адреналина. — Слушайте, а может когда-нибудь?.. — Пак, заканчивай, — сиплым голосом командует Хосок. Старший слезает с кровати, просунув руки в карманы и оттянув домашние шорты — у самого шорты едва заметно натянулись в паху. Чимин хмыкает и послушно прекращает, перебравшись в сторону. — Да ладно, чего вы такие нудные? — Дурдом, — фыркает Юнги, резко поднявшись на ноги и поспешив в туалет. Хосок провожает его взглядом и сглатывает. — Ты точно собирался просто видосы поснимать? — Чон оборачивается к полу-возбужденному дымчатому, щурясь. Парень неуверенно кивает и закатывает глаза. — Да расслабься, чего ты сразу? — Я расслаблен. — Я вижу. — Пак, я не парюсь, — он хмыкает, удобнее поправляя шорты. — На полном серьезе, я не ограничиваю себя рамками. Просто я привык к согласию со всех сторон. А ты его сейчас обидел. — Блять, — он тяжело вздыхает и сползает с кровати, принявшись отключать лампу. — И что предлагаешь? — Для начала почисти его футболку от шерсти Минни, а потом сделай ему кофе.

🐩

— А вот и наша звезда тиктока. Юнги закатывает глаза, войдя в аудиторию и заняв место в последнем ряду, чтобы просто опуститься головой на стол и отключиться до начала пары. У него в запасе пятнадцать минут, за спиной бессонная ночь, потому что Чимин не так давно уехал с группой в соседний город на трехдневный рекламный проект (куча лекций по теории, практика, съемка и монтаж, а как результат — возможная стажировка в одной успешной рекламной компании — мечта Чимина, не вылезающего из инстаграма все эти три дня), а Хосок предупредил, что останется на работе допоздна, потому что ему вместе с рабочим коллективом нужно закрыть месяц. Так на Юнги повесили пса, которого нужно покормить, выгулять и развлечь, уборку квартиры, потому что за последнюю неделю все были так заняты, что банально не успевали вынести мусор (амбре в комнатах стояло тошнотворное), а еще готовку на следующую неделю, чтобы разобраться со всем за один день и потом заслужено отдыхать. Он устало выдыхает, складывает шарф на столе, на который собирается улечься головой, но и этого ему не позволяют. Однокурсники внезапно окружают его со всех сторон и галдят, словно стая голодных птиц, пытаясь перекричать друг друга. Юнги краем уха слышит знакомые песни, доносящиеся из чьих-то телефонов, под которые он и его соседи снимали тиктоки некоторое время назад. — Эй, а это правда, что Чимин транс? — Юнги, а вы реально трахаетесь втроём? — А если это постанова, познакомишь со своим другом? — Братан, так ты пидор? Вопросы сыпятся без остановки. Никто не пытается на него наехать или что-то предъявить, люди-то взрослые, все понимают, что у каждого человека есть свои пристрастия или тараканы в голове. Но больше всего Юнги ненавидит, когда кто-то лезет в его жизнь. Он старается сдерживаться, никто ведь не виноват в его паршивом настроении. Но с каждым вопросом всё подгорает и подгорает. Он измучено стонет и вскидывает голову, внезапно крикнув: — Да. — Толпа замолкает, удивленно уставившись на их тихоню, разговаривающего обычно на парах, только когда преподаватель проводит перекличку и когда необходимо отметиться о своём присутствии. Юнги продолжает спокойнее, но выдаёт всё на одном дыхании. — Я гей, мы живем и ебёмся втроём, а ещё с нами ебётся собака, по ночам мы красим друг другу ногти и смотрим «Близких друзей». Ах да, я никого ни с кем не познакомлю, не дам номер, не свожу на свидание, не посоветую смазку, и нет, блять, мы никого не принимаем в наш пидорский клуб. А теперь отъебитесь от меня и дайте поспать, пока я не сдох на ваших глазах. Он окидывает нервно посмеивающихся сокурсников взглядом и спокойно опускается лбом на шарф, зажмурив глаза. Солнце за панорамными окнами нещадно светит, и хоть Юнги любит хорошую погоду — она поднимает настроение и радует своей яркостью, — сейчас он мысленно умоляет кого-нибудь «включить» тучи или просто купить ебаные жалюзи. Но как только скопление рассасывается, студенты расходятся по своим местам, а Юнги расслабляется, ему на телефон приходит уведомление. Он подпрыгивает с воплем «да что ещё, блять» и гневно пялится в телефон, перечитывая сообщение: От: Чон Хосок Малыш, Чимин приехал, я его встретил. Не хочешь отпроситься с пар? Мы заберём тебя. Хосок, кстати, пару месяцев назад приобрёл машину. В кредит, конечно, но он, тем не менее, предпочитал личный транспорт вместо метро, а в свободное время куда-нибудь возил соседей или забирал с занятий. Он, как и обещал, приехал домой около шести часов назад, видимо, успев выспаться, раз уже забрал Чимина с вокзала. Юнги хмурится, прислушавшись к собственным желаниям. Он морально устал. Ему осточертело сидеть на парах до шести, а то и семи вечера, толком ничего не делая, кроме письменных заданий, и те пишутся исключительно для себя, а не на проверку — эдакая «самоподготовка». Он коротко отписывается другу и наспех скидывает тетрадь с ручкой и шарф в рюкзак, закидывает его на плечо и спешит к выходу. Хосок приедет через десять минут. Одногруппники провожают его заинтересованными взглядами. Улицы засыпаны снегом, кругом одни сугробы, непрекращающийся снегопад и скользкие тропинки, посыпанные песком. Парень мнется возле университетских ворот, пряча нос в шарф и подрагивая. Не спасают даже термо-носки и леггинсы с начесом. А что он хотел в минус двадцать пять? Текилу и шезлонг под пальмами? Тут, скорее, энергетики со льдом, и не потому, что так задумано, а потому, что напитки банально замерзают на стеллажах ларьков. Мгновениями позже у входа останавливается чонов черный хендай, блестящий на солнце. Юнги судорожно выдыхает и забирается на заднее сидение, скинув рюкзак рядом. На переднем пассажирском сидит Чимин, сияющий улыбкой. — Чимин сказал, что если мы не поторопимся, то ты превратишься в сосульку, — вместо приветствия говорит Хосок, усмехнувшись и включив отопление посильнее. Юнги стягивает шарф, устало вздохнув. — И он был прав, — признается парень, вытянув ноги и разминая замерзшие пальцы. — Вроде в теплом штате живем, а погода, как в России. — Это ты еще в Монголии не бывал. — А ты бывал? — с усмешкой интересуется Юнги. Пак хихикает. — Нет, но уверен, что там сейчас холоднее. Чимин оборачивается к другу, протянув стаканчик с кофе, а Юнги прыскает от смеха. На голове дымчатого ободок с оленьими рожками. Младший ему улыбается и кивает. Он принимает напиток и делает глоток, прикрыв глаза. Хосок трогается с места, сделав музыку тише. — Как прошла твоя поездка? — Если не учитывать, что я наснимал видосов на десять гигов, то неплохо, — смеется Пак. — Мы в первый день просидели до вечера в концертном зале на тренинге, во второй обошли весь город и наделали видеороликов, а потом полночи монтировали. На третий презентовали свои проекты, но в итоге выиграли какие-то популярные блогеры. Не знаю, на что я надеялся, когда согласился туда поехать, но это все равно было круто. — Нашел новых друзей? — Юнги делает еще один глоток и опускает стаканчик, грея руки. — Я за жизнь со стольким количеством людей не знакомился, как за эти три дня, — воодушевленно сообщает младший, улыбаясь. — Не скажу, что могу назвать их друзьями, но подписчиков у меня определенно прибавилось. — Понятно, ты ездил ради самопиара. — И незабываемых ощущений! — А мы тут учились, работали и спали, ничего нового, — рассказывает Хосок, хмыкнув и свернув к кассе МакАвто. — Вдвоем спали? — Чимин поигрывает бровями, хихикая. Юнги закатывает глаза. — Я твою псину видел больше, чем Хо за эти три дня. — О, я так соскучился по Минни! — Ага, по псине скучал, а по нам нет. Понятно, а так дружили, так дружили... Хосок открывает окно, подъехав к табло с меню. Он тыкает пальцем по экрану, делая заказ, пока парни в машине ежатся от порыва ветра из окна. Старший берет чек и отъезжает к пункту выдачи, ожидая заказ. — Я показал куратору свой тикток и спросил, как его можно продвинуть, а этот хер сказал, мол, мы на тиктоке не специализируемся, и вообще я считаю эту платформу отсталой, — бубнит парнишка, забавно сморщившись. — В общем, я разочаровался в этом «крутом» тренере, — он делает кавычки пальцами, поправив ободок. — Он не оценил наши ролики, а я перед сном их все просматривал и скучал по вам. — Не пытайся подмазаться, мы всё поняли, — заявляет Хосок, махнув ладонью. — Ты уезжал отдохнуть от нас. — Ну Хо-о, — канючит Пак, отстегнувшись и подтянувшись к другу, обвив его руку своей. Он тянется ближе, прижавшись губами к щеке соседа. — Правда скучал! — И поэтому даже ни разу не написал нам, — подает голос сзади Юнги, пряча ухмылку. Хосок хмурится, строя из себя обиженного. Младший цокает и оборачивается. Мин вскидывает бровь. — Не так разве? — Времени не было, — Чимин цокает, отстранившись и поманив Юнги пальцем. Студент тянется к другу, тот разворачивается насколько возможно и чмокает его в нос. Старшие переглядываются в зеркало и посмеиваются. — Прощен, прощен, расслабься. Хосок забирает заказ, опустив пакет на колени рядом сидящего пассажира, и выруливает к дороге, направляясь домой. Они втроем сидят на диване, просматривая каталог с фильмами на телевизоре. Чимин по привычке опирается на Юнги плечом, закинув свои ноги на бедра Хосока, а Чон, в свою очередь, кормит Мина картофелем фри, в шутку измазывая его губы соусом. — ...а после успешной проверки директор всем назначил неплохую премию, поэтому у меня есть несколько выходных, — делится новостями Хосок, закинув стопы на журнальный столик. Чимин допивает колу, отставив пустой стакан на ковер. — А меня одногруппники сегодня заебали, — Юнги хмыкает, массируя младшему голову. — Нашли твой тикток, разослали по всей группе и завалили вопросами. Знаете, какой самый популярный? — Гей ли ты? — усмехается Чон. — Неа. Они думают, что Чимин транс. Пак резко вдыхает воздух, чуть не подавившись, и заливисто смеется. — Боже, отсталые, — он машет головой, цокнув. — Кстати о тиктоке. Юнги... — Ну говори, что опять? — парень опускает вторую руку ему на грудь, отстукивая незамысловатый ритм. Чимин поджимает губы. — Можешь меня на камеру поцеловать? — младший лениво закидывает голову, оказавшись лбом под подбородком соседа. Мин вскидывает бровь, прожевывая картофель. Чимин, хихикая, машет телефоном с открытым тиктоком. — Ты меня так когда-нибудь до инфаркта доведешь. Я ем, не заметил? — Ну доедай быстрее и поцелуй. Пожалуйста? — Попроси Хосока. — У нас с ним уже есть такие ролики, а с тобой нет, — он дует губы, состроив умоляющее выражение лица. Юнги вздыхает и кивает, облизнув губы. Чимин садится удобнее, протянув Чону телефон. Тот ищет удачный ракурс и выставляет пальцы в жесте «Окей». Он нажимает на плей. Чимин улыбается, заглянув другу в глаза. Юнги щурится, склонив голову набок. Пак не двигается, словно думает о чем-то, и когда он поднимает ладонь, чтобы коснуться щеки Юнги, старший подается первым. Он накрывает его губы своими, прикрыв глаза. Чимин на мгновение задерживает дыхание от неожиданности, замерев ладонью в воздухе. Даже Хосок удивленно вскидывает брови, приблизив кадр к лицам парней. Юнги обхватывает его нижнюю губу, посасывая, а Чимин прикрывает глаза, расслабляясь и запуская пальцы ему в угольную шевелюру. Хосок усмехается, сглотнув. На заднем плане играет приятная музыка, Пак сводит колени, напрягая пресс и подтягиваясь выше, ближе к другу. Чон хитро прищуривается и опускает ладонь Чимину на колено, направив камеру на свою руку. Он скользит ею выше по ноге, а младшего от нежных прикосновений ведет. Он вздрагивает, слабо простонав. Юнги морщит брови, скользнув ладонью от его груди к животу, внезапно забравшись под футболку пальцами. Чимин вздрагивает, приоткрыв рот. Язык Мина проталкивается в его рот, столкнувшись с языком Чимина. Последний, в свою очередь, сжимает его волосы пальцами, судорожно задышав, в то время, как ладонь Хосока достигает тазовой косточки младшего, огибая пах, движется выше и накрывает ладонь Юнги. Младший под их руками дрожит и причмокивает во время влажного поцелуя, сглотнув. Музыка заканчивается, а Пак собирается отстраниться, ощущая приятные покалывания в низу живота, но Юнги не позволяет. Он втягивает его язык в свой рот, посасывая. Хосок шумно выдыхает, наблюдая за сложившейся картиной, а Чимин стонет увереннее, втянув живот. — Юн-а, подожди, — нелепо лепечет он, отстраняя старшего от себя за плечо и переводя дыхание. Хосок возвращает внимание телефону и жмёт далее, печатая хэштеги в описании к видео, пока Юнги облизывает губы и с усмешкой смотрит на друга. — Ещё скажи, что не хотел продолжения. — Он поправляет волосы. — Или… как ты там говорил? Мне точно надо было слезть? — напоминает парень диалог, когда Чимин завалил его щекотать и возбудил своими ёрзаниями. Пак фыркает, вновь опершись на его грудь спиной и оттянув от себя треники, под которыми виднеется затвердевший член. — Я же просто пошутил. — Так Юнги тоже просто пошутил, — за друга отвечает Хосок, ухмыльнувшись. Чимин смущённо щурится и отворачивается к телевизору, старательно фокусируясь на открытом каталоге. — Давайте секс по дружбе? — внезапно тихо предлагает младший, потянувшись за бургером. Хосок и Юнги замирают, не понимая, шутка ли это, и непонимающе переглядываются. Пак, заметив повисшую паузу, цокает языком и нервно посмеивается. — Я про фильм. — Блять, точно в психушку сведёшь. Они некоторое время неуютно молчат, включив кино, а после начинают непринуждённо переговариваться, комментируя эпизоды и отвлекаясь на трапезу. Смущающую ситуацию компания успешно опускает, стараясь не акцентировать внимание на том, что всем троим эти чувства понравились.