Афродизиак

Все шло как обычно: вечерний вызов, труп, задержание. На этот раз – никаких загадок: брачная аферистка, пришившая очередного мужа, давно была у полиции на подозрении. Все покатилось к чертям, когда Патрик Джейн опять (клянусь, больше никогда в жизни!) выпил чашку чая на кухне у задержанной. Нет, галлюцинаций не было. Хотя, право, лучше уж они. Тогда бы он общался с покойной дочерью, а не сидел в своем номере в мотеле, как загнанный зверь. Да-да, именно зверь, хищник, обреченный на жизнь в клетке. Патрик Джейн никогда не принимал афродизиаков, поэтому сначала не понял, что за сладкая истома охватила его тело. Но вот когда Лисбон наклонилась за карандашом и от этого зрелища у него резко стало тесно в брюках, он все понял. Коротко извинившись и развернувшись, он бросился вон из КБР, так быстро, как только мог, провожаемый встревоженным взглядом Терезы. Пока он гнал к мотелю, на дороге то и дело появлялись рекламные плакаты с шикарными полуобнаженными девицами. Но он не смотрел на них. Перед его воспаленным внутренним взором была изящная фигурка Терезы Лисбон – то в футболке с надписью Lisbon 99, то в розовом платье подружки невесты. Он попытался думать об Анжеле, но ничего не вышло – жена давно превратилась в идола, которому он поклонялся, а Тереза – вот она, живая, близкая, с дразнящей улыбкой… Он ударил кулаком по приборной панели и вдавил педаль газа в пол, нимало не заботясь ни о темной дороге, ни о дорожной полиции. В считанные минуты он оказался у мотеля, влетел в свой номер, бросился в душ, на ходу стаскивая с себя одежду, и включил холодную воду. Стоя под душем, он почувствовал облегчение. Надо просто пересидеть, переждать это безумие. Он и представить себе не мог, что фантазии о Лисбон, тщательно подавляемые, могут стать такими яркими и возбуждающими. Он даже не мог думать ни о каких других женщинах. Вот она стоит в своем розовом платье, растерянная его внезапным появлением, а оно и держится-то на честном слове – стоит потянуть молнию… Джейн застонал. Холодный душ не помог. Понятно, зачем преступнице был этот чай. Стоит напоить очередного кандидата в мужья – и тот набросится на нее, дальше – дело техники… Хорошо было им, кандидатам. Женщина уже ждала их – обольстительная, на все готовая, а роскошная кровать в ее доме так и манила проверить свежесть простыней... Их не терзали те муки, которые он сейчас испытывал. Вызвать себе девушку? За дворник его «ситроена» регулярно подсовывали рекламу интим-услуг. С глянцевой бумаги призывно улыбались брюнетки и блондинки в неглиже – выбирай любую… Нет. Мысль о проститутке противна даже сейчас. Ему нужна Тереза – милая, нежная Тереза, без этой маски строгого босса. Нужна здесь и сейчас. Эрекция стала почти болезненной. В дверь неожиданно постучали. Кого еще принесло? Только не… - Джейн, открой. Я знаю, что ты здесь! – раздался знакомый голос. Да когда же придет конец его мучениям?! - Лисбон, уходи! Я хочу побыть один! - Я не уйду, пока не удостоверюсь, что с тобой все в порядке. Ты убежал из офиса, даже не попрощавшись, что с тобой? Заботится. Лучше б бежала отсюда со всех ног. Нельзя допустить, чтоб рухнула преграда, возведенная между ними. Она и так в последнее время стала слишком непрочной. - Лисбон, прошу тебя, уходи, - крикнул он. - Нет! – стук возобновился. Черррррт… Он встал и пошел к двери. Пусть удостоверится, что он жив и здоров. Главное – держать себя в руках. Лисбон собиралась постучать снова, как дверь открылась и перед ней предстал Патрик Джейн в футболке и шортах. Волосы мокрые, во взгляде – какой-то безумный блеск. - Можно войти? – спросила она осторожно. Он молча посторонился, не сводя с нее глаз. - Ты… в порядке? - В полном. «Нет, я не в порядке. Особенно когда ты здесь». Она прошла внутрь, закрыв за собой дверь. Клетка захлопнулась. Джейн тяжело вздохнул и сел на кровать, избегая смотреть на босса. - Со мной все в порядке, Лисбон, - повторил он. «Ну же, уходи скорее!». Тереза с тревогой посмотрела на консультанта. Дыхание частое и тяжелое, во всем поведении какая-то нервозность. Почему он на нее не смотрит? С ним явно что-то случилось. - Джейн, я вижу, что ты не в порядке. И не уйду, пока ты не объяснишь мне, что с тобой происходит. Может, позвать врача? Врача! Он едва не засмеялся отчаянным смехом. Сил сдерживаться абсолютно не осталось. Она хочет правды? Она ее получит. Джейн поднял на Лисбон воспаленный взгляд. - Хочешь знать, что со мной случилось? Я случайно выпил какой-то афродизиак. И я безумно хочу тебя, Тереза. Так что уходи отсюда немедленно, пока я еще себя контролирую! Он спрятал лицо в руках. Это конец. Сейчас она убежит и больше никогда не будет ему доверять. Так почему она все еще здесь? - Патрик… - прозвучал ее неуверенный голос. Такое обращение вновь заставило его поднять на нее глаза. Она выглядела ошарашенной. Розовые губы приоткрыты, а глаза… В них наряду с шоком была… радость? Он секунду вглядывался в нее, а в следующий миг Тереза оказалась прижатой к стене тяжелым телом Джейна. Его губы накрыли ее рот страстным поцелуем, а руки бесцеремонно обшаривали ее тело, нетерпеливо расстегивая блузку. Сколько пуговиц! Он еле сдерживался, чтобы не разорвать тонкую ткань к чертям. Зверь вырвался на волю и настиг свою жертву. В живот Терезе уперлась его эрекция. В перерывах между поцелуями он страстно шептал: - Ты еще можешь уйти. Но его губы были такими требовательными, а поцелуи – такими долгожданными, что она шепотом отвечала: - Не могу. Разумеется, она не была готова к ощущению его рук на своем теле. Она не могла представить, что это когда-нибудь произойдет. Подобные фантазии у нее, конечно, были, но она, как и Джейн, тщательно их подавляла. Сейчас бы остановиться и все проанализировать, но разве это возможно, когда Джейн, оторвавшись от ее губ, протянул дорожку поцелуев вниз – к ключице? Разве можно о чем-то думать, когда он, расстегнув ее лифчик, с тихим рычанием накрыл ладонями грудь, соски которой уже стали твердыми от возбуждения? Тереза, глубоко вздохнув от наслаждения, запустила руку ему в шорты и сжала пульсирующую плоть. Джейн на секунду замер, резко выдохнув, а затем, оторвав начальницу от стены, решительно уложил на кровать, попутно стаскивая с нее остатки одежды. Она успела почувствовать себя абсолютно незащищенной, но это длилось лишь мгновения. В следующую секунду Джейн, тоже освободившийся от одежды, навалился на нее всей тяжестью своего мускулистого тела и вновь впился в ее губы. - Только, пожалуйста, осторожно, - шепотом попросила она. Практики не было давно. - Хорошо, – прошептал он в ответ, подводя член к самому сокровенному участку ее тела. Он выполнил обещание – вошел в нее плавно, сдерживая себя. Но как только он начал двигаться и почувствовал, что ее бедра подаются ему навстречу, весь контроль полетел к чертям. Патрик никогда не думал, что может быть так хорошо. Он двигался размашисто, все ускоряя темп, рвано дыша и заводясь еще сильнее от стонов Терезы. Наконец одновременный оргазм накрыл их ослепительной волной. Джейн отдышался и, абсолютно счастливый, начал благодарно целовать женщину, подарившую ему эти волшебные ощущения. Потом был еще секс в душе, когда Джейн заявил Терезе, что в эту ночь он ее от себя ни на шаг не отпустит, затем – снова в кровати. Они изучали тела друг друга, и это доставляло обоим несказанное наслаждение. Наконец, донельзя усталые, они уснули, тесно переплетясь руками и ногами. Утром Джейн проснулся первым. Косые лучи солнца, проникавшие в комнату и золотящие его кудри, делали Патрика похожим на ангела, но он, разумеется, об этом не знал. Его внимание было сосредоточено на черноволосой женщине, мирно спящей у него в объятиях. Это было так хорошо и правильно, что Джейн улыбнулся, упиваясь запахом ее волос. Действие афродизиака закончилось, мысли прояснились, и Патрик начал думать, как вести себя с Лисбон, когда она проснется. Ночь была прекрасной, и сейчас, держа в объятиях давно любимую (чего уж скрывать) женщину, он со всей полнотой почувствовал, как же одинок был прежде. Ночью они перешли границу, отделявшую их друг от друга, и теперь он не хотел возврата к прежним отношениям. Да это и не представлялось возможным. Сейчас он ясно понимал: место Терезы в его жизни не должно ограничиваться постелью. Главное теперь – убедить в этом ее. Вспоминая детали ночи, Джейн почувствовал, что его мужское достоинство вновь начинает напрягаться. Да, действие афродизиака закончилось, но это отнюдь не отменяло того факта, что рядом с ним лежала в постели прелестная обнаженная женщина. Джейн терпел сколько мог, не желая ее будить, но, наконец, не выдержал. Тереза Лисбон проснулась от легкого поцелуя в шею. Первым, что она увидела, открыв глаза, была дразнящая улыбка консультанта – слишком близко, ближе, чем когда-либо. - Доброе утро, солнышко, - произнес до боли знакомый голос. События минувшей ночи яркой вспышкой промелькнули у нее в голове, и она потрясенно уставилась на лежавшего рядом мужчину, не зная, что теперь со всем этим делать. - Джейн… - Патрик. Помнишь, как ты называла меня ночью? Так мне гораздо больше нравится, - сказал он и нежно поцеловал ее. - То есть, - произнесла она, внимательно вглядываясь в его глаза, - ты не жалеешь о произошедшем? - Жалею? Да это лучшее, что было со мной за последние десять лет, - ответил он все с той же лучезарной улыбкой. – И знаешь что? Я не хочу, чтобы эта ночь была единственной. Он вновь поцеловал ее. - Тереза, останься со мной, - нежно прошептал он, проводя руками по ее телу. Теперь улыбнулась она. Боже, какой же светлой и счастливой может быть ее улыбка! - Хорошо, - шепнула Тереза и растворилась в его поцелуе. А утреннее солнце ласково золотило переплетенные тела двух человек, так долго искавших путь друг к другу.