Гарри Поттер и Фанфик в Хогвартсе

Падал снег. Редкие белые снежинки медленно кружились в своем замысловатом танце, опускаясь на каменный пол и сразу же тая. Было холодно. Резкие порывы ветра заставляли юношу, застывшего на вершине Северной башни Хогвартса, недовольно морщиться и сильнее закутываться в шарф слизеринских цветов. Был поздний вечер, почти ночь, но замерзавшего парня не беспокоило давно прошедшее время отбоя. Том Марволо Риддл, а это был именно он, думал о своем очередном прошедшем дне рождения. Сегодня ему исполнилось шестнадцать лет. Ещё год - и он станет совершеннолетним волшебником, вольным применять магию вне Хогвартса. Множество планов, возможностей, которые нужно реализовать, идей, которые он планирует воплотить в жизнь... Все это занимало голову юноши, и мысли его уплывали все дальше и дальше. Сейчас Том уже добился довольно высокого положения в иерархии своего факультета. Студенты Слизерина уважали его, а некоторые даже боялись. Связи со многими полезными в перспективе людьми могли сильно помочь в будущем. К тому же, знакомства с наследниками древних родов позволяли получать доступ в старинные библиотеки, накопленные многими поколениями чистокровных волшебников. Знания - вот что волновало молодого Тома Риддла в первую очередь. Парень искренне не понимал, как многие студенты, в том числе некоторые из его однокурсников, позволяли себе учиться спустя рукава. Ведь для него каждая крупица информации была ценной, давала ему все больше силы и власти над окружающим миром. Другие же дети добровольно лишали себя этой силы, впустую растрачивая свой магический дар. Они как будто не понимали своей исключительности - сама Магия одарила их! - но большинству было просто всё равно. Все эти мысли постепенно приводили Тома к идее о преподавании. Он понимал, что должен объяснить другим важность знаний, научить их ценить волшебство, поднять магию на новый уровень. И самое главное - показать всем, что они лучше каких-то магглов! Магглов Том искренне ненавидел. Прожив всё детство в приюте, где его не любили лишь за то, что он отличался от остальных, Риддл отвечал взаимностью на эту нелюбовь, считая не-волшебников низшими существами, не достойными его признания или хотя бы капли уважения. Том часто задумывался о том, что без магглов мир был бы гораздо лучше. Ведь тогда бы ему не пришлось бы возвращаться к ним каждое лето, не пришлось бы бояться, что его убьют на этой глупой маггловской войне. Страх умереть был, пожалуй, самым сильным страхом юноши. Именно поэтому, находясь в волшебном мире, Том изо всех сил пытался найти способ сохранить себе жизнь, обрести бессмертие. И в этом году ему наконец-то повезло: он нашёл информацию о неком тёмном ритуале, позволяющем возродиться даже после смерти. Эта магия называлась крестраж. Книгу о ней он достал в Запретной секции библиотеки, а после этого также уточнил все непонятные моменты у своего декана - Горация Слагхорна. В данный момент Том ещё раздумывал, применять ли эти знания на практике, хотя идея казалась ему весьма заманчивой. За подобными мыслями парень не заметил звука тихих шагов за спиной. Лишь когда человек подошёл совсем близко к нему и облокотился на каменное ограждение рядом, Том, вздрогнув от неожиданности, резко перевел взгляд с кромки Запретного Леса вдали на неожиданного визитёра. Он не ожидал увидеть кого-то в одном из самых непопулярных мест Хогвартса в такое время. - Чудесная сегодня погода, не так ли? - глаза Дамблдора загадочно блестели за стеклами очков, а губы были растянуты в лёгкой улыбке. Тома всегда удивляла, и, честно сказать, раздражала эта манера в любой ситуации сохранять безмятежность. Любой другой профессор, поймав студента ночью после отбоя, снял бы с него пару десятков баллов и отправил бы в гостиную факультета. Альбус же, казалось, совершенно не беспокоился о подобных мелочах. - Простите, профессор, - вежливо склонил голову юноша, тем не менее, проигнорировав вопрос, - Мне не следовало находится здесь в подобный час. Я немедленно вернусь в гостиную Слизерина. - Да... Стремление нарушать правила свойственно всем студентам твоего возраста. Но я прекрасно понимаю тебя, в такую ночь сложно удержаться от прогулки. Я и сам частенько захаживаю сюда ночами. Эта башня, конечно, не так популярна, как Астрономическая, да и зимой здесь холодновато, но вид того стоит. Дамблдор устремил свой взгляд вдаль, отвернувшись от слизеринца. Из-за снегопада нельзя было разглядеть многого, но этого и не было нужно. Сами падающие снежинки, освещенные светом, исходящим из окон замка, выглядели волшебно. Они кружились, сходясь и расходясь, поднимлись под порывами ветра и тут же опусклись вновь по замысловатым траекториям. Магия самой природы была, без сомнения, прекрасна. Не решаясь уйти, пока профессор завороженно любовался снегом, Риддл застыл в двух шагах от него, раздумывая, что предпринять. Вдали раздался бой часов, ознаменовавший начало нового дня. Дамблдор повернулся к Тому, явно собираясь что-то сказать, но не успел. С последним ударом часов воздух в центре площадки, на которой они находились, немного засветился, разгораясь всё ярче и ярче, и, внезапно обретая плотность, превратился в странного вида девушку с книгой в руках. Альбус Дамблдор и Том Риддл с одинаковым изумлением наблюдали это странное явление, не похожее ни на что, виденное ими раньше. Казалось, незнакомка просто воплотилась из воздуха, снега и света, презрев все законы магии. Впрочем, довольно глупо было бы не верить в чудеса в Магическом мире. Прокашлявшись, девушка поежилась от внезапно накатившего холода и осмотрелась. Заметив свидетелей своего неожиданного появления на вершине Северной башни, Софи расплылась в радостной улыбке. Кажется, она попала туда, куда нужно. - Привет!