Розы только для него

«… для удобства измерения пользуйтесь фалангой указательного пальца.» Парень как-то удивленно встрепенулся и перечитал предложение целиком. Теперь его безумно заинтересовали собственные руки. Точнее указательные пальцы. Он поочередно тупо пялился то на свои части тела, то на пушистый куст цветка у самой изгороди. - Да как это вообще можно сделать?! - Очень просто. Юноша вздрогнул, когда из глубины сада к нему направился его наставник. Рыжий мужчина с низким хвостом за плечами не производил впечатления садовода. Только комбинезон робы и грязные перчатки говорили о том, что он здесь обыкновенная обслуга, а не один из господ. Он присел рядом с ним на землю возле куста прямо на колени и наклонил стебель с цветущим бутоном розы к ним ближе. - Вот. Просто мягко положи палец сверху на цветок и приблизительно запиши его диаметр в блокноте. Только и всего. Мужчина продемонстрировал это на своем примере и нацарапал результат огрызком карандаша в блокнот в руках протеже. Адриан сидел еще несколько секунд, тупо воззрившись на покачивающийся на длинном стебле цветок, и закатил с усталым вздохом глаза. - Да кому это вообще надо? К нему обернулось улыбающееся, но какое-то холодное лицо. - Тем, для кого эти цветы вообще растут и цветут. Больше этот странный владелец небольшой цветочной лавки не сказал ничего, а вернулся обратно к своим бочкам с удобрениями. Ближайшие несколько часов они снова не разговаривали, парень только изредка бросал взгляды на фигуру у стен небольшого сарайчика. К вечеру тут, на заднем дворе магазина, появилось еще одно действующее лицо. Какой-то русый мужчина в деловом костюме уверенно пересек разномастные клумбы и кусты, приблизился к цветочнику и… Молодому человеку пришлось отвернуться от развернувшейся сцены, покрываясь румянцем, такие проявления чувств его смущали, несмотря на то, что подобная сцена разворачивалась каждый раз, когда его собственный бойфренд возвращался домой. - Эй, парень, заканчивай, продолжим на следующей неделе. Адриан с удовольствием закончил свое бесполезное, на его взгляд, занятие, чтобы вернуться сюда уже после выходных. Всю следующую неделю в доме его наставника чувствовался какой-то раздор. По вечерам уже не было таких теплых приветствий любовников друг друга. Все чаще он краем уха слышал их взаимные упреки, разборки. Пока, наконец, через какое-то время все не стало тихо. Они день за днем занимались розовыми кустами, когда рыжий мужчина подошел к нему и прервал. - Оставь этот куст, уже видно, что пора их срезать, займись вон тем. Юноша послушно кивнул и поднялся, но все же рискнул сунуть нос не в свое дело. - Простите. Вы так сильно поссорились со своим… - Любовником? Ты про Аморая? Бывает. Извини, если тебя гнетет эта обстановка. Как раз буду срезать эти цветы для него. У нас это что-то вроде традиции – букет и примирение. По сути, тут все цветы для него. - Что? Я думал на продажу. Мужчина улыбнулся и покачал головой, беря в руки садовый секатор. - На продажу выгоднее привозить с плантаций, а это только для личного пользования. - Ого. Но это значит, что у вас теперь снова мир и покой. - Разумеется. - Рыжий уже срезал за это время с дюжину цветов и понес охапку в дом. – Зачерпни пока ведром из вон той бочки свежего удобрения и вылей под эти кусты. Им теперь нужно восстановить силы. Парень со скрипом поднялся с земли, размял спину и, схватив с земли пустое ведро, зашел в небольшой сарай, где у хозяина хранились инвентарь и различные добавки, удобрения для единственных излюбленных питомцев. Адриан наклонился над одной из больших бочек, чтобы зачерпнуть порцию питательной вони для чужих растений, но в следующий момент уже отскочил от нее с криком ужаса. Ему понадобилось несколько ударов сердца, чтобы побороть свой страх и уговорить мозг на то, что ему почудилось. Но и со второй попытки «наваждение» никуда не делось: в бочке, залитой какой-то вонючей жижей, виднелись проблески разбухшей кожи сваленных кусков человеческого тела, а на самой ее поверхности виднелась запавшая щека, слипшиеся пряди черного ежика волос и мутный глаз, что выкатился из орбиты и теперь держался лишь на одном тяже из сосудов и нервов. Ужас прошел и на его место пришло осознание. То, что сейчас с вонью разлагалось среди удобрения для цветов, когда-то приходило в этот дом с тем русым мужчиной, после чего и начались раздоры в этом доме. Свет из дверного проема стал куда тусклее. Адриан в ужасе шарахнулся в дальний угол, оборачиваясь на спокойный тихий голос из дверей. - Не бойся. Я же сказал, теперь снова настает мир и покой.