Неважно.

- Ну наконец-то! - воскликнул Тачихара, когда в бар вошёл Чуя, отряхивая шляпу от дождя. - Где вы так задержались, Накахара-сан? Уже час вас ждём! - Пробки, Мичизо, пробки! Ещё и ёлку убирал около часа, и то не закончил, завтра всю мишуру на чердак запихивать придётся! - плюхаясь рядом с Хиротсу, пожаловался эспер. - Вы тут ещё не начали без меня? Официант! Мне для начала бутылку Bosio Gavi, потом Pratello Lugana, а дальше по случаю! - А мы вчера с Рю-нии полтора часа у меня в квартире с окон рождественские наклейки отдирали и отмывали стёкла от клея! Я же говорила, что дешёвые не надо покупать, а то замаемся потом их убирать! - отпивая "Дайкири", пожаловалась Гин. - А ещё за диваном нашли аж четыре бутылки шампанского! Когда праздновали с Мичизо и Рьюро-саном, так и не вспомнили, куда прятали, а так уже почти месяц прошёл, теперь допивать только на дне рождения Тачихары будем... - Только если опять напьётесь, как креветки, я вас с катка в пол-третьего ночи забирать не буду. - хмыкнул Рюноске, отправляя в рот кусочек лазаньи. - И вот чего вам дома не сиделось? Из-за вас пришлось срочно от Эйса-сана уходить, а он если оскорбится, зарплаты можно не ждать. Жаль, что Рьюро-сан от вас тогда так рано уехал, он бы за вами проследил... - Я не хотел мешать молодёжи. - пожал плечами Хиротсу, затягиваясь. - Кто ж знал, чем всё это закончится... - Зато весело было! - простодушно пожал плечами Мичизо. - Мы, кстати, вроде бы вас, Накахара-сан, тогда видели, вы с кем-то мимо площади шли... - А, это мы с Осаму прогуляться по парку раз в пятилетку на Рождество собрались. - известил Чуя, опустошая первый бокал вина. - Только до парка так и не дошли, зато допёрлись до госпиталя, перепугали врачей и, по-моему, своротили пару урн и ограждений около моего подъезда. - Чуя снова приложился к бокалу. - Ну а так, Рождественские праздники мы неплохо провели, даже, можно сказать, отлично, если не считать инцидента, когда эта скумбрия протащила-таки ночью в квартиру мандарины, на которые у меня аллергия и я на двое суток от них разбух, как губка с пеной. Компания дружно прыснула. - А ты как Рождество провёл, Каджи? - Тачихара обернулся к подрывнику, который увлечённо потягивал свой третий лимонный "Аллигатор", не особенно участвуя в разговоре. - А мы с Йосано дома праздновали, возле телевизора. - пожал плечами Мотоджиро. - Особенно ничего интересного-то и не было... - Только дома? - приподняла бровь Гин. - Что-то не верится, что вы так спокойно такое событие отсидели... - Ну... - Каджи попрыгал глазами по залу. - Мы немного налегли на отличный коньяк, так что утро мы встретили, почему-то, в морге, в котором я официально работаю... Труп мужчины разбирали, так занимательно умершего при отравлении цианидом! - Давай без подробностей, мы всё-таки едим. - фыркнул Чуя, отправляя в рот два ролла с лососем. - И тебе приятного аппетита, Чуя-кун! Компания снова громко прыснула. - Хигучи-сан, а ты почему молчишь? - обернулся к девушке Хироцу, в то время, как она тихонько потягивала мартини в углу, читая какую-то книжку, отстранившись от сослуживцев. - Как ты отпраздновала своё Рождество? Та ответила, не отрываясь от чтения: - В штабе. Повисла тишина, даже Чуя оторвался от своих роллов, удивлённо вскинув глаза на телохранительницу. - Как так? - сжимая свой стакан, спросила Гин. - Разве кто-то оставался в штабе на праздники? Нас ведь Мори всех с двадцать восьмого декабря распустил по домам... - Я переделывала отчёты Акутагавы-семпая и ваши, босс вызвал меня с больничного, чтобы разобраться в путанице, которую вы составили на скорую руку, чтобы побыстрее уйти в отпускные. - всё ещё не отрываясь от книжки, ответила Хигучи. - Так ты болела, Хигучи-чан? - переспросил Каджи, поднимая взгляд на Ичиё. - Да, у меня была ангина. Все как-то разом замолчали, не решаясь продолжить разговор. Знал ли кто-то, что Хигучи даже с сестрой во время праздников не увиделась? Никто не знал и не догадывался, но сейчас начало доходить. Никому, почему-то, даже в голову не пришло позвонить девушке и элементарно поздравить её с наступающим, спросить про самочувствие, банально озаботиться подарком в виде очередного магнитика или брелка на ключи. Даже Каджи, всегда нормально относящийся к ней, не позвонил, не говоря уже о бухающих Ящерицах и, тем более, о Чуе с Дазаем, устроивших марафон "сломай кровать, займи столы", на две недели. Хигучи вздохнула, аккуратно отставила стакан с мартини и заложила страницу закладкой. После этого она встала, достала из куртки пачку ментоловых сигарет и сказала: - Выйду, перекурю, как раз пиццу пока принесут. - и, накинув пиджак на плечи, вышла за двери бара. За столом всё ещё висела тишина. - Я и не знал, что она на больничный выходила... Вроде бы всё время в штабе была... - неуверенно нарушил молчание Тачихара, ковыряясь в своём салате. - Можно подумать, ты сильно волновался о её самочувствии... - фыркнула Гин, разминая в своём стакане лимон трубочкой. - В принципе, как и все мы... Компания снова помолчала. - Итак. - откладывая палочки, сказал Чуя, прожевав роллы. - Отдаём ли мы все себе отчёт в том, что одна из самых трудоспособных единиц мафии, работник года среди не-эсперов, телохранитель одного из исполнителей, да и просто человек, который элементарно разносил нам всем медикаменты после стычек, кофе, чай, следил за нашим питанием (бесплатно, спешу заметить!) остался мало того, что без праздника, так ещё и без самого простого поздравления по телефону? Без выезда к родственникам? Без рождественского вечера с сестрой? Даже без премии за работу сверхурочно? - Нет, ну за последнее мы вряд ли в ответе. - попытался оправдаться Мичизо. - Тут уже к Мори вопросы. - Были бы у нас мозги, мы бы с Огаем по этому поводу сами переговорили, а не сидели сейчас, как пришибленные. - коротко цыкнул Рьюро, сбрасывая пепел с сигареты. Гин закатила глаза: - Не мы виноваты в том, что Хигучи слишком сильно сливается со стенами на нашем фоне. Мы просто не запоминаем её, вряд ли реально осознаём, что она существует. Ну вот есть она и есть, чего о ней помнить? Отчасти сама виновата... - Боюсь, что Мори бы также выразился. - глядя в свой стакан, задумчиво протянул Каджи. - Хотя, кошки по печени все равно скребут... Рюноске, послушав все это, молча встал, накинул плащ и вышел на улицу. *** Хигучи стояла, оперевшись на ограждение моста и смотрела на гладь воды, мерно текущей под её ногами. Мятный сигаретный дым витал у неё над головой клубами, едва растворяясь во влажном воздухе. Честно сказать, это Рождество стало для неё самым поганым за последние годы. Пока все весело праздновали, она, с температурой и соплями, зябнущая и глотающая таблетки горстями, в абсолютно пустом помещении мафии, заполняла чужие отчёты, исправляла орфографию и едва сдерживалась, чтобы не разреветься в голос. Она не выпила ни капли праздничного шампанского, не получила ни одного подарка, осталась даже без рождественских глупых фильмов, которые крутили всю ночь, потому что в их кабинете перегорел телевизор. Ей позвонила только сестра, уехавшая на праздники в Токио к родственникам, и то, поболтали они от силы минут пять, потому что у сестры там своя компания. Хигучи весело наврала, что у неё отпуск, она на корпоративе, ей весело и жизнь у неё прекрасная... Единственной хорошей вещью за весь вечер для неё стали фейерверки, хорошо, что стёкла в мафии понорамные и с них всё было отлично видно. - Ты замёрзнешь. Не март на улице. - Акутагава, сложив руки на груди, тоже уставился на пухлых карпов, которые лениво проплывали под ногами. - И не многовато ли ты куришь? Это уже пятая... - Я порчу своё здоровье а не ваше. - огрызнулась девушка. Акутагава вздёрнул бровь. - Извините. У меня нет настроения разговаривать. - Ты слишком часто извиняешься, хотя извиняться надо, вообще-то, перед тобой. - Рюноске нагло выдернул только что зажжённую сигарету из рук подчинённой и глубоко затянулся. - Я видел твой подарок, который ты оставила в кабинете. Спасибо. - Вы не носите перчатки, тем более, кожаные. Мне об этом рассказала Гин, которая увидела их у вас. Мне жаль. Они замолчали, каждый глядя на своего карпа. Карп Хигучи вдруг забарахтался и всплыл брюхом к верху. - Неважно, поздравили вы меня или нет, вспомнили ли вообще о моём существовании. - снова заговорила Ичиё, не поднимая головы. - Просто разрешите мне быть рядом, когда вам будет по-настоящему сложно или тяжело. - Задумывалась ли ты о том, что будешь испытывать сама? - Неважно. Она выкинула окурок в урну и развернулась обратно к кафе. Рюноске сжал в кармане дешёвый брелок, обвязанный ленточкой, которую нашёл дома, в дальнем ящике. И вправду. Неважно.