Школа-веселая пора

— Видимо, сотрясение.— последнее о чём подумал Данил, прежде чем услышал то, от чего ему стало страшно как никогда. — думаю с него хватит, приступайте ко второй части.- скомандовал глава, устроившись поудобнее на своём «троне» из каких-то старых коробок. Подопечные без лишних слов поняли приказ и с недобрыми ухмылками склонились над парнем. Данил тут же начал брыкаться, пытаться отпихнуть их, что у него, конечно, получалось плохо из-за многочисленных травм. Одни схватили его за руки, другие же за ноги, удерживая, и сняли последнюю часть одежды парня. — Не брыкайся, тебе понравится. — сказал один из наркоманов с пошлой усмешкой тот. Из глаз парня уже выступали слёзы от понимания своей беспомощности. Он знал что он не выберется. Он знал что ему никто не поможет, ведь никто ему никогда не помогал… Раздался звук пряжки ремня, и тут же между ног Дани устроился один из парней. Сам этот парень был несколько худощавого телосложения и со смазливым личиком, он был, конечно, слабее Данила, ведь сам он был немного полным, да ещё и занимался боксом, но держащие его по рукам и ногам не давали ему и шанса дать отпор. Только Данил успел оценить свои шансы на побег, как тут же почувствовал нечто твёрдое, что упиралось в его анус. —блять, серьезно, у него встал на парня?! Спустя всего долю секунды это «нечто» оказалось внутри. Резкая боль пронзила тело парня, на котором и так небыло живого места. Он дёрнулся от боли и понимания, что только раззадорило дрыща, и тот, даже не дав Данилу оклематься, начал в него вдалбливаться с силой, наращивая темп. Данилу было больно. «Мужчинам нельзя плакать!» твердили ему с самого детства родители, но он не мог. Ему было стыдно и больно до такой степени, что он был готов на этом самом месте просто сдохнуть. Он уже хотел просить чтобы его прикончили и прекратили его страдания, но он не мог выдавить из себя и слова из-за кома в горле, что не давал ему даже вдохнуть. Другой же парень прильнул к соску и начал его лизать и кусать. Сильно кусать. Будто бы хотел к чертям откусить! Данил извивался от боли под ржачь его «оков», пока в него продолжали входить и выходить, ни капли не жалея парня. Худощавый кончил на живот парню, а на его место пришёл другой, более крупного телосложения и лицом, скорее напоминающего зэка, хотя как он может таковым являться? Вся компашка, по видимому, была несовершеннолетней, ведь многие из них были ровесниками Данила. Его перевернули, и поставив на колени прижали голову к асфальту. И снова боль, пронзающая всё тело. В этот раз было больнее, чем прежде. Данил впился пальцами в асфальт, стирая те в кровь. Пока один его трахал, другой поднял его голову и всунул в рот, по самые гланды, свой член. Парень подавился, и хотел было вынуть изо рта половой орган, как его схватили за голову, не давая отодвинуться даже на дюйм. Теперь его имели с двух сторон. Голова уже и вовсе переставала соображать, он уже переставал что либо чувствовать, а взгляд мутнел, что грозилось потерей сознания. Но каждый раз, когда он был готов отключиться, в него вдалбливались сильнее, что приводило того в чувства. Он не знал сколько уже прошло времени. Полчаса? Час? Не понятно. Вкус спермы, что остался после «великолепного» чупа-чупса, как его назвал тот, что решил позабавиться с ротиком парня, вызывал рвотные позывы, но блевать было нечем. Он так и не успел сегодня поесть. Вдоволь "навеселившись" компания ушла, оставив голого, избитого и изнасилованного парня лежать на холодном асфальте, и лишь главный на прощание сказал: — Ещё встретимся, "принцесса".

end of the flashback