Новый цикл

      Оставшиеся до конца вахты время я сидел как на иголках. Растолкав Ракету, я сдал ей пост и лег.       В голове было удивительно тихо. Наверное, из-за переполнявшей меня информации. Нет, я ничего не вспомнил ни о себе, ни о своем прошлом, зато на меня рухнула громада сталкерских знаний. Если до этого они просто всплывали в голове в нужный момент, то сейчас я получил к ним полный доступ.       История Зоны, аномалии, артефакты, виды брони и оружия, правила обращения с ними, приемы рукопашного и ножевого боя – все это наполнило мою голову, заняло соответствующее место на полочках. Как будто вторая татуировка была ключом к этой части памяти.       – Да нет, бред какой-то, – пробормотал я.       Правда, на фоне говорящей девочки-кошки, одетой в броню давно исчезнувшей группировки, все это меркло. Я определенно ее знал. И я ей доверял. И эти татуировки…       – Ты сам этого хотел, – повторил я фразу ночной гостьи. – Чтобы это значило?       Ответа на этот вопрос у меня не было, поэтому я закрыл глаза и провалился в сон.       Утро выдалось спокойным. Во время дежурства Слави и Ульяны ничего не произошло.       Я бы решил, что все это было просто ночным кошмаром, но багаж моих знаний о Зоне вырос на порядок, а на левой руке появилась новая татуировка. Нет, все это было реальностью.       «Забавно, меня пугает не контролер или химера, а милая девочка с кошачьими ушами. Дожили, батенька», – подумал я, проверяя свою штурмовую винтовку.       С другой стороны, мутанты Зоны – это что-то привычное. Давно известное. А эта… кошка явно новый элемент в уже привычной картине мира. Элемент, который полностью ее рушит.       Моя амнезия вызвана искусственно. И как-то связана с татуировками. Бред? Бред, но он подтверждается фактами. И я сам этого хотел. Это было частью плана Вожатого-Пионера, моего плана.       У Персунова П.И.О.Н.Е.Р. была на левой руке. У меня на ее месте – В.О.Ж.А.Т.Ы.Й. А «Пионер» на правой. Это что-то значит? Химера его знает.       Ответы есть у моей ночной гостьи, но вот только как ее найти?       Я с тоской посмотрел на топи. Если верить новообретенной памяти, в них когда-то скрывалась целая группировка. И была она не самой маленькой, раз умудрилась прорваться к ЧАЭС.       Искать тут одного сталкера? Бесполезно.       Значит мне нужно найти Семена. Мы как-то связаны, он определенно что-то знает. Не зря мы щеголяем одинаковыми наколками.       На ум пришли слова Скальпеля про Янтарь. Вроде бы она говорила, что там можно найти «волшебные» таблетки, которые могут помочь мне с памятью. После вчерашнего утра я искренне верил в возможности местных фармацевтов. А ночной визит убедил меня, что с моей памятью можно что-то сделать.       Решено. Я отправляюсь на Янтарь.       – Ты уверен, что это нужно? – закусив губу, спросила Солнце, когда я озвучил свои планы.       – Необходимо, – уверенно сказал я. – Мне срочно нужно к ученым.       Славя вздохнула.       – Янтарь опасное место: зомби, мутанты, аномалии…       – Короче говоря, не сильно отличается от остальной Зоны, – легкомысленно сказала Ракета.       – … и пси-излучение, – невозмутимо закончила блондинка. – Там очень опасно.       – Я в деле, – ухмыльнулась Ульяна. – Давно хотела там побывать.       – Ракета! – в голосе Солнца лязгнул металл. – О чем мы вчера говорили?       Рыжая тут же состроила невинную мордашку:       – Так я же не одна! Я с матерым сталкером пойду! Видела, как он вчера лихо тушканов покрошил. Никто бы лучше не справился. Настоящий герой!       Я хмыкнул. М-да, так себе похвала, если честно.       – Этот герой только вылез из госпиталя и вообще ничего… – начала Славя, но заметив мой тяжелый взгляд, осеклась.       – Больница – это хорошо. Значит здоров, – осклабилась Ракета. – Я с Пионером на Янтарь. Ты с нами?       Солнце вздохнула, неодобрительно посмотрела на нас, но кивнула. Поймав мой настороженный взгляд, она сощурила глаза и одними губами сказала: «Мику».       Покинули Болота мы спокойно. Неприятности нас ждали позже.       – …ужна помощь. Повторяю, нужна помощь! – прокричал искаженный динамиком КПК женский голос, когда мы прошли половину Агропрома.       «Интересно, это мне так везет или в Зоне резко стало больше дам?» – мелькнула в голове неуместная сейчас мысль.       – Всем кто нас слышит! Говорит «Свобода»! Мы в полной заднице! Наемники нас зажали у озера! – продолжал надрываться динамик.       Я вытащил КПК. Посмотрел на своих спутниц. Судя по горящим глазам Ракеты, она готова была бросится в бой прямо сейчас.       А вот с Солнцем все было не так просто. Видимо, сейчас в ее голове звучал голос Дмитриевны, говорившей что-то вроде: «Не лезь в войну группировок, зашибут и не заметят».       – Говорит Плазма! Нам очень нужна помощь!       Прозвище резануло слух. Словно я где-то его уже слышал. Да и глаза Слави удивленно расширились.       – Вперед! – скомандовал я, переходя на бег.       «Свобода» оказалась между молотом и наковальней. Позади аномалии, впереди – наёмники. Деваться им было некуда, пришлось принимать неравный бой. И сейчас из всего отряда осталась лишь одна анархистка, которая периодически отстреливалась из-за камней.       «Три девчонки и один я против трех мастеров и семи опытных. Прекрасный расклад», – подумал я, нажимая на спусковой крючок.       Я успел снять двоих, прежде чем они меня заметили. Тут же пришлось залечь за ближайшим камнем.       Рядом громыхнул дробовик Ракеты, едва слышно затрещал «Абакан» Солнца. Еще один наемник отправился в мир иной.       Я выглянул из укрытия и дал еще одну очередь.       Теперь нас было семеро против четверых. И диспозиция кардинально изменилась. Теперь мы уже были молотом, а Плазма – наковальней.       Стоило мне подумать об этом, как девушка из «Свободы» схватилась за живот и упала на землю.       «Твою мать!» – подумал я, давая длинную очередь.       – Прикройте! – рявкнул я, выпрыгивая из-за укрытия.       Чем я тогда думал? Да ничем! Просто ломанулся вперед. Интуиция и логика завопили в один голос, что если я останусь на месте и не отвлеку нападавших, Плазме конец.       Не ожидавший такого наемник не успел среагировать и получил полмагазина в грудь. Второму хватило одной пули в голову.       Осталось пятеро. Мои девчонки тоже не спят. Короткая очередь, заряд картечи. Четверо.       Краем глаза я замечаю, что раненая уползает в укрытие. Молодец!       Длинная очередь на все оставшиеся в магазине патроны. Безрезультатно, но наемник-мастер уходит в сторону вместо того, чтобы открыть огонь по Плазме.       Неожиданно два наемники в экзоскелетах падают на землю.       «У нас подкрепление! Зашли с фланга», – обрадовался я, перезаряжая оружие.       Вот только радость была преждевременной. На меня набросились сзади и взяли на удушающий. Шею словно сжали в стальные тиски. В глазах потемнело.       Со всей дури бью локтем нападавшего. Хватка ослабевает.       Вырываюсь. Магазин падает на землю, его место занимает нож.       Не думаю, тело действует на рефлексах. Лезвие входит в шею. Брызжет кровь.       – Пионер!!! Плазма!!! – раздается крик Ракеты.       Я резко разворачиваюсь. Тот самый мастер продолжает рваться к раненой анархистке. И наши пули его экзоскелету нипочем. Все выдерживает.       Кидаю нож, но он не долетает целый метр.       «Видимо, в прошлом я их метанием не занимался», – отстраненно подумал я, перезаряжая автомат.       Бесполезно. С такого расстояния автоматные пули не пробивают броню. А наемник и не думает останавливаться.       – Не тронь ее!!! – раздается полный животной ярости крик.       Я успеваю заметить смазанную черную тень, а спустя мгновение головорез падает на землю.       Удар ножом, еще удар и еще. Наёмник затихает. Судя по количеству крови вокруг – навсегда.       Незнакомец поднимается с убитого врага и в два прыжка оказывается рядом с Плазмой. Быстро вытаскивает из подсумка аптечку.       Тут я понимаю две вещи. Во-первых, это не незнакомец, а незнакомка. Во-вторых, это незнакомка из «Долга».       «Нет, серьезно, я в Зоне или в царстве амазонок?» – подумал я, поднимая с земли нож.       Еще одна девушка удивила меня гораздо больше, чем союз двух непримиримых врагов – «Свободы» и «Долга».       Мимо пронеслась Ракета. Мгновение и она рядом с раненой.       – Вот и встретились подружки, – сказала странную фразу Солнце, когда мы подошли к остальным.       Плазмой оказалась молодая девушка с волосами цвета огня. Ее красивое лицо сейчас было бледным от кровопотери, а янтарные глаза – затуманенными.       Рана на животе была жуткой. Я сразу понял, что анархистке не выкарабкаться.       Поняла это и Ульяна. Она плакала.       Славя закусила губу и впервые на моей памяти выругалась. Очень грязно.       Пламя посмотрела на нас, слабо улыбнулась. Она тоже все понимала.       Не хотела понимать этого только девчонка с фиолетовыми хвостиками в черно-красной броне. Сейчас она что-то отчаянно искала в научной аптечке.       Взгляд раненой задержался на мне, в глазах мелькнуло узнавание.       – Какая встреча, – слабым голосом сказала Плазма. – Должок ты вернул. М-молодец, уважаю.       – Молчи, Алиса, не трать силы, – едва ли не прошипела ее спасительница, обрабатывая рану.       – Не поможет, Лена, – попыталась улыбнуться рыжая, но ее гримаса больше напоминала оскал. – Мне уже нихера не поможет. Не трать бинты.       – Молчи, – повторила боец долга. Наложив повязку, она вытащила из аптечки шприц и вколола его содержимое подруге.       – Тишина, ей уже не помочь, – едва слышно сказала Славя. – Это отсрочка.       – Я знаю! – рявкнула Лена и ожгла нас злобным взглядом. – Либо помогайте, либо проваливайте.       Я не стал ничего говорить, вручил Ульяне автомат, снял рюкзак, стал вытаскивать лишнее из разгрузки и убирать в него.       – Ты чего делаешь? – опешила Ракета.       – Плазме нужен врач. Я самый крепкий. Донесу до Бара, – сказал я. – Там Скальпель поможет.       Алиса начала смеяться, но ее тут же скрутил приступ жуткого кашля.       – Раньше мы его тащили, а теперь он нас, Ленка. Класс, вот это жизнь…       Я пропустил эту фразу мимо ушей. Не до того сейчас.       – Только на Баре меня пристрелят. Я же анархистка и бандитка…       – Пусть только попробуют, – сухо сказала Тишина. – Я им устрою.       От этой простой фразы повеяло таким замогильным холодом, что мы все вздрогнули.       – Бар далеко, не успеем, нужно на Янтарь, – отрывисто сказала Лена. – Там помогут.       – Хорошо, – согласился я, прикидывая как сподручней будет нести рыжую на руках.       Славя тем времен, уже взяла мой рюкзак. Лена – снаряжение Алисы.       – Погодите секунду! – всполошилась Солнце. – Я сейчас.       Блондинка вытащила из своего вещмешка пару контейнеров. В них оказалась «Снежинка» и «Золотая рыбка». У меня в голове тут же всплыла ее фраза про выкуп за Ульяну.       – Капец ты добрая, Солнце. Он же от радиации сдохнет раньше, чем выдохнется, – слабым голосом сказала Плазма. – Будет два жмурика, а не один.       – Час выдержу, а там экологи откачают, – буркнул я. Если верить моей памяти так и должно было быть. И плевать, что до бункера ученых два часа пути. Плевать. Не могу я бросить рыжую здесь умирать. Не могу и все.       В руках у Тишины как по волшебству возникла упаковка таблеток.       – Ешь, помогут, – не терпящим возражения тоном сказала она.       Я так и сделал, потом повесил на пояс контейнеры с артефактами, осторожно взял Алису на руки. Она нехотя обхватила меня за шею.       – Словишь приход от колес, меня предупреди. У меня как раз будут предсмертные глюки. Вместе поржем, – хихикнула Плазма.       – Молчи, – буркнул я. – Вылечат, тогда посмеёмся.       Только сейчас до меня дошло, что рыжая жутко трусит. И все ее «остроумные» шуточки и глупая бравада – это от страха.       Поэтому я уверенно сказал:       – Я тебя вытащу.       – Спасибо, – едва слышно сказала Алиса.