Нежность

У Донни такие мягкие губы, что невозможно оторваться. По крайней мере Джейдон не может. И сам он такой мягкий и теплый, словно свежая булочка. Джейдон сжимает его в крепких объятиях и медленно вдыхает знакомый тонкий аромат. Донни пахнет спелой клубникой и молочным шоколадом, и он готов поклясться, что лучше сочетания невозможно найти. Ладони медленно скользят под футболкой, и Джейдон тихо стонет ему в губы. Потому что Донни потрясающий, потому что Донни идеальный. Рядом с ним так хорошо, что он забывает обо всем. И он наслаждается каждым моментом, проведенным рядом с ним. Трогает, гладит, ласкает. И в каждом прикосновении — трогательная нежность. Потому что с Донни по-другому никак. Чужие длинные пальцы на шее перебирают темные пряди, и это приятно, почти щекотно; Джейдон тихо смеется, прижимается лбом к его лбу и ловит взгляд. Теплый, словно весенние солнечные лучи, голубой, словно ясное небо. И такой искренний, что сердце в груди на мгновение замирает. Никто еще не смотрел на него так. Джейдон снова находит его губы в мягком поцелуе. И почти сходит с ума, когда Донни ерзает у него на коленях, задевая стояк. Откинув голову назад, Джейдон хрипло стонет и сильнее сжимает руки на его талии. Он хочет его так сильно, что это почти невыносимо. Джейдон мягко толкает его на подушки и следом наваливается сам. Донни вздыхает и медленно разводит ноги. И, черт подери, один вид такого Донни, послушного и открытого, возбуждает его сильнее любого фильма порнографического содержания. Растрепанные в беспорядке светлые волосы, легкий румянец на щеках, взгляд, в котором буквально читается «да трахни ты меня уже», чуть прикушенная нижняя губа. Нервно сглотнув, Джейдон торопливо стаскивает с него футболку, откидывает в сторону и, наклонившись, мажет губами по шее. Спускается ниже, оставляя россыпь поцелуев на плечах и груди, ласкает языком соски и чуть прикусывает бледную кожу на животе. Стон, слетевший с губ Донни, воспринимается как сигнал к продолжению. Джейдон стаскивает с него шорты вместе с бельем и на мгновение замирает, откровенно любуясь красивым телом. А потом снова целует его, накрывая ладонью твердый член. Донни крепко жмурится и выгибается навстречу приятным прикосновениям. Джейдон не медлит, почти сразу же задавая быстрый и жесткий ритм. Дышать тяжело, думать — невозможно. В паху неприятно ноет, собственное возбуждение становится невыносимым. И так сильно хочется войти в него. Джейдон неохотно отстраняется, смачивает слюной пальцы и осторожно скользит между ягодиц, касается напряженных мышц, ласкает, поглаживая, отверстие, и мягко толкается в горячую глубину. Донни узкий, горячий, приятный. Пальцы внутри, вторая рука двигается по члену. Донни, задыхаясь, сбивчиво шепчет его имя. Губы снова на шее, теплый язык плавно скользит по коже. Донни поддается бедрами навстречу, желая получить еще больше. И Джейдон готов дать ему все. Лишь бы он всегда был рядом. Он долго растягивает его, а потом быстрым толчком наполняет до конца. Удовольствие проносится по телу электрическим током, который бьет в голову, отключая все функции, и в сердце, заставляя его на секунду остановится, а затем забиться в сотни раз быстрее. Джейдону кажется, что он сходит с ума. Донни тянется, обхватывает ладонями его лицо, нежно гладит и улыбается. Джейдон закрывает глаза, прижимается лбом к его плечу и начинает двигаться. Как научиться заново дышать. Он тонет в нем, и у него нет ни единого шанса на спасение. Потому что Донни словно волна сметает все на своем пути и переворачивает его жизнь с ног до головы. Молча, не спрашивая. И Джейдон совсем не против такой определенности. Пока Донни рядом, ему можно простить все, что угодно. Даже исцарапанные плечи, которые потом обязательно будут болеть. Но какое ему дело до потом, когда у него есть сейчас? Джейдон знает, как довести его до грани, и он нагло пользуется этим. Еще пара быстрых движений рукой, и Донни падает в пропасть. Джейдон жадно облизывает пальцы, испачканные в чужой сперме, и вздыхает. Он ненавидит ругаться, но, черт подери, подобрать сейчас цензурные слова не выходит. Он несколько секунд разглядывает размякшего Донни, который почти не шевелится. Как слабо подрагивают светлые ресницы, как шепчут что-то беззвучно губы. Медленно выходит и сам доводит себя до оргазма. Перед глазами словно взрывается фейерверк, а тело, кажется, распадается на атомы. Обессилено падает сверху и пытается привести мысли в порядок. Но в голове приятная пустота. Чужие ладони гладят его по спине, прижимают ближе. В горле неприятно першит, хочется пить. Но сил хватает лишь на то, чтобы поцеловать Донни в лоб и упасть рядом, сгребая его в охапку. Донни улыбается смущенно и прячет лицо в изгибе его шеи. Легкое дыхание щекочет кожу. Уютное спокойствие укрывает душу. Рядом с Донни все по-другому. И Джейдону это нравится.