Замки из песка

Если бы прямо сейчас Петя предложил бы ему расстаться. Прийти на работу завтра в радужных футболках. Или сыграть свадьбу где-нибудь на Кубе. Игорь согласился бы на всё. Сейчас он согласился бы на всё, лишь бы уйти из этого ада. В принципе, Гром всегда знал о странных музыкальных вкусах Пети. Пожалуй, с самого дня их знакомства. Тогда это совсем не напрягало. Но вот когда они стали жить вместе и Грому пришлось просыпаться под громкое тявканье с кухни о том, что какой-то малолетний мальчик трахает сук, а потом запивает это дело соком, напряжение начало нарастать. Но всё равно это было терпимо. Иногда даже удавалось уговорить Хазина слушать свою новомодную музыку в наушниках, а иногда, в очень-очень редких случаях, они даже включали за ужином радио «Петроград»*. И всё было отлично, они давно установили для себя, что «о вкусах не спорят». Но вдруг Хазина угораздило потащить Игоря на музыкальный фестиваль. На рэп фестиваль. — Игорь, ты можешь собираться побыстрее? — Петя старался не показывать то, что заметил заинтересованный взгляд Игоря на его заднице в новых чёрных джинсах. — У нас нет конкретных мест, только сектор. Надо успеть занять хорошие места! — Например, на улице? — обречённо выдал Гром, наконец заканчивая с носками. — Очень смешно, — Хазин закатил глаза, продолжая красоваться у зеркала. В этот раз он никак не мог определиться с очками. Игорь хотел было спросить зачем ему солнечные очки в помещении, но тут же заткнул себя, уже представляя ответные речи по типу: «Игорь, ничего ты не понимаешь, это же образ! Это же стиль!» — А вообще, хватит гундеть раньше времени. Ты хоть и дед, но сейчас конкретно перебарщиваешь. Может, тебе понравится даже! — А может я умру от сердечного приступа! Там будет столько басов и криков, а я уже не молодой, — Игорь тяжело вздохнул, переводя взгляд на окно. Погода была прекрасная, наконец такая солнечная и манящая. А он должен был тратить свой единственный выходной на каких-то реперов. — Если у тебя и будет сердечный приступ, то только от этого красавца, — игриво улыбнулся Хазин, надевая кожаную куртку и наконец поворачиваясь к Игорю лицом. И тут он был абсолютно прав. Во рту сразу пересохло, а руки так и потянулись скорее к этому совершенству. Петя всегда выглядел превосходно. И в идеально-белых рубашках на работе, и в форме во время задержаний, и по утрам, когда вместо одежды его тело покрывали лишь засосы. Но почему-то именно вот такой Петя, с взлохмаченными волосами, в этой дурацкой кожаной куртке и с какой-то цепочкой на груди выглядел… ну просто пиздец как сексуально. — Ты вроде как говорил мне одеваться, а не наоборот, — хрипло выдохнул Гром, еле сдерживаясь от того, чтобы начать срывать с себя и с Пети одежду. Хотя, нет, эту курточку он на нём бы оставил… — Земля вызывает Грома, приём! — с ухмылкой пощёлкал перед его лицом Хазин. — В твоих глазах настолько ясно видны картинки, как мы трахаемся, что аж смешно. — Смешно ему, — обиженно пробубнил Игорь, наконец поднимаясь с кровати. Видимо, пора смириться, что вместо прогулки и секса сегодня ему светит только нескончаемый мат и куча пьяных малолеток вокруг. — Хей, я люблю тебя, — ухватил его за руку Петя, тепло улыбаясь. Такие улыбки доставались Игорю ужасно редко, и порой они были ему куда важнее и ценнее слов. — Спасибо, что согласился терпеть это ради меня. Мне правда очень хотелось провести этот вечер именно с тобой. — И я тебя люблю, — Гром вернул улыбку, запуская руки под чужую куртку и стискивая Петю в объятиях. — Но я ещё трахну тебя в этой куртке, клянусь!

*

Возвращаясь к началу, они сидели здесь уже третий час. Первые полчаса даже обнадёживали. Сначала симпатичный диджей включал какую-то нейтральную музыку, не мешая толпе группироваться, так сказать, по интересам, а потом вышел какой-то непонятный парень и поорал минут десять. Игорь даже обрадоваться успел, подумав, что на этом как бы и всё. — А я и не думал, что это так быстро кончится, — радостно подскочил он с места, но тут же был утянут жёсткой рукой обратно. — Сядь ты! Это же фест, тут много сразу выступает. Несколько выступлений подряд Игорь донимал Хазина вопросами, когда конец и последний ли это был артист. Но спустя пару часов успокоился. И смирился. Они тут, блять, надолго. С каждым новым малолеткой на сцене в зале прибавлялось народу. Все чаще и чаще в центре делали какой-то круг, а потом люди вдруг бежали и тёрлись друг о друга. Вроде это называлось как-то слэш или слэм, Игорь так и не запомнил. Его всё раздражало просто максимально. Он ненавидел скопления народа, а тут вокруг людей были просто сотни. Шум бил по ушам. Было ужасно душно и отовсюду воняло новомодными курилками. С его ростом ноги еле помещались в проход, а жопа уже зудела, как он её отсидел. Но Петя рядом выглядел таким счастливым. В этой несвойственной ему одежде, с банкой какого-то энергетика в руках, с раскрасневшимися щеками. Он подпевал почти все песни, наизусть выкрикивая с залом каждое слово. И Игорь не уставал ему поражаться. Сколько, блять, макароны варить, он запомнить не может! А тексты всех самых тупорылых песен, так пожалуйста, наизусть! — Не хочешь спуститься вниз потанцевать? — еле перекрикивая музыку, спросил Петя. Звучало как издёвка. Игорь? Танцевать? Под русский рэп? Он лучше станцует с Петей вальс посреди отдела, чем умрёт от неловкости, стараясь подражать толпе. В вальсе хотя бы всё просто. Раз-два-три, раз-два-три, и дело с концом. А тут что делать? Извиваться, как сосиска? — Пожалуй, воздержусь, Петь, — Гром нахмурился пуще прежнего, перекидывая ноги на другую сторону. Ну сколько ещё это будет продолжаться? — Ну хочешь уйдём на последнем? Он мне не особо заходит, — сжалился Хазин, проводя рукой по чужому колену. — Я тогда буду самым счастливым человеком на земле! — Игорь поймал его руку, на несколько мучительно-приятных секунд сжимая. — Эй! Я думал, ты и так самый счастливый, потому что у тебя есть я! — рассмеялся Петя, вопреки своей наигранно-возмущённой моське. — Счастливый. Но был бы ещё счастливее, если бы ты слушал Баха там ну или на крайняк группу «Воровайки». — Ты хоть одно произведение Баха назовёшь, умник? — Хазин приблизился опасно близко, и Игорь еле сдерживал себя, чтобы не наброситься на эти губы. — Смотри на сцену лучше, там уже выходит очередной недопонятый гений, — чтобы точно не сорваться (а ещё потому, что он явно ни за что бы не вспомнил ни одного произведения Баха) прервал их зрительный контакт Игорь, с преувеличенным интересом уставившись на сцену. — Волшебная флейта? — Это Моцарт, не позорься лучше, — фыркнул Хазин, тут же переключая всё своё внимание на нового артиста. — Хуёцарт, — себе под нос пробубнил Гром и зевнул, готовясь к новой порции незабываемых впечатлений.

*

— Чего-то холодно капец, — Петя вздрогнул, щуря глаза от яркого закатного солнца. Очки, которые он выбирал добрых минут десять, конечно же, были проигнорированы. — Теплее надо было одеваться, а не выёбываться, — Игорь заглянул через плечо Хазина в его смартфон, и увидел неутешительные цифры. Такси оставалось ждать больше десяти минут. — Куртку свою не дам! Сам околел уже. — Ты ж мой романтик, — Петя закатил глаза, убирая телефон в карман и обнимая себя за плечи. — Ну что, спрашивать как тебе концерт, думаю, смысла нет? — Нууу, — Гром шмыгнул носом, пытаясь переварить свои впечатления. И прислушавшись к себе, он вдруг понял, что это всё, в принципе, было… неплохо? Они с Петей очень редко выбирались куда-то. Максимум в бар, и то не больше, чем на пару часов. Чаще выходные они просто отсыпались, ну или гуляли где-нибудь возле дома. А тут за один вечер такая масса впечатлений. И пусть они почти все были для Игоря негативными, это всё равно такая встряска, которой их отношениям давно не хватало. — Я, конечно, не скоро захочу такое повторить, но это было интересно. — Интересно?! — возмутился Хазин, толкая Игоря кулаком в плечо. — Да я так орал, что голос сорвал! Горло завтра, скорее всего, болеть будет. Да это был один из самых весёлых вечеров за последнее время. — Голос сорвал от пения, а подшучивать наши друзья завтра будут надо мной. — Ну тогда уж надо мной! Это же я, по их мнению, твою письку сую в рот двадцать четыре на семь, — на них тут же обернулось несколько девчонок, но Петя сделал вид, что чужое внимание его ничуть не трогает. — Поверь, я бы с удовольствием сегодня засунул бы твою письку в свой рот, но твой этот «концерт», — Игорь не сдержался от кавычек в воздухе. — Вымотал меня по полной. — Эй, ещё недавно кто-то обещал выебать меня прямо в этой куртке! — Когда-нибудь! — припомнил свои слова Гром, и хотел было уже притянуть Петю к себе и потискать, наплевав на людей вокруг, но заметил, что наконец подъехала их машина. — Карета подана. До дома они ехали молча. Петя пересматривал видео с концерта, отбирая лучшие для постов и сторис, а Игорь просто радовался, что наконец может удобно устроить ноги и посидеть в блаженной тишине. Хотя, голова все ещё гудела фантомными басами, а в мыслях то и дело всплывали строчки песен, о существовании которых ещё сегодня утром Игорь даже не подозревал. — Хороший всё-таки выдался вечер, — убирая наушники в кейс, обернулся к Грому Петя. — Надо почаще нам куда-нибудь выбираться. — Ага. Только в следующий раз я выбираю, на кого мы пойдём! — Договорились, — наивно согласился Хазин, но довольная ухмылочка Игоря навела его на самые страшные мысли. — Только никакой Ваенги! — ухмылочка разрасталась всё сильнее и сильнее, а сам мужчина уже еле сдерживал ехидный смех. — Игорь! * - радио "Петроград" - волна русского шансона.