Замки из песка

— Игорь, я хочу черешни. — Чего? — даже не открывая глаз, сонно пробубнил Игорь в ответ. — Черешни хочу, — обиженно выдохнул Петя, тыкая мужчину в бок. — А в рот жёванной морковкой тебе не плюнуть? — Гром нехотя приоткрыл один глаз, и тут же наткнулся на сложенные на груди руки и поджатые губы. — Тебе так сложно до кухни сходить, я не понимаю? — фыркнул Хазин, пытаясь вытянуть из-под Игоря одеяло. — Тот же вопрос, дорогой, — Игорь сдаваться не собирался, демонстративно укрываясь оставшимся ему клочком одеяла. — В чём проблема самому пойти помыть себе черешни? Почему я? — Потому что ты меня любишь больше всех на свете и не можешь мне отказать? — захлопал ресничками Петя, за секунду превращаясь в невинного ангелочка. — Ну пожалуйста! — С этого слова и надо было начинать, — план Игоря «не сдаваться» потерпел поражение сразу же, как эти глазки пошли в ход, поэтому мужчина, с выражением вселенской усталости, спустил ноги с кровати и поплёлся в сторону кухни. Петя же победно улыбнулся. Да Гром ему в ноги кланяться должен, что такое солнышко, как Петя, вообще всё ещё его терпит. А ему даже черешни принести жалко. Жмотяра! — Вот, держи, — Игорь без особой радости плюхнул на чужие колени полную миску отборной бордовой черешни и завалился обратно на любимую кроватку. — Спасибо! — Петя от счастья, как ему сейчас будет вкусно, даже смачно чмокнул своего курьера в щёку и тут же накинулся на сочные ягодки. — Вкусно? — не смог сдержать улыбки Гром, когда Петя впихнул в себя сразу черешен шесть. — Угум, — косточки полетели в миску, и Хазин скорее потянулся за новой порцией. — Кисленькие. Как я хотел! — Ну кушай, — Игорь снова поудобнее улёгся на бок, обнимая декоративную подушку. — Только молча!

*

— Ой, останови! Останови срочно! — Петя прикрыл рот рукой, уже готовый выпрыгивать из машины на полном ходу. — Что случилось? — Игорь плавно свернул на обочину, но ответа не последовало, так как в ту же секунду, как машина остановилась, Хазин выскочил на улицу. — Петь? Гром не смог усидеть на месте, когда увидел, что его возлюбленный скрутился в три погибели в ближайших кустах, поэтому выскочил из машины следом, прихватив с собой бутылку воды. — Что такое? Укачало? — он протянул Пете салфетку, а затем воду. В ответ на него зыркнули таким злобным взглядом, что аж мурашки по телу пошли. — Ага, блять, укачало! — с явным сарказмом огрызнулся Хазин и принялся полоскать рот. — Но тебя же никогда не укачивало раньше, — видимо, Игорю сарказм был не знаком от слова совсем, потому что ничто в тоне Пети его не насторожило. — Видимо, из-за твоей новой ёлочки ебаной! — совсем уж разорался Петя, сдерживая очередной рвотный порыв. — Ладно, я сейчас её сниму, — Гром нутром чуял, что что-то здесь не так, но вот что, никак не мог понять. — Проветрим немного и дальше поедем. — Да ты невыносим просто! — на всю заорал Петя, но тут же сорвался на очередной приступ рвоты. — И чего он такой нервный? — сам себя спросил Игорь, срывая злосчастную елочку. Видимо, кому-то надо поменьше работать.

*

— Петь, я дома, — Игорь скинул куртку и начал растирать затёкшую шею. Он ожидал, что его парень хоть выйдет его встретить, но в квартире будто никого и не было. — Петь? Гром быстро разулся, бросил пакеты с продуктами возле кухни и тихонько заглянул в комнату. Он ожидал увидеть всё, что угодно: начиная Петей, который снова увлёкся своей дурацкой игрой в компьютере и не слышит ничего вокруг, и заканчивая нелепой и глупой изменой. Но точно в его списке не было Хазина, который сидел на кровати и рыдал, смотря что-то по телеку и утирая слёзы краем пледа. — Ты чего? — Игорь тут же подлетел к кровати, обсматривая горе-суженного на предмет травм или повреждений. — Те… телевизор вот смотрю, — почти что прошептал Хазин, громко шмыгая носом. — Но это ведь всего лишь шоу «Кондитеры», Петь, — Игорь перевел шокированный взгляд с экрана, где подружка Рената в очередной раз впихивала в себя полторта, на заплаканного Петю. — Там маленький мальчик испёк тооорт! А Ренат его не взяяял! — Хазин разрыдался с новой силой, утыкаясь головой в плед и обнимая коленки. — Так, кажется, кому-то пора в отпуск, — он присел рядом, неловко обнимая объект своей неземной любви за плечи. — Давай включим что-то другое, что не будет тебя расстраивать, м? — Там до этого были «Четыре свадьбы»! Это ещё хуже! — Петя, как ребёнок, ударил ладошкой по кровати и привалился к чужому плечу. — Сделаешь мне чай? — С мёдом и мятой? — Гром попытался ободряюще улыбнуться, одной рукой сжимая чужую ладонь, а второй стирая с покрасневших щёк слезы. — Угу, — Петя как-то резко успокоился, усаживаясь поудобнее и закутываясь в плед как в кокон. — Пара минут и я вернусь, — Игорь чмокнул его в лоб и скорее помчался на кухню, чтобы не спровоцировать очередной приступ истерики. — Когда-нибудь до него дойдёт, — как только за Громом захлопнулась дверь, Петя опустил руки на живот, легонько его поглаживая. — И у нас на это осталось ещё семь месяцев, заяц.