Всё, как всегда

      «Впрочем, всё так же, как и всегда», – подумал Игорь, заходя в квартиру, изнутри которой доносились голоса, явно о чём-то спорящие.       – А я тебе говорю, что Дамблдор больше походит на главного злодея! Это же он всё спланировал, подготовил и вообще, – почти агрессивно сказала Юля.       – Не может величайший маг волшебного мира быть злодеем! – не менее возбуждённо ответил ей Дима, размахивая руками.       – Тогда почему этот самый «величайший маг» не победил Волан-де-Морта сам? Почему отправил сражаться с ним маленького мальчика, который, при всём при этом, о волшебстве-то знал всего ничего?! – Юля фыркнула и тряхнула волосами. – он просто старый маразматик и интриган. Ничего не знаю!       – Гарри Поттер был Избранным, это была его судьба! И вообще, не порти мне детство!       Дима обиженно откинулся на спинку стула и, скрестив руки на груди, отвернулся от девушки, которая победно улыбалась.       Казалось бы, обычный субботний вечер, обычные посиделки с друзьями. С кухни доносился приглушённый звук телевизора и голоса тёть Лены и дядь Феди, Юля и Дима затеяли очередной спор об очередном сюжетном повороте любимой франшизы, всё, как всегда. За исключением одной маленькой детали – на диване, стоящем у дальней стены гостиной сидели ещё два человека, которым было слишком очевидно некомфортно.       Игорь осмотрел всё это безобразие, со словами: «Тёть Лен, я купил ананасы, на столе стоят», – поставил банку на вышеозначенный предмет мебели и двинулся к дивану, где плюхнулся прямо между Серёжей и Олегом, усевшись на их колени одновременно. Когда же он откинулся назад, те еле успели раздвинуться, чтобы придавившая их туша хотя бы не врезала им своей головой.       Игорь же со всем комфортом устроился на освободившейся спинке дивана, откинув голову. Только ещё мурчать не начал, словно какой-нибудь кошак.       – Игорь, веди себя прилично, – прошипел Олег. – И так ситуация не очень, а ты ещё усугубляешь.       Гром нахмурился, вспоминая вчерашний вечер. Серёжа, как упрямый мул, упёрся в своё: «Я не поеду!!!» – Игорь не менее упрямо отвечал: «А я сказал поедешь!» – и только Олег с выражением лица “господи-прости-заебали” молча пил пиво и не участвовал в столь оживленной, но не сильно разнообразной дискуссии.       – Да почему ты не хочешь ехать-то, объясни по-человечески, Серый! – взревел Гром, не выдержав трёхсотого круга этого ада.       – Не хочу разрушить твою семью! – проорал Разумовский и весь как будто сдулся.       Повисла звенящая тишина. Игорь просто охуел от этой новости, так как ожидал услышать любую причину кроме этой, а Серёжа испугался того, что в итоге сказал правду, которую озвучивать ну вот вообще не собирался.       – Понимаешь, Игорь, у нас нет семьи. Мы стали друг другу семьёй, – нарушив молчание, сказал Олег. – И мы не хотим как-нибудь случайно испортить отношение твоих почти родителей к тебе, – он залпом прикончил остатки пива и хотел было уже уйти на кухню, как вдруг Игорь, отдышавшись, выпалил:       – В каком смысле “мы”, Олеж?       «Всё-то тебе разжевать надо, мент недобитый», – подумал Олег. Вздохнув он повернулся к Грому и начал говорить:       – Прокопенко росли в совке. У них другое воспитание, другое восприятие мира…       – Дядь Федя мне сам сказал, что хочет с вами лично познакомиться, – недовольно перебил его Игорь. Он зыркнул на них обоих. – Думаешь он мне соврал? Зачем? Чтобы мы пришли вместе и тогда полить нас грязью? Такой ты думаешь он человек?       Он уже чувствовал, что начинает злиться. За кого они принимают его и его семью?! Неужели думают, что они способны на такое лицемерие?! Злость почти моментально сменилась печалью и каким-то смирением.       – Ладно, не хотите, волоком вас не потащу. Просто я хотел… – он немного нервно выдохнул. – Неважно, ничего я не хотел.       Он уперся кулаками в колени, встал с дивана и вышел из комнаты. Олег и Серёжа переглянулись. Они чётко почувствовали эту перемену в его настроении и поняли, что переборщили и задели за живое. Не специально, конечно, но больно сделать умудрились.       Некоторое время они просто молча обдумывали, что должны предпринять сейчас.       Придя в голове к каким-то только ему известным умозаключениям, Сергей направился в спальню, где скрылся Игорь минут десять назад. Тот лежал на кровати, почти свернувшись в клубок и агрессивно делал вид, что спит, хотя злое сопение выдавало его с головой. Серёжа слабо улыбнулся, увидев эту картину. Он залез на кровать, устроился рядом и обнял его, прижавшись со спины. Игорь напрягся, видимо готовясь к очередному раунду спора.       – Ты прости нас. Мы не хотели обидеть ни тебя, ни Фёдора Ивановича. Просто… Неужели он и правда принял твои… ну, такие отношения?       Гром глубоко вдохнул и развернулся в объятиях.       – Далеко не сразу. Я вас просто напрягать не хотел. А как всё наладилось – вы упёрлись как бараны.       – Что? – такой информации Разумовский точно не ожидал. Он начал экстренно вспоминать поведение Грома последние пару месяцев. Осознание накрыло быстро: – Ты поэтому такой дёрганный весь сентябрь ходил?       Игорь неопределённо пожал плечами.       – Почему не сказал?!       – Не видел смысла. Дядь Феде и тёть Лене надо было всё переварить, нужно было время. Мне в общем-то тоже.       Серёжа уткнулся лицом в грудь Игоря и пробормотал:       – Прости, пожалуйста. Что не заметили, что ты переживал. И что сейчас нервы потрепали…       – Да чего уж там, не извиняйся, – Игорь провёл рукой по его спине и зарылся в волосы на затылке. – Не стоило мне давить, – он оставил на макушке поцелуй и улёгся удобнее. – Давай спать, я очень устал.       Серёжа хотел было возразить, что они до сих пор ничего не решили, но Игорь уже засопел, в этот раз по-настоящему.       Разумовский полежал неподвижно ещё минут пятнадцать и, убедившись, что Гром точно спит, выпутался из объятий и вышел на кухню. Олег, не повернувшись и не отрываясь от своего занятия, спросил:       – Ну что решили?       – Ничего.       Серёжа залез на один из барных стульев, стоявших у стойки, и недовольно поморщился, на что Олег усмехнулся и, покачав головой, наклонился к шкафу за миксером. Для него уже было привычным желание Серого не оставлять конфликты нерешёнными. Тот однажды, будучи ещё студентом, ударился в изучение психологии и теперь не давал лечь спать, если отношения не были выяснены до конца, что очень долго воспринималось Олегом как “не давал жить спокойно”.       – А что ты делаешь? – наконец обратил внимание на происходящее Разумовский.       – Бисквит, – коротко ответил Олег и, зная, как бесят Серёжу такие неполные и отрывистые ответы, пояснил, – завтра утром сделаю торт. Не идти же в гости с пустыми руками.       Серёжа вскинул голову и ошарашенно уставился на мужчину. Встреченный ответный взгляд ясно говорил, что всё уже решено, что завтра они действительно пойдут знакомиться с семьёй Игоря и что уже никакие доводы не помогут, как бы Разумовский не боялся там показываться. Олег принял решение и занял сторону Игоря.       – Не смотри так на меня. Гром всё объяснил, нас там ждут. Нет смысла сейчас что-то придумывать, – он отвернулся к раковине и стряхнул с рук остатки муки. – Не ищи мозг в заднице, Серый, он там анатомически не предусмотрен. Если сказали, что всё нормально, значит всё нормально.       Разумовский закатил глаза и принял своё поражение. ***       Юля поднялась со своего места и, поставив свою кружку с чаем на стол, подошла к дивану, на котором Олег и Серёжа недовольно шипели на Игоря, который и не думал двигаться куда-либо с их колен, а только вольготнее разлёгся, не чувствуя никаких угрызений совести.       – Ну серьёзно, Гром, не заставляй меня пожалеть, что я согласился, – успела услышать девушка слова Олега, прежде чем он обратил на нее внимание и замолчал, уходя в глухую оборону, ибо предполагал, зачем она к ним подошла.       – Мы все в курсе, что о принятых решениях ты не жалеешь, так что завали и не мешай наслаждаться. О, Юль, ты что-то хотела? – Игорь, наконец, соизволил открыть глаза и теперь смотрел на стоящую перед ним журналистку, стараясь игнорировать смешинки в её глазах.       – Нет, ничего, – девушка по-доброму улыбнулась. – Непривычно видеть тебя таким довольным. Ты, оказывается, умеешь улыбаться, кто бы мог подумать!       На этих словах она отпрыгнула от дивана, потому что Игорь подорвался и попытался схватить её за талию, но промахнулся. Рассмеявшись, она бросилась бежать, но у Грома достаточно длинные руки, да и в целом он быстрый, так что он настиг её около стола и начал щекотать, в ответ на что Юля громко рассмеялась и попыталась вырваться из его хватки. После непродолжительной борьбы она сдалась, откинулась в объятьях на его грудь и сказала:       – Всё-всё, сдаюсь!       – Вот, то-то же!       Игорь обнял её за талию и наклонившись к уху прошептал:       – Да, я и правда доволен.       Юля мягко улыбнулась и положила свои руки поверх его.       – Я знаю. И я очень за тебя рада. Искренне.       Она повернула голову, чмокнула его в щёку и, неожиданно вывернувшись из объятий, заломила его руку назад.       – Но это не повод отвлекаться!       Она победно ухмыльнулась и отпустила Грома, который к этому моменту уже успел пожалеть, что начал учить её самообороне.       – Допрыгаешься ты, Пчёлкина!       Наблюдавший за потасовкой Дима перевёл свой взгляд на Олега с Серёжей. Те, не заметив его внимания, смотрели на Грома, который снова обнимал Юлю, одинаково влюблёнными взглядами. Именно такими взглядами смотрели друг на друга Прокопенко с тётей Леной. Таким взглядом, Дубин был уверен, он сам смотрел на Юлю. Именно такие взгляды, настоящие, те, которые появляются, когда ты думаешь, что никто на тебя не смотрит, именно они показывают настоящие чувства.