Королевство важнее чувств короля.

— Ты должен жениться на ней. Ты — принц, долг которого объединить два королевства своим браком, дабы усилить узы народа, — строгим голосом проговорил старший Чон. — Я ещё молод! какая свадьба, отец?! — на грани истерического крика выдал Чонгук. — Чонгук, успокойся. Это твой долг, ты — второй наследник Чон и в твои руки когда то перейдёт всё королевство, границы которого ты расширишь женившись на принцессе Юн, — за спиной парня послышался голос его старшего брата, который внезапно вошёл в зал, услышав назревающую ссору. — Но почему я, Хосок… Почему я, а не ты? — с наворачивающимися слезами проговорил младший, обернувшись к брату. — Ты ведь старший наследник. Ты должен занять трон. — Нет, Чонгук. Я — правая рука будущего короля и сильный военнокомандующий. Я не смогу подвергать себя опасности, если стану королём, а бросать свою работу я не хочу. — А ты думаешь, что я хочу бросать того человека, которого люблю, дабы расширить земли королевства? Так ты думаешь? — уже не сдерживая слёз, говорит Чонгук иногда утирая солёные капли рукавом своей накидки. — Сын, я понимаю, что это больно, но и ты пойми. Королевство всегда важнее чувств короля, — отец подходит к младшему сыну и кладя руку на его плечо, ободряюще улыбается, но Чонгук этого не принимает. Он скидывает руку отца со своего плеча, зло глядя в его глаза. — Я не король, — сказав это, он отвернулся от старшего Чона и яростно быстрыми шагами, дабы убежать от всего это, пошёл на второй этаж, заперевшись в своей просторной комнате. В этой комнате он проводил много времени с другом своего детства — Ким Тэхёном, сыном слуги. Они были дружны с самого начала. Бегали и играли, кричали и баловались. Родители Чона были не против, поскольку Ким был хорошим и воспитанным мальчиком. Чонгук оглядывает всю комнату и впадает в истерику. Слишком много связанно с этом мальчишкой, шоколадные глаза которого, завлекли Чона в свои сети. Чонгук плакал не останавливаясь. Он не слышал того, как в его дверь яро стучались, прося открыть. Он не слышал того, как ласково его звала мама. Он не слышал ничего, кроме скрежета боли внутри себя. Отныне, он больше не чувствует того тепла. Ким уехал учиться в соседнее королевство, когда это позволили финансы его семьи. Он учится там уже год, впереди ещё два. Они часто виделись, когда у Кима выпадали выходные, но теперь, даже мысли об этом причиняют Чону боль. Он поджимает к себе ноги, обнимая их, а голову опускает на колени. После, не сдержав душевно раздирающего крика, сжимает свои волосы в кулак. В этот момент, дверь в комнату всё же открывается и её порог пересекает старший брат. Он без слов подходит к младшему, пустив слезу, садится рядом на пол и обнимает его. Хосок всё знает. Хосок знает то, как он любит Кима, и знает то, как Ким любит его брата, но ничего не может сделать. Он просто прижимается ближе к брату, пытаясь его утешить, но понимает, что лучше не станет, ведь брат любит Кима больше жизни. С самого детства. — Прости, Чонгук.– шепчет старший, водя лбом по макушке младшего, пропитывая его волосы своими слезами. — Прости. Чонгук ничего не ответив, вешается на шею брата не сдерживая нового потока горячих слёз, сказывающихся друг за другом оставляя всё больше влажных дорожек на лице младшего. — Что мне делать, Хосок. Что мне делать? — всё так же плача, задаёт вопрос Чонгук. — Выполнять, Чонгук. Другого выхода нет. Ты не можешь бросить королевство, и ты сам это прекрасно понимаешь. Ким Тэхён не может сравниться с целым королевством, — более менее успокоившись сказал старший, гладя брата по голове. — Ты не понимаешь, брат. Он для меня больше всех королевств. Он важен для меня больше всего, что у меня есть. Он всё, ради чего я живу. Тэхён равен воздуху для меня, слышишь? — проговорив это на одном дыхании, Чонгук снова задыхается в слезах, ведь понимает, что всё равно не сможет сделать что либо, поскольку он и правда не может оставить целое королевство. Не из-за того, что Тэхён не важен, а из-за того, что совесть не позволит. Три дня спустя. — Господин Чон, развернитесь, — портной снимает мерки с младшего Чона, пока тот безжизненно смотрит в пустоту. До свадьбы меньше недели, а он даже не видел невесту и не сообщил ничего Тэхёну. Чонгуку страшно. До жути страшно. Он не знает, как преподнести это Тэхёну. Он не знает, как жить дальше. — Теперь в эту сторону. — Чонгук, завтра тебе нужно выехать в город с Хосоком. — Для чего? — бесцветным тоном спросил младший, посмотрев пустыми глазами, уставшими плакать, на отца. — Я не знаю, он сказал, что ему будет нужна твоя помощь, — устало выдохнув сказал отец, после чего оглядел сына. — Со, оставь так. Мне нравится. — Хорошо, господин, — портной улыбнулся, радуясь хорошо подобранному цвету и хорошо удавшимися размерами будущего короля. — Отец, — внезапно позвал Гук. — Да, сын? — Я попрошу лишь одного. — Я слушаю, Чонгук, — Чонгук нахмурился и посмотрел в упор в глаза отцу. — Слухи об этой свадьбе должны остаться в пределах нашего королевства, договорились? — Чон никоим образом не хотел, чтобы Ким хоть как то узнал о его женидьбе. Ни от него, ни от кого то другого. Отец, посчитал просьбу странной и нахмурился, но всё же, дал согласие, от чего Чонгук спокойно выдохнул. Поднимаясь в комнату Гук решил заглянуть к Хосоку, дабы спросить, зачем он понадобился в городе. — Хо? — шепчет Чонгук, заглядывая в комнату. — Проходи, Чонгук. Что такое? — лежавший на кровати Хосок принимает сидячее положение смотря на брата. — Зачем я тебе в поездке? — А ты не понимаешь? — изогнув бровь спросил старший. — Не совсем, — так же недоумевая ответил младший. — Я хочу, чтобы ты отправил Тэхёну письмо. Ты должен рассказать ему о вашем расставании, Чонгук. У тебя свадьба и в скором времени будет жена, ты не можешь продолжать эти отношения, — строгим тоном, говорит Хосок и слегка хмурится, глядя на брата. А грудь Чонгука в этот момент пробило дикой болью, будто в неё пустили пулю. Прямо в сторону сердца. Из глаз Чонгука пошли слёзы. Он стоит с каменным лицом и лишь слёзы, которые он так не хотел показывать, рассказывают о том, что творится в его душе. Он стоит неподвижно, глядя прямо в глаза брату. А Хосок пугается. Он впервые поймал взгляд Чонгука за эти три дня и не увидел в них былой искры. Чонгук погас, как и его глаза. Его смысл жизни отбирают у него прямо из рук. Поняв это, взгляд самого Хосока смягчается. Он поднимается с места и подходит к брату, крепко обнимая его. — Я всё понимаю, Гук. Я понимаю, что тебе больно, но и знаю, что твоей боли мне не понять, но и ты пойми. Ты сделаешь так только хуже. Не только себе, но и Тэхёну. Ты должен понимать, какую боль он испытает узнав, что ты женился и не удосужился даже расстаться с ним. Через два года он вернётся и ты должен осознавать, что иначе никак, — говоря всё это, Хосок гладит спину Гука, пытаясь успокоить его. — Он имеет право знать, Чонгук. Ведь, он так же сильно любит тебя и ты это знаешь, — Чонгук кладёт голову на плечо брата, уже свободно плача. Он льёт слёзы на его рубашку, а Хосок и не против. Хосок любит брата и ему больно смотреть на такого Чонгука, но иначе тоже никак. — Я…Я боюсь, Хо. Боюсь писать ему об этом. Я не хочу заставлять его плакать, но и так понимаю, что если я не скажу, то ему будет в два раза больнее. — Верно, брат. Поэтому, прямо сейчас иди и пиши ему письмо, а завтра мы выедем в город под видом дела и отправим его, — мягко глядя на младшего, Хосок отстраняется, напоследок погладив его по голове. — Давай, иди. Кивнув, Чон выходит из комнаты брата и направляется в комнату, через две двери от хосоковской. Зайдя, он коротко вздыхает и садится за свой письменный стол, беря в руки перо и доставая белый, как снег, лист. «Приветствую, мой любимый Тэхён. Я надеюсь, что сейчас с учёбой у тебя всё в порядке. И надеюсь, что она не вызывает трудностей в твоей жизни. В целом надеюсь, что у тебя всё хорошо. И сейчас, и будет в дальнейшем. Пишу я тебе для того, чтобы сказать.что нам нужно расстаться. Ты будешь вдали ещё два года, а мне нужно заниматься королевскими делами. Мысли о тебе мешают мне спокойно работать. Ты должен понять, что так нельзя. Я люблю тебя Тэ, но так тоже не могу. И прошу. Не возвращайся. Оставайся в том королевстве. Тут ты не узнаешь ничего хорошего, милый.» — поставив точку в этом письме, Чон поставил точку и на Тэхёне. Руки Кима дрожат. С глаз льются уже не первые дорожки слёз. Письмо падает из рук, а Ким падает на колени. Он не верит. Он не верит, что Чонгук может быть так холоден и отстранён. Он не верит в то, что Чон мог остыть. Он просто не верит во всё это. Ким плакал несколько часов. Часть письма была вся в следах от капель, но Тэхёна это мало волновало. Он не мог остановиться, пока не отключился без сил, который потратил на эту истерику. Чонгук, дописав это письмо, отодвинул его и начал безостановочно плакать, но не заметил, как одна капля всё же упала на нижнюю часть бумаги. Он плакал, понимая, что сделает Тэхёну больно своим холодным отношением, но он хотел его оттолкнуть. Иначе было никак. День торжества. Все во дворце копошатся, бегают из стороны в сторону, а Чонгук стоит у окна, безжизненно смотря куда то в даль. Ну вот и настал этот день. День, когда Чонгук потеряет всё, что у него было. Весь его смысл жизни. В его комнату вбежал Со и подбежал к принцу, начиная мерить глазами парня и костюм. — Господин, скоро начнётся ваше торжество. Одевайтесь. — протараторил молодой парень, быстренько расправляя алый, как кровь, костюм. — Да, Со. Сейчас, — Чон не отрывал взгляда от окна, всё глядя в него, надеясь заметить знакомую каштановую макушку. Надеясь радоваться ей как раньше, но сейчас всё иначе. Всё по-другому. Парень отходит от окна, подойдя к кровати, на которой лежит его свадебная одежда. Его костюм цветом равен цвету крови. Жаль, что не чёрный. Так бы он описал то, что у него внутри. А если говорить иначе, полная тьма и пустота. Без Тэхёна Чонгук будет не тем и все это понимают, но иначе никак. — Ты слышала, какое торжество будет в королевстве Чонов? — проговорила девушка, сидящая с подругой за соседним столиком. Тэхён, услышав знакомую фамилию, навострил уши. — Что? Какое? — Принц женится на принцессе королевства Юн, — сердце Тэ будто остановилось на секунду. Он испугался, но вспомнил, что Чонгук не единственный принц королевства Чон. — Их ведь двое. Какой из? — Младший принц Чон Чонгук, — и тут, сердце Тэхёна и правда, будто остановилось. Надолго. Все его чувства будто отключились. Он будто умер на мгновение. — Мы рады приветствовать вас, дорогие гости, на нашем важном событии. На свадьбе нашего сына, принца Чонгука. Благодарим вас за то, что вы присутствуете тут, — по всему залу был слышен голос короля, который стоял у своего трона в самом начале зала. У трона короля стоят ещё три. Один с левой и два других с правой. С левой стороны сидит его любимая жена и мать двух сыновей. А с правой старший и младший сыновья, но в данный момент, лишь Хосок. — Да начнётся торжество! Церемониймейстер выходит в зал и встаёт прямо посередине белой шёлковой дорожки расстеленной от двери прямо до королевских тронов. Он поворачивается лицом к королю и медленно поклоняется в жесте приветствия и уважения. — Хочу поприветствовать всех вас и поблагодарить за то, что вы смогли уделить время важному торжеству семьи Чон, — мужчина в возрасте мягко улыбнулся, оглядев весь зал, полный гостей. — А теперь, хочу позвать в этот зал виновников торжества. Прошу поприветствовать, принц королевства Чон — Чон Чонгук! — Чонгук, услышав объявление, немного заторможенно, под восторженные возгласы, выходит в зал. Он одет в чёрные классические штаны, чёрная камиза и ранее описанное алое манто. Натянуто улыбнувшись, он поклоняется всем гостям, а после и церемониймейстеру. Подойдя к мужчине, он улыбается ему в ответ и встаёт с правой стороны. — Принцесса королевства Юн — Юн Мина! — девушка с тёмными волосами, красивыми, ярко-выраженными глазами и с очаровательной улыбкой выходит в зал. На ней красивое, пышное, длинное и такое же алое платье. Цвет платья невесты был подобран под цвет манто её жениха. На корсете платья вшиты красные драгоценные камни, которые блестят на свету, попадающем в зал из окон. Под завистливые вздохи, девушка встаёт по левую сторону от церемониймейстера, сделав три реверанса для короля, гостей и ведущего свадьбы. — Раз уж все в сборе, думаю, можно начать, верно? — снова мягко улыбнувшись, мужчина начинает зачитывать речь. Его звонкий голос отражается от всех высоких стен зала, так громко, что слышно было даже на улице. — Властью данной мне королевством, хочу попросить вас обменяться кольцами, — мужчина подзывает к себе помощника, в руках которого была мягкая, бархатная и такая же алая подушечка, на которой лежат золотые кольца, блестящие так же, как и камни на платье принцессы. Чонгук берёт меньшее кольцо с подушечки и робко, но натянуто улыбнувшись, берёт в свою ладонь правую руку принцессы, вытягивая её безымянный палец и надевая тоненькое колечко на такой же тоненький и аккуратный пальчик девушки. Всё то же самое проделала и она. В этот миг, на Чонгука направлены все взгляды зала, но один из них был полон боли. Тэхён видел всё это. Он стоял как каменный в надежде того, что это просто кошмар. Он надеялся на то, что это просто сон, который скоро закончится и он вернётся к сʙᴏᴇʍу Чонгуку. — А теперь, я могу объявить вас мужем и женой. Подарите друг другу первый, свадебный поцелуй, — мир Тэхёна разрушился. Он видит, как его родные губы, целовавшие его везде, оставившие следы по всему телу, целуют другую. С глаз Кима пошли слёзы, возможно, они идут уже давно, возможно, он их просто не заметил. Хосок, сидевший со слабой и немного грустной улыбкой совсем изменился в лице, когда заметил такую ставшую родной каштановую макушку, а после, увидел слёзы, которые так не хотелось созерцать. Внутри Хосока всё сломалось снова, а ведь он только восстановился после ночных истерик брата. Тэхён за всё время стал ему как второй младший брат, а теперь, он льёт слёзы так же, как лил до этого и Чонгук. Хосоку больно, но он не подаёт виду. Хосок умирает внутри от слёз младших, но он как камень снаружи. Хосок разрушился вместе с мирами обоих парней, но ничего не смог с этим сделать. Этот долг не изменить. И в тот же миг, когда Чон хотел отвести взгляд, он видит то, как эта макушка быстро передвигается к выходу и слабо выдыхает, понимая, что Тэхён, хоть и с трудом, но возможно отпустил. Ким не слабый, он справится. Хосок уверен в этом. Парень снова переводит взгляд на пару, возвращая на лицо ту улыбку и забывается в продолжении торжества. Чонгук официально стал наследником. Теперь ничего не изменить. Это точка невозврата. Три года спустя. Тэхён стоит за прилавком своего недавно открывшегося магазина и разглядывает прибывший товар, как тут, звенит колокольчик и заходит маленький мальчик, следом за которым входит красивая и ухоженная женщина. — Здравствуйте! — радостно вскрикнул мальчишка, на что Тэ тепло улыбнулся смотря ему в глаза. — Привет, малыш. Как тебя зовут? — добрым тоном, всё так же мило улыбаясь, спрашивает он у мальчика. — Чон Хоюн! А вас? — от мальчика так и шла эта радость и веселье, но Тэхён больше не улыбался. — Чон,– на выдохе произносит парень, а после, дёргается от повторного звука колокольчика, весящего над дверью. За порог вошёл Чонгук. Тот самый Чонгук, два года назад обманувший Тэхёна. Тот самый Чонгук, которого Тэхён любил больше жизни. Ким теряет дар речи и чувствует, как на глаза слёзы наворачиваются. Быстро отвернувшись он в миг машет рукой перед глазами, пытаясь высушить их и не подавить виду слёз и снова разворачивается, натягивая стандартную и отточенную за время работы, улыбку. — Приветствую вас в моём магазине. Что бы вы хотели взять? — спросил он, обратившись к королеве. Надеясь на её ответ, он смотрел ей в глаза, но тут, по его слуху будто режет тот самый родной и ничуть не изменившийся голос, раньше шептавший о любви в самое ухо Кима. — Мина, возьми то, что хотела и подойди тогда, когда я позову, — посмотрев на жену с просьбой, сказал старший Чон. Женщина согласно кивнула и взяв сына за руку отошла в другой конец магазина, оставив парней наедине. — Ну здравствуй, мо..кхм, Тэхён. — Здравствуйте, ваше величество, — скрывая взгляд от чужих глаз промямлил Тэ. — Зови как и раньше. Чонгук. — Теперь я не имею на это права, господин, — так же не поднимая глаз говорит парень. Чонгук понимающе кивнул, ненадолго прикрыв глаза, пытаясь сдержать слёзы. — Слушай, Тэ. Помнишь тот день? — немного запинаясь спросил Чон, на что Ким просто кивнул. — Я соврал тогда, чтобы не делать тебе больно намного сильнее. Меня вынудили и я... — не успевает он договорить, как твёрдый голос Тэ его прерывает. — Ваше величество, вы не обязаны оправдываться, я всё понимаю, — Тэхён наконец поднимает взгляд, смотря прямо в глаза Чонгука, в которых всё ещё нет того былого света счастья. Тэ всегда замечал изменения в его глазах, а сейчас, их просто невозможно не заметить. Чонгук всё ещё пуст и Тэхён понимает, почему. Чон слабо улыбаясь, еле заметно кивает, давая себе отчёт того, что Тэ всегда был умным малым и понимал всё с самого начала. — Хорошо, Тэ, — Чонгук обернулся назад и увидев, что Мина и сын скрылись за стеллажами, снова вернул взгляд к Тэхёну и потянулся к нему, подзывая приблизиться. Ким послушно наклоняется и затылком чувствует чужую ладонь, а после и чужие холодные от улицы губы на своём лбу. С его глаз сорвалась слеза, которую он вытер в один миг и снова взглянул в глаза Чонгука. В стеклянные глаза Чонгука. Чон в последний раз прислонился лбом о лоб Тэхёна и тихо прошептал. — Прости и… Прощай, — с его глаз тоже наконец увидели свободу хрустальные слёзы, оставляя влажные дорожки на щеках Чона и Ким это заметил. Он понимает, что Чон всё ещё любит. Понимает, что Чон дорожит, но и понимает, что они больше не должны видеться. Чонгук отстраняется, быстро вытирая слёзы с глаз и остатки, в виде дорожек. — Мина! Хоюн! Я жду вас на парковке, — Чон в последний раз взглянул в любимые глаза и, в последний раз, тепло улыбнулся Киму, а Ким улыбнулся в ответ. Обе улыбки были полны боли, но и облегчения тоже. Так ничего и не выбрав, женщина слабо поклоняется на прощание, а мальчишка радостно выкрикивает. — До свидания, Мистер! — на что в ответ, Тэхён лишь снова тепло улыбнулся. Услышав, характерный звук колокольчика и не увидев никого в магазине, Тэ спрятался за прилавком, сев на пол и поджал под себя ноги, обнимая колени. Он плакал. Плакал очень тихо. Всхлипывая почти беззвучно, разрываясь изнутри. Но продолжая улыбаться. Его боль освободилась. Вместе с Чонгуком, она уйдёт навсегда. Теперь он знает, в чём была причина того вранья. Теперь, душа Кима спокойна.