Дружба заканчивается, начинается любовь

«Сохатый» вышел из космопорта на Эва-ЛинЛин двадцать три часа назад, так что на борту был полный порядок: офицеры, кадеты и персонал разместились в каютах и приступили к выполнению своих обязанностей, следуя бортовому распорядку. Полёт проходил в штатном режиме, показатели приборов зависли в зелёной зоне. Гошу это злило. - Ну ты подумай, Ал, какая скукота! Сидеть-пердеть будем до самой академии! На кой бес я вообще нанялся на этот корабль? – Саша только пожал плечами в ответ. - Ты и не нанимался. Скажи спасибо, что вместо тюрьмы тебе вменили исправительные работы. Согласись, лучше скучать в машинном отсеке космического лайнера, чем в камере. - Гоша скорбно застонал, откинувшись на спинку стула. - Зачем ты об этом? У меня было такое хорошее настроение! - Что-то я не заметил. - Ты и дырку в жопе не заметил бы, если б только нужды не было ею пользоваться. Саша в ответ пнул своего собеседника по лодыжке, да так сильно, что тот чуть не упал с насиженного места, удержавшись только чудом. - Блядина! – оскорблённо гаркнул Гоша, зашипев от боли. Саша оскалил зубы в улыбке. - За словами то следи, а то весь полёт компанию тебе будут составлять трубы, провода и магнитные шашки. - А ты умеешь убеждать, лейтенант, сдаюсь, - снова усевшись ровно сказал Гоша, - только вот кому будет хуже от нашего расставания я не уверен. Как там твои студенты? Опять барахло? Саша скривился. То ли это был злой рок, то ли злое начальство, но его новые подопечные и правда не давали повода для оптимистических настроений. Снова какие-то недоучки, не прошедшие по баллам на пилотов и решившие переметнуться на его отделение. На бумаге оно называлось «Специалист тактической и технической поддержки» - СТТП, а на деле проще – второй пилот. Мало кто из молодых и амбициозных курсантов хотел всю жизнь быть в в чьей-то тени и даже поступая на СТТП каждый лелеял мысль о переводе, если вдруг на курсе пилотов образуется вакантное место. Александр Кюи, в отличие от подавляющего большинства, был вторым пилотом именно что по призванию. Ещё на вводных занятиях в кадетке он всё для себя решил, а практика лишь подтвердила правильность выбора. После выпуска из академии Саша два года служил на военном эсминце, хорошо себя зарекомендовал как специалист, а потом вдруг пришло приглашение на работу из Альма-Матер, от самого ректора! Собственно, тяга к преподаванию у Саши имелась, к тому же он был полон надежд изменить что-то… Но увы и ах, пока что реальность лишь больно жалила самооценку. - Не барахло они, нормальные парни, просто не туда поступили. - Поступили куда взяли, - хохотнул Гоша, наливая себе и своему собеседнику кофе из маленького «домашнего» автомата, - я вот инженером стать хотел, а пошёл на механика и, вот те крест, не жалею ни о чём! - А о том, что чуть по статье не присел за драку с главой ремонтного отдела? - Об этом я НЕ жалею больше всего, Ал, - сказал Гоша, с характерным звуком отхлебнув из кружки, - только иногда, одинокими вечерами думаю о том, что надо было этому гаду ещё и в лицо плюнуть. Саша в ответ на это закатил глаза и вздохнул скорбно, а Гоша засмеялся. Уж сколько лет знакомы, с самой кадетки, и вечно Гоша попадает в неприятности. Масштаб только с годами увеличивается, а так – всё то же, что в юности. - Ты бы жил как-то более осторожно, что ли… - Я осторожный до предела, - с этими словами Гоша вытащил из кармана штанов блестящий квадратик презерватива и демонстративно покрутил им перед Сашиным носом, - и всегда готов к любому развитию событий. - Ёп! – прокомментировал Саша и утопил улыбку в кофе. - Кстати об этом, - Гоша чуть наклонился вперёд, - видел ли ты, друг мой, какую красавицу взяли в официантки? Тут уж разговор потёк в известное русло: Гоша описывал все прелести своей новой «рейсовой» любви, а Саша в нужных местах кивал и изредка отпускал ядовитые комментарии по поводу отнюдь не оригинальных амурных фантазий. - Вот ты падла то, а! – шутливо рассердился Гоша, - Я ему тут душу оголяю, а он сидит… Хот бы про себя рассказал что-нибудь! Бабёнку то хоть удалось на гражданке оприходовать? Саша поморщился. - Ты же знаешь, что не бабёнку. - Ну хоть бы и так, - не сдавался Гоша, - с «не бабёнкой» получилось чего? - Нет. - Бля-я-я… В этом Саша с другом был полностью согласен. Секса хотелось и хотелось сильно, однако в академии баловаться неуставными отношениями Саша не собирался, своими глазами видел, чем подобное чревато, а потому жил мыслями об отпуске. Однако и на Эва-ЛинЛин найти себе кого-то не получилось, слишком уж напрягало присутствие в каждом приличном питейном заведении знакомых лиц: то персонал академии, то кадеты, то офицеры. Поняв в какой-то момент, что не судьба, Саша просто заказал на квартиру доставку с игрушками для взрослых, ну и… Хорошо провёл время, в общем то, но секс с другим человеком и хорошая дрочка - вещи отнюдь не одинаковые. - Жалко мне тебя, - заявил Гоша, - жалко пиздец, ты вроде парень то нормальный, всё при тебе, только почему-то предпочитаешь хуи глотать, вместо того чтобы что-то делать. Хотя, в твоём случае глотание хуёв как раз помогло бы! Гоша вновь засмеялся, но Саше было не смешно совершенно. - Да пошёл ты… Вдруг стало гадко на душе, хотя шутка не была из ряда вон и вполне вписывалась в привычный скабрезный юмор. Только жалости к себе Саша терпеть не мог, а потому, поднявшись, шагнул к выходу, но Гоша вдруг подскочил, чуть не перевернув стол, который стоял между ними и ухватил за локоть. - Бля, Ал, прости, перегнул. - Перегнул, - дёрнув рукой и освобождаясь из захвата сказал Саша, - прощаю. Только я сейчас уже не в настроении трепаться. Пойду. Выйдя в светлый коридор, где уже не было слышно мерного гудения реактора, Саша как будто почувствовал себя лучше. Гоша был мудаком, но в их шайке-лейке мудаком не одиноким. Бывало, что Саша тоже задевал друга за живое и мучился потом чуть ли не больше. Их отношения всегда были такими: наполненными взаимным уважением и дружеским теплом пополам с ядовитой прямотой. Саша и рад бы что-то изменить, сильнее сблизиться, но боялся, что в таком случае дружба очень скоро закончится. Георгий Белый, в простонародье Гоша, высокий широкоплечий шатен с вечно щетинистым лицом и скверным характером, был давнишней любовью Саши. Настолько давнишней, что уже, как говорится, отболело. Однако за годы чувство хоть и перестало быть таким же острым как когда-то, но не исчезло, как Саша надеялся. По большому счёту, эта любовь ему жить не мешала, а учитывая то, что видеться с Гошей они могли лишь изредка... В общем, всё было нормально ровно до тех пор, пока не случился судьбоносный казус, тот самый, который и отправил Гошу решением суда на борт «Сохатого». Дело было на Эва-ЛинЛин, где Гоша работал в ремонтном отсеке космопорта. Работы у него было много и самой разнообразной, поскольку как старший механик он проводил многоэтапную диагностику или брался за исправление серьёзных поломок. В общем, не скучал. В космопорте его уважали, потому как руки у Белого росли откуда полагается и после его работы техника буквально оживала, коллеги тоже Гошу любили, хотя тот временами зарывался. И всё было хорошо ровно до тех пор, пока глава ремонтного не стал донимать молоденькую механицу, только закончившую академию. Претензии были по делу, но говорились они таким тоном и в таких эпитетах, что после девушка подолгу рыдала тайком ото всех. Как-то раз её, зарёванную, застукал в каптёрке Гоша и, не мудрствуя лукаво, пошёл бить морду обидчику. Дело разбирали не долго, улики, так сказать, были на лицо. Точнее, на лице у пострадавшего. И ещё несколько пряталось под рубашкой. Словом, уж было решили рыцаря недоделанного упрятать на полгода для профилактики, однако вмешалась администрация космопорта, мол, кадр ценный, от него на воле пользы больше будет. Суд решил пойти навстречу и вменил Георгию Белому условный срок, исправительные работы на лайнере «Сохатый» и штраф в размере двух месячных зарплат. Первый совместный полёт с Гошей был смертельным ударом по Сашиному спокойствию. За четыре дня пути они успели девять раз поругаться, сыграть семьдесят партий в магнитные шашки и рассказать друг другу то, что никогда не рассказывали. В основном это была ерунда из детства или какие-то истории про коллег, но именно тогда Саша решил, что признается в своей ориентации. Друг принял новость со странным для его натуры спокойствием, а Саша, вернувшись в академию понял, что давно, казалось, задавленные чувства вновь сжали его сердце в тиски. В стенах академии Саша почти пришёл в норму, но очередной перелёт напрочь лишил его покоя. Благо, что лишь на какое-то время, а иначе не известно, чем бы это всё закончилось. Вскоре к компании предмета воздыхания на «Сохатом» Саша стал относится философски, смиряя свои взбесившиеся чувства и ощущая себя при этом почти буддистским монахом. Почти. Вся разница заключалась в том, что спокойствие ему и не снилось, а вот хорошую мину при плохой игре держать удавалось блестяще. От раздумий Сашу отвлёк звук коммуникатора, оповещающий о том, что встреча с личным составом состоится через два часа. Что ж, времени было полно, так что лейтенант Кюи решил сходить в душ и пообедать по-человечески, а не на ходу, как получалось чаще всего. К концу бортового дня Саша был выжат как лимон. Студенты в этом году были амбициозными и неугомонными, так что пришлось напрячься, чтобы держать их в узде, да и между собой парни плохо ладили. А ведь задачей Саши было просто проверить физподготовку парней в тренировочном зале лайнера… В общем, фронт работ, и до того казавшийся аховым, расширился. Освещение коридора неприятно слепило глаза – первый признак готовых лопнуть капилляров – так что Саша, прикрывшийся от света ладонью, не сразу заметил, что у двери в его каюту стоит Гоша. - Ты чего? Гоша как-то смущённо переступил с ноги на ногу, глубоко вздохнул и посмотрел вдруг Саше прямо в глаза. - Ну, поговорить хочу. Впустишь? - Заходи, конечно, - прикладывая руку к панели замка и пропуская гостя вперёд сказал Саша, - а что, всё-таки, случилось? Набедокурил? Гоша удивлённо поднял брови. - С чего ты взял? - Просто лицо у тебя такое… как у побитой собаки. - Уж с каким из мамки вылез! – осклабился Гоша и по-хозяйски сел в кресло, как будто расслабившись. – Вообще-то я по другому вопросу, Ал. По личному, так сказать. - Что с официанткой? – скинув с себя форменную куртку спросил Саша, но взглянув на друга вновь наткнулся на полный непонимания взгляд. - При чём тут официантка? - Я не знаю, подумал, что… Ай, не важно, просто скажи нормально, я устал и в шарады играть не готов. Гоша глубоко вздохнул, чуть подался вперёд и выдал. - Ладно, тогда… Слушай, я спросить хотел, я тебе нравлюсь, ну, в этом смысле? Саша замер на месте, внутри всё будто заледенело. Если Гоша понял, что он в него влюблён, то это, видимо, конец. И всё же, чёрт, где он прокололся? - Я не понимаю… - Гоша не дал ему закончить. - Просто, знаешь, я подумал, у тебя давно не было секса, у меня, в общем то, тоже, ну и я вообще уже какое-то время хочу попробовать с парнем. И я решил, что ты можешь быть не против. Потому что я не против. С тобой. - Это шутка? – еле как переварив ломаную речь спросил огорошенный лейтенант. - Нет, я серьёзно. Саша сел на кровати прямо напротив друга и некоторое время они оба молчали. Не веря в происходящее, Саша спросил: - И как ты хочешь? Сверху или снизу? – в ответ Гоша как-то странно посмотрел, вдруг начав заливаться румянцем. Поняв это, он прижал ладони к щекам, неловко «блякнув» по своему обыкновению и уставился в пол. Это была очень странная ситуация и подобное в жизни Саши случалось впервые. Он искренне не мог поверить, что всё происходящее не производная дурацкого Гошиного юмора, а потому завис как, наверное, никогда в жизни. - Я… - Гоша вновь взял себя в руки и теперь выглядел не таким смущённым, - Я не уверен. Знаешь, ты же в гомоебле опытнее, вот ты мне и скажи, как будет лучше. - Гомоебля, сука, Гош, дай мне минуту, иначе я это не вывезу. Гоша, смотря на то, как Саша совершенно по-дурацки хлопает глазами, прыснул в кулак. - Пардон, как я мог оскорбить ваши нежные уши своими плебейскими речами! - Ты придурок и это не лечится. - Так я и не к врачу пришёл. Гоша пересел на кровать к Саше и под его растерянным взглядом начал снимать обувь, а затем и носки. - Тебе помочь или сам справишься? – Саша вместо ответа заполошно стянул с себя ботинки, швырнул их вслед за Гошиными в угол комнаты, а когда повернулся к другу и открыл было рот… Гоша в своей жизни много целовался, но с парнями – никогда. Мужская анатомия его не привлекала от слова совсем, а вот девушки – другое дело. Не то что бы у него имелось несчётное количество любовниц, правильнее будет сказать, что в его жизни было много любовей. И далеко не со всеми он доходил до постели. Однако поцелуи были отдельной от секса пикантной ноткой в отношениях и говорили Гоше очень многое о предмете воздыхания. Сосаться с парнем… было странно. Гоша чувствовал под пальцами чужую щетину, хоть и не такую колючую, как у него самого, чувствовал странную сладость от неуверенных касаний языка, чувствовал, как по позвоночнику от самой макушки вниз побежали мурашки. Это было непривычно, но так захватывающе, что он, на секунду оторвавшись от Сашиных губ чтобы вдохнуть, вновь впился в них, теперь уже порывисто и страстно. Саша издал какой-то полу-стон полу-рык и, перекинув через друга ногу, повалил на кровать, перехватывая инициативу. Гоша перестал понимать где его собственный язык уже через пару минут, когда они оба буквально пожирали рты друг друга. Саша просунул руку под голову Гоше, схватил за волосы у самых корней, заставляя парня застонать от нахлынувшего удовольствия, и ещё сильнее углубил поцелуй, хотя казалось, что это просто невозможно. Саша с нажимом прошёлся по нёбу друга, широко лизнул и всосал проникнувший в его рот язык. Это было… вау. Руки Гоши, до этого лежавшие на Сашиных плечах, потянулись вниз, оглаживая жилистую спину и бока, а затем, добравшись до крепкой задницы, с оттягом сжали. Саша протяжно застонал в поцелуй и подался навстречу ласкавшим его рукам. Оу. - Я так понимаю, снизу будешь ты? – хрипло спросил Гоша, разрывая поцелуй и смотря в помутневшие от страсти серые глаза друга. - Могу, - так же хрипло ответил Саша, - только у меня довольно давно никого не было. - Про это я в курсе, - усмехнулся Гоша и заткнул начавшего было отвечать Сашу своими губами. Вновь языки парней столкнулись, руки жадно ласкали тела через одежду, а воздух, казалось, накалился. Саша оторвался от губ партнёра, провёл широким мазком языка по шее сдавленно застонавшего Гоши и залез прохладными пальцами тому под футболку, на что Гоша выгнулся, подкинул бёдра и потёрся вставшим членом о член Саши через брюки. От этого нехитрого действия застонали уже оба. - Блять, раздевайся, это пиздец, - рыкнул Гоша, заваливая Сашу на спину и, расположившись между его ног, расстегнул ширинку. Понятливо кивнув, Саша отчего-то онемевшими руками стянул с себя футболку и потянулся было к ширинке, но Гоша успел быстрее. Его большая ладонь забралась сразу под ткань белья, грубовато сжимая чужой член. Саша, жалко проскулив что-то, подался навстречу, провоцируя друга на ответные движения руки. Тот с явным интересом наблюдал за тем, как его собранный и иногда даже чересчур чопорный друг стонал под его рукой, а его растрепавшиеся волосы до одури эротично обрамляли лицо. - Пиздец, Ал, пиздец ты горячий, - шептал Гоша, пока срывал с друга остатки одежды, - ебать, да на тебя должны были слететься все пидоры Эва-ЛинЛин, блять, пиздец… Саша слушал полушёпот Гоши и бесстыдно раскинув ноги подавался навстречу его нехитрым ласкам, дурея от открывающегося вида на закрытый бельём явно большой и явно возбуждённый член. Когда вторая рука Гоши спустилась к яичкам, Саша оттолкнул партнёра ногой и потянулся к тумбочке, где держал смазку. - Если хочешь, сначала отсосу, - сказал Саша, открывая крышку, - всё равно ещё растянуть нужно. - Нет, - рыкнул Гоша и отобрал тюбик, - ложись на живот, я хочу растянуть тебя сам. - Эм, это как-то… - Саша не успел договорить, как уже оказался лицом на подушке. Гоша для удобства подтянул его бёдра повыше и мягко развёл половинки в стороны. Саша от этого весь сжался. – Не надо… - Чего не надо? – Гоша надавил на тюбик и щедро налил смазку Саше на поясницу. Тот зашипел. - Тянуть не надо. - Натяну, не переживай! – усмехнулся Гоша и провёл пальцами влажную дорожку с поясницы Саши прямо к звёздочке ануса, отчего смазка потекла щекотными струйками ниже, вызывая у Саши очередной непроизвольный стон. Гоша мягко надавил на мышцы большими пальцами, разминая, а затем вкрутил один из них внутрь. Палец вошёл без особого сопротивления, поэтому Гоша вставил и второй, обильно искупав в смазке. Задница была тугой, но податливой, так что уже спустя несколько минут Саша, вывернув голову, попросил вставить. Его лицо покраснело, а искусанные губы и вовсе стали напоминать по цвету спелую вишню. Гоша облизнулся, собственный член призывно дёргался. - Повернись, - то ли попросил, то ли приказал Гоша, - хочу на тебя посмотреть. Саша с готовностью лёг на спину, потянулся было за поцелуем, но Гоша его придержал, жадно оглядывая тело раскинувшегося под собой парня. Думая, что его не возбуждает мужское тело, Гоша глубоко заблуждался, потому что открывшаяся ему картина была горячей до невозможности: безволосая рельефная грудь с торчащими сосками, узкая талия и стоящий колом покрасневший член с поджавшимися яичками. Совершенно безволосый. - Ебать, - заключил Гоша и, впившись кратким поцелуем в губы друга, направил член в его зад. - Смазки побольше, - посоветовал взволнованный Саша, подложив под бёдра подушку, - у тебя большой. Гоша выполнил просьбу и, пристроившись, аккуратно толкнулся. Головка члена медленно погрузилась в нежную тесноту стенок заднего прохода, Саша рвано выдохнул и обвил талию друга ногами. - Дальше? – спросил еле сдерживающий себя механик и получил в ответ сдавленное «угу», после чего плавно толкнулся, прогнув поясницу, и погрузился до конца. Саша дышал рвано. - Блять, блять, блять… - Что-то не так? Больно? – заволновался Гоша, отчего возбуждение слегка схлынуло. Саша посмотрел каким-то непонятным взглядом из-под чёлки и произнёс на выдохе: - Блять, не тормози… Слышать мат из уст Саши, да ещё и в такой ситуации, оказалось неожиданно приятно. Гоша рыкнул, вышел из тела друга почти полностью, а затем вновь толкнулся, набирая темп. Саша под ним сладко постанывал, сжимал Гошины плечи, ласкал чувствительные уши и шею, а затем спустился рукой к своему члену, порывисто надрачивая в такт с движениями Гоши. Когда Саша кончил, то глаза его закатились, а из груди вырвался какой-то по-особенному порочный стон. Задница парня запульсировала и Гоша, не выдержав, подхватил Сашу за ногу, заваливая на бок, и принялся неистово вбиваться в его судорожно сжимающуюся и покрасневшую по краям дырку, наблюдая за тем, как при каждом обратном движении её края чуть выворачиваются. Так Гоша и кончил, жадно рассматривая анус друга, растянувшийся на его члене. Вытащив начавший обмякать пенис, Гоша не удержался и вставил в зад Саши пальцы. Тот попытался было отползти. - Гош, хватит… - Ал, заткнись, прошу тебя, я, кажется, влюбился в твою растраханную жопу, - Саша вмиг покраснел до самых ушей, поднялся на локтях и, смотря на Гошу, то открывал, то закрывал рот, как выброшенная на берег рыба, - ох, сука, сперма вытекает, у меня сейчас снова встанет… Можно ещё разок? – с надеждой взглянув на друга спросил Гоша. - Можно, - чуть замявшись ответил тот, - только дай передохнуть. - Окей, без проблем. Завтра я тогда тоже приду после смены. А потом мы не скоро сможем увидеться, и то всего на пол дня… Ну, ничего, мне осталось куковать на «Сохатом» всего три месяца, а уж потом устроюсь в академию, они всё равно приглашали. Кстати, если ты не понял, у нас отношения. То есть, мне бы очень хотелось. Саша поднял на Гошу глаза, но ничего ответить не смог, только поманил парня к себе для жаркого поцелуя.