Солнечный и токсичный

В Фелиции как и всегда светило яркое, тёплое солнце. С улиц раздавались счастливые громкие голоса жителей, приветствующих новый день. Феликс мрачно зевнул, поднимаясь. В груди который день неприятно кололо, и сейчас похоже чувство появилось в горле, заставляя появляться маленькие бусинки слёз на глазах от боли. Правитель направился к ванне. Умыться, привести себя в божеский вид, принять контрастный душ чтобы взбодриться и поярче улыбнутся. Всё как обычно. В горле клона запершило, и он склонился над раковиной, чувствуя как что-то крупное поднимается по горлу, желая вырваться наружу. Он закашлялся, смахивая мелкие слёзки и в ужасе смотря в раковину. Кровавые лепестки хризантемы. — Что простите? — Феликс глупо посмотрел на мужчину в белом халате с ярко-жёлтым крестом на нём. — Ханахаки, в народе зовущаяся болезнью влюблённых. — Мужчина прокашлялся и поправил очки в тонкой оправе на носу. — Если проще, ханахаки - это болезнь, вызывающая рост цветов внутри вас и позже на вас, пока она не убьёт вас, или пока вы не вылечитесь. Пятый глубоко вздохнул, сжимая руки в кулачки. — Эта болезнь вызвана сильными, не взаимными романтическими чувствами, не высказанные. — Доктор собирает свои вещи, беря чемоданчик и поднимаясь. — Если легче, просто признайтесь, сэр Феликс. Взаимность ваша единственная надежда. Лекарь поклонился и ушёл, желая ему удачи. Чёрт возьми. Он всегда считал что его чувства к пиковому просто симпатия, ничего серьёзного и долгого. Как же он ошибся. Правитель потёр глаза и подозвал верного Франца, жалобно смотрящего на него. — Да, сэр Феликс? — Учтиво и обыденно спросил он, хотя клон мог услышать короткую, печально напуганную нотку. — Готовь транспорт и всё нужное, — Феликс поднялся, тяжело вздыхая и тепло смотря на преданного помощника. — Похоже, в ближайшие пару дней мы навестим Варуленд.