Позволь тебе напомнить, что Бога не существует

Уже поздно. За окном глубокая ночь. Стрелки на наручных часах уже перевалились за полночь. Он до сих пор сидит в маленькой церквушке и ждëт. Чего ждëт? Он не знает. Может, Божьего сигнала? Или кары за своë греховное существование? Скорее всего второго. С каждой секундой проведëнной под осуждающим взглядом икон его всë больше гложет чувство вины. Он убийца и считать себя кем-то другим более не может. Парень лишь на секунду переводит виноватый взгляд на икону напротив, а затем вновь опускает его вниз, и смотрит куда-то себе под ноги. Сзади слышаться шаги, но он не решается оглянуться, он знает кто сейчас сзади. Звуки приближаются, и он сжимает руки, что лежат на коленях, в кулаки, сминая чëрные, лëгкие брюки. Человек, если конечно его можно так назвать, останавливается примерно в шаге от парня. — Дилюк, почему ты до сих пор здесь? Уже поздно, не думаешь? – голос мягкий и ровный, такой манящий, но он так режет по ушам, что привыкли к тишине. — Дилюк? – голос манит, но стоит только обернуться и тебя растерзают на части как кусок мяса. Этому человеку нельзя доверять, так же как и его голосу, он не человек, он сам дьявол. Имя ему Иль Дотторе. Это звучит столь необычно и пугающе, что режет слух при упоминании даже говорящему. Руки стоящего сзади, руки самого зверя, опускаются на плечи парня. Они тëплые и приятные, но это лишь обман, иллюзия. Рагнвиндр вздрагивает, сильнее склоняя голову к полу, читая молитву об освобождении от зверя, громким шëпотом. Ладони на плечах сжимаются сильнее, сквозь тонкую сорочку ощущаются длинные когти, и приятный шëпот около уха твердит ему о том, что эти глупые молитвы ему не помогут и что бога не существует. Парень замолчал, жмуря глаза, его плечи дрожат, а в мыслях рисуется картина, как за ним стоит сам Сатана, уродливый, но такой гордый. Тихий смешок над ухом и вся его защита, все стены ломаются, он более не может противиться этому дьяволу. Он желает отдаться в его власть, пусть это и будет последним его желанием. Его глаза на секунду распахиваются, но тут же спешат вновь плотно сомкнуться. Он медленно встаëт и начинает обходить скамейку, его ноги дрожат, а грудь ходит ходуном из-за слишком частого дыхания, он будто захлëбывается воздухом в этой церквушке, будто тонет в дурманящем запахе церковного ладана. Сердце бешено колотится, но ум его трезв, и он явственно понимает что делает. Внезапно его озаряет странная мысль: " Ты же просил, молил Господа Бога даровать тебе кару, а сейчас так страшишся еë? Где же логика в твоëм поведении, Дилюк? ". И действительно, логики нет, нет и здравого смысла, он подходит ближе к мужчине, к этому дьяволу, зверю, глаза его плотно сомкнуты, он боится смотреть вперëд, хоть и знает его истинное обличие. Впереди вновь слышится смешок, и манящий голос просит подойти ещё ближе. Парень делает шаг, затем второй, нос улавливает противный запах серы, что уже не маскируется под сильным запахом ладана. На грудь ложится когтистая рука и в один миг срывает серебряный крест. Глаза парня распахиваются, за мгновение до того как взгляд фокусируется на фигуре перед ним, парень понимает, что совершенно не готов познать весь ужас мира, вновь увидев самого Сатану, но стоит ему сфокусировать взгляд, как перед ним стоит священник с мягкой улыбкой на лице. Секунда и колени парня подкашиваются и он опускается на них, смотря в алые глаза снизу вверх. Сейчас он находится в неудачной позе, это осознаëт и дьявол над ним, губы которого уже расплылись в ужасной улыбке, обнажившей не меньше десяти рядов маленьких, он очень острых зубчиков, которых в одном ряду было примерно шестьдесят. От этого зрелища парня тянет блевать, но у Сатаны на этот счёт свои планы. Дотторе плавно опускает руку на шею парня, откидывая пряди огнено-рыжих волос, поглаживая выпирающий кадык, и резко дëргает на себя за воротник белоснежной сорочки. Губы дьявола влепляются в губы парня, а его нос больно ударяется о лицо зверя. Рагнвиндера передëргивает, когда отвратительный, склизкий и очень вонючий раздвоенный язык облизывает его губы, просясь внутрь. Парень с силой, почти до скрежета, стискивает зубы. Дьяволу это явно не нравятся, он сильно надавливает на челюсть, заставляя разомкнуть губы и зубы. Язык ловко и быстро оказывается во рту у парня, размазывая густую дурнопахнущую слюну, что скорее напоминает слизь, по щекам, языку, зубам и нëбу. Парень больше не может сдерживать рвотные позывы, и весь сегодняшний ужин оказывается на сутане, в которую сейчас облачëн Дотторе. — Ох! – наигранно вскрикивает зверь, его губы расплываются в ужасном оскале, – Плохой мальчик...– голос его по истине ужасен, в нëм будто сливаются сотни тысяч человеческих и не только криков, если не слишком внимать Сатане, то возможно уловить не только их, но и мольбы о помощи. – Дилюк, ты никогда не задумывался о том, что делают с плохими мальчиками? – голос его одновременно оглушающие громкий и с тем будто раздаëтся где-то очень-очень далеко. Парень, который вновь опустился на колени и смотрел на весь этот ужас через мутную пелену слëз, отрицательно потряс головой. – Нет?! – голос срывается на смех, этот смех был просто невыносим, вдруг куда-то пропало ощущение, что дьявол так далеко, сейчас парню казалось, что демон приближается к нему с космической скоростью. Голова начала ужасно болеть, из ушей, кажется, потекла кровь. – Плохих мальчиков обычно наказывают! Парень рыдал, прося кого-нибудь придти к нему на помочь, высвободить из лап зверя или хотя бы убить. О да, он молил о смерти, хоть и понимал, что это практически невозможно, что он сейчас в ловушке того, кто ни за что не позволит его сердцу остановиться. Внезапно он почувствовал сильный толчок в спину, из-за которого упал на грудь, сильно ударившись об плитку лицом, разбив нос и выбив один из передних зубов. Лицо ужасно жгло, рот заполнила горячая кровь, всë что смог сделать парень, так это приподнять голову и уставиться на дьявола над ним. Тот присел на одно колено и склонился над ним, плотно прижав нижнюю челюсть к верхней, не давая открыть рот, чтоб выплюнуть из него жидкость. Глаза священника засветились, а на голове начали медленно из-под кожи вылезать рога, заставляя парня крепко зажмуриться, лишь бы не видеть истинный облик Сатаны. Несомненно, последнего развеселило поведение его игрушки, ни за кого другого он парня не считал. Отпустив челюсть парня и дав ему выплюнуть кровь, дьявол прошëл куда-то за спину парню. Демон резко схватил его за ногу, пуская в плоть когти, лишь кость смогла их остановить и то ненадолго, и уже через пару секунд хруст костей и ужасный крик парня заполнили тишину церкви. Помещение полностью заполнил запах крови, вытеснивший куда-то, приевшийся запах ладана. Некоторое время парня куда-то тащат, а затем кидают к алтарю, оторвав стопу с частью икры. Вновь раздаëтся душераздирающий крик, но дьявол оставляет его без внимания, он снова подходит к голове парня и пинком в плечо заставляет его перевернуться на спину. — Я думаю тебе лучше присесть. – с усмешкой и наигранной заботой в голосе произносит дьявол уже совсем человеческим голосом. Дотторе выжидает, смотря на парня, что лежит неподвижно, лишь его грудь быстро вздымается из-за рыданий. – не слышишь или не хочешь? – интересуется дьявол облизывая противным длинным языком почти всë лицо, оставляя на нëм склизкую зелëную слюну. Парень даже сквозь слëзы видит это и его снова начинает тошнить и он сново всë держит в себе, сейчас он точно не собирается подчиняться дьяволу, чем и подписывает себе приговор. – Ну как хочешь. – усмехается Сатана, садясь на колени перед Рагнвиндром. Его губы резко, так же как в первый раз, накрывают губы Дилюка, а язык уже проникает к нему в рот. Парень резко сомкнул зубы на языке Дотторе, откусив его, реакцию ждать долго не потребовалось, рука парня отлетает в сторону, смачно ударившись об иконы на стене. Винодела начинает рвать, всë это смешивается с кровью и ему приходится повернуть голову в сторону открывая рот и выпуская из него кровь, рвоту и язык дьявола, что продолжает шевелиться и как будто жить своей жизнью. Рагнвиндр не успевает закрыть рот, как в него проскальзывает рука дьявола, отрывая язык. – Зуб за зуб – усмехается Сатана, а Дилюк кричит срывая голос, – Тише...– шепчет Дотторе вновь переворачивая парня, но уже на живот. – Тебе лучше открыть рот, – советует дьявол, вставая с колен. – не хочется тебя лишний раз воскрешать. Голос Сатаны сейчас полон отвращения ко всему живому и к парню в особенности, он более не был похож на тот манящий и приятный шëпот, и наверняка, услышав этот голос, что Дотторе так тщательно прятал, Дилюк никогда бы не повëлся на него и не обернулся бы к дьяволу, не поддался бы ему и возможно сейчас был бы цел, ему бы не было настолько больно, что он почти терял сознание, он не лежал бы перед алтарëм, не рыдал бы навзрыд прося пощады, не захлëбывался бы своей кровью и рвотой. Он, некогда желавший кары для себя, теперь полностью осознал мудрость предков: "Бойся своих желаний! ". Рагнвиндр лежал ничком, повернув голову вправо, смотря на иконы сквозь пелену слëз, и чувствуя ужасную боль во всëм теле. Дотторе стоял где-то в стороне, наблюдая за столь чарующим зрелищем, ощущая, как чувствительная головка собственного полового члена неприятно упирается в грубую ткань штанов. С его губ сорвался утробный рык, и Сатана начал подходить к своей жертве. — Знал бы ты, – начал Дьявол всë тем же нечеловеческим голосом – как обворожительно и вульгарно сейчас выглядишь! – восхищëнно восклицал Дотторе, и его голос ударял по ушам, заставляя их кровоточить. И вот он уже разрывает чëрные брюки, заставляя парня издать довольно странный хрипящий звук. – Тише, мальчик мой, тише... – в церкви раздался эхом очень громкий звук шлепка, а затем и крик, срывающийся на хрип. Дьявол смеялся, громко и ужасно жутко, иногда срываясь на дикий животный крик. Глаза Рагнвиндера заволокло непонятная белёсая пелена, веки стали невыносимо тяжёлыми, и наконец, сомкнув их, он почувствовал лёгкость и спокойствие. Быстро смекнув, что мальчишка сдох, Дотторе рассмеялся, продолжая втрахивать уже безжизненное тело в лакированный пол. Сперма вырывалась из члена Дьявола полностью заполняя парня, в ней уже начали формироваться маленькие коконы, которые вылупятся в течение часа. Те маленькие существа, которым Дьявол дал жизнь, сожрут Рагнвиндера, оставив лишь большое кровавое пятно. Наконец закончив свои измывания над умершим, Дотторе поднялся и блаженно прикрыл глаза. Через секунду в церкви осталось лишь обнажённое мёртвое тело и окровавленная сутана. Дилюк проснулся от ощущения ужасной боли, всё его тело покрывали ужасные ожоги, кожа слезала с него лоскутами, заставляя его орать от боли. Вокруг него всё полыхало огнём, а среди него бегали уродцы покрытые шерстью и иногда перьями. Внезапно откуда-то сверху раздался голос, который поведал парню, что ещё не наигрался. Ужас пронзивший сознание Рагнвиндера вряд ли можно описать всеми существующими словами. Дьявол, который убил его, желал продолжения. Внезапно всё померкло, он более не чувствовал боли. Глаза закрылись и парень начал читать молитву, прося кары для себя. Сейчас уже поздно. За окном глубокая ночь. Стрелки на наручных часах уже перевалились за полночь. Он до сих пор сидит в маленькой церквушке и ждëт...