Они просто пытались
13 ноября 2021 г., 12:40
Примечания:
Песня, по которой писалась данная работа: Chase Atlantic – Into it
— Защищайся, Астрид! — радостно закричал светловолосый мальчишка, его глаза горели огнем. Сделав выпад, он выставил перед собой небольшой меч, на конце которого был несъемный чехол. Этот атрибут располагался на орудие, чтобы спасти оппонентов от нежелательных травм. — Ну же, давай! Не будь девчонкой!
Тор не понимал, что стоящая перед ним десятилетняя девочка уже начала свой путь становления девушкой и не так явно интересовалась боевыми искусствами, как он сам. Ему приходилось уговаривать её оставить свои дела, чтобы побороться на мечах, как раньше, когда они были совсем маленькими и целыми днями махали деревянным оружием. Сама же Астрид недовольно смотрела на резвящегося друга. Она считала, что со временем все должны менять, взрослеть, осознавать всю серьёзность происходящего в мире. Однако же Одинсон никогда не повзрослеет, и так считает не только маленькая воительница.
— Я и есть девчонка, дурак! — не сдержавшись, выкрикнула молодая особа, а после прикрыла рот ладошкой. Ей не следовало так выражаться, не следовало позволять себе такую вольность. Опустив глаза на землю, девочка прикрыла глаза руками. Как же это отвратительно, просто ужасно. Теперь у неё будут проблемы.
— О, кажется, ты захотела проблем, маленькая дурочка?! — выделяя последнее словосочетания, больше в отместку, чем искренне, проговорил Бог грома.
Сначала девчушка испугалось, её маленькой сердечко затрепетало с такой силой, что готово было вырваться наружу. А пока сама будущая воительница придавалась терзаниям, мальчик отбросил в сторону меч и рывком толкнул Астрид в плечи, заставляя потерять равновесие. Он смягчил ее падение собственной рукой, обхватив за талию. На секунду их глаза встретились, после чего, не раздумывая, Тор принялся щекотать девчонку.
— Ты поплатишься за это! — захохотал мальчик, всё быстрее перебирая пальцами по ребрам малышки Ри.
— Перестань! — вскричала девушка, пытаясь отбиться от его жестокого «нападения». — Пожалуйста, Тор, перестань.
— Только если ты согласишься сразиться со мной, — коварно ухмыльнулся Одинсон, продолжая терзать её косточки щекоткой.
Старший сын Всеотца был гиперактивным ребёнком. Он любил веселиться и не любил сидеть на одном месте. Слишком уж много в нем было прыти и безумных идей. Тор все еще продолжал сидеть на девчонке сверху, а несколько нянечек в это время с умилением наблюдали за двумя детьми.
— Они были бы хорошей парой, — с улыбкой произнесла одна из них. По её поведению, по высказываниям сразу можно понять, что опыта жизненного ещё слишком мало. А иначе она бы прекрасно знала об обычаях Асгарда.
— Ему суждено взять в жену особу голубых кровей, — поправила её пожилая нянечка, что стояла рядом. — В лучшем случае, аристократку, в худшем, очередную зазнавшуюся богиню…
Разговор двух служанок прервал детский визг. Астрид в последний раз дернулась, но так и не смогла выйти из захвата. Детская головушка опустилась, подбородок прижался к ключице, а глаза слегка прикрылись. У неё не осталось иного выхода, как просто дать согласие на очередную детскую затею. И поразмыслив, маленькая воительница всё же решила дать ответ:
— Ладно, — в голосе так и слышалось недовольство. — Вот только я не смогу драться с тобой, если твоя тяжелая тушка так и продолжит придавливать меня к земле.
— Ха, тогда твои дни сочтены! — довольно воскликнул мальчишка, моментально вскакивая на ноги и выставляя вперёд своё оружие. Возможно, когда-нибудь он повзрослеет и начнёт относиться к жизни серьезнее, но точно не сегодня.
***
Вот только с годами ничего не изменилось. Тор и Локи продолжили соревноваться, иногда втягивая другие планеты. Конечно же, Один наказывал их, но от этого их отношения не менялись. Младший Одинсон явно питал ненависти к своему брату Громовержцу. А вместе с ним под раздачу попадала и Астрид, ведь она всегда защищала лишь Тора. Даже в те моменты, когда он был не прав или поступал слишком импульсивно. Девушка стояла за его плечом, поддерживая и направляя. До определенного времени она была рядом. Однако после смерти её отца, Ри пришлось вступить на службу в армию Всеотца. Проводить с друзьями столько времени сколько раньше уже не получалось, воительница стала более ответственной, жестче в своих ответах и решениях. Веселье и игры больше не являлись частью её жизни. Теперь Астрид отправлялась на задания на другие планеты, заключала мирные договора и расширяла территории Одина. В момент, когда изгнали Тора, её не было дома, а вернувшись, девушка не могла ослушаться приказа. А дальше начался Рагнарёк, личный конец света для Астрид. Спустя несколько лет после возвращения домой Тор притащил с собой земную. Она разрушала всё, к чему только прикасалась и жизнь Астрид была именно этим «чем-то». — Привет, я Джейн. Джейн Фостер. Как бы Астрид хотела забыть этот голос, эти светлые волосы, цвета пшена и то, какими глазами смотрел на неё Одинсон. Тор никогда не смотрел и не посмотрит на Ри подобным образом. Даже если мир охватит пламя, нет, она останется для него младшей сестрой, которую можно просить присмотреть за кем-то. — Ты просишь меня присмотреть за ней? Она твоя девушка, Одинсон. Значит, твоя проблема. — Пожалуйста, Астрид. Я буду у тебя в долгу. — Ненавижу тебя. Это ложь. Она никогда не сможет ненавидеть его. Не сможет обвинить в том, что он бросил их, оставив на растерзание «умершего» Локи. Не сможет обвинить в смерти Одина, брошенного в человеческом мире. Не сможет обвинить в возвращении безумной сестрицы, которая прибрала к своим рукам целую планету, процветающую планету. — А я говорила тебе, помнишь? — Не начинай, пожалуйста. В следующий раз я буду слушать тебя, Ри. — Надеюсь, что следующий раз не наступит, Дубина. И вот сейчас, они находятся в железной коробке, в миллионе световых лет от разрушенной планету, которую раньше называли домом. И ей бы вполне резонно было ненавидеть своего будущего короля, бросаться проклятиями. Однако Астрид понимала причину, по которой им пришлось оставить Асгард. Именно поэтому девушка продолжала стоять по правую руку от Тора, выражая свою поддержку и преданность. И не важно, сколько чёрных кошек между ними пробежалось и как долго они не разговаривали по душам. — Что же нам теперь делать? — воскликнула какая-то женщина из толпы. Оставшаяся часть населения погибшей планеты столпилось в главном зале, и теперь с интересом и требованием смотрела на принца. — Кто теперь будет нашим королем? Куда мы летим? И где будем жить? Окружающие согласно загалдели, желая узнать дальнейшие действия. Неизвестность пугала. Тор тоже боялся этого: недоверия со стороны своего народа, неподчинения со стороны своих воинов. Он неуверенно огляделся по сторонам, пытаясь натолкнуться хоть на один решительный взгляд, который может подтолкнуть на принятие того или и иного решения. Астрид заметила эти судорожные движения и быстро опустила ладонь на плечо бывшего лучшего друга. — Что будем делать дальше? — шепотом спросил блондин, сам не понимая зачем. Наверно, Тор хотел, чтобы кто-то принял решение за него, снимая ответственность. Девушка слегка опешила и потупила свой взгляд. Она и представить не могла, что ответить ему на этот вопрос. Да и слишком неожиданным стал этот поступок. Эта парочка так и осталась друзьями, иногда перебрасываясь обыденными фразами, вот только как раньше уже ничего не было. Ри перестала обращаться к нему по имени, употребляя только Ваше Высочество или Принц, а Одинсон на некоторое время вообще забыл о существовании девушки. М-да, плохие из них вышли друзья. — Ты царь, — шепнула воительница и посмотрела на присутствующих асгардцев. — По праву наследования. Тор, ты всегда делал всё для своего народа, слушал своё сердце и поступал правильно. Тебе не нужен мой совет. И это оказалось лучшее, что только могла произнести Астрид. В качестве благодарности Бог Грома слегка улыбнулся, кивая головой. А голос внутри просто кричал о том, что иначе и быть не могло. Сын Одина повернул голову к народу, что стояли и смотрели на наследника. Наверно, в этот момент нужно было сказать что-то важное, вдохновляющее и подзывающее к действию. Вот только слова так и застряли где-то посередине горла. Какая-то тревога закралась в сердце, а от этого и неуверенность. Заметив этот взгляд наполненный страхом, Хеймдалль сделал всё сам. Он просто приклонил своё колено, опираясь на меч с радужного моста и монотонно произнёс «Мой царь». За его порывом последовали и остальные, жители Асгарда один за другим опускались на колени перед новым предводителем, перед Богом, что поведет их в светлое будущее. Конечно же, они испытывали страх и неуверенность, ведь потеряв свой дом, многие потеряли и ориентир в жизни. Однако в них ещё есть силы довериться кому-то, положить свою жизнь в чужие руки и слепо следовать. «Невероятно» — подумала Астрид и с интересом осмотрела асгардцев. Её сердце стучало с такой бешеной скоростью, что, казалось, стоящая рядом Валькирия могла услышать его стук. Ладони слегка вспотели, а взгляд то и дело цеплялся за профиль лица Бога Грома. Тор же с удивлением смотрел на свой народ и не понимал что происходит, кажется, он был ошеломлен и слегка смущен. — Астрид! — послышался шёпот темнокожей воительницы. Она выразительно посмотрела сначала на подругу, а после на пол, как бы намекая. Спохватившись, Ри слегка приподняла полы своей юбки и тоже опустилась на колено, склоняя голову набок. Объяснить то, что в это мгновение чувствовал Тор просто невозможно. Его сердце билось в два раза быстрее, чем у воительницы-подруги, а взгляд начал затуманиваться от такого количества адреналина. Мужчина даже почувствовал легкие разряды молний на кончиках пальцев. Происходящее вокруг волновало его, наверно, даже слишком сильно. — Народ Асгарда, я стану для вас лучшим царем. Я не подведу вас! — громко и чётко произнес мужчина, ощущая, как пересохло во рту, а ладони вспотели.***
В космосе время шло в разы медленнее. В особенности, когда продолжаешь дрейфовать без какой-либо цели. И сначала Бог грома и молнии вёл своих людей, придумывал различные планы, поддерживал и утешал свой народ. Однако со временем силы в Одинсоне иссякли, и он сам поддался общей апатии, впадая в своеобразную депрессию. Почему своеобразную? Дело в том, что почти все его обязанности взяли на себя Валькирия, Локи и, конечно же, Астрид. Одной из её «обязанностей» являлось выгонять молодых особ из покой короля, а после ещё и утешение этих дурочек, которые искренне поверили в свою уникальность. Иной раз воительница тихо проклинала своего друга, дожидаясь, когда же девушки на корабле закончатся, и он успокоился. «Как бы ещё по второму кругу не пошел» — подумала Ри. В один из монотонно протекающих дней, утро Астрид началось именно с этого. Она зашла в покои своего Царя, замечая на постели мулатку. Покрывало прикрывало лишь её нижнюю часть тела, а большие груди выгляди как-то неестественно, слишком уж огромный размер. Вот только не эта «аномалия» привлекла внимание воительница. А рядом лежащий с ней белокурый мужчина, что держал в одной руке бутылку с алкоголем. К сожалению, подобного пойла на судне было в избытке. Глаза Тора были прикрыты, как и рот. Мирное сопение подсказывало, что он спит. — Встаём, милочка, — спокойно произнесла девушка, слегка толкая любовницу в бок рукой. Прикасаться к ней совершенно не хотелось, но другого выбора у Астрид просто не оставалось. — Ты меня вообще слышишь? Поднимаемся, солнце уже встало, птички поют и все в таком духе. Воительница говорила вполне громко, нисколько не боясь разбудить Одинсона. И вполне себе обоснованно, ведь мужчина был в полной отключке из-за выпитого ранее бурбона. — Что за?! — прозвучал сладкий голосок девушки, которая еле открыла свои раскосые глаза. В её взгляде так и плескалось недовольство и желание отомстить за столько раннее пробуждение. — Чего тебе здесь надо? Воительница выжидающе посмотрела на писклявую особу и сложила руки на груди. Одна её бровь слегка приподнялась, как бы спрашивая: Ты серьезно? А ведь эта «невинная» девушка даже представить не может, что после столь бурной и столь незапоминающийся ночи Тор даже не вспомнит её имени. Он никогда не придавал значимости таким легкодоступным особам, а ведь каждая из них мечтает стать королевой, женой великого Бога. — Считай, что я охраняю короля от таких как ты, — монотонно произнесла Астрид и несколько раз хлопнула в ладоши. Кажется, она совершенно не волновалась о благополучии самого Одинсона. — «Проснётся и хорошо. Я ему не нянька» — подумала девушка и снова посмотрела на девчонку. — Давай, вставай. Одевайся. — Пошли вон отсюда! — неожиданно пробурчал король. Воительница перевела на него взгляд и в очередной раз убедилась, что он и не собирается просыпаться. Тор явно был в состоянии осознать происходящее в полной мере, а иначе не поступал бы так с единственным человеком, что поддерживает его репутацию. — Что?! — возмущенно проговорила ночная спутница мужчины, отодвигаясь от своего любовника. Вот только даже эти глупые слова не заставили её подняться с постели. Астрид, в отличие от это слишком эмоциональной молодой «леди», даже не обратила внимания на неразборчивую речь своего короля. Он не в первый раз повышает голос в её присутствии, не в первый раз напивается до состояния «я ничего не помню, а значит, ничего и не было». Вот только, если Тор ничего не помнит, то не значит, что и ей память тоже «отбивает». Признаться честно, Ри уже порядком осточертело каждый раз «прибираться» за мужчиной, но выбора нет. Локи никогда подобным заниматься не будет — слишком много чести, а Валькирия не интересуется похождениями своего друга, а также его образом в глазах народа. — Что слышала, — уже грубее ответила Ри, начиная медленно выходить из себя. — Проваливай отсюда, пока я не применила силу. — Да ты… ты… — девушка с возмущением взглянула на воительницу, а затем резко подскочила на ноги и, найдя свою одежду, направилась в сторону выхода. Похоже, она даже не подумала о том, что нужно одеться, прежде чем покидать покои своего Царя. Астрид с наслаждением наблюдала, как эта невоспитанная покидает покои Одинсона. Однако после наслаждения пришла лёгкая злость. Эта девчонка сейчас пойдет по коридору, где встретит кого-то. После чего данная история, как снежный ком начнёт разноситься по кораблю, а к вечеру уже все будут знать об очередном похождении Бога грома и молний. — Вот же, — ругнулась молодая особа и разъяренно глянула на своего друга. Тор же так и продолжал посапывать, повернувшись на бок. На его губах даже появилась лёгкая улыбка, наверно, сниться что-то по истине прекрасное. — Чтоб Один тебя сразил! — Ну, что за херь? — недовольно проговорил Тор, приоткрывая глаз и смотря прямо на свою подругу. Он бы предпочел ещё поспать, но её появление нарушало не только его сон, но и спокойствие. — Астрид, чего ещё? Похоже, мужчина совершенно не думал о том, что только что из его комнаты вылетела разъяренная девчонка. Для асгардца это было обычным делом, чтобы уделять пристальное внимание. И правда, зачем заботиться о своей репутации? Для этого же есть Ри, она со всем справится. — Ты издеваешься? — разозленно произнесла молодая особа. Ей сейчас хотелось топнуть ногой, ударить Одинсона чем-то тяжелым и больше никогда не появляться в его покоях. Вот только девушка не могла себе позволить подобного поведения. Не смотря на довольно близкое общение с Богом, он продолжал оставаться её Царем, предводителем. А правила общения с «высшими» сословиями Астрид знала хорошо. Сделав два или три глубоких вдоха и выдоха, воительница продолжила говорить уже спокойно. Однако внешне она показывала всё свое недовольство: одна рука покоилась на талии, а брови сведены вместе. — Я только что выгнала одну из ваших «подружек», — проговорила воительница, выделяя последнее слово особо ярко. — Не думаете ли вы, мой король, что стоит уже перестать приглашать их к себе? Скоро на этом корабле не останется ни одной приличной девушки, а также спиртного. — Ну, не преувеличивай, Ри. Тем более, что одна приличная девушка здесь будет всегда, — тяжело вздохнул мужчина, недовольно глядя на нежданную гостью. — Просто не обращай внимания. Блондин закинул руку за голову и, наконец, расслабленно прикрыл глаза, будто кот, после чего улыбнулся, наслаждаясь моментом. Головная боль его совершенно не мучила, в принципе, как и совесть, которой не было. «И почему я только выгораживаю его? Зачем всё это делать?» — подумала Астрид, после чего посмотрела на друга, выжидая от него продолжения. — А может, ты хочешь составить мне компанию? — с лёгкой насмешкой произнес Бог грома и молний, даже не удосужившись открыть свой глаз. — Отдохни, расслабься. Что ты всегда такая серьёзная? После произнесённой фразы, глаза воительницы тут же распахнулись. Она просто не могла и слова вымолвить от возмущения, а также шока. Тор же так и продолжал лежать на своей постели, прикрытый лишь одной простыней. Возможно, алкоголь ещё не до конца вышел из его организма, поэтому он не понимает, что говорит… «Нет, это не оправдание! Он только что, какого вообще чёрта?» — подумала про себя молодая особа, пытаясь переосмыслить произошедшее. Раньше никто не позволял себе ничего такого. Даже ещё в Асгарде мужчины относились к ней с уважением, двуличный Локи не был исключением. — Думаю, что тебе достаточно компании, — хмыкнула Астрид, делая уверенный шаг назад. — Ну, ты не так всё поняла! Я же говорил о простом разговоре по душам, — заныл мужчина, всё же открывая свой глаз и внимательно изучая подругу, которая была одета с иголочки. — «И откуда только в этой консервной банке столько тряпья?» — Хватит, Вам, Ваше Величество, стоит немного побыть в одиночестве, протрезветь и, наконец-то, взять дела в свои руки. Твой народ ждёт тебя, прекращай развлекаться, — прервала веселье воительница, стараясь убедительно взглянуть на мужчину. — Народ, народ…. Этому народу плевать, кому смотреть в рот. Так что, я должен ублажать их и пресмыкаться? — привставая на локтях, произнёс сын Одина. — Я уже говорил, что меня устраивает то, как я живу и правлю. Ничего меняться не будет, Астрид. Девушка пришла в тихое возмущение от сказанных им слов. Ей совершенно не понравился этот пренебрежительный тон Тора. Отчасти молодой особе было обидно, потому что именно она была инициатором этих самых выборов правителя, по мановению её руки Одинсон решился принять свою «судьбу». «Вот бы Один был жив…» — подумала воительница. Ну, если бы её мысли оказались реальны, то тогда и жизнь была бы другой. — В таком случае, — с обидой произнесла Ри и, развернувшись на пятках, пошла к двери. — Я пойду смотреть в рот кому-то другому, мой король. — Локи тебя подери, Астрид! — вскрикнул Бог грома и молний, подрываясь с кровати. Вот только не успел бы он поймать девушку, даже если сильно захотел. Запустив руку в свои короткие светлые волосы, слегка сжал их. Мужчина чувствовал себя настолько паршиво, что хотелось крушить всё вокруг. — «Мне всегда говорили, что дружить со мной сложно… Моя Ри, она всегда была рядом в детстве. Да даже сейчас. Как я мог себя так с ней повести?»***
Прошло ровно неделя, а может даже две. Астрид не следила за временем, ведь теперь её жизнь била ключом. Она перестала выгонять девиц из покоев Тора, признаться честно, девушка вообще перестала с ним пересекаться. После брошенных им слов воительница поняла, что изменить уже ничего не может. Да и сейчас для неё было важно вернуть народу Асгарда тот настрой, который был несколько лет назад, когда они ещё жили на родной планете, когда их король и королева были живы и, когда два брата не желали убить друг друга. По крайней мере, они не совершали выпады так явно. — Спасибо, дочка, — проговорила одна старушка, когда Ри помогла ей обустроиться в новой каюте. Они с Локи, наконец-то, разобрались с распределением народа, к счастью, бывший принц активно ей в этом помогал. — «А он изменился. Ну, с того момента, как я столкнула его с лошади в лужу».***
— Астрид, не отставай! — хохоча, сказал Тор, ловко управляясь с вожжами в своих руках. Ему нравилась верховая езда, ведь мама часто говорила, что хороший король должен уметь управлять своим транспортом. А старший сын Одина явно был лучшим в этом деле. Ещё большую радость приносило то, что освоить в совершенстве верховую езду он смог в столь раннем возрасте — 7 лет. И да, его брат и подруга тоже ездили верхом, но Локи долгое время побаивался садиться на лошадь, а Астрид просто девчонка. — Не отстаю я! — в ответ крикнула девочка, еще несколько раз ударив своего коня хлыстом. Тот недовольно проворчал, но в скорости всё же прибавил. — «Да, это не отцовский вороной скакун, но тоже подойдёт». Сзади за девушкой, набирая обороты, ехал Локи. Его конь был своенравным, но при этом довольно свирепым. Почти никто из воинов не решался брать его на объезд, потому что знали о сложности характера этого строптивого жеребца. А быть скинутым не очень то и приятно. Однако юного Бога обмана и коварства это не сильно останавливало. Сделав несколько призывающих к действию движений, он в считанные секунды оказался рядом с Астрид и с насмешкой произнес: — Что? Кляча твоя ехать не хочет, да? — А ты все никак не успокоишься, братец? Хоть день можешь прожить без язвительных замечаний? — старший сын Одина нахмурился, бросая лёгкий и недовольный взгляд на своего близкого родственника. Кажется, не наступит тот день, когда эти двое смогут друг с другом поладить. Проще было просто перестать обращать на них внимание, чем приучить к адекватному общению. Чаще всего так и поступали большинство жителей замка. Локи подобное обращение очень не понравилось. Он ненавидел, когда брат учил его или же давал советы. Маленький хитрец никогда не просил их, поэтому воспринимал всегда в штыки. Вот и сейчас так и произошло, однако вместо привычного резкого слова Лафейсон решил прибегнуть к магии. Легким движением руки он создал иллюзию змеи, которая ползла прямо к Тору и его скакуну. Конечно же, Бог грома и молний не обратил внимания на ползущего под ногами коня гада, зато сам конь обратил. Он тут же встал на дыбы, возмущённо издавая протяжный гогот. Блондин среагировал моментально, натягивая вожжи, таким образом, заставляя животное остановиться и успокоиться. Одинсон бросил недовольный взгляд на брата. «Как же это в его стиле» — подумал мальчик. Астрид не сразу поняла причину такой бурной реакции коня Тора, а когда поняла, было уже слишком поздно. Её вечно спокойная и даже слегка ленивая кобыла встала на дыбы, от чего молодая особа немного перепугалась. Она пыталась хоть как-то успокоить ее, однако та просто оказывалась понимать, что это лишь иллюзия, глупая шутка Локи. — Один тебя подери, — ругнулась Ри и натянула вожжи на максимум, также поглаживая лошадь по шее. Спустя минуты две или три кобыла все же успокоилась, а девочка злым взглядом уставилась на Бога обмана и лжи. Будущая воительница просто ненавидела такие фокусы, так как понимала, что ответить ничем не может. Она лишь обычный человек, который не наделён никакими силами. — Ты, — яростно прошипела Астрид, после чего схватилась за свой хлыст. Даже не успев осознать все свои действия, девочка несколько раз ударила по бокам скакуна Локи, пуская того в галоп. Мальчик всячески пытался ухватиться за гриву.***
В одну из ночей, Тору не спалось. Он готов был даже биться головой об стену от ужасной бессонницы, но перед глазами каждый раз всплывал образ почившего Одина. Тот говорил ему о долге, о народе, о погибшей планете и ответственности, что переходит вместе с титулом короля. «И почему именно сейчас?» — в отчаяние думал Бог, переворачиваясь с одного бока на другой. Не выдержав этой давящей тишины, король вскочил с кровати. Он начал ходить по комнате взад-вперёд и, подумав буквально минуты две, мужчина решился на необдуманный поступок. Тор вышел из покоев и направился в сторону тех, за которыми жил нужный ему человек. Всю дорогу старший сын Одина оглядывался, стараясь убедиться, что за ним никто не идёт или же не следит. Остановившись возле покоев Астрид, он, недолго думая, стукнул по двери древком молота, успешно открывая дверь и приникая внутрь. Тьма тут же окружила его, заставляя слегка щуриться и вглядываться в силуэты. И хоть мужчина и был пьян, но сноровку явно не потерял. Воительница проснулась резко, вздрогнув от шума. Для неё подобные пробуждения стали привычными, так как на этом судне скрежет метала вполне привычная практика. Наверно, именно поэтому девушка даже внимания то особого не обратила. Однако дальше она ощутила еле слышимый холодок. По ногам пробежали мурашки, а глаза открылись. Рука тут же потянулась за ножом, что лежал под подушкой. Сжав деревянную рукоятку тонкими пальцами, Ри не стала медлить ни секунды. Молодая особа развернулась к «нападавшему» и дернула его за руку на себя. Особо сопротивления русоволосая не почувствовала, поэтому смогла спокойно перевернуть тушку на спину, прижимая острие ножа к горлу. — Жить надоело? — яростно спросила девушка. Она со всей возможной ненавистью смотрела на лучшего друга, не понимая, что же его могло сюда привезти. Однако лишь по одному взгляду на мужчину легко понять, что алкоголь главенствует в его подсознании. Одинсон же не до конца понимал, в какой момент потянулся к ее телу, как оказался на ее кровати, но, открыв глаза в следующий раз, увидел восседающую на себе воительницу, которая выглядела просто невероятно возбуждающе. На ней было надето темно-синее ночное платье, сшитое из самой легкой и самой приятной шелковой ткани, которая только могла быть в Асгарде. Вот только мужчину заботила не мягкость материи, а то, как аппетитно выглядела среднего размера грудь, выглядывающая из-под лифа или же, как притягивали взгляд и руки округлые бёдра. Сдерживать внутренние позывы Царь просто не мог, поэтому, не медля, он стал проводить рукой оголенному бедру молодой особы, то и дело, касаясь ткани женской одежды. — Убери руки! — прорычала Астрид, после чего дёрнулась. Ее руки тут же схватили чужие ладони, отодвигая от своих бёдер. После чего воительница все же решила включить свет. Подведя руку к нужному датчику, она провела пальцами по воздуху. В помещение тут же появился тусклый свет, еле горящий. Однако, не смотря на наличие освещения, девушка так и не убрала холодного оружия. Она дождалась, когда зрение придёт в норму, а заметив своего Бога грома и молний, тут же убрала орудие. — Тор, ты сдурел? — разозлённо прошептала Ри, выпрямляя спину, но, так и не слезая с мужчины. — Не кричи, — нахмурился Одинсон, несмотря на то, что молодая леди и не кричала. Он продолжил вести руки вверх, приподнимая ткань ночного платья и добираясь до талии девушки. Правая ладонь двигалась к ягодицам Астрид, а левая осталась на талии. Тор чувствовал, как быстро возбуждение нарастает внутри, заставляя сердце мужчины гораздо быстрее биться. — Перестань, — в приказном тоне произнесла воительница, схватив Царя за ладони и с силой отодвигая от своего тела. Ей не нравилось, что мужчина позволяет себе подобное. Её память была хорошей, даже слишком. Русоволосая прекрасно помнила каждую из тех, что приходилось выгонять утром, а становиться одной из них Астрид совершенно не хотелось. — Разве ты не должен высыпаться в своих покоях? — спросила она, внимательно заглядывая в поплывший взгляд. — Я король! И могу находиться там, где пожелаю! — недовольно пробурчал старший сын Одина, возвращая руки туда, где им и следовало быть. Наверное, если бы Тор покопался в своих чувствах и самых глубоких уголках души, он бы осознал, что давно влюблён в эту девушку и отдал бы все за то, чтобы быть рядом с ней. Так что мешало? Черт его знает. То ли отсутствие мозгов, то ли желание обладать всем, что только движется и не движется. Ответить на этот вопрос слишком сложно. — Да, ты можешь находиться там, где пожелаешь, — уверенно произнесла Ри и улыбнулась уголками губ. Её пальцы запустились в ежик светлых волосы, слегка ероша. — Уберешь свои руки? Или это тоже твое королевское решение? — Астрид, — Тор смотрел в ее верные, любящие глаза и видел в них огромный океан чистейшей воды. Ему было до дрожи в теле приятно быть рядом с ней. Он даже смог ощутить, как действие алкоголя окончательно отступает в сторону, сменяясь опьянением от ее красоты. — Если бы я попросил, ты бы встала по правую руку от меня? Стала бы матерью моих детей? Астрид удивлённо посмотрела на мужчину. Она не могла поверить, что эти слова вылетели именно из его уст. С одной стороны, Тор всегда несет какой-то бред, иногда не следя за своими словами. С другой стороны, что-то в его взгляде наталкивало на мысль, что мужчина на полном серьёзе. — В тебе сейчас говорит спиртное, — немного сипло произнесла воительница и захотела сползти с крепкого тела. Однако Одинсон моментально пресёк эти попытки, останавливая её своими крепкими руками. Мужчина потянулся к пряди волос, которая сползла на лицо, и убрал ее за ухо. Улыбнувшись, он рывком сократил расстояние между ними и прильнул к ее губам, задержавшись лишь на секунду, будто пытаясь убедиться, что все это не сон. Сначала Ри попыталась отстраниться, что-то сказать. Но у неё самой внутри шла борьба, ведь девушке хотелось поддаться. Она так долго безответно любила этого напыщенного парня, что и не могла представить о взаимности её чувств. Дёрнувшись, Астрид всё же положила свои маленькие ручки ему на грудь, но вместо того, чтобы оттолкнуть — притянула ближе. Сквозь поцелуй она расплылась в улыбке, запуская свои пальчики обратно в волосы и слегка массируя затылок. — Ты ведь отстанешь на ночь, да? — прошептала Астрид, соприкасаясь своим лбом со лбом короля. — Я хочу остаться с тобой навсегда, — тихо прошептал Тор, ощущая щекотку внизу живота. Такие чувства он испытывал только рядом с ней — когда она мило смеялась над его шутками, когда пугалась, когда с громкими криками побеждала его в детских сражениях. Бог грома и молний понял, что испытывать подобное он может только рядом с ней, но все это время не решался сделать простой шаг — честно признаться во всем, что чувствует. Теперь же его ничто не останавливает. Одинсон может быть рядом с той, что заставляет его сердце биться быстро, а ладони потеть.
