Его имя принадлежит мне

Аэропорт, рейс до Бостона. Голова раскалывается от событий и информации, которую мне пытается донести Михаэль - правая рука отца. Другие девочки в моем возрасте сейчас бы утопали в слезах и горе от потери близкого, но не я. Многие могли подумать, что у меня нет сердца и как так можно без эмоционально реагировать на смерть отца. Я его уважала и любила всем сердцем, он всегда держал баланс во мне. Я жила обычной жизнью, школа, университет, друзья, тусовки и т.д. Но в то же время меня обучали владению оружием, рукопашным боем и многим другим вещам, которые могли мне пригодится, что бы спасти свою жизнь или близкого. И мне нравилось это. Но в присутствие кого-то из своего клана я не могла дать волю эмоциям. Отец с детства учил, что эмоции могут многое рассказать о человеке, поэтому нужно быть аккуратной в проявление их даже с близкими людьми. - Эмили ты меня слушаешь? - сфокусировавшись на лице Михаэля и мотнув головой в отрицательной форме, я попыталась сосредоточиться на разговоре с ним. - Повтори ещё раз, пожалуйста. Сейчас информация очень плохо до меня доходит. - Я понимаю, тебе тяжело, сейчас в клане хаус, старейшины негодуют кто должен стать следующим главой, но только ты имеешь на это право. Либо если ты не хочешь нести это бремя, можешь выбрать кандидата и передать ему правление. - моя кровь начинала вскипать от его слов. - Михаэль - повысив голос и добавив угрожающие нотки - Как ты смеешь говорить, что это бремя!? Мой отец - Ваш глава. Он заботился о Вас, о клане, и мире двух сильнейших группировок. Только благодаря его мудрости, не было войны между нами. А ты это называешь бременем!? Это честь! - Эмили, стоп. Я не это имел ввиду… - к сожалению, я уже не могла остановится. - Говоришь передать клан другому? Да никогда в жизни! Хоть я и не принимала участие в нем, как Вы, но запомни раз и навсегда, что это МОЙ клан! И плевать я хотела на мнение старейшин. Я докажу, что достойна быть главой.- посмотрев на него свирепым взглядом, я встала и пошла в сторону уборной. Всю дорогу мы молчали и не проронили ни слова, пока не приехали в отчий дом. Прежде чем пойти отдохнуть после дороги, я приказала Михаэлю оповестить всех о моем прибытие, и созвать совет старейшин. Оказавшись в папиной комнате, я легла на его кровать и дала волю эмоциям. Вся та боль, которую я так долго сдерживала в себе вылилась в сильнейшую истерику. Из этого состояния меня выдернул телефонный звонок от Михаэля, который сообщил что через два часа будет совет. - « Так, все Эмили, подбери свои сопли и докажи, что ты дочь своего отца» - проговорила я своему отражению в зеркале и начала собираться.