***
Странный поступивший запах возвращает Марша в реальность. Его голова немного кружится, а приоткрытые глаза еле фокусируют происходящее. Вдруг он чувствует, что что-то, вернее, кто-то, осторожно разбирает по сторонам его взлохмаченные волосы, что торчали из-под шапки. Теперь Стэн может хоть что-то развидеть. —Как спалось? — кто-то, сидящий на кортах, наклонился чуть ближе. Марш нахмурил брови, и нелепо протянул руку куда-то вверх, к таинственному гостю. —Я тоже рад тебя видеть, — предполагаемый парень соприкоснулся с его рукой ладонью, и опустил еë обратно. —А это я заберу. — выдохнул он эти слова, отнимая ту самую бутылку, бросив куда-то за спину. Голос чертовски знакомый, а руки такие холодные, неужели это… —Кенни?.. — бормочет Стэн, закрыв глаза. Маккормик уставился на него, и коротко улыбнулся: —Он самый. — кивнул парень, немного тряся Стэна, что бы тот более менее проснулся, но этого было недостаточно. В любом случае нужно было хоть как-то привести его в порядок, поэтому, немного сменив положение, Кен стал осторожно поднимать его на ноги. Выглядел Стэн просто отвратительно: вся одежда потрёпана, а шапка вовсе держится на соплях, куртка застёгнута не до конца и испачкана его же рвотой, обувь была мокрая, а губы перекусаны. Что уж говорить о запахе. Кенни решил, что стоило бы проводить его до дома, но когда они двинулись в сторону к дому Стэна, тот резко остановился, зажав Кену ладонь. Маккормик обернулся, а Стэн мотал головой, как бы говоря о том, что в таком виде ему возвращаться — не самая лучшая затея, на что блондин вздохнул. Выбора у них не было. Когда они уже почти подходили к дому Маккормиков, было довольно темно и уже поздно, шла небольшая метель, которая окутывала всё, что можно. У семьи Кена, конечно, были не лучшие условия, но всё же это гораздо лучше, чем валяться пьяным на снегу. Войдя в дом, их встретил лишь пьяный отец Кенни, что дремал на диване с бесполезно включённым телевизором. Кенни продолжил водить Стэна за руку, поднимаясь вверх по лестнице к ванне. —Если хочешь, можешь умыться и привети себя в порядок. — утвердил Кенни, включая кран душа. Он уже собирался уйти, но в самый последний момент заметил, что Стэн неподвижен и опёрся об раковину спиной. Блондин снова подошёл, закрыв за собой дверь и помахал рукой перед лицом Стэна, как бы призывая "вернутся на Землю". Тот в ответ опустил веки, медленно, совсем лениво стягивая куртку с себя. Маккормик собрал куртку, выкинув в тазик, так же попутно помогая с остальной одеждой: расстёгивал кардиган, аккуратно стаскивал рубашку, пока ванна наполнялась водой. Стэн остался в одних штанах. —Я пошёл за одеждой. — предупредил Кен, закрыв за собой дверь. Тёплая вода окутывает бледные ноги Марша. Прижав ноги к груди и обняв их руками, он остался в таком положении, потихоньку приходя в себя и тихонько шевеля пальцами ног под водой.***
После душа, переодевшись в немного испачканную белую футболку, синие шорты и свое бельё, Стэн обратил внимание на своё отражение в зеркале с трещиной, и вспомнил, что в хлам он был из-за того, что семья узнала о его привычке выпить, что отец и сам стал в говно, как разлетались осколки, и как кричали его мать и сестра. Он чертовски устал. Кенни мирно лежит на своей небольшой кровати, услышав всхлип, он застал перед собой друга с опущенной головой. —…Можешь лечь. — тихо позвал Кен, немного отодвинувшись к стене. Марш начинает шуршать под одеялом, свернувшись в эдакий клубок, лëжа спиной к Маккормику, продолжая всхлипывать. Кена это явно смутило и подвинувшись поближе к Стэну, шёпотом спросил: —Старик, ты в порядке? —Я боюсь. — пробормотал он, обернувшись к Кенни лицом. — Я так устал. — его блестящие глаза заметно заслезились, парень сразу же закрыл лицо руками. —Ш-ш-ш… иди сюда. — тот опустил пальцы рук в его тёмные волосы, слегка поглаживая. — Я знаю. Знаю. — Стэн расслабляется, когда Кенни тихонько целует его в макушку несколько раз, дабы успокоить хотя бы этими ласками. Марш начинает успокаиваться и прижиматься к груди Маккормика всё ближе, теперь ему хорошо слышно его сердцебиение. Дыхание уравновешивается, и Стэн окончательно засыпает в объятиях. Возможно, всё будет хорошо.