искусство — как загадка личности.

время тянулось мерзкой смолой. день плавно переходил в ночь и все по кругу. застрять в этом водовороте проще простого, а чтобы выбраться, нужно приложить немало усилий. ну, либо тебя вытянет кто-то другой. — мне нравится твоя ангельская внешность, сону, зачем ты чернишь себя этими тату, на твоём теле они смотрятся несуразно, и будто чужие. сонхун большим пальцем проводит по татуировке сону на шее. — хотя мои работы на тебе выглядят весьма неплохо. улыбается и поднимает взгляд на сону. тот стоит и, будто специально игнорируя сонхуна, рассматривает эскизы висящие на стенах тату-студии. этот особенный стиль сонхуна — грубоватый и одновременно нежный, он честно признался, что его татуировки - это работа сону, потому что без своей музы он не смог бы существовать вовсе. говорил, что постоянно черпает ложками вдохновения с одного лишь образа сону в своей голове. сону это периодически напрягало, но невозможно льстило. — где на этот раз? спрашивает сонхун, отстраняясь и наклоняя голову вопросительно — чуть вправо. — поясница. сможешь? вопрос звучал будто вызов, сонхуну так казалось. по правде, ему абсолютно все равно, где сону решит бить очередное тату, он рад прикоснуться ко всем частям его тела, внимательно изучая их и оставляя свои метки в виде изящных чёрных узоров. сонхун любил все красивое, его ядом манил сону — затягивал кандалы на руках все крепче и приказывал быть своим навечно. сонхуну нравилась эта нездоровая сильная эмоциональная привязанность, отравляющая его организм. редкостный мазохист. сону переключает все внимание на сонхуна и, смотря на него своим до безумия манящим взглядом, подходит ближе. — с оплатой позже решим? сону улыбается только глазами и мажет по скуле сонхуна двумя пальцами, чуть приподнимая подбородок. — придёшь завтра? сонхун ластится к его руке и прикрывает глаза. тот руку убирает и хитро улыбаясь выходит из мастерской, на что слышит печальный вздох и догоняющие его шаги. они прощаются у стойки регистрации, договариваясь о встрече в момент, когда сонхун тонет в бесконечной пустоте сону. он это подмечает, и нахмурившись, язвит, что завтра у него дела и прийти на сеанс он не сможет. сонхун мягко смеётся и растворяется в улыбке, когда сону показательно надувает щеки и возмущённо скрещивает руки на груди. захлопывается дверь в студию и сонхун медленно выдыхает, перекатываясь с пятки на носок и обратно. для него сону — пустой холст. сам бы не назвал себя художником, но определенно знающий толк в искусстве и эстетике, он забирает в свою паутину самых лучших, обвивая омутом сознание, холодком проходя по сердцу, забирает его и больше никогда не отдаёт. вырисовывать на фарфоровой коже сону тонкими линиями кандзи, эстетично вставшие в ряд, своего рода медитация.со спины, мурашками идёт волна к животу. кончиками пальцев, сонхун, будто специально оглаживает ключицы сону и проводя по его шее, все ещё остаётся сосредоточенным на своей работе. всегда ледяные пальцы сонхуна приятно обжигают кожу и щекоткой отдают в голову, слегка пьяня. сону лежит с закрытыми глазами и дышит через рот. сонхун велит ему слегка приподняться, тот подчиняется и ёжится от неприятного ощущения в области спины. японский рок вкупе с ворсистым гулом тату машинки, дают мягкий эффект спокойствия, что пеленой, пушисто касается сознания. походы к нему в студию — своего рода медитация, оба получают безмерное удовольствия в обществе друг друга. недавно они познакомились в баре, на окраине сеула, а теперь стараются не отходить друг от друга не на секунду. дыша совместным воздухом обоих, они забываются и заколачивают любой вход к реальному миру — к наружности. теперь они друг без друга никто — пустые. оба выращенные на нездоровой любви, никогда не поймут всю суть хороших поступков и бескорыстного существования. они сошлись — нашли друг друга в темноте, в водовороте событий нащупали запястья и потянулись друг к другу. сонхун на 20 году жизни, сону на 19 они сжирают друг друга изнутри, медленно, со вкусом. гордость не поощряет саморазрушение, поэтому они договорились на мнимую любовь, чтобы убить друг друга в один день. сонхун убирает рабочее место и пялиться на спину сону. прожигает глазами шею и подходя ближе облизывает губы. — ты как всегда ахуенен, ким сону. сону, все еще не понимая, как устроена людская речь, улыбается через абсолютное ничего и встает. он так и не научился общаться с людьми, последний эксперимент по сближению с человеком закончился полным провалом, и теперь, чувствуя себя неудачником, он готов опереться на любого, кто заставит его чувствовать хоть что-то. на любого, кто не требует ответной реакции. ответной реакции на что-либо. сону закусывает губу и надевая футболку чуть морщиться, надеется не задеть тату. — я позвоню тебе в шесть. ровно в шесть сонхун снял трубку и договорился с сону, что они встретятся в том же клубе, где и познакомились. сонхун любит себя, любит свою внешность до фанатизма. для того чтобы продолжать глотать ртом воздух, нужно определиться: на чем ты будешь ловить внимание последние годы своей жизни. сонхуну выпал он сам. и теперь легко проходясь пальцами по шее, он вырисовывает круги на своей татуировке. найти мастера было сложно, качественно бить шею умеют не все, а сонхуну нужно самое лучшее. лучше себя сделать никто не сможет, но бить татуировку на себе он любезно отказался и нехотя предоставил это другим. плотностью забитый рукав и шею обвивают витиеватые латинские буквы, больше похожие на хаотичные рукописи в готическом стиле. пара китайских иероглифов над бровью и скарабей на пояснице. только эти тату видел сону. остальные он не показывает никому, старается держать в тайне узоры своего тела. сонхун стоит у зеркала, устало потирая глаза — готовится к бессонной ночи с алкоголем и девушками. по правде, искренне надеется, что ему снова перепадёт хоть кусочек ким сону. этот парень магнитом заманивал других в свой омут, питался их энергией и отпускал — навсегда. в точности как он сам, но немного по другой схеме. но сонхун просто так не уйдёт. их соревнования в убийственности собственного яда выиграл сонхун и теперь уже сону, в роли жертвы, в первый раз, пробует его на вкус. проходит по волосам рукой, слегка их взъерошивает и заходит в тот самый вычурный клуб, за несколько километров от дома. пахнет выпивкой и приторными женскими духами. сонхун оглядывается — ищет глазами сону. не находит и садится за барную стойку слегка пафосно. воспоминания врезаются в самое сознание, неприятно ворошат его и оставляют в беспорядке. сонхун морщится и просит налить ему виски. делая маленький глоток, он чувствует как алкоголь приятно обжигает горло. несколько месяцев назад его взгляд пал на сону. парень, который курил траву в туалете этого заведения, заинтересовал сонхуна слишком сильно. заставил выпрашивать номер телефона — умоляя. но достиг своего, и на следующий день они встретились в более приятной атмосфере парка сеула. тогда сону рассказал ему о себе немного, но достаточно. сонхун сделал так же, и они оба разошлись на мысли о том, что изголодались по общению, и было бы неплохо использовать друг друга в целях закрытия своих гельштатов. после этого сону не выходил на связь пару недель. а потом приехал к нему в студию и попросил набить тату на руке, закрыть надоедливые шрамы. тогда, они переспали в первый раз. через день сону стоял на крыше многоэтажки и хотел спрыгнуть. сонхун позвонил ему в тот момент, попросил приехать. он приехал. они переспали. снова. сонхун видел именно то лицо сону, сонхун видел его слёзы. в тот вечер они почти не говорили, перекинулись словами во время секса. молча скурили одиннадцать сигарет на двоих, и сону уехал не попрощавшись. на месяц их общение сошло на нет, а потом снова возобновилось. все циклично. — давно ждёшь меня? привычный голос отдавал эхом где-то сзади, смешивался с громкой музыкой. сонхун обернулся, и махнув рукой сону, подошёл к нему и приобнял за талию, приглашая выпить вместе. звон бокалов режет уши секундной молнией, и тут же оглушает гул ночного клуба. сонхун улыбается сону едко, сону плавится, и прикрыв глаза, отвечает на улыбку приглашением отойти в более тихое место. сонхун не против — слушается и идёт за сону, расталкивая людей вокруг, пока тот не останавливается в коридоре возле туалета и не предлагает покурить. — обычные сигареты? сонхун усмехается и крутит между пальцев зажигалку. — сдаёшь позиции, ким сону. он затягивается глубоко и отдаёт зажигалку сону. опирается на стену и запрокидывает голову, смотрит в потолок. сону спиной скатывается по той же стене и садится на корточки, прикуривая. — давно ты не звал меня выпить, есть повод? — хотел увидеться с тобой вне мастерской. сону поднимает голову на сонхуна и выдыхает сигаретный дым через нос. — порядком заебала эта тишина, хочется чего-нибудь громкого, буквально, думаю поймёшь меня. сонхун кивает и тушит сигарету об кафельный пол клуба. скурил быстро, сделав от силы четыре затяжки непрерывно. — почему ты плакал, когда мы трахались в последний раз? вопрос оседает в горле комом — не даёт дышать. сону медлит — подбирает слова. хмыкает и отворачивает голову, смотрит куда-то вниз. — звучит комично. отвечает сону и уходит от вопроса, переводя тему. пытается разговорить сонхуна, спрашивает об этом месте, о тату студии и о его состоянии. заметив, что тот абсолютно не заинтересован в разговоре, берет его за руку и тащит в туалет, попутно доставая что-то из кармана. сонхун зажимает сону около входа в туалет, горячо и томно выдыхает, ловит взгляд сону. даже не дрогнул, знал что сонхун так сделает, специально повёл его туда, где нет мерзких толп людей, так изрядно пялившихся на тебя. он смотрит высокомерно, обвивает шею невидимыми нитями и душит. дурманит разум до белого шума. сону мягко отталкивает сонхуна и жестом приказывает идти за ним. тот слушается и краем глаза замечает зип с двумя белыми таблетками. осознание врубается в голову адреналином, и сонхун незаметно улыбается. они глотают таблетки быстро, оба знают что делать, всё-таки не в первый раз. сону смотрит в запачканное зеркало туалета через полуоткрытые глаза. сонхун подходит к его спине вплотную и скользит руками под рубашку, царапая грудь. сону шумно и коротко вздыхает от его холодных рук и опирается на раковину. момент тягуче режет время. сонхун ловит мутный взгляд сону в зеркале, разворачивает его к себе, и подхватывая под бёдра, зажимает спиной к стене. целует, слегка оттягивая и прикусывая нижнюю губу. тонет в горечи сону — заполняет своей. прижимается сильнее, на что сону глухо стонет в поцелуй и рукой зарывается в волосы сонхуна. трахаться в туалете сомнительного клуба совсем не та эстетика, которую так старается поддерживать сонхун. но секс с сону, определенно способен продлить ему жизнь, так что откровенно, ему похуй на локацию. сонхун стягивает косуху с острых плеч и проводит пальцем от ключиц до подбородка сону, смотря глубже. сону аккуратно расстёгивает пуговицы на рубашке и откидывает ее на раковину. оба дышат уже тяжело. сонхун снова целует отчаянно, будто в последний раз и обхватывает оба его запястья одной рукой, поднимая их над головой сону. второй рукой обвивает его шею тонкими пальцам, на что получает недовольное мычание в попытках разорвать поцелуй. но сонхун этого сделать не даёт, он сжимает горло чуть сильнее, заставив сону слегка приоткрыть рот. теперь уже разрывает поцелуй и смотрит высокомерно — наслаждается. сону глубоко вздыхает, когда сонхун отпускает его руки и языком проводит по скуле до подбородка. слегка кусает шею чуть левее и тут же зализывает. чувствует как в голове бьет монохром по оголенным нервам, заставляя тело дёргаться периодично. сознание туманом плывёт в глазах, фокусируясь лишь иногда, на чертовой спине сону. звуки мешаются в один большой серый шум. сонхун прикуривает сигарету, подхватывая сону за локти и притягивает к себе — входит глубже. сону слегка хнычет и просит сонхуна не отвлекаться, а то будет ещё хуже — язвит. — когда ты стал такой сучкой? кидает сонхун и зажимает сигарету между зубов, оглаживая спину сону свободной рукой, проходит по недавно набитой татуировке на пояснице ногтями, чуть царапая. любуется тем, насколько хороша она на его теле и пальцами впивается чуть выше, от накатывающегося возбуждения. с собственным стоном выдыхает сигаретный дым. двигается размашисто и сильно. перехватывает сону за талию и притягивает к себе ближе. придерживает его одной рукой, вжимая в стену, и просит повернуть голову чуть вбок, чтобы хоть немного увидеть его чертовски красивое лицо. сону пробирает мурашками от горячего дыхания на своей шее. сонхун слегка прикусывает мочку уха и довольно усмехается, ускоряя темп. они кончают с разницей в несколько минут — задыхаясь. у сону дорожат ноги, а сонхун исполняет свое любимое — смотря в зеркало, поправляет слегка влажные от пота волосы, пафосно — одним движением убирая их назад. — если надумаешь повторить нашу встречу, дай мне знать. сонхун флиртует надоедливо, приторно. но многие ведутся. сону садится на пол около двери и поджигает сигарету, вдыхая. он устало трет глаза. смотрит в бесконечное некуда — заваливает себя воспоминаниями. окружает себя чёрной дырой, поглощает энергию вокруг — питается. выдуманной телепатией общается с сонхуном. тишина манит своей простотой и заставляет прийти в себя быстро и безболезненно. — помнишь я стоял на крыше многоэтажки сеула? сону начинает загадочно, резко начав тему, не предупредив. сонхун не готов к таким разговорам. его мания закончилась там же, где началась мания сону. — а помнишь, ты бил мне фразу на японском? сонхун хмурится, не понимает, куда ведёт сону. поворачивает голову к нему — тот сидит слегка сгорбившись на полу. водит пальцем по очертанию плитки. кутается в рубашку, от этого выглядит слишком невинно. сону поднимает омут своих глаз, ловит взгляд сонхуна — переплетает и дурманит. — мой парень был японцем, он порезал себя месяц назад, ровно после того дня, как с тобой познакомились. сону не опускает взгляд, смотрит страшно равнодушно — никак. наигранно усмехается, он не ждет ответа. сонхуна это пугает до боли в груди. — это были его последние слова. он отпускает сонхуна с оков своих глаз. тот шумно выдыхает и подбирает слова. оказывается в омуте сону — пробирает холод и ядом колотит в сердце. их позиции поменялись резко — в один момент. теперь сонхун сидит на его цепи, поглощая мрак души. — и знаешь, я даже рад что он так сделал, ты, кстати, следующий.