be with me this summer

— Чимин, я думаю тебе уже хватит, — забирает у него почти пустую, и уже не первую бутылку пива Хосок — а то будет как в прошлом году. — Кто бы говорил — издает смешок Сокджин. В комнату, через полузакрытую занавеску, попадают последние лучи солнца, которое садится за горизонт. Музыку со двора, слышно даже на третьем этаже, где живут ребята. Сейчас там заканчивается концерт, после которого начнется дискотека, для учеников старших групп. Обычно там происходит все самое интересное, поэтому, пока движ не начался, они вливают в себя пиво, которое, одному Богу известно, как было пронесено на территорию лагеря. В комнату заходит Юнги с Чонгуком. Второй, снимает портфель и достает еще две больших бутылки алкоголя и закуску в виде чипсов. Они сидят еще полчаса, выпивают, и выдвигаются на дискач. На улице уже темно. Двор лагеря освещают яркие гирлянды, которые висят вокруг так называемого танцпола. Ритмичные биты приятно бьют по ушам. Большая часть народа танцует, некоторые стоят в стороне что-то обсуждая с другими, и несколько вожатых наблюдают за порядком. И со стороны сразу видно, что большая часть толпы — подвыпившие или уже пьяные. Чимин с Сокджином и Хосоком, тут же пошли разносить танцпол своими дикими танцами. — Вот это их жмыхнуло — смотрит на открывшеюся картину Намджун. Остальные ребята осматриваются и спустя пару минут, присоединяются к ним. Спустя полчаса таких танцев, Гук отходит в сторону, перевести дыхание. — А ты оказывается двигаться можешь, и даже неплохо — подходит кто-то со спины. Чонгук разворачивается и видит Тэхена. — А вы оказывается в танцах разбираетесь, и даже неплохо. — Опыт, заешь ли, — отвечает Ким — раньше я был хореографом. — Наверное не очень получалось, раз до вожатого опустились — хотел пошутить Гук и только потом понял, что это было не очень вежливо — Простите, я не то имел ввиду. — Ничего — грустнеет на секунду Тэ, и улыбнувшись спрашивает — а ты на кого планируешь дальше учиться? — Я еще об этом не думал — почесав голову, устремляет взгляд куда-то вниз. — У тебя есть еще время. Подумай, чем тебе нравиться заниматься больше всего, даже если ошибешься, ты всегда можешь поменять свой выбор позже, — подбадривающе хлопает его по плечу — но я почему-то уверен, что ты примешь правильное решение. Больше всего нравится «заниматься ничего не деланием» и круглосуточно качать пресс, но вряд ли есть такая профессия. — Спасибо, — смущенно отвечает Чонгук, и прячет улыбку — так, а почему вы больше танцами не занимаетесь? — Травма, — говорит Тэхен, пытаясь не выдавать грустных эмоций — но зато медляк я все еще могу станцевать, — подмигивает и ухмыляется. — А я никогда не мог, точнее не умел — раньше Гук об этом даже не задумывался. — Если хочешь, я тебя научу, — Чонгук только издает смешок, принимая это за шутку — ты чего? Я же серьезно. — Нуу… Я не… Не успевает договорить, как его берут за руку и волокут на танцпол, где как-раз играет медленный трек. Все разбились по парочкам и плавно двигаются под музыку. Тэхен кладет одну руку Гука к себе на шею, а вторую берет в свою, тем временем прижимая его к себе за талию, затем начинает медленно переставлять ноги, заставляя Чонгука делать то же самое. Они начинают медленно двигаться в такт музыке. Тэхен так близко — думает Чонгук, близко настолько, что он даже разглядел маленькую родинку у него на кончике носа. Он чувствует его руку на своей пояснице, и они почти соприкасаются грудью. От чего-то, сердце начало биться быстрее, возможно, это все выпитый алкоголь или Гук просто очень волнуется, ведь такой танец сложный, вдруг сделает что-то не так. Опозориться еще. Да. Именно из-за этого. Еще и дышит прямо в лоб. Ну это уже совсем. Гук приподнимает глаза и смотрит прямо на Тэ, но поймав его взгляд, резко отводит свой. И опять странное чувство. Уже даже колени начинают подрагивать. Больше он так не продержится. — Мне нужно отойти — говорит Гук и отстраняется. Он идет, сам не знает куда. Отходит от территории лагеря, садиться на скамейку и решает, что ему нужно закурить. Так-то он не курит, но когда выпьет, может позволить себе пару сигарет. Раздумывая обо всем, достает зажигалку и безуспешно пытается поджечь. Встряхивает, и делает еще пару попыток. — Сука — ругается на нее Гук, и смотрит так, будто она виновна во всех его проблемах. Затем швыряет несчастную зажигалку куда-то в кусты и жует фильтр от сигареты. Слева, кто-то присаживается, сразу же подкуривая Чонгуку, а он чуть не давиться, и не выкупает что делать дальше. — Не нужно от меня каждый раз сбегать, я не кусаюсь, если конечно сам не попросишь — Тэ прикуривает и себе. — А по Вам и не скажешь — делая затяжку, усмехается. — Раз уж на то пошло, и ты уже куришь при мне, то можно и на «ты». — Вы же сами говорили, что старше меня на сотню лет и это не вежливо. — А курить при мне, значит вежливо — наиграно делает удивленное лицо — и к твоему сведенью, мне 22 — выпячивает нижнюю губу, и сводит брови к переносице, типа обиделся. — Опять же, так и не скажешь, теперь я дам тебе максимум 13 — смеется Гук. — А я дам тебе по шее, если еще раз вот так сбежишь от меня, Чонгук — смотрит прямо в его глаза. — Еще раз? Танцевать больше не буду, я на такое не подписывался, — поднимает брови в возмущении — стоп. Откуда ты знаешь мое имя? — хмурится Гук. — Я экстрасенс, — ухмыляется Тэ, и делает затяжку — а еще у меня есть список всех учеников, даже с фотографиями — подмигивая смотрит на него. — Так ты специально искал меня? — вылупил на него свои огромные глаза. — Не обольщайся, случайно заметил. — И запомнил — хмыкает Гук. — И запомнил — Тэхен подпирает голову рукой и смотрит с мягкой улыбкой. Чонгуку почему-то сейчас так хорошо, он сидит, и лыбится, как идиот, и хочется всю жизнь вот так вот, ни о чем не думать, и смотреть в эти темные глаза напротив, от чего-то кажущиеся такими родными.

***

— Че там интересного увидел? — Хосок пытается поймать взгляд Юнги — Уже минут десять пялишься, присмотрел себе кого? Мин отвлекается от созерцания прекрасного зрелища — танцующего Чимина. — Присмотрел. Палку, которой тебя ща отхуярю, если не отлипнешь. — Понял. Я в магаз сбегаю, тебе чего-то прихватить? — Желание жить. — Скоро буду — закатывает глаза Хосок, и уходит. Юнги возвращает взгляд на танцпол, и натыкается на следующую картину: какие-то мудилы, волокут Чимина за собой, и скрываются за угол. Долго не мешкая, Юнги подрывается и идет за ними. По пути матерится про себя, ведь как назло, Сокджин с Намджуном хуй пойми где, Хосок ушел в магаз, а Чонгук где-то в проебах. Он заходит за угол, и видит, как Чимина прессуют два упыря. Один из них, который повыше, с собранными волосами в хвост, и одет как какой-то хипстер, активно че-то втирает перепуганному Паку. — Вам, блядь, жить надоело? — подлетает к ним Юнги. — Потеряйся — отвечает один из парней, и тут же получает кулаком в челюсть. Пока другой стоит в непонятках, долго не думая, Юнги припечатывает его к стенке, и бьет в нос, а затем в живот. От удара его скручивает, и он валится на землю. Тем временем, второму досталось ногой между ног, от Чимина. — Ей! Что здесь происходит?! — кричит вожатый из какой-то группы, нарисовавшийся из-за угла. Чимин хватает Юнги за руку, и они вместе убегают на всех скоростях. Пробежавши нехилое расстояние, они останавливаются перевести дыхание. — Спасибо — первое, что говорит Чимин, с небольшой отдышкой. — Ерунда, — отмахивается Юнги — ты в порядке? — осматривает его с ног до головы. Получивши кивок, Мин кивает в ответ, и они решают пройти еще пару тройку метров. Впереди виднеется какой-то небольшой обрыв, с которого можно спуститься. Юнги сбегает вниз первым, и остановившись, ждет Чимина, на всякий случай, страхуя его, чтобы тот не улетел в озеро, которое расположено в метре от спуска. — Красиво тут, — осматривается Пак — давай побудем здесь немного. Юнги соглашается, и они садятся на рядом упавшее дерево вдоль озера. Вокруг сплошная тишина, даже ветра нету. На небе ни одной тучи. Есть лишь миллиарды звезд, которые хорошо видно из-за темноты, и большая луна, которые невероятно красиво отражаются в воде. Это место — кусочек рая. Нету суеты, шума, людей, и проблемы будто тоже исчезли. Не хочется ни о чем думать. Юнги достает из кармана сигареты, и протягивает Чимину, тот лишь отрицательно мотает головой. Прикурив себе, он наблюдает за тем, как Пак задумчиво перебирает пальцами. — Что они от тебя хотели? — выдыхая дым, смотрит куда-то вдоль озера. — Они узнали, что я гей. Юнги чуть не закашливается от такой информации, и поворачивается к нему с ошарашенным видом. — Я давно хотел признаться, — продолжает Пак — но боялся реакции, что вы меня не поймете, и вообще больше общаться не захотите, потому, что я какой-то неправильный. Я пойму, если и ты не захочешь — чувствуя себя каким-то провинившимся, он отводит взгляд в сторону. В голове столько мыслей, и в то же время сказать нечего. Кажется, вот он, тот идеальный момент, в который, наконец-то, спустя столько лет, можно признаться в своих чувствах. Тем более, в новой, сложившейся на пользу ситуации. — Чимин, — после минутной паузы, решает что-то сказать — я хочу, чтоб ты знал, что я никогда от тебя не отвернусь, не будет в мире таких обстоятельств, что заставят меня перестать с тобой общаться, кроме тех, в которых ты сам этого захочешь — Юнги берет его за подбородок, заставляя посмотреть на себя. Пару раз моргая, влажными от слез глазами, Чимин смотрит с большой благодарностью в ответ. Он даже не рассчитывал на хоть малейшую поддержку, с чего-то решив, что друзья, которые ему уже почти как семья, бросят его, из-за такой мелочи. Юнги смотрит, и видит в этих глазах целый космос, не тот, который отражается от неба, а тот, который Чимин отражает от себя на небо. Звезды там существуют только благодаря ему, погаснет он — погаснут они. Погаснет и сам Юнги. В кармане начинает вибрировать телефон, и в этот момент, хочется жестоко убить того, кто прервал такую идиллию. — Ты где проебался? — доносится из трубки голос Хосока — Возвращаюсь, а нету никого. Че за кидалово? — Сейчас будем — коротко отвечает Юнги, смотря на Чимина. — Давай, жду. О, Чонгук — Мин сбрасывает звонок. Они сидят еще пару минут, в полной тишине. Затем встают, и направляются обратно в лагерь.

***

Время близится к одиннадцати вечера. На небольшой поляне, возле лагеря, развели костер, вокруг которого, сидят все отдыхающие, вожатые, и некоторые учителя. Один из учеников, играет приятную музыку на гитаре, остальные желающие ему подпевают. Кто-то жарит маршмэллоу на огне, некоторые, завернулись в мягкие пледы, так как вечером немного похолодало. — Где это вы были? — поднимает голову Хосок, и смотрит на Юнги с Чимином. — В лесу — отвечает Мин, и садится к остальным ребятам, на покрывало возле костра. — Зачем? — удивленно смотрит Намджун. — Грибы собирали, зачем же еще — саркастически отвечает Юнги. Чимин тихо усмехается, и мостится возле ребят. — И как? — с какой-то гаденькой ухмылкой, играя бровями, спрашивает Чонгук. В ответ, естественно, получая только недоброжелательный взгляд со стороны Юнги. Вообще-то, не то чтобы никто из ребят не догадывался, что у этих двоих, возможно, что-то есть. Они всегда замечали какое-то особо-трепетное отношение Юнги к Чимину. Например, он постоянно помогал ему с домашкой, тем временем, как остальным: «хуй тебе, а не списать». Да что тут говорить, если он даже ни разу в жизни, не фыркал на Чимина, что странно, ведь остальным, такого счастья не досталось. Так или иначе, никто об этом спросить не решается. Думают, если что-то и есть, то это их личное дело. Захотят — расскажут сами. — Кстати! — вскрикивает Сокджин, что остальные аж подпрыгивают от испуга — Я такое сегодня видел! Один наш хорошо знакомый друг, танцевал медлячок с нашим вожатым — уже тише добавляет он, будто сплетни распускает. Ребята на него смотрят в ожидании продолжения. — Ну и че ты на меня уставился? — смотрит на Чонгука Сокджин — Знаешь же, что про тебя говорю. Теперь, все смотрят на Чона, которого, походу, ввело в ступор. Конечно, кто-то бы заметил. Этого следовало ожидать. Но почему теперь так стыдно? Будто он там чем-то неприличным занимался, а не просто танцевал. — Он меня просто решил научить — пытаясь не выдавать смущения, отвечает Гук. — Чему именно? — толкая язык за щеку, спрашивает Намджун. — Танцу, блядь, идиоты — закатывает глаза Чон. — Сейчас он кого-то другого научит — Юнги кидает взгляд за его спину. Гук оборачивается, и кажется, сердце удар пропустило. Он видит Тэхена, и какую-то девушку рядом с ним. Они медленно танцуют в обнимку, возле других пар, мягко улыбаясь друг другу. Чонгук не должен чувствовать то, что чувствует. Не должен так реагировать. Ведь, с чего вдруг? Он вообще не знает этого парня, он ему — никто. Так, почему? И что это за неприятное ощущение? Хочется вырвать его из груди. Кажется, оно называется «ревность».