Авария 2007

19 апреля 2007 год POV Кюхена Утро... сегодня оно особенное. Например, как носить одежду наизнанку, просто тогда чувствуешь себя иначе. Меня, Ынхека и Шиндона пригласили на сегодняшнюю запись для радио-шоу Итука "Sukira Kiss the Radio". Я и Шиндон отправились сразу же, как освободились, было довольно таки поздно. Ынхек и Итук уже ждали нас там. Мы приехали на радиостанцию, сделали несколько фото с хёнами, однако, не знаю почему, но я абсолютно не расположен к всеобщему веселью: всегда встаю позади хёнов, показывая лишь свои глаза в кадре, отмалчиваюсь... После эфира, вместе с двумя менеджерами мы возвращаемся домой. Я сижу на переднем сидении, менеджер за рулем, а остальные отдыхают на пассажирских местах. Все сидят тихо, только изредка обсуждая что-то вполголоса. Я включил в наушниках музыку и, прислонившись к окну, закрываю глаза, чувствуя, как усталость разливается по всему телу. В голове не осталось никаких мыслей, и только любимая песня мягко оседает в уплывающем сознании. Внезапный свист шин. Бум-бум-бум! Открываю глаза. Паника. Фургон круто скользит по асфальту, разворачиваясь несколько раз, а потом заваливается набок. Отдаленно слышу чей-то крик, но больше ничего не помню, так как в следующий миг я очнулся на дороге. Больно. Мне невероятно больно. Я не могу выдавить из себя ни звука, не могу даже вздохнуть. В висках пульсирует "плавленое железо", глаза наливаются кровью, а губы мелко дрожат. Меня атакует страх, но все неожиданно меркнет. Я возвращаюсь в сознание также, как и теряю его. Боль никуда не ушла, но теперь в голове что-то проясняется. Я медленно поворачиваю голову и расплывчато вижу вдали наш перевернутый фургон, - Боже…, - а потом снова проваливаюсь в темноту. С новым "пробуждением" я уже делаю неудачные попытки подняться. Кажется, кости таза превратились в кашу, я совсем не чувствую нижней части тела. Все вокруг плывет, голова зудит, будто в вакууме, а к горлу подкатывает легкая тошнота. Меня ослепляет резкая вспышка, все вокруг стало белым-бело как первый снег. Перед глазами проплывают моменты из моего прошлого: день, когда я пошел в начальную школу, как вместе с родителями проводил каникулы, как в первый раз выступил на сцене… Будто кадры какого-то фильма, эти воспоминания четко оседали в моей голове. Ах, так вот как это… Вот как умирают люди, что они чувствуют перед смертью! Я не хочу умирать! Господи, позволь мне жить! Господи, прошу тебя! Господи… Вся моя жизнь пролетела перед глазами, лица родных и близких мне людей, даже незначительные события… Я молю о прощении и плачу, изо всех сил пытаясь ухватиться за жизнь. Чувствую рядом чье-то присутствие, холодные руки на моих плечах, дрожащий голос… Нет, это не Бог и не ангел, это Ынхек. Его ладони крепко сжимают мою ладонь. Он тоже плачет. Он молился вместе со мной. Я ощущаю эту поддержку всей душой. Прости меня, Хек, если Он не позволит мне жить. Простите меня все, если я провинился перед вами. Я начинаю задыхаться, отчего перестаю слышать собственный шепот. Кажется, ребра пробили легкие и теперь в горле бурлит кровь. Руки Хека напряглись, он продолжал молиться настойчивее, рыдая в голос. Почему все окутывает тьмой? Нет! Неужели все? Все так и кончится? Прошу… Я хочу жить! Мои веки потяжелели, сильная вибрация легкости разлилась во всем теле. Я чувствовал, как медленно немеют мои ноги, руки, язык… Больше не было картинок из прошлого, не было и поддержки Ынхека. Я утонул в вязкой тьме, теряя связь с собственными мыслями и телом. Это…конец? Конец POV Кюхена

***

POV Итука Мы все умрем… Фургон перевернулся несколько раз, а когда окончательно упал, я потерял сознание. Через какое-то время я очнулся и хрипло простонал. Голову пронзила страшная боль. Я попытался открыть глаза, но ничего не видел, что-то липкое склеило веки. Слишком много крови растеклось по моему лицу. Увидев это, врачи сразу же подбежали сначала ко мне, а потом и к остальным. Лучше бы я покончил жизнь самоубийством! – кричал кто-то. Похоже, это был голос менеджера. Лишь бы никто сильно не пострадал! Мне сразу же наложили повязку на голову, поставили капельницу и увезли в больницу. Кто-нибудь, скажите, как там парни? Где они? Пожалуйста! Как же горько глотать слезы! Я не смогу жить, если кто-то из них… Боже, спаси нас всех! Конец POV Итука

***

Врачи не сразу заметили Кюхена, но Ынхек заставил их бежать к нему. Парня выбросило из фургона дальше всех. Было очень темно. Всем показалось, что у Кюхена нет ноги, так как разглядеть что-либо было очень тяжело, да и черная одежда парня терялась в этой тьме. Ему поставили капельницы, на лицо надели маску для ИВЛ и погрузили на носилки. Остальным тоже оказали первую помощь, парни отделались синяками, ушибами и царапинами. Разместив всех по каретам скорой помощи, пострадавших поспешили доставить в больницу.

***

Кюхена отбросило на 4-5 метров из фургона. Перелом бедра, сломанные шесть ребер, которые давили на легкие, и лицо в ушибах и синяках. Парню дали мало надежды. Врач собрал родителей Кюхена и людей из компании, чтобы сообщить о критическом состоянии парня. - Он скоро умрет. Нам придется сделать трахеотомию (операция рассечения трахеи). Даже если она пройдет успешно, есть всего 20 процентов вероятности, что он выживет. Мама Кюхена забилась в истерике, рыдая в плечо мужа, когда тот, еле сдерживая эмоции, продолжил пытать врача расспросами. -Он когда-нибудь сможет петь? Ведь он певец! Этот ребенок мечтает петь! - кричал он. - Если вы начнете операцию с горла, то лишите его всего. Как он потом будет с этим жить? -Вы сошли с ума! Ваш сын умирает, как вы можете думать о том, сможет ли он петь? Ему немедленно требуется операция! – Возразил врач. Мужчина колебался, он не хотел терять сына. Другой доктор, Ван Ён Пиль, был старше и опытнее, потому должен был всеми силами помочь им в такой ситуации. Он сказал: -Я найду другой способ операции, после которой он снова сможет петь, - и Кюхена тотчас подготовили к операции. Это были напряженные, пугающие 6 часов ожидания. Все молились за Кюхена, все ждали, все верили… Парня прооперировали по-другому.

***

У Итука была глубокая царапина около глаза, многочисленные порезы и ушибы. Ему потребовалась пластическая операция и операция по извлечению осколков стёкол из его спины. Лидеру наложили около 170 швов на лицо и спину.

***

Мембры SuJu всегда были друг для друга как братья и, узнав об аварии, пусть то была бы шутка или скрытая камера, они тут же сорвались с места и направились в больницу. Кюхен совсем недавно присоединился к уже дебютировавшей группе Super Junior, поэтому многим не понравилось пополнение в команде, а фанаты и вовсе взбунтовались. Ребята не хотели принимать новичка, они не находили с ним общий язык. Кюхену было не по себе из-за такого к себе отношения, он понимал, что людей и так много, что он явно лишний. Парням пришлось ждать до утра, потому что в палату к Кюхену не пускали. За это время они навестили Ынхека, Шиндона и Итука. Всем настолько тяжело, что даже слезы невозможно было сдерживать. Утром же врачи сообщили о том, из-за чего у всех неприятно сдавило грудь. - Мне тяжело говорить вам об этом, но… - начал глав врач, с полной серьезностью обращаясь ко всем, кто пришел поддержать парней и прождали всю ночь ради результатов, - мальчик впал в кому. Эти слова эхом разразились в сознании каждого. По коридору больницы разнесся истошный рев матери Кюхена, а его отец, не сдерживаясь более, упал на колени рядом с женой. А что тогда чувствовали другие? Безысходность? Страх? Боль? Родители парня первые зашли в палату. Даже тяжело представить, что они чувствовали, когда увидели своего сына, который уснул крепким сном и никто не может предугадать, когда он очнется и очнется ли вообще. Это пугало, оставляло рваные раны на сердцах тех, кто любил парня, кому он был товарищем и другом, кому был дорог… Представители SM Ent. постоянно говорили о чем-то по телефону, с врачами, что-то долго обсуждали и, оставив визитку, покинули больницу. Мембры по одному заходили в палату Кюхена. Они разговаривали с ним, даже не задумываясь о том, слышит ли их парень, потому что они верили, что слышит.

***

Йесон сел рядом с койкой Кюхена и внимательно смотрел на него, будто бы ожидая, что тот проснется. Чудной парень, но он даже не хотел думать, что его донсэн сейчас "глух". - В этот самый момент хён молится, чтобы ты поправился, - хрипит Йесон, - Если ты будешь с нами, с Super Junior, я никогда не буду злиться, если ты ударишь меня или подшутишь надо мной… Парень опустил голову, а когда вновь поднял глаза на Кюхена, печально улыбнулся. - Поэтому ты должен поправиться, засранец. Fighting!

***

Ранимый Реук… Он так и не смог произнести ни слова, лишь плакал, уткнувшись горячим лбом в ладонь спящего. Шивон сидел на стуле напротив Кюхена и, сплетя пальцы в замок, прожигал парня взглядом, будто мысленно разговаривая с ним, ведь голос не мог прорезаться, а слезы вот-вот сорвались бы с ресниц. Он должен быть сильным ради ребят и ради донсэна. Донхэ рассказывал, как он хотел подружиться, стать ближе. Он не хочет терять еще одного близкого ему человека. Шиндон пожелал Кюхену скорейшего выздоровления. Сонмним тихо плакал и аккуратно поглаживал донсэна по руке. Ханхег молча молился…

***

Хичоль зашел в палату и сел на стул. - Эй! Только попробуй не услышать меня, эвил-макнэ, - рявкнул Хичоль и как-то небрежно схватил парня за руку. - Что ты тут устроил? А ну просыпайся! Но Кюхен лишь глубоко дышал в дыхательный аппарата, более не подавая никаких признаков жизни. Это заставило Хичоля тяжело вздохнуть. - Я и сам побывал в больнице. Понимаю, как тебе тяжело, но ты должен быть сильным, - серьезным голосом говорил Хичоль. - Чжоуми не смог приехать, как-бы не хотел этого, но он передал тебе видео-сообщение из Китая. Хичоль повернул телефон экраном к парню и включил видео. Чжоуми сидел в плохо освещённой комнате. Весь его вид говорил о том, что парень долго не спал, что сейчас он напряжен и взволнован. Печальный взгляд парня устремился на камеру. Китаец говорил тихим, дрожащим голосом: «Кюхен-а, надеюсь, ты слышишь меня. Я волнуюсь! Почему это должно было произойти именно с нами? Ты пострадал больше всех и сейчас вроде не мертвый, но и не живой… Теперь твою судьбу решает время, Кюхен-а? Не позволяй болезни сломить себя, будь сильнее и не сдавайся. Возвращайся к нам! Я люблю тебя, эвил-макнэ. Fighting!» Китаец опустил голову и спустя минуту, как-то неуверенно закончил запись. - Генри уехал из страны вчера утром, ты знаешь, но он тоже передает тебе привет и много пожеланий, - сказал Хичоль. - Мы ждем тебя, дружище! - парень наклонился к парню и, поцеловав того в лоб, вышел из палаты.

***

Итук опустился на край кровати, где крепко спит Кю и, не осмелившись посмотреть на него, говорил почти шепотом: - В больнице… - голос срывается, - В больнице мы очень сильно плакали… - Лидер смотрел куда-то в пустоту. - Я дал медсестре 500 вон, чтобы выйти в онлайн. Там было много новостей об аварии. Ынхёк читал их и не переставал плакать, - Итук сжал ладони в кулаки, - Он был очень расстроен, Кю… Слезы снова хлынули, но парень просто продолжал чуть тише: - После ухода Ынхёка, я остался. Я чувствовал, что надо выйти на некоторое время, потому спустился в 11 ночи… Я заплакал, Кю. Мне было очень одиноко. Пожалуйста, прости меня за все. Прошу тебя, проснись!

***

Прошел день, два, три, но изменений в состоянии Кюхена не наблюдалось. Ребята потерялись, родители уже "не видели света", но все продолжали молиться и верить, что Кюхен очнется, ведь на смену тьме непременно приходит свет. Через несколько дней врачи поспешили сообщить, что Кюхен очнулся. Родные и близкие не давали парню скучать, и он был счастлив, чувствуя их заботу и любовь. Мембры SuJu часто навещали его и теперь уже не ставили преграды, а свободно и тепло общались с макнэ. Благодаря их поддержке Кюхен стремительно пошел на поправку. Через пять месяцев парня выписали, и он уже мог тренироваться с остальными участниками. Вот и его первый концерт с SuJu после выписки. Это было незабываемое ощущение разливающегося в нем счастья, которое наполняло его с ног до головы, когда зал встретил нового участника бурными восторгами, когда его часть в выступлениях сопровождали радостные крики фанатов и ярко-синий океан ЭЛЬФов. По сей день Кюхен благодарит Бога и всех, кто был с ним тогда, ведь благодаря этому он живет вторую жизнь.