Вертиго

      Ты остался без никого...       Скарамучча сидел на кровати и засунул свои руки в волосы. Он понимал одну вещь, которую он, как бы он не хотел отрицать, не мог забыть. Казухи больше нет. В этом и проблема была. Он не мог смириться с такой ситуацией, которая ну не вписывалась ни в какие рамки. Его нет уже как семь месяцев...       Ты будешь один навсегда!       Вспоминая моменты, когда он только с ним познакомился, где они были маленькими детишками, не понимающими всю жестокость этого мира, по его щеке скатывались слезы реками. Образ Казухи быстро засел в голове, когда он впервые пришел к ним в класс. Скар даже слова сказать не мог. Пусть он и был главной задирой класса, пусть его все называли сверхопасным, пусть его все не любили, но Казуха просто относился к нему, как к другу. Ни как к знакомому, ни как к родственнику, а как к другу... В этом, можно сказать, и была особенность Казухи: он видел в людях их потаённые стороны.       Тебя ж никто не спасет!       С того дня Скарамучча начал активно с ним общаться и узнавать о людях новое. Он начал также видеть в людях их самые скрытые чувства, которые не открываются другим людям. Казуха, можно сказать, был также не как друг, а как личный тренер. Который мог указать на недостаток и лучше отточить этот навык, мог поддержать при любом успехе, мог порадоваться за первое открытие или за первую награду. Скарамучча получал от него только помощь и доброту, перемешанную с лаской и заботой. Только он сам не знал, что Казухе тоже понадобится помощь...       Ты — предатель!       Как раз семь месяцев назад, у его друзей была вечеринка. Ему пришлось отказаться, так как была одна персона, которую он сильно недолюбливал и был ему должен в большом размере, но он не мог выплатить столь большую сумму — десять тысяч долларов. Тот же парень, узнав о том, что Скарамучча хочет забыть о том долге, решил ему отомстить. Зная, что друг Скарамуччи, Казуха, будет на вечеринке, он воспользовался этим моментом, чтобы нанести удар по брюнету: изнасиловать друга. И он смог это сделать... Подкараулив время, когда Каэдэхара будет идти домой, он выпрыгнул из-за угла и схватил парня одной хваткой, расстегивая ширинку и принимаясь выполнять эту месть, снимая все на камеру, приговаривая различные оскорбления и гадости. Вишенкой на тортике стал момент, когда эта персона на камеру разрезала горло Каэдэхаре, выбросила его в сторону мусорных баков, оставляя умирать парня, и присылать это видео Скарамучче. Тот заметно увидел его, и со скоростью света побежал из квартиры, попутно звоня в скорую. Только он не смог это сделать, ведь на выходе его ожидали друзья того человека, которые избили Скара до полусмерти. На следующий день парню в больнице сообщили, что его друг скончался на месте...       Ты не смог!       За последние семь месяцев парень перепил большое количество алкоголя, постоянно употреблял таблетки, вкалывал себе, резал свое тело до кровавых шрамов. Также за это время его отношения стали гораздо хуже, ведь после выписки его стали все гнобить и унижать с постоянными сценами драк. Им это нравилось. Им это приносило удовольствие. Им хотелось больше. И пусть. Он был не против. Хотя такого момента он лишался, ибо их палила кто-нибудь из учителей. Он сам уже хотел подохнуть. Но его что-то удерживало. Непонятно что... Просто удерживало.       Ты должен умереть!       Скарамучча сидел на кровати и рыдал, вырывая из своей головы клок волос.       — Почему я тогда его встретил? Зачем я вообще влез в этот спор блять? Какого хуя я блять согласился отпустить Казуху туда? Почему он умер, если я должен был умереть?! Почему этот мир так жесток к людям, которые заслуживают вечного счастья?! Почему я блять такой подонок?! За что ему все это?! Почему?! Почему?! Почему?! — разносилось в пустой комнате эти вопросы, перерастая в неистовые крики.       Скарамучча уже не сдерживал себя. Он бил кулаками о стену, закусил нижнюю губу до крови, а по рукам начинали течь ручейки крови. Он схватил нож и просто сделал порез на руке, неистово крича и продолжал резать руки. Он должен был заслужить это наказание! Он должен был быть изнасилованным и перерезанным! Он должен быть на том свете! И все это вместо Казухи!       Ты же ничтожество!       Скар слышал этот голос вперемешку с диким хохотом, который плыл в ушах. Этот громкий крик... Он, как будто, преследует его чуть ли не всю жизнь. Он, словно ангел хранитель, постоянно ходит за целью, только не с целью помочь, а чтобы нанести еще больше вреда.       Зачем ты вообще живешь?!       Такие вопросы парень постоянно задавал перед тем, как нанести очередной вред своему здоровью. Он был готов, что может что-то пойти не так, поэтому со смелостью выговаривал эти риторические вопросы, все также постоянно срываясь на крики. Однажды так соседи позвонили в скорую, только его потом нашли без сознания на полу...       Ты же не будешь кому-то нужен... Так почему бы тебе просто не подохнуть?       Подохнуть?       Да, ты не ослышался. Подохнуть!       Нет, он не мог пойти на такие жертвы. Хоть и своим телом желал уже уйти из этого мира, он дал клятву, что будет жить тут только ради Казухи. Он не мог просто взять и пойти к нему навстречу. Или же мог...       Задумываешься пойти к своему ненаглядному?       Снова этот истерический смех. Даже несмотря на то, что в комнате помимо Скарамуччи никого не было, он продолжал слышать этот голос и смех. Пусть он был до жути неприятным, этот голос в чем-то был прав. Смерть — отличная вещь, чтобы уйти от своих проблем. Достаточно одного взмаха ножом или чего-то еще, и ты уже на том свете. Сразу решатся все проблемы и невзгоды. Просто...нужно пересилить себя и сделать это. И тогда ты станешь ближе к Казухе... Он же этого хочет больше всего...       Скарамучча начал еще сильнее кричать, и в один момент голосовые связки бы уже давно порвались. Почему он думает о смерти. Нужно же помнить о долге Казухе. Зачем ему тогда суицидальные мысли? Пусть и дальше думает о хорошем, которое закончилось еще семь месяцев назад. Но из-за этого поганого голоса все мысли о долгу мигом перекрывались суицидальними мыслями. Его голова скоро начала болеть от такого наплыва и противоборства мыслей. Он не мог... Он просто не мог думать о чем-либо сейчас.       Убей себя! Убей себя! Убей себя!       Эта фраза начала активно заселять уши с двух сторон. Просьба звучала довольно убедительно, но без капли какой-то агрессий, хоть он и понимал, что это ненадолго. Эти голоса затуманили разум, отчего все мысли об этом долгу постоянно угасали.       Понимая, что так дальше невозможно, что это не уйдет никогда, Скарамучча принял решение просто убить себя. По-другому никак, ибо этот голос бы преследовал, оставляя на нем свои отметины в виде глубоких порезов, клоков волос и т.п.       Он начал медленно, но уверенно идти к стулу с вещами. Ему было трудно идти. Он чувствовал каждую боль, делая только один шаг. Было больно. Но нужно это сделать. Без ради чего-то. Просто нужно сделать.       Уже подходя к стулу, парень откинул все вещи, плетясь к навесной люстре. По дороге он прихватил веревку. Все также медленно, но уверенно парень шел к своей цели убить себя. Теперь даже самые теплые моменты в его жизни не спасут от такого поступка. Да и может он станет ближе к своему другу?       Медленно поднимаясь на стул, отчего тот немного пошатывался, он снял люстру и откинул ее куда-то с грохотом. Голоса не умолкали, а наоборот только усиливались и уже яростно кричали ему в уши. Он так уже точно не мог терпеть. Он уже твердо намерен уйти от этого безумия, которое его преследовало семь месяцев. И прийти к идиллий.       Скарамучча надел веревку на крюк, который висел из потолка, завязывая петлю и надевая ее на шею. Вот и всё. Достаточно одного движения — и он будет ближе к своему идеалу. К идеалу, который не заработал такой смерти. К идеалу, который не должен быть униженным. К идеалу, который всем понравится. Скарамучча рыдал, но не останавливался. Он сейчас скоро оттолкнется от стула,и все просто напросто закончится...       — Я буду ближе к тебе...навсегда.       И раздался звук стула, упавшего на пол...