Мегахорош

Темноту комнаты разбивает прямоугольник света. Бледно-голубой оттенок окрашивает лицо юноши, неспешно набирающего пароль. Клавиатура привычно щёлкает под его пальцами. Наконец, монитор приобретает цвета рабочего стола. Пара кликов мышью и, наконец, открывается окно знакомой соцсети. «Что там по табличкам?» — отправить. Акине хочет, наконец, дописать этот чёртов гайд на Ёимию, но… но один человек, который бесконечно дорог его уставшей от тусклой повседневности душе никак не читает сообщения. Минута ожидания, две, три… неужели он снова занят в этой своей другой игре? «долго ещё пилить», — прилетает в ответ, — «приезжай вместе допилим иксди» Вместе? То есть… вместе… должно быть, шутка? «Рофлишь», — набирает Акине. «да нет, заезжай к шести чё нет то», — новое сообщение появляется на экране, — «но если опоздаешь, будешь факин слейвом.» Акине довольно ухмыляется. Вот ещё, опоздает он. До шести достаточно времени, он ведь успеет, да? Всего-то одеться и полчаса на метро… ну и полчаса до метро. В общем-то, ничего нового. Дневная духота, конечно, не сравнится с чатом во время наплыва сомнительных экспертов, но первые капли дождя её, наконец, разбавляют. Акине открывает форточку и вдыхает запах улицы — после сообщений Юва даже московская пыль бабочками оседает на его лёгких. Уголки его губ едва заметно приподнимаются, когда он представляет грядущую встречу. Шелест листвы (и четырёхполосного шоссе) за окном так и манит выйти на улицу — поспешить на встречу с Ювом. Ткань чёрного худи приятной тяжестью ложится на его худощавые плечи, узкие джинсы плотно обтягивают тонкие ноги. Юноша быстро пробегается пальцами по волосам, рассматривая собственное отражение. «Вроде, не так уж и плохо…» — думает он, тихо вздыхая. Конечно, расчитывать на что-то он даже не планирует. За исключением лишь годный материал для видео. В конце концов, одно дело на словах, другое — в экселе. Акине вовсе не считает себя бестолковым или что-то подобное, он и так прекрасно справился бы с текстом. Просто ему нравятся факты. И Юв. В чём он боялся признаться себе несколько месяцев. ЕГЭ, армия, канал… ничто так не волновало и не будоражило его разум, так сильно как этот парнишка с лаконичной речью и до неприличия восхитительно низким голосом. Акине вечно слушал бы этот чёртов голос. Хотел бы слышать его каждый день, а не только во время стримов или обсуждений контента в дискорде. Но жизнь, кажется, распоряжается иначе… Тяжело вздохнув, юноша открывает входную дверь и выходит на лестничную площадку. Его руки едва заметно дрожат — даже ключ то и дело норовит выскользнуть из болезненно бледных ладоней. Расправившись с замком, наконец, он спешит к выходу из подъезда. Улица встречает его шумом, ветром и теплом. Лишь едва заметный дождик накрапывает, рисуя на асфальте точки. На часах ровно пять — Акине понимает это по вибрации телефона в кармане. Должно быть, это уведомление с сервера Акса — тот должен был начать стримить. Каждый шаг ощущается так, словно юноша по колено, а то и выше, в воде. До станции осталось идти всего-то минут двадцать, которые кажутся бесконечностью. Словно тринадцатый этаж бездны на фритуплейном аккаунте. Наконец, стекло и сталь вестибюля встречают его взор. Прохлада подземки манит, в отличие от мерзких тёток, штрафующих за отсутствие масок. Лениво натянув одну на лицо, Акине проскальзывает к турникетам. Карточка не срабатывает раз, два… — Это у вас социальная? — осторожно интересуется охранник, — если школьник, то отключили, должно быть. Или вы студент? «Блять…» — думает юноша. И правда, отключили. Кто бы мог подумать, что они пожадничают последний месяц. Быстро купив проездной, он пролетает на станцию и направляется к поезду, но металлические двери вагона щёлкают прямо перед его носом. «Блять», — снова думает он, глядя на часы. Он ведь вышел вовремя, а тут одна неприятность всплывает поверх другой. Поезд приезжает старенький. Акине вновь вздыхает — выбирать не приходится. Пока вагон с пугающим рокотом мчит на другой конец города, сердце парня колотится с такой же скоростью, что и метро. Наконец, монотонный женский голос называет нужную станцию. Теперь их разделяет совсем немного, так ведь? Всего-то минут пять до нужного дома. «Минут пять через проливной дождь и ветер», — к ужасу для себя обнаруживает Акине, когда выходит из подземного перехода. Зонт оставлен дома, а до назначенного времени встречи остаётся всего-ничего. Внутреннее волнение захлёстывает юношу — опоздание в его голове кажется просто непростительным. Промокнув до нитки, словно от Ешки Барбары, Акине, наконец, добирается до знакомого дома. Подъезд встречает его беспокойно мерцающей лампочкой и скрежетом неплотно прилегающей к бетону плитки. Состояние подъезда, пожалуй, соответствует состоянию и самого гостя — тревожность и дискомфорт абсолютно выбивают его из колеи. Напросился в гости, опоздал, так ещё и под дождь попал. Целое комбо, как-никак. Дрожащая рука юноши, наконец, тянется к звонку в дверь. Палец едва не мажет по кнопке, но дребезжащий звук по ту сторону стены, всё же, раздаётся. — Если это Экине, то вход в данжен открыт, — произносит до боли знакомый голос. Акине открывает дверь. — Хааай, хааай, — широко улыбается он, когда, наконец, видит Юва. — Ну, привет, получается, — усмехается Юв в ответ, — нас там незаваренный чай ждёт, — монотонно произносит парень и удаляется на кухню, после чего раздаётся звук закипающей воды. Акине, ополоснув руки, следует за ним. Разлив горячую воду по чашкам и кинув по чайному пакетику, Юв устало вздыхает. Он берёт чашки, и ставит их на стол, после чего потирает заспанные глаза. — Что стоим? Заболеть хотим? — спрашивает Юв, снова улыбаясь. Когда Акине перестаёт зависать, словно капча при входе в аккаунт геншина, он садится напротив хозяина квартиры, — чай вкусный, с цветочками какими-то, — немного ворчливо произносит Юв, — специально для такой принцессы. Щёки Акине заливаются предательским румянцем. «Ну и какая из меня принцесса?» — думает он, но чай пробует. И правда вкусный. — С-спасибо, — слова благодарности звучат до ужаса неловко. — За чай или за принцессу? — привычно ворчливым голосом тихо, в своей ворчливой манере, посмеивается Юв. — Да знаешь что? — Акине смеётся в ответ. — Не знаю, — с довольным лицом парень допивает чай, — но теперь и Ёимию посчитать можно. — Наконец-то, — улыбается Акине, — футажи я наснимал, только цифры остались. — Вот и славно, — Юв поднимается из-за стола. Их взгляды на долю секунды пересекаются, пусть и через солнечные очки. По коже Акине пробегают мурашки. Компьютер стартует с тихим писком. В полутьме (не из-за туч, а из-за стоящих поблизости многоэтажек) подсветка клавиатуры и системного блока выглядит особенно красиво. А ещё красиво в неоновом свете выглядит Юв. Акине разглядывает такие любимые черты лица, подсвечиваемые по очереди всеми цветами радуги. — Что, ты тоже по этой лгбт подсветке? — хихикает он. — Ргб, Акинус, ргб, — усмехается Юв, завалившись в кресло. Акине садится на заботливо поставленный рядом стул. Экселевские таблички, столь родные для многих ютьюберов по геншину, заполоняют монитор. — Ну, смотри, сначала надо бы её таланты выписать… какая там максимальная сила атаки? — спрашивает парень, легонько ткнув Акине в бок. Акине ничего не отвечает. Он смотрит то на губы Юва, то на спрятанные за непроглядными стёклами очков глазами. Его голову посещают какие угодно мысли, кроме геншиновских. Мысли о том, какими эти тонкие сухие губы были бы на вкус, мысли о том, как тонкие пальцы архонта экселя касались бы его рёбер, проходились бы худым бокам и… и… ох чёрт. Акине смотрит вниз. Юв тоже. — О как, — только и успевает сказать Юв, как Акине неуверенно, но очень осторожно целует его в уголок рта, придвигаясь ближе, — так это из-за меня ты такой мокрый, получается, — Юв откладывает очки, а Акине замирает, любуясь цветом его глаз. — Дождь это, вообще-то, — смущённо шепчет Акине, чувствуя, как его притягивают ближе. Юв, боже правый, и правда кладёт свои прекрасные тонкие руки на акиновские бёдра и пересаживает его к себе на колени. — Ну дай пошутить, Душнилкине, — тихо смеётся Юв, целуя холодную шею Акине, — а как же Глинчик? Я думал, у вас там серьёзно всё. — Он ножки только Аксу и скидывает, я ему… — Акине замирает, — только для рофлов в чате и нужен, — он прикусывает губу, — но твои гайды мне всегда нравились больше. — Вот как… ну, с такой принцессой грех так плохо обращаться. Жди фото в сине-жёлтых носках, иксди, — Юв осторожно целует Акине, а тот проводит языком по его нижней губе и несильно прикусывает, — ах ты ж Кусакине! Юв усмехается и целует Акине снова, снова и снова, расстёгивая его узкие джинсы и касаясь его через ткань нижнего белья. — Что… Юв? — неуверенно зовёт Акине, сдерживаясь от непотребных звуков, — Ты.. — Познакомлю тебя с моей рукой, получается, — с губ Юва не сходит улыбка, — не будем спешить? — Но я… я бы хотел… — Тихо, тихо, Акинус Доминатус, не всё так быстро, больно будет же, — Юв целует его, не давая и шанса возвращать. Его пальцы скользят чуть выше, заползают под резинку трусов, а Акине громко ахает, когда чувствует руку Юва на своём члене. Он кусает губы, кусает губы Юва, запрокидывает голову и жмурится так сильно, что глаза начинают болеть. Его тело реагирует на каждое быстрое движение руки, а он сам рвано дышит, изредка кусая собственную ладонь, чтобы заглушить и без того тихие стоны. Юв, его любимый Юв делает с ним это, доводит до этих развратных звуков и всхлипов. Акине весь дрожит, вцепившись в его плечи. С шумным выдохом он кончает и падает на плечо Юва, наконец, разжав пальцы. — Ты как? Оффнулся с позором? — с улыбкой в голосе интересуется Юв, легонько поглаживая Акине по голове. — Рука чистая хоть? — первым делом спрашивает тот, тихо вздохнув. — Ага, — Юв смеётся, — иначе пришлось бы тебе под дождик ещё раз попасть, иксди. — Хороший гайд на Ёимию написали. — Да, теперь ты поможешь мне с гайдом на стирку. — Мегахорош, — Акине смеётся, ткнувшись носом в тонкую шею Юва. Тот всё ещё осторожно гладит его по плечам и спине. Всё теперь будет хорошо.