Волчица

      Он схватил меня за горло и прижал к стене. Я провела языком по зубам и оскалилась. Глаза парня были красные, вены на шее вздулись, меня это забавляло. — Сильнее, — прошептала я.       Тим сжимал пальцами мою шею, своей ухмылкой я только дразнила парня. Желание поцеловать его съедало меня изнутри. Я не боялась, во мне играл азарт. Рок-звезду это раздражало, а меня только больше возбуждала его злость. Он не был похож на Вадика, бандита, от взгляда которого ты замираешь и не можешь пошевелиться. — А если я перекрою тебе кислород? — прошептал он мне на ухо.       Я резко укусила его за шею, зная, что это разозлит его еще больше. Он грубо поднял меня и бросил на кровать. Уперся руками напротив моей головы. Я продолжала улыбаться, словно это какая-то детская играя, и я уже иду к победе. Тим приблизился ко мне вплотную, и снова положил руку на мою шею. Сначала нежно, а потом резким движением надавил на две точки так, чтобы не было больно, но при этом я не могла сделать вдох. Я как будто тонула. Тонула в омуте наслаждения и возбуждения. Я не помнила ни о чем. Есть только я, Тим и одежда между нашими телами, которая нагло мешает мне почувствовать его тело.       Трусики уже полностью промокли. Теперь парень дразнил меня, а не наоборот. Он разжал пальцы на пару секунд, чтобы я могла набрать воздуха, а после сжал еще раз. Это чувство нельзя было сравнить ни с чем. Такого наслаждения я не чувствовала никогда. Я не переживала за то, что я девственница, что отдам свой первый раз Гордееву. Пусть он украдет мою невинность как можно скорее, как наглый вор. Его глаза горели желанием взять меня, похоже, ему это нравится уже даже больше, чем мне. Я чувствовала, как его член твердеет с каждой секундой. Тим чувствовал власть надо мной, ему вскружило голову это ощущение. Я противоречила сама себе, с одной стороны я уже умирала от ожидания, а с другой я хотела еще поиграть с ним, чтобы потом покорно прогнуться под ним.       Когда его хватка ослабла я повалила его и запрыгнула сверху, вцепившись зубами в его шею. Теперь уже я веду. Я почувствовала вкус крови, горячей, как огонь, а Тим лишь тихо зашипел. Я повторила еще несколько укусов, с каждым разом мои клыки все сильнее прокусывали кожу и, наконец, парень снова поменял нас местами. Быть снизу мне явно нравилось больше. Друг, хотя вряд ли он уже друг, смотрел на меня несколько секунд, а после вцепился в мои губы. Он прикусил нижнюю, а после нагло просунул язык мне в рот. От вкуса своей крови голова начала кружиться. Одной рукой Тим схватил мои запястья, а другой снова обхватил шею. Он не переставал кусать мои губы. "Возьми меня, никогда не отпускай" — кружились мысли в голове. Дешевая водка одурманила разум, но каждое прикосновение Тима просто сносит крышу. Я схожу с ума.       Брюнет отстранился от меня, но лишь для того, чтобы стянуть с меня футболку. Я была без лифчика, его зубы вцепились в мои соски, будто волк разрывал добычу. Изо рта вырвался громкий стон. Пальцами брюнет сжал мою талию, так что потом останутся синяки. Да и плевать на это, пусть завтра на мне останутся воспоминания от этой ночи. После он грубо снял с меня трусы и швырнул их куда-то в сторону. Повернув меня раком, он с силой шлепнул меня по пятой точке, пока снимал с себя одежду. Из уст вырвался громкий стон, скорее визг, и парень еще раз шлепнул меня с еще большей силой. Я услышала звук разрывающейся этикетки.       Смазка текла по ногам и наконец я почувствовала как рядом с входом происходит движение. Он водил членом вокруг, но так и не входил. Его орган был такой горячий, такой твердый. Тим, пожалуйста, не мучай меня и просто сделай это. Я уже начала молиться Иисусу. Парень схватил меня за волосы, притянул к себе и резким движением вошел в меня. Из уст вырвался громкий крик, а за ним еще десятки, сотни стонов. Парень сразу набрал быстрый темп, сильнее наматывал мои волосы на кулак. Я не чувствовала боль, только райское наслаждение и власть парня надо мной. Мое тело извивалось, как змея, чтобы максимально прочувствовать его внутри себя. Ноги тряслись, как будто у меня припадок, горло уже начало болеть от криков, с губ капала кровь на обнаженную грудь. Я думала, что мне нужен как минимум час, чтобы получить оргазм, но парень доставил мне удовольствие за несколько минут. Секс — это так прекрасно. Секс с Тимом — лучшее, что я чувствовала, за всю свою жизнь.

***

       И в который раз меня будит мерзкое солнце. Какая наглость. Голова просто раскалывается, воспоминания перемащиваются. Я посмотрела на пустую сторону дивана и глубоко вздохнула. Тима нет. Что-то зажало сердце, голова стала еще больше болеть. Я дотянулась до потрепанной футболки на полу и натянула ее на обнаженное тело. Комната пахнет водкой. Комната пахнет Тимом. В принципе, что я ожидала? Что парень принесет мне кофе в постель? Будем мило лежать на моем старом диване, моя голова на его плече, я почувствую его дыхание? Я полная дура.       В дверь начали долбить. У меня дежавю. Лениво я встала и поплелась к двери. Губы горели. Я распахнула дверь и не удивилась виду. — Проходи, — сказала я Косте.       Мне было так паршиво, что не было времени выяснять отношения, ебать мозги парню, учить его жизни. Главное — никаких нотаций. У друга разбита губы и синяк под глазом, точно дежавю. Он сел на диван, я вернулась с аптечкой и начала обрабатывать раны. — И даже не доебешься, что со мной? — спросила я. — А смысл? — развел руками парень.       Я усмехнулась. Абсурдная ситуация. Не хотелось думать об Алисе, а уж тем более о Тиме. Воспоминания медленно начали воскрешаться, из-за чего стало только хуже. Я дернула головой, в надежде разогнать плохие мысли, но это не помогло. Цыпа резко обнял меня, и я прижалась к нему. — Почему ты не сказала про Алису? — прошептал он. — Ты ведь узнал, так? Пожалуйста, не будем об этом говорить, я заебалась, — промычала я.       Я медленно отпрянула и достала сигареты. Одну протянула другу, а другую зажала между губ, но долго не решалась зажечь. Почему он пропал? Мы ведь почти переспали на трезвую голову, а теперь он просто свалил. Это было очевидно, Виолетта. Ты просто обнадежила себя глупыми мечтами. Вы не сможете быть вместе, ты понимала это раньше, с чего сейчас ты вдруг решила, что это возможно? Дура.       Наконец я закурила. Дым проникнул в мои легкие и пытался расслабить меня. Меня стало тошнить, и я поняла, что курить на пустой желудок не лучшая идея. Та блять, какая из последних моих идей была хорошая? — Сходим на наше место? — спросил Костя. — А где извинения? — улыбнулась я, — "Прости, малая, я не хотел, я больше никогда не буду так делать!" — я улыбнулась.       Друг громко рассмеялся. Он никогда не извиняется. На своем веку я этого не видела не сразу. — Хорошо. Только никакого алкоголя, — ответила я, — Я что-то приготовлю. — Никакой готовки. Я закажу пиццу, твою любимую. Приду сюда в девять, отдыхай, волчица, — ответил он и ушел.       Я медленно встала и пошла на кухню. Поползла, я бы сказала. Заварила себе горячий черный сладкий чай. Прекрасно помогает после бухаловки. Лайфак Алисы. Не помню, как это началось, но правда отлично помогает. Еда вообще не лезла, но я заставила себя съесть бутерброд. Интересно, наладится ли теперь это вообще? Может, лучше просто уйти из банды. Найти другую работу, или работать напрямую на Вадика. Хотя, на какого Вадика? Чтобы меня поскорее убили? Теперь, может, это лучшее, что может случиться. Мне не хватит сил, чтобы самостоятельно закончить со своей жалкой жизнью. Существованием. Что будет дальше? День за днем в этой несчастной хрущевке, в гордом одиночестве, вечно пытаться выживать. Это не очень воодушевляет. Точнее, совсем не воодушевляет. Но Костя же живет. Его жизнь тоже паршива, он каждый чертов день пытается выжить в этих каменных джунглях. Стоп. Вадик. Надеюсь, этот бандит еще не успел впутать его в новую западню. Нужно поговорить с ним. Я обязательно приведу его в чувство.