Ретроградный Меркурий

В ожидании занятий по китайскому языку (в ожидании встречи с Юнги) Чимин не заметил, как быстро пролетело время. Идея познакомиться с альфой подобным образом очень нравилась Паку, и он подолгу перед сном фантазировал на эту тему. В скучных буднях появилось яркое событие, и это не могло не радовать. Единственный момент, который Чимин не учёл, — так это то, что из него достаточно плохой актёр и никакой врунишка. Омега всегда был честен в своих словах и действиях, поэтому конкретного плана для знакомства с Юнги он не имел. Подъехав по нужному адресу, Пак на мгновение окунулся в атмосферу школьных времен и студенчества. Отцы всегда заставляли омегу брать дополнительные уроки и ходить на множество занятий, но тогда ему это не казалось таким уж угнетающим; это со временем он понял, что его молодость прошла за учебниками, и он толком не успел научиться общению с противоположным полом, что очень сказалось на будущей личной жизни. «Кабинет 201, 2 этаж» — прокручивал в голове Чимин, поднимаясь по ступенькам. Сердце громко стучало в груди от волнения, и омега даже подумывал бросить всё и сбежать, но план отступлений реализовывать не пришлось — около кабинета его уже ждал тот самый преподаватель, который накануне украл его невинное сердце. — Вы Пак Чимин? — поинтересовался Мин. Чимин замер в паре шагов от него. Сбежать было ещё не поздно, стоило лишь соврать о том, что Юнги ошибся, и омега не был тем самым студентом, но… красота этого альфы заставила Пака смиренно стоять в коридоре, не смея произнести ни слова. — Вы записаны ко мне на 14:00, верно? — преподаватель-альфа обворожительно-мило улыбнулся. — Д-да, — заикнулся Пак. — Простите, я, кажется, немного задержался… Никак не мог найти… — На первый раз прощаю, — Юнги снова улыбнулся и открыл дверь кабинета, приглашая пройти внутрь. — Но впредь старайтесь без опозданий. — Конечно, — кивнул Пак и юркнул в маленький светлый кабинет. Внутри действительно было мало места. Это помещение не было рассчитано на большую группу людей, поэтому похоже, что здесь проводились только индивидуальные занятия. Два стола, интерактивная доска, старенький ноутбук на преподавательском столе, несколько книг рядом, блокнот на спирали, канцелярские принадлежности… Чимин изучал взглядом всё, что видит, пока в конечном итоге не наткнулся на пристальный взгляд Мина, который в свою очередь изучал его. — Для начала уточню, чтобы Вы обращались ко мне «господин Мин или учитель», — Юнги вышел в центр. — Я не терплю фамильярности, поэтому даже если мы с Вами одного возраста, прошу соблюдать формальность. Чимин нервно сглотнул и кивнул в знак согласия. — Сегодня у нас вводное занятие. Мы знакомимся друг с другом, поэтому первым делом я хотел бы уточнить Ваш уровень знания языка, чтобы иметь представление, в каком направлении нам двигаться дальше. Чимин-щи, расскажите немного о себе (говорит на китайском — далее курсивом). Омега напрягся. Он начал судорожно думать, как и что говорить о себе, к тому же по плану он должен показать лишь начальный уровень китайского, и если вдруг он начнёт строить сложные предложения или использовать идиомы… Голова шла кругом от подобных мыслей. Из-за паузы, которую выдерживал Чимин, Юнги решил повторить свой вопрос на корейском: — Расскажите немного о себе: сколько Вам лет, какие Ваши увлечения, что предпочитаете есть на обед. Омега в полной мере осознал своё шаткое положение, но что-то делать было нужно, поэтому он решил просто быть осторожным в словах и думать прежде, чем говорить. — Меня зовут Пак Чимин… — начал он осторожно, попутно сминая край своей тетради, чтобы успокоить нервы. — Мне 27 лет и я люблю читать книги. — Хорошо, — одобрил Мин. — У тебя практически нет акцента, это похвально. Общался с носителями? — уточнил он, присаживаясь за свой рабочий стол. — У меня есть знакомые китайцы, — быстро сориентировался омега. — Поговорим ещё немного о тебе или твоей семье? — Юнги смотрел на Чимина профессионально, без доли смущения или личного интереса, что немного расстраивало омегу, который с детства всегда получал комплименты из-за своей милой внешности. «Неужели я его никак не интересую?» — размышлял Пак, вглядываясь в глаза напротив. — Мне лучше задавать вопросы на корейском или китайском? — голос альфы вывел Чимина из размышлений. — Я в большинстве случаев хорошо воспринимаю на слух, так что можно на китайском, — совсем печально выдал Пак и приготовился отвечать. — Что ж, тогда расскажите о том, куда любите ходить с друзьями. — У меня есть два друга, и в свободное время мы предпочитаем собираться вместе дома или в ночном клубе и распивать алкогольные напитки. — У Вас большая семья? — продолжил Мин. — Я единственный ребёнок в семье. — Опишите себя парой слов. — Спокойный… надёжный… верный, — Чимин делал паузу, каждый раз задумываясь над словами. — Вы выбрали отличные слова, избежав клише вроде «красивого и доброго», — Юнги был доволен результатом и сделал несколько пометок в своей записной книжке. — Сейчас будет небольшой тест на определение словарного запаса. Отметьте слова, которые Вам знакомы. Омега уже совсем загрустил. И ведь на что он рассчитывал? Что учитель будет проявлять какие-то знаки внимания? Или того хуже, флиртовать с ним? — Если Вы утомились, можем сделать небольшой перерыв, — предложил Юнги, заметив помрачневшего Пака. — Нет, спасибо. Я сосредоточусь на обучении, — встрепенулся омега, отгоняя назойливые мысли, которые только всё портили. — Тогда внимательно смотрите на экран. Будет несколько слайдов. Далее для Чимина всё было как в тумане. Он отвечал на автомате, уже не задумываясь над тем, чтобы поддерживать нужный уровень. Периодически он следил за преподавателем, сосредотачиваясь на мелочах, которые находил привлекательными, например, его руки. Длинные пальцы, молочно-белая кожа, под которой виднеются чуть вздутые вены, аккуратно подстриженные ногти и тонкое серебряное кольцо на безымянном пальце. Кольцо на безымянном пальце левой руки. Чимин замер, забыв, как дышать. Он сосредоточился на этом кольце и не мог уже думать ни о чём другом. Омега чувствовал себя преданным, он злился на самого себя. В помещении стало слишком душно. — Пак Чимин-щи? — Юнги подошёл ближе, протянув к омеге ту самую руку с кольцом. — Вам нехорошо? Мне открыть окно? — преподаватель выглядел взволнованно. — Я… мне… мне нужно уйти, — тихо проговорил Чимин. — Мы можем закончить на сегодня? — он поднял глаза и столкнулся с обеспокоенным взглядом Мина. — Да, конечно, — согласился Юнги. — Вы точно в порядке? — парень не находил себе места и чувствовал за собой вину. — Я просто вспомнил об одной важной встрече. И когда Чимин успел научиться врать? Слова так легко слетали с его губ. — Что ж, тогда я буду ждать Вас в субботу, — закончил Юнги, складывая учебники в большую кожаную сумку. — Да, — проронил Чимин и поспешил покинуть этот учебный кабинет. Он быстро спустился по лестнице и выбежал на улицу, вдыхая свежий воздух. Его сердце стучало так же громко, как когда он пришёл сюда час назад, а чувства боролись друг с другом за право преобладания. Обида, разочарование, жалость к самому себе — всё бушевало внутри и требовало выхода. Чимин не умел злиться и уж тем более срывать эту злость на чём-либо. Единственный выход, который могли найти в нём негативные эмоции — это слёзы. Омега расплакался прямо на улице. Он чувствовал себя таким маленьким и беспомощным, что будь тут рядом Сокджин, обязательно укрыл бы его в своих больших объятиях, а после дразнил бы до конца жизни. — Глупый, глупый… — причитал Пак, глотая слёзы. Он был готов к тому, что Юнги мог состоять в браке, так почему же сейчас на душе было так паршиво? В голове мелькнул образ образцового семьянина Юнги, который играет с детьми, пока его супруг на кухне готовит обед. Чимин терзал себя этими мыслями всю дорогу до дома. И даже когда Мин написал ему вечером сообщение, омега просто проигнорировал его. «Надеюсь, наше занятие было для Вас продуктивным. Вы большой молодец, в Вас много потенциала, и я буду только рад научить Вас чему-то новому» — Себя научи, — выругался Чимин, кидая телефон на прикроватную тумбочку. Омегу кидало из крайности в крайность: ещё сегодня утром он был воодушевлен настолько, что готов был свернуть горы, но сейчас был разбит, словно упал с этих гор прямиком в пропасть. Ему стоило хорошенько поразмыслить над тем, стоило ли продолжать это обучение, ведь он посещал занятия только из-за возможности общаться с этим альфой и в будущем завязать с ним знакомство любовного характера. Чимину срочно нужен был совет. Но его друзья, кажется, были заняты устройством своей личной жизни.

***

Узнав от секретаря, что в тот день Сокджин ожидал в офисе несколько часов, Намджун очень расстроился, но в то же время был рад, что омега проявлял заинтересованность. Ким желал загладить вину и пригласить Джина на ужин, поэтому прислал ему букет розовых пионов и открытку, в которой изложил своё приглашение. Раньше альфа не замечал за собой таких романтических наклонностей, но в отношениях с Джином ему хотелось делать подобные вещи, к тому же странных чувств он при этом не испытывал, поэтому всё было само собой разумеющееся. — Ты ведёшь себя как подросток, честное слово, — хихикал в трубку омега, любуясь шикарным букетом на своём столе. — Что? Приглашение на ужин уже устарело? — недоумевал Намджун. — Дело в открытке… — намекнул Сокджин. — И… что с ней не так? — альфа окончательно запутался и не понимал, к чему ведёт Ким. — Она достаточно провокационная, — продолжил загадочным голосом омега. — Боже, ты меня сведёшь с ума. В чём дело, в конце концов? — На открытке изображены отпечатки губ и подпись «жаль, что это не твоё тело». — Ох… — Намджун шумно выдохнул, осознавая неловкость ситуации, которая произошла с цветочным магазином. — Теперь ты просто обязан согласиться, — рассмеялся он в трубку. — А ты обязан взять на себя ответственность за то, что уже половина моего офиса видела эту открытку, и теперь мне задают массу вопросов. — Так в чём проблема? Мне приехать прямо сейчас и представиться твоим коллегам? — Нет, спасибо, — остановил его Джин. — Я хочу спокойно провести остаток сегодняшнего дня. — Как знаешь, — шутливо обиделся альфа. — Но спасибо за цветы. Правда, — уже мягче проговорил Джин. — Не думал, что ты помнишь о том, что мне нравится. — Я знаю о тебе больше, чем ты думаешь, — игриво дополнил Намджун. — Пусть твой день пройдёт спокойно, как ты того и желаешь. — Благодарю, — выдохнул в трубку омега и закончил разговор на хорошей ноте. Довольный собой альфа вернулся к делам, которые удивительным образом шли очень хорошо. Всё складывалось удачно, под стать настроению Кима, что не могло не радовать. Параллельно он думал о том, что с Сокджином ему очень комфортно: сказывалось их давнее знакомство, поэтому они позволяли себе колкости и шутки, могли обсуждать всё на свете и не притворяться лучше, чем они были на самом деле. И если всё это приправить романтическими чувствами, получался жгучий коктейль, который распалял их страсть и влечение друг к другу. Впереди был огромный простор для мечты и для жизни.