Angel Stalker

      Фонари на улицах зажглись без пятнадцати восемь. Сумерки вокруг супермаркета рассеялись. Рыжая листва близстоящих деревьев раскачивалась, заставляя кроны танцевать. Освещаемые возвышающимся столбом, листья будто превращались в огненную юбку танцовщицы, какую можно увидеть лишь в бродвейском мюзикле.       Дверь автоматически открывалась, выпуская в ночь сходивший на нет поток посетителей. Немногочисленные сотрудники суетились в зале. Кассир пробивал последние товары. Его напарница осматривала полки, раскладывая не туда брошенные покупателями товары по местам. — Машина подъехала. Можешь вывести несколько тележек? — оживившись, зашипела рация в кармане юноши.       В ответ на вкрадчивый тон администратора Озборн бросил короткое «Иду» и поставил несколько продуктовых корзин в стопку у входа. Пройдя через отдел «кухни» он передал коллеге затесавшийся среди канцелярии у кассы венчик и направился к складу. За дверью витал еле уловимый запах затхлого картона, который как и полагается был свален у стены. Опоры металлических стеллажей холодно поблёскивали. Они занимали собой почти всё пространство, оставляя небольшой участок под одно рабочее место. Парень обвёл взглядом широкий стол, что стоял у самого входа. Всё на нём было аккуратно сложено в ожидании следующей сборки товаров в ночную смену. Бледная рука подтянула к себе стоящие у стола рохли, и Хелен, гремя колёсами, двинулся через стеллажи к парковке.       Тяжёлые петли заскрипели, и ботинки, переступив порог, зашаркали по бетонной крошке. Юноша опустился на ступеньку рядом со старшим коллегой. Теперь двое грузчиков сидят на подъездной дорожке у чёрного входа, наблюдая как грузовик паркуется у задней стороны магазина.       Парень безучастно наблюдал, как водитель вышел из кабины и передал планшетку с документами администратору. Товара для разгрузки было более, чем достаточно. Сидящий рядом коллега слегка крутанул только начатую сигарету в руке, выругался в пол тона. Озборн из вежливости поинтересовался, как прошёл день. — Так всё заебало, кто бы знал. Составлял планы заранее, пригласил друзей, чтобы пива вместе попить, но нет! Идиоту же приспичило именно сегодня прогулять работу. И зачем такие частые поставки. Большинство товаров, блин, в наличии! — Рэй раздражённо сжал рукав ветровки, — Надеюсь, нам это хоть возместят.       Разочарованный втор Раймонда больше походил на спектакль одного актёра. Нет, было видно, что он действительно расстроен, но его причитания скорее отправлялись в пустоту, так как Хелен не прерывал его монолог, а слушал, лишь изредка опуская брови и еле кивая в знак согласия со старшим. — Должны по идее. — безучастный ответ расстроил собеседника. — Лучше займитесь своими обязанностями, Раймонд! Мы все хотим закончить вовремя. — громко отозвалась Шарлотта, проходя к кузову автомобиля. Шлюз поднимается, демонстрируя стену сложенных друг на друга коробок, — Товар сам собой не разгрузится. — Конечно, конечно, нам нужно работать быстрее, чтобы не провести вечер в компании картонной фигурки на лестнице. Спасибо, дошло. — шёпотом проклинал работу Миллер.       Потушив сигарету, он встал с бордюра, разминая уже уставшие под конец смены руки. Хелен остался на месте, ожидая своей очереди. Мисс Барли ценила всех своих сотрудников, включая принятого ей около двух недель назад подростка без намёка на опыт работы. Хелен настойчиво претендовал на вакансию. Его усидчивость и трудолюбие подкупили владелицу, но не избавили от запрета работать с тяжестями. Цель Озборна — справится с распаковкой. Официальное название его профессии было грузчик-расстановщик — идеально для его положения.       Тёплый вечерний воздух расслаблял и заставлял уйти в собственные мысли, да никто и не запрещал. Он проворачивал в голове желаемое зрелище, когда ключи уже открыли дверь и парень, входя в квартиру, не на что не отвлекаясь, сразу же падает на диван и засыпает. Приятная картина, что так хотел скорее увидеть Озборн. Сегодня должен был быть его выходной и вчерашний вечер юноша провёл за зарисовками к новой картине. Ни один из набросков не нравился Хелену, и он убил на это много времени, так что новость о выходе на смену не была чем-то воодушевляющим. Он рассчитывал хорошо отоспаться после окончания работы, но к сожалению внеплановые поставки никуда не денутся. Сейчас же невыспавшийся парень сидел на порожках, ожидая, пока дело дойдёт до сортировки. Уж больно Чарли беспокоилась о его физическом состоянии.       Рядом же туда обратно сновал коллега, вновь закурив сигарету и надрывая спину. Как парень выяснил, его напарнику двадцать шесть лет. Чуть вытянутое лицо Миллера с угловатыми, слегка истощёнными чертами и явной щетиной напоминало потрёпанного жизнью человека. Рэй Миллер — грузчик-сортировщик, работающий здесь намного дольше Хелена. В первый рабочий день Шарлотта, как администратор и главная в магазине, приставила его к подростку в качестве наставника и они неплохо нашли общий язык. Всё же Барли знакома с мужчиной довольно давно и знала, что делает. Если говорить о Миллере, то это был единственный коллега, с кем Хелен перекидывался не только общепринятыми вежливостями, но и останавливался, чтобы послушать короткие душевным монологи.       Рэй быстро справлялся со своей работой, и уже через полчаса около двух третьих груза было выгружено на подложки. Машина с самыми тяжёлыми и важными товарами приезжала ещё днём, поэтому сейчас большая часть боксов относительно небольшие и поднять их не составляло труда. В основном они относились к отделу с мелкими и не очень безделушками. В магазине фиксированных цен такого добра навалом. Хотя коробки для отдела с едой, например со снеками, считались одними из самых лёгких. Это была та часть работы, когда руки могли немного отдохнуть и даже Хелен периодически включался в процесс. Мог бы помогать и больше, но не в присутствии Чарли.       Наконец кузов потерял сотню другую килограмм и водитель, попрощавшись, растворился в горизонте вечерних дорог. Список требуемых на полках товаров был составлен и передан Рэю, давая понять какие, что требуется в первую очередь. Коробки, сложенные на рохлях, Хелен уже перевёз в зал. Рэй достал два канцелярских ножа, перекидывая один из них в руки Озборну: — Пойди к тому стенду, щас всё разложим и домой пойдём. Только не свали всё, что уже на полках. Понял, Озборн? — Рэй, оттолкнув тележку с пометкой другого отдела в сторону, ожидая знака от юноши.       Парень, сначала растерявшись и глянув на рохлю, кивнул и продвинулся подальше. Он ещё не вполне привык к новой фамилии и на секунду в голове мелькнула мысль: «Дина. Интересно, как там она.»              Но парень сразу одёрнулся и вернулся к прежнему занятию. Что с ней там случится? Основные правила юноша на пару с Маски в её голову вбили основательно, а на «Ангел» она и раньше без проблем откликалась.       Вытащив лезвие и полоснув скотч, он достал и начал раскладывать шарфики, разные шапки и варежки. Для начала достался отдел с вещами, ничего сложного. Хелен с его перфекционизмом идеально всё раскладывал, не оставлял ни складочки на виду пока Миллер спокойно распаковывал ящик за ящиком, до краёв наполненными фонариками и батарейками. Напарникам это давалось на ура. Парень лишь изредка поглядывал на других сотрудников. В них и состояла изюминка этого места. Каждый сейчас занимался своим делом: кассиры — до сих пор энергичный Раджи Лестер и изрядно уставшая, падкая на телефонные разговоры в рабочее время, Кристин — заканчивали подсчёт выручки за день, надеясь смыться со смены немного раньше; администратор ушла в свой кабинет в дальнем краю здания, вероятно работая с бумагами, а Дэйв… А чёрт знает где он. Этого механика или разнорабочего, он так и не смог разобраться, где только черти не носили во время смен, особенно дневных. Хелен однажды видел, как Дэйв громил стеллажи, пытаясь впихнуть туда как можно больше пачек с макаронами. У него в тот день осталась от силы одна единственная нервная клетка после десятка просьб в духе: «А достаньте мне это.», «А сколько это стоит и почему так дорого?», «А тут состав без ГМО?», «Есть ли у вас тараканья моча и корень мандрагоры?» Дейв дрожащими руками сжимал товар, представляя на их месте вредную тётку, которая разоралась на весь магазин из-за того, что нет ценника на товар. — Разунь глаза и вспомни, что ты когда-то работала официанткой, старая грымза! — шипел Дейв, с ненавистью глядя на злополучные изделия.       Его можно было понять, потому как посетители часто были грубы с персоналом, будто забывая что они тоже люди. Озборн относился к нему нейтрально и даже был приятно удивлён, когда мужчина помог им с работой на складе пару дней назад, но после инцидента он его не видел. Шарлотта в тот же час отправила его на незапланированные выходные.       В свою очередь Рэй с Крис вздохнули с облегчением. Миллера немного раздражала его любовь к спиртному, что часто означало для него внеплановые смены. С Крис всё было очевиднее. Дэйв часто трепался о своей дочери, настаивал, что призвание женщины — это сидеть с детьми дома. Всё пытался из интернета её вытянуть, не признавая, что в наше время можно обучаться профессии по сети. Было вполне понятно, почему его не любят. Лишь с подачи Раджи он выглядел как вменяемый сотрудник. Почему его ещё не уволили? На утреннем перерыве Озборн наконец узнал ответ. Как оказалось Лестер тесно общался как с несносным коллегой, так и с мисс Барли. — Знаешь, к его характеру стоит просто привыкнуть. Хороший ли он работник? — Лестер осмотрел подсобное помещение и остановился взгляд на Крис, подтанцовывающей под музыку в наушниках. — Не могу утверждать. Они с Шарлоттой, кажется, общаются. Скорее всего его прикрывают по дружбе.       В комнате отдыха воцарилась звенящая тишина, и лишь скрип ботинок Крис по полу нарушал её.       Хлопок по плечу со стороны коллеги заставил прийти в себя, проморгаться и вернутся к распаковке уже в предпоследней коробки в далёком от Рэя «кухонном» отделе. Не весть откуда взявшийся Лестер уже закончил с кассой и помогал Миллеру последние час: — Не спать — Хелен глазами копейками уставился на улыбающегося мужчину. — До закрытия осталось пятнадцать минут, поторопись. — Ладно.

.

.

.

      Стоя на пешеходном и ожидая разрешающего сигнала на светофоре, Отис вдыхал воздух с мало заметной дорожной пылью и осматривал глазами стороны вокруг себя. Коллега, стоящий рядом, осторожно вынул сигарету из кармана и чиркнул колёсиком зажигалки. Слабой искорки хватило, чтобы табак задымился. Иногда Хелен удивлялся его пристрастиям к столь пагубной по его мнению привычке.       Но вот люди двинулись по дороге, останавливая движение машин со спешащими домой разномастными работягами. Лица мелькающих мимо людей притягивали взгляд, он искал что-то особенное в незнакомцах. Это не был яркий макияж или сумасшедшая причёска, нужно другое. Требовалась краска для нового портрета. — Ладно тогда. До встречи, Хелен. — мужчина быстро пожал ослабленную руку на прощание и направился в противоположную от юноши сторону к автобусной остановке, опасаясь опоздать на автобус. Хелен ещё секунд пять всматривался в отдаляющуюся всё дальше спину пока не потерял коллегу из виду.       Люди проходили мимо, не обращая внимание на мрачного подростка, что наблюдал за прохожими исподлобья с самого края дорожки. Только трое ребят, проходя мимо и заметив юношу, начали перешёптываться, совсем иначе истолковывая взгляд. Первая заповедь, выученная Хеленом на собственном опыте: всегда оставаться тенью, когда на тебя не обращают внимания, даже если смотрят практически в упор. Он преуспевал в этом, держась на расстоянии от коллег. Казалось и чуткая по натуре Шарлотта иногда забывала о его существовании.       Простояв на одном месте больше четверти часа, парень уже начал разочаровываться в идее. Никого подходящего он не увидел и, уставившись в гаджет, щурился. Тело постепенно отказалось подчиняться, а разум уже не блистал адекватными идеями, ещё минуты две и он увяжется за первым встречным в разрез здравому смыслу. «Так можно натворить и похуже Дины.»       И вот на тускнеющем от бездействия экране высветилось уведомление. Знакомое имя сразу бросилось в глаза:

Дина:

[— Хелен, ты как там?

Снова задержишься?]

      Ничего необычного, Дина до сих пор беспокоится за него. В голове сразу всплыла картина их знакомства, когда девушка очнулась в чужом доме с перевязанной раной на руке, полученной в потасовка с медсестрой Энн. Они быстро нашли общий язык, хоть и без пререканий не обошлось. Тогда она тоже хотела уйти, чтобы не подвергать Хелена опасности. И спустя год ничего так и не изменилось.       Слабый смешок застыл на губах. Энн? Парень смотрел перед собой на выходящую из чёрной машины девушку. Поцелуй на прощание и деловитая леди отклонилась от окна. — Спасибо, что подвёз. Дальше я пешком.       Пышные тёмно-красные локоны спали на лицо, когда та наклонилась, оттягивая вниз чёрную юбку. Тогда он пообещал убить её, если она вернётся за «кроликом». На эту девушку ему было плевать — это не та, кого не выносит блондинка. Лишь его собственные тараканы и факт того, что её лицо напоминало ему и «тёмного врача», и одну из мерзких однокурсниц зацепил. Глупое оправдание, но ведь за этим парень и пришёл, значит всё правильно. Озборн неспешно зашагал следом за стучащими по асфальту каблуками в глубь парка, бросая вырубленный мобильник в сумку.

.

.

.

      Всматриваться в полумрак улиц сквозь отблески комнатного света на оконном стекле становилось всё утомительнее. Дина уже не знала куда себя деть от всепоглощающей скуки монотонной работы и целого дня ожидания ответа от Хелена. Переезд должен был развеять это знакомое чувство. Сейчас она сидела за кухонным столом, упав головой на распластавшуюся по скатерти руку. А ведь они с художником собирались сходить на долгую прогулку по городу и поискать идеи для его искусства, но ничего не вышло. Сколько же негодования читалось в её глазах, когда рано утром дверь квартиры захлопнулась. Он даже не стал ждать, пока она соберётся, хоть и не опаздывал.       Из чата спустя минуту пришёл короткий ответ.

Хелен:

[— Да, скоро приду. ]

      Дина была недовольна, но не смотря на это, диалог не продолжился. Она отложила телефон. «Как можно так долго писать такое сообщение? Так грубо.»        Выйдя из диалога и протерев глаза, девушка отправилась в путешествие по всемирной паутине. Это дело она и любила, и нет одновременно. С постоянным ношением солнцезащитных очков на улице глаза быстро уставали от света, а головная боль и бессонница уже махали ей рукой из-за соседнего поворота. Что ж, у неё всё равно нет другого варианта. Но прежде, чем она взяла мобильник обратно экран вспыхнул. Уведомление развеяло бездействие экрана блокировки…

.

.

.

      Поправив рукой капюшон куртки, парень нашарил в сумке маску и вышел из-за угла. Озборн еле волочил ноги по свежеуложенному асфальту, отставая и теряя девушку из виду. На очередной улице было на удивление безлюдно. Звонкий стук каблуков раздавался откуда-то слева, со стороны дорожки, что уходила в глубь новостроек. Девушка неспешно шла, по пути рассматривая багровые листья, лежащие под ногами. Она немного нервно вертела в сжатой ладони ручку сумки. Шаги за спиной раздавались с опозданием. В изящных, тонких пальцах заблестело маленькое зеркало. В отражении с ровно выведенной чёрной стрелкой глаз теснился силуэт. Как на зло нигде не было не одного универмага, чтобы вызвать копов. Страх заволок глаза и она вопреки здравому смыслу побежала, решив, что её спасение кроется в соседнем переулке, где по её памяти можно было свернуть на противоположную сторону улицы.       Но она ошиблась. Там был тупик. Сзади прибавили шаг.

.

.

.

      Из железного носика прямиком к вытяжке поднималась плотная струйка пара. Дина стояла у плиты, подогревая чайник, и периодически оборачивалась, с волнением посматривая на двух мужчин — Тим и Худи, которые сидела в гостиной. Не то, чтобы она боялась, но волнение от долгой, давящей тишины всё же комом подступало к горлу. Ещё и Хелен опаздывал. Она писала ему, когда гости только ступили на порог. Чем он вообще занят? Перехватив взгляд Дины, Худи протянул руку к чашке. Девушка в панике отвернулась, не в силах смотреть на красный очерк на ткани, за которой прятались еле заметные черты лица, если оно у него вообще было. К спине прикован не пристальный, но тяжёлый взгляд.       Худи раздражал её. Она и боялась самого загадочного из Прокси, и ненавидела. Если подумать, то в нём с натяжкой можно было узнать живого человека. Он ни разу ни снимал свою маску, что правильно с позиции конспирации, но грубо по отношению к товарищам. Он всегда был молчалив и едва ли давал знать, о чём думает, и никогда не перечил Слендеру. Иногда ей, более того, казалось, что он работает не под его началом, а в союзе. Будто общается на равных и получает исключительное удовольствие от того, как мучает окружающих.       От очередного неприятного взгляда Дину спас настойчивая попытка открыть дверь. Кто-то долго возился с замком и, справившись, упал на сидушку прямо в коридоре. Озборн весь помятый и уставший скинул обувь. Войдя в гостиную, Хелен открыл рот, чтобы сказать, что вернулся домой, но резко притих, увидев мужчин, сидящих на его диване. Дина посмотрела на Хелена с такими глазами, что будто кричали ему: «Они уже достали с расспросами. Спаси!» или что похоже. — Что Вы здесь забыли? — Спросил юноша реще, чем требовалось. Он вспомнил, что они договаривались встретится, но это было неделю назад! Да и не хотелось ему объяснять, что происходило за последнее время. Всё таки беспокойство взяла верх над усталостью. — И тебе привет, Отис. Мы же обещали, что придём. — Ответил Тимати со своим фирменным смертельным спокойствием. — Помню, но мы договорились неделю назад. — помедлил Хелен, опешив от произнесённой вслух старой фамилии. Последний месяц он слышал её только в мыслях.       Озборн медленно прошёл в комнату и опустился на диван. — Мы были по уши в делах. Не только же с вами носиться. Теперь твоя очередь объясняться. Судья нам уже всё про себя рассказала. — На этот раз тихо заговорил Худи. Брови Хелена могли бы подпрыгнуть выше лба, но он удержал их на месте. Мужчина в капюшоне редко вступал в контакт, оставляя это на Маски, поэтому художник впился подозрительным взглядом туда, где сидела Дина. Парню стало интересно решила ли она уточнять неудобные детали первого дня.       Немного выждав и положившись на благоразумие подруги, что могло стать ошибкой, он решил обойти проступок стороной. — На данный момент я работаю в круглосуточном магазине за несколько кварталов отсюда на должности грузчика-расстановщика, завёл общение с одним из коллег. Больше у меня ничего не происходило.       Тим с облегчением выдохнул и посмотрел на стоящую у кухонной стойки Дину. Той видимо не понравилось, но она промолчала. Было бы невежливо огрызаться на того, кто аккуратно выгораживал тебя во время допроса. — Надеюсь, вы ничего не натворили? — Тим мельком посмотрел на напарника, с наступающим тоном продолжившего допрос, — А то мы забеспокоились, когда услышали по новостям, что полицейские стали чаще ошиваться в этом районе после убийства мужчины у супермаркета. Это случаем не ваших рук дело?       «Чёрт!»       Хелен стиснул зубы. Вот почему они явились в гости так поздно. Стоило догадаться, что манера отсекать голову, присущая только судье, вызовет подозрения. Та остановилась, вжимая кончики пальцев в столешницу. Казалось она вот-вот провалится к соседям снизу, чтобы не отвечать на этот вопрос. — Нет. Как по-твоему мы могли сделать что-то подобное, когда только переехали? Мы не идиоты. Или Слендермену не терпится спихнуть обвинения на нас?       Теперь на него смотрели все. Дине не могла подумать, что Хелен так просто начнёт перечить Прокси. — Обвинять вас? Кому вы нужны? Безликий просто поинтересовался. Раз не вы —значит всё хорошо. — Худи посчитал это оскорблением раз уж так поменял интонацию. Ангельс только нахмурилась, обидевшись на слова, что они никому не нужны, и громко выдохнула, выпуская наружу ненависть и печаль. — Ладно, раз это всё, давайте обговорим правила, которым вы обязаны следовать. — после слов товарища Худи достал из своей сумки блокнот и ручку. Открыв пустую страницу он поднёс кончик к бумаге, когда Тим продолжил. — Во-первых, вы не имеете права заводить дружбу или отношения с обычными людьми. Во-вторых… — Почему не имеем права? Разве это как-то будет мешать? Вы же специально отправили нас познавать азы общения. — настал черёд Дины бунтовать, но вместо ясного, как солнце, ответа она получила пустой взгляд из-под маски. — Во-вторых, мы имеем полное права следить за вами везде и всегда. От работы до дома. Мы несомненно доверяем вам, но всё равно так будет легче. В-третьих, если вы нарушите хоть одну строчку этих правил, то мы будем иметь полное права убить вас. Это будет расцениваться как предательство. Надеюсь, вы сами понимаете как это важно. — после завершения, Худи вырвал листок из блокнота и положил его на кофейный столик. Озборн на это лишь кивнул. И тут Дина оживилась, интересуясь одной важной деталью. — Почему с вами нет третьего Прокси? Разве Вы не не разлей вода? — Он сейчас на задании, о котором вам нельзя знать. Думаю мы разобрались. Приходить в гости мы будем каждый месяц и вы будете обязаны доложить обо всём, что у вас происходило, как сейчас. — уточнил Маски, вставая с дивана и снимая куртку с вешалки в прихожей.       Прежде чем последовать за товарищем человек в капюшоне подошёл к Озборну, слегка задевая плечом: — Если ещё раз повториться подобное, я засуну твои творческие принадлежности тебе в глотку. Ты меня услышал? — Хелен не стал спорить, просто кивнул. Тот удовлетворённо прошёл за дверь, не дожидаясь напарника.       Хелен не стал провожать Прокси и Дина вышла в коридор, дожидаясь скорого ухода Тима. Тот застегнул куртку и, немного приподняв и поправив маску, обратился к девушке: — Не обессудьте. Худи это не со зла. Я уверен, что вы не причастны к преступлению. Помню, как ты, Дина, отстаивала право на жизнь для невинных перед лицом безликого.       Ангельс улыбнулась. Ей было приятно знать, что в неё верят настолько же, насколько было грустно, что она не смогла оправдать надежды. Свет, пробивающийся в прихожую из гостиной, еле ощутимо освещал гостя. Карие глаза, ранее скрытые под чёрным, как смоль тенями, показались в отверстиях маски. В будто улыбающийся зрачках она увидела приятное облегчение смешанное с тоской. Она увидела в них человека, живого и не бесчувственного. Наконец Тим коротко попрощался и вышел на площадку. — Не растеряйте остатки человечности.

.

.

.

      Шторы колыхались, пропуская в комнату приглушённый гул уличных псов, автомобилей и нескольких беспризорников под окном. Прошло некоторое время, пока парень вышел из состояния транса. Хелен лежал в своей постели, не в силах заснуть, ворочаясь и забываясь. Он повернул голову. Лунный свет тонкой полосой рассекал комнату. Возможно раньше это была комната Сьюзен. В темноте он различал рамы картин, в которых при въезде запомнил образы деревенского домика на фоне поля с подсолнухами и вышитой в ручную магнолии. Две рамы на противоположной стене и полки шкафов забитые старыми безделушками наполняли комнату жизнью. Старушка не хотела заполнять чемоданы хламом и решила оставить всё это на своём законном месте. Было бы хорошо, если бы Хелен также легко избавлялся от навязчивых мыслей. Та девушка из парка. Энн, как он её мысленно прозвал. Обдумывая сегодняшний день он ужасно устал и даже не хотел думать о новой картине. Он припомнил сцену:       Зип-пакет защёлкнулся в ту же секунду, что последняя капля крови упала вниз. Этого будет достаточно, хватит на долго. Картина, как перед ним в каменной арке, так и на листах уже подсохшей бумаги, казалась восхитительной. Так дорогой Хелену блокнот лежал в раскрытом положении на сумке с личными вещами, демонстрируя шедевр, написанный алой субстанцией. Он с лёгкой улыбкой осматривал всё, что его окружало. Кровавая полоса в виде улыбки, красующаяся на стене каменного строения, в кругах местной полиции стала эдакой визитной карточкой художника. Потёки с безупречного круга, обрамляющего творение, превращались в длинные красные полосы, тянущиеся к самой земле. Взгляд упал на раскинувшееся на асфальте тело. Труп остыл, а волосы из каштановых стали чёрными, отливая бурым, как и остекленевшие, некогда выразительные глаза.       Очередной порыв ветра заставил убийцу поморщиться, прикрыв голубые глаза, обдумывая свои действия, которые, сколько он себя помнит, проходили одинаково. Местные службы уже несколько лет ищут его. Если дело происходило в городе он следовал за своей жертвой, попутно доставая из сумки маску и накидывая на плечи синий пиджак и… После следовало пугающие спокойствие. Нельзя сказать, что он был безразличен к людям, просто осознание, что искусство требует жертв посетило его раньше. Или он просто псих.       Но он не убил ту девушку. Это навязчивый образ сложился, и он хотел оказаться там, но он отпустил её, когда та зашла в Центральный парк. Как бы ему этого не хотелось он понимал, что на дурную голову может навлечь на них беду похлеще Дины. Он просто пошёл домой. Мозг отчаянно выходил из-под контроля. Тихий смешок эхом пронесся в пустой комнате. — Всё-таки я постепенно схожу с ума.