Трупный цветок

      М-да, каким бы поборником толерантности и обходительности не был Волков, даже он был вынужден признать, время сейчас совсем не то. Всего каких-то сто лет назад узнать свой внутренний цветок можно было только испытав сильнейшее чувство влюблённости или страсти. Теперь же, когда технологии скакнули далёко вперёд, любой желающий может прямо в роддоме сделать экспресс-анализ на определение своего цвета. Никакой неожиданности, трепета и сакральности, древний божественный дар и проклятие превратились в самую обычную физиологию, никакой романтики. Олег скучающе вздохнул размешивая мельхиоровой ложечкой бурую жижу, которую производители любовно обозвали «пакетированным чаем».       В древние времена считалось, что чем более редкий и благородный цветок ты носишь в себе, тем выше твой статус, способности и прочая хрень, поговаривали даже, что таким образом судьба помогает определить характер человека. В наше время это просто красивое дополнение, которым в случае чего не стыдно козырнуть перед знакомыми, как необычным цветом глаз или последней моделью смартфона. Мужчина, вот, особой уникальностью похвастаться не мог, с самого детства у него в медкарточке значилось отдельным пунктом название его внутреннего растения — «Зверобой». Ничего необычного, таких «зверобойцев», как он сотни тысяч. Предрасположенность не такая частая, как у сорных трав типа полыни, амброзии или чистотела, но в целом жить можно.       Такая мелочь не сильно волновала Волкова, мальчик оставшийся сиротой и выросший в детдоме с раннего детства знал, что полагаться ему не на кого, он в буквальном смысле создал себя с нуля. Пошёл в армию, честно служил в войсках, потом и кровью зарабатывал себе звания, обезвреживал террористов в далёкой Сирии, выполнял миссии без сучка и задоринки. Всё бы так и продолжалось, если бы не шальная пуля от душманского партизана. А потом всё пошло наперекосяк: ощущение текущей под бронежилетом крови, падение в обморок, пробуждение в санбате и последующее увольнение в запас с прямой путёвкой обратно в родные пенаты. Долг родине отдал, своё отслужил, пора бы тебе, дорогой защитничек, и на покой. А куда ему возвращаться-то?       Санкт-Петербург встретил Олега мрачными свинцовыми тучами и густым белёсым туманом, не видно ни зги, чтоб его. От государства ему досталась маленькая, почти изгнившая до кирпичей халупа в старом, бывшем некогда коммуналкой доме. Волков лишь оплачивал счета за квартиру, но бывал в ней всего лишь один раз. Пришёл, посмотрел и навсегда для себя решил, никогда больше сюда не вернётся, лучше уж в казарме жить. И вот, он снова здесь, с чемоданом в руке, перебинтованной грудной клеткой и почти без гроша в кармане, какая ирония. Кажется, придётся начинать всё с начала.       Жизнь пролетела так незаметно, вот уж и тридцатник стукнул, а мужчина так и был гол как сокол. Все знакомые из детдома уже обзавелись семьями, детьми, ипотеками и только один Волков так и продолжал свои мытарства в одиночку. Нет, ему, конечно, несколько раз в месяц перепадал секс без обязательств, но ощущение было какое-то совсем не то. И по чисто эстетическому восприятию, и по цветению. «Цветением» называется процесс выделения цветов, у каждого это явление происходит по своему: кто-то плачет лепестками, у кого-то из-под кожи распускаются цветы, у кого-то они начинают откашливаться или выпадать изо рта (совсем как в той сказке про «Беляночку и Розочку»). В литературе и поп-культуре этот процесс представляется невероятно сладко и волнительно: кровь закипает, чувствуется, как в венах прорастают маленькие цветочки, нежные бутоны срываются с губ, прелестные соцветия опадают, превращаясь в изящные цветные слезинки. В фильмах и книгах это, разумеется, всё выглядит красиво, романтично и офигеть как круто, но мужчина начинал всё больше думать, что эти сказки — не более чем чрезмерно богатая фантазия писателей и рекламистов. У самого Олега максимум на запястьях могло прорасти цветочков девять-десять и то без особого энтузиазма.       Брюнет даже как-то обращался к врачу по этому поводу, но тот лишь развёл руками, говоря, что Волков полностью здоров, у него просто ещё не было нужного партнёра. Тьфу ты, партнёра у него, видите ли не было, и что ему теперь весь город переиметь, чтобы найти необходимого человека? Мужчина не чувствовал отчаяния или разочарования по этому поводу, в конце концов не так уж и много он теряет. Нет, это скорее ощущение пустоты и безразличия. В его жизнь пришёл кризис среднего возраста, юность уже отшумела стаей бойких птиц, а впереди маячила размеренная зрелость. Самое время подводить неутешительные промежуточные итоги. Он бы так и остался меланхолично сидеть в своей квартире, смотря футбол на диване, отращивая щетину и обильно запивая всё это дело нефильтрованной девяткой, если бы не его старый друг. Гром в буквальном смысле с ноги зашёл в двери его дома. В руках шаурма с Московского вокзала, на голове, прости Господи, вечный козырёк, на лице беззаботная улыбка.       — Олег! Сколько лет, сколько зим, давно не виделись! — именно в таком разбитом состоянии его и нашёл Игорь. Мужчина бросил свои дары на опасно завалившийся в бок деревянный стол, а сам сел в пошарпанное кресло напротив Волкова, — А я как узнал, что ты в город вернулся, через архивы твой адрес пробил и сразу к тебе на новоселье.       От Грома буквально веяло расслабленностью и уверенностью, неудивительно, ведь его цветок душица. Брюнет помнит, как маленький Игорь краснел и бледнел при взгляде на одну милую девочку из их класса, и как при этом меж губ забавно показывались маленькие розовые цветочки.       — Правда, квартирка у тебя не ахти, ремонт бы сделать, а лучше бы снести и построить заново… Ну да ничего, всё потихоньку наладится! — усмехнулся Гром хлопая Олега по плечу, его подобная фамильярность начинала порядком раздражать.       — За еду, спасибо, но зачем ты пришёл? Что-то конкретное? — фыркнул Олег, залпом допивая остатки пива из банки. При виде этого жеста Игорь как-то притих и уже более аккуратно продолжил.       — Слушай, я слышал, тебя там, на службе, ранили, а потом и вовсе уволили… На первых порах тебе может быть сложно адаптироваться к обычной жизни. В наше время так сложно найти нормальную достойную работу и…       — Короче, — пресёк его Волков, мрачнея на глазах.       — Ты всё такой же непрошибаемый баран, — усмехается Гром, качая головой, — Помочь я тебе хочу, понимаешь? Я в органах сейчас работаю, по долгу службы знаком с одним охранным агентством. Организация престижная, занимается охраной высокопоставленных лиц, кого попало туда не берут, только бывшие опытные военные, прошедшие серьёзную подготовку, как раз твой случай. Если я поболтаю с тамошними ребятами, они вполне могут принять тебя к себе…       — Это всё? Если да, то, пожалуйста, возвращайся к себе домой, я сейчас не в настроении обсуждать подобные предложения, — закатил глаза мужчина, нехотя поднимаясь на ноги.       — Олег, это же уникальная возможность! Там и зарплата высокая и полный соцпакет, оплачиваемый отпуск… — принялся перечислять все достоинства Гром.       — Насрать. Игорь, я не хочу сейчас об этом говорить, — Олег подходит к входной двери и открывает её, показывая тем самым свою решительность.       — Ну хоть немного подумай. Что ты, до конца жизни так и будешь сидеть на диване, глазеть футбол и отращивать себе пивное пузо?       — Игорь, иди домой! — не выдержав, рявкнул Волков, распахивая дверь. Ему уже порядком поднадоело общество бывшего друга, хотелось вновь остаться в одиночестве. Гром затравленно сглотнул и повержено поднял руки в примирительном жесте, пятясь к выходу.       — Ладно, ладно, как скажешь, — из кармана джинс он выудил белый картонный прямоугольник и положил его на тумбочку у входа, — Если всё-таки передумаешь, позвони по указанному здесь номеру, крепкие парни там всегда нужны.       Дверь захлопнулась прямо перед носом Грома, подводя черту всему этому сумбурному диалогу. Игорь покачал головой и неспешно направился вниз по лестнице, Волков же в своей квартире бросил пустую банку в переполненную урну и, захватив с собой оставленную другом визитку, устало плюхнулся на скрипучий диван. Рука сама собой потянулась к стоящей на готове под диваном новой банке с напитком, но мужчина непроизвольно остановился, вчитываясь в написанное на картонке. Визитка простая и в тоже время элегантная, без излишеств. Напасть какая. Олег бросил прямоугольник на деревянную тумбочку и принялся листать каналы на телевизоре в попытке отвлечься. Всё не то, какие-то новости, сопливые мылодрамы, телемагазины…       Неужели Игорь оказался прав? Сидеть в обветшалой квартире, жить на пособие по безработице и постепенно спиться от горя, давясь жалостью к себе, разве о такой жизни он мечтал? Волков вздохнул, откидываясь на подлокотник и закрывая лицо руками. Отвратительно, и как он позволил себе скатиться до такого состояния? Мужчина подцепил рукой краешек визитки, отыскал под горой пустых обёрток и фантиков свой телефон и принялся набирать номер.