Веселые школьные дни

Бедный Азриэль, какую боль он пережил вчера на физкультуре. Хромой ученик еле переставлял ноги, Чара просто ужасно надругалась над ним, но отказывать этой властной даме, что однажды нож к горлу приложила, было очень страшно. Вот и сейчас, больными ногами Азриэль направлялся на первый урок. - Эй, Азриэль! - Послышался голос Папайруса. - Ты все так и хромаешь после вчерашнего дня? Парни отлично сдружились, сидя за одной партой, так еще находясь в одном клубе. Вообще Азриэль считал Папайруса хорошим соседом. Он добрый, отзывчивый, всегда помогал решить самостоятельную или контрольную, не страшно было забыть пенал, учебник или тетрадь, Папайрус всегда делился запасным арсеналом. Хоть Азриэль и новенький, но до него доходили слухи, что к Папайрусу все странно относятся, то ли недолюбливают, то ли просто не хотят с ним по какой-то причине общаться, впрочем, с этим была мутная ситуация. - Доброе утро, Папайрус. Да вот, я вчера еле пережил физкультуру. - Пожаловался Азриэль. - Повезло тебе с Чарой, друг. Это признак хорошей тренировки и настоящей любви! Вот я вчера Фриск вообще ни в какую не мог заставить заниматься. Она - скользкая улитка! Улизнула из моих рук, а я ведь хотел, чтобы она больше так не мучилась. - Любви? - Уловил Азриэль. - Чара? - Ну да, ведь раз любит - значит хочет тебе помочь. - А... так ты об этом... - Азриэль весь взъерошился. - А ты о чем подумал? - Нет, не о чем! Парни общались, направляясь к кабинету биологии. Как только они завернули за угол, их тут же встретила Андайн. Девушка схватила обоих за шиворот. Папайрусу пришлось согнуться. - Так, вы двое, а ну-ка за мной, у меня к вам очень серьезный разговор. - Даже с какой-то строгостью сказала Андайн. - Пожалуйста, только не в женский туалет! - Запаниковал Азриэль. Но на его благо, Андайн отвела их в другое крыло школы, где с одноклассниками низка вероятность пересечься. Староста обоих прижала к стенке. Парни покорно встали. - Значит так, у меня к вам не просьба, а приказ. Даже так, вам задание. - Задание? - Заинтересовался Папайрус. - Именно, очень высокой важности и секретности, об этом никто не должен знать. Даже учителя. Поняли? - Мы внемлем твоим словам! - С энтузиазмом ответил Папайрус. Он сгорал от любопытства, что же такого их просит сделать староста? - Значит так. Вы оба должны помочь Чаре и Фриск с написанием сочинения. Меня вообще Ториэль попросила это сделать, но на самом деле я очень плохо пишу, мне помогает Альфис. А этим двум я не могу доверить свою подругу! Поэтому, это должны сделать вы. - Приказ принят! - Что? - Растерялся Азриэль. - Не расстраивайте Ториэль! Покажите ей результат. На этом разговор был окончен. Наступило время заседания клуба. Оно проходило в обычном формате. Все занимались как всегда своими делами. Но Папайрус и Азриэль думали, как лучше сказать девочкам, что они будут репетиторами? - А вы какую тему для сочинения хотите написать? - Спросила Андайн. Мужское население клуба не знало, был ли это намек или просто вопрос. - Я п-про храбрость и трусость. - Сказала Альфис. - Про геноцид и пощаду! Ох, и распишу я им все свои мысли. - С жаром ответила Чара. - Я беру ту же тему. - Ответила Фриск. - Что, тоже собираешься писать про то, как замечательно убить весь Земной шар? - Спросила Андайн. - Не, про это Чара собирается писать, а я про пощаду. А сама-то про что собираешься? - Про честь и бесчестие! - Я не помню, как точно звучит тема, но про то, как важно оставаться человеком. - Отозвался Азриэль. Пришел черед отвечать Папайрусу. - Я решил, что буду писать про любовь... Фриск поймала на себе его взгляд. Сильно смутившись, девушка слегка отвернулась. Она все еще была под впечатлением физкультуры. Не каждый день над собой ты увидишь Папайруса, который тебе ногу задирает... Так. Стоп. Хватит. Чувства опять понесли, легкая дрожь уже потихоньку овладевала телом. Прошло пару дней. А Папайрус и Азриэль все еще не спешили начинать уроки репетиторства. - Эй, вы с этим затянуть решили? - Застала их врасплох Андайн за обедом. - Если вы думаете, что месяц резиновый, то вы явно ошибаетесь! - Прости, просто... мы все ни как не решимся... - Начал Азриэль. - Господи, я вас же не на свидание их прошу сводить! А ну, чтобы сегодня уже сказали все им! Иначе я сама назначу вам свидание! - М-мы все сделаем! - Уж извольте. Андайн удалилась. Азриэль глубоко вздохнул. - О, Папайрус, мне очень страшно. Как я могу подойти к Чаре и сказать ей об этом? - А чего ты боишься? - Чара очень вспыльчивая и злая, что если она узнает об этом, то просто мне голову свернет! - Да не переживай ты так! Все будет хорошо! - Ладно я, но почему ты Фриск не скажешь? Она понимающая и спокойная, от нее хотя бы отказ не так страшно услышать и уж точно не треснет. - Понимаешь, дело в том, что я заметил... Она как будто избегает меня все время. Я так внезапно появляюсь около нее постоянно, от чего не желая этого, пугаю ее. И я все не знаю, как лучше подойти к ней и сказать, что хочу помочь. Прошлая попытка помощи не удалась. Она не хочет, а я не хочу навязываться. - А почему не удалась? - Да она вообще не далась мне! Нет - и все тут. Так вот решил быть понастойчивее и в итоге...ну...не вышло в общем. - Папайрус отхлебнул холодного молока. Молоко он обожал. - О, а я думал только мне будет не так просто. - Но в любом случае, мы должны помочь им. - Даже если и откажут, то просто попросим помощи у Андайн. Вечером уже дома Азриэль лежал на своей кровати. Он долго пялился в телефон. Все-таки написать намного безопасней, чем вживую сказать. Наконец, собрав смелость, Азриэль отправил сообщение, где все рассказал. И с ужасом ждал ответа. Так могут волноваться только во время экзамена и ожидания результатов. К изнуряющему ожиданию, телефон вспыхнул, появилось сообщение: "Буду ждать в своем доме. Завтра в шесть вечера. И не забудь шоколад! " У Азриэля не было предела радости. Парень подкинул подушку, поймал обратно, обнял крепко к себе. Настоящая гора с плеч. Теперь осталось поделиться с достижениями со своим другом. Фриск читала книгу, как вдруг экран телефона вспыхнул. Девушка, думая, что это от Чары, взяла телефон. Сообщение было от Папайруса: "Привет! Надеюсь, я не сильно побеспокою тебя в такой час, но у меня к тебе серьезное сообщение. Дело в том, что меня попросили помочь тебе с написанием сочинения. Ториэль сказала, что ты слабо пишешь, поэтому хотела, чтобы друзья помогли тебе. Альфис с Андайн не могут, как и Азриэль, поэтому предлагаю свою помощь. Прости меня, если все выше сказанное звучит очень дико, я ни в коем случае не хочу навязываться тебе. Поэтому, ничего страшного если откажешься. Надеюсь, ты извинишь меня за то, что потревожил. " Девушка просто растаяла от такого сообщения. Уголки губ приподнялись. Это получается, что Папайрус придет к ней? Это так было волнующе. Фриск не сразу, но ответила, назначив место встречи и время. Дальше книгу читать стало просто невозможно, она ждала завтрашнего дня, кажется, ночь выдастся бессонной. Собственно, оно все так и случилось. Пол ночи Фриск не могла заснуть. Она сильно волновалась. Из гостей, у нее была только Чара, а тут явится сам Папайрус, так еще и наедине. Конечно, была соблазнительна мысль написать сообщение с отказом, типа поменялись планы, и она не сможет. Но, в самом деле, черт возьми, во что превратилась ее жизнь? Она то и дело, что ищет какие-то отмазки, чтобы лишний раз с Папайрусом не пересечься, но раз согласилась - надо идти до конца. Хватит быть такой нерешительной! Она дождется его, только вздремнет немного... Фриск и так поспала всего полтора часа, так еще и в школе просидела, дорога туда-обратно забирала много энергии. Поэтому, размякла, глаза слипались. Тело упало на удобную кровать. Боже, она лежала на небесах, среди кучевых облаков, а не где-то на земле. Когда наступило время открыть глаза, то уже было темновато. Световой день шел на убыль, поэтому темнело быстро. Девушка посмотрела в окно. Там наступала настоящая зима. Снег заметал улицы. Фриск посмотрела на телефон и с ужасом обнаружила, что удачно проспала встречу... Прошло уже целых два часа с тех пор, как Папайрус должен был прийти. А самое главное от него ни пропущенных звонков, ни сообщений. Девушка ощутила настоящий страх, да как она могла? Совесть заживо разъедала душу, как она могла так легкомысленно поступить? Лечь спать и не завести будильник. Фриск была уверена, что она просто вздремнет, полежит на кровати, но то, что отрубится с концами и в другой мир улетит, не было предвидено. "Не может быть..." - Подумала Фриск о вероятности того, что Папайрус все еще не ушел. Девушка рванула вниз по лестнице к выходу. Она стояла перед дверью. Да кто будет ждать ее два часа? Так еще при такой ужасной погоде! Наверняка он ушел. Фриск почувствовала себя психопаткой, но дверь стоило открыть для утоления своего невроза. Дверь открылась, впуская холодный ветер. У Фриск дрогнуло сердце, когда увидела, что Папайрус был все еще там! - Быстрее заходи! Фриск потянула его за руку к себе домой. Парень весь был измученный и дрожал от холода. Вся одежда промокла от снега. Он что, ненормальный? Он все эти два часа стоял и ждал? А что если бы она не открыла дверь? Фриск чувствовала ужасную вину перед ним. Но ее поражал такой поступок. Девушка просто ошеломленно пялилась на него и не могла слова сказать. Фриск чувствовала себя паршиво, что вот так жестоко обратилась по отношении к нему, однако этот чудик сам виноват! Да кто в здравом уме будет стоять в такую собачью погоду и ждать, когда ему дверь откроют? - Ты что творишь?! - Наконец высказала Фриск. - Ну, ты сказала прийти, я и пришел. Разве я мог вот так просто уйти? - Мог! Ты посмотри на себя, ты весь промок, да еще дрожишь от холода, как бы не простыл. Неужели тебе не хотелось вернуться? - Нет, не хотелось. Хоть и было очень холодно, но меня попросили помочь тебе, разве я могу просто развернуться? Я думал, что может быть не правильно тебя понял и пришел намного раньше, поэтому беспокоить не стал. - Ты поэтому мне не смог хоть сообщение написать или дозвониться? - Я стеснялся. - Стеснялся?! - Фриск сама начала испытывать это. - И ты предпочел стоять в этот буран? - Получается что так. - Значит так, снимай с себя всю одежду, а я схожу за полотенцем. А то выглядишь так, как будто после душа вышел. С этими словами Фриск удалилась за одним очень большим и теплым полотенцем, которое подарила однажды отцу, порой девушка использовала его как плед. Папайрус начал делать то, что ему было велено. Когда Фриск вернулась обратно, то могла узреть Папайруса во всей красе. Парень разделся по торс и держал в руках насквозь промокшее тряпье. Мимо глаз девушки крепкие плечи не пролетели мимо. Именно это она и чувствовала под одеждой одноклассника, когда они танцевали. Девушка просто не могла оторвать глаз от этой красоты и чувствовала, как тает. Тогда Фриск представила, как прикоснется к нему. "Должно быть, он сейчас очень холодный." - С жалостью подумала она. - А мне штаны снимать? - Спросил Папайрус. - НЕТ! - Фриск швырнула в него полотенце. - Прикрой свой срам, а я отнесу вещи на батарею. Хозяйка дома выхватила одежду из рук Папайруса и удалилась еще раз, чтобы поставить их на сушку. Папайрус все еще стоял у порога и вытирался там. Полотенце и вправду согревало его, правда руки так сильно окоченели, что он еле как их сгибал и разгибал. Два часа холода давали о себе знать. А тем временем стояла кромешная тишина, такая, что даже не было слышно тиканья часов. Всю эту картину дополняла буря за окном. " Должно быть ей очень одиноко." - Пошли на кухню, я накормлю тебя. - Прошла мимо девушка, даже не глядя на него. Папайрус послушно отправился за ней. Фриск из холодильника достала свою стряпню, репетитор стоял рядом и осматривался. - Я живу одна, поэтому готовлю сама. Прости уж, если придется не по вкусу. Да я и ленивая очень, поэтому готовлю спагетти и ничего кроме них. - Т-ты готовишь спагетти? - Глаза парня, что были недавно полностью потушены холодом и бурей, вспыхнули как два огонька. - Да. Но не знаю как тебе, но мне очень нравится их готовить и есть. Внезапно для Фриск, Папайрус встал перед ней на одно колено и взял ее за левую руку. Девушка оторопела, щеки обдало жаром, рука заразилась холодом. - Фриск! Наши души очень похожи! Я думаю, это судьба! Как часто люди встречают свою вторую половинку, на столько схожую, чтобы у них так же совпадали интересы, как и у нас с тобой? Кто еще полюбит спагетти также как и я? Ты должна быть моей! *Бам* Удар поварёшкой удачно был принят по лбу. - А-уч. - Схватился за больное место Папайрус. Но в итоге, парень, расстроенный таким ответом на его высказанные чувства, ел спагетти, и они были съедобны. В молчании Фриск сидела рядом, одолевала легкая дрожь. Что это сейчас было? Она была поражена как никогда. С Папайрусом происходят очень странные вещи. Чувства опять приходилось брать под контроль. Как же было напряженно с ним находиться... И все же, у него такие ледяные руки, это очень опасно, в таком состоянии их можно и отморозить, от такого жалобно сжималось сердце. Парня самого иногда потряхивало от холода, мурашки заметно бегали по коже. - Тебе чай или кофе? - Спросила Фриск. - Можно чай. Ухаживание продолжалось. Когда со спагетти было покончено, парочка переместилась в зал. Оба сели на пол за низкий журнальный столик напротив друг друга. Папайрус обхватывал горячую кружку двумя руками, к пальцам потихоньку возвращалась жизнь, от чего пощипывало, так же прижимал к кружке свою замершую щеку. От прикосновения тепла парень с наслаждением закрывал глаза, вот бы сейчас принять горячую ванну. Фриск уже притащила с комнаты все необходимое. Она видела, как одноклассник тянется к теплу в попытках согреться. Сердце сжалось еще сильнее. - Ну так, учитель, я внимательно тебя слушаю. - Начала Фриск. Девушка старалась изо всех сил вести себя естественно и расслаблено, но полу-обнажённый вид Папайруса, если это так можно было назвать, сильно ее смущал. "Учитель" отпил горячего чая. - Так, дай вообще ознакомится с твоим сочинением. - А Ториэль не рассказала разве что у меня не так? - Рассказала, но мало ли вдруг еще что-нибудь увижу. Андайн полностью рассказала парням о слабых сторонах подруг. Фриск выжидательно сидела. Она смотрела куда угодно, но не на Папайруса. Ей было так неудобно осознавать, что он вчитывается в ее бредни, которые пишет на отвали. Сама она понимала, что ее сочинения не очень качественные, так как ей вообще не нравилось заниматься этим и писала просто, чтобы отстали и оценку поставили. - Я все понял. - Наконец произнес Папайрус. Фриск посмотрела на него. - Значит да, у тебя как-то странно предложения выстроены. Все в кучу вваливаешь. Постоянно забываешь ставить запятые. А так в принципе не плохо. Если мы, например, сделаем вот так... Папайрус сделал попытку что-то начиркать ручкой, но мелкая моторика все еще не восстановилась. Фриск наблюдала, как беспомощно парень пытался провести линию, но она получалась корявой, он держал ручку слабо, пальцы сильно дрожали. Неужели ей придется наблюдать за этой жалостливой картиной? В итоге, это она не смогла элементарно завести будильник. Тонкие пальцы осторожно прикоснулись до ледяной руки Папайруса. Необычайное нежное тепло тут же раздалось на месте прикосновения, но вскоре тепла этого стало намного больше. Девушка уже обеими руками обхватывала ту самую руку, которая держала авторучку. Папайрус...он...ему никогда не было так хорошо. - Ты все еще такой холодный. - С ноткой грусти сказала Фриск. - Прости, я стараюсь согреть тебя как можно лучше. Он видел только ее макушку, девушка вообще не смотрела на него. Ее помощь и вправду срабатывала, ему становилось теплее... особенно на лице. Все его внимание было обращено на то тепло, которое исходило от Фриск, а еще понял, что почему-то задержал дыхание и не дышит... Спустя некоторое время пальцы заработали вновь. - А..так...продолжим...что же я хотел сделать... - Скованно произнес Папайрус. Как только он сделал первые движения, прикосновения женских рук тут же не стало. Стало даже как-то зябко, да и вообще Фриск опять отодвинулась. Что-то бурча себе под нос, репетитор рисовал стрелочки, что-то обводил, подчеркивал, зачеркивал. В итоге Фриск уже могла увидеть результат. Слова были переставлены местами, некоторые предложения убраны, некоторые так же поменяли последовательность. Хозяйка сия бреда прочитала исправленную версию и поняла, что так и вправду звучало намного лучше. - Ну как? - Папайрус был уверен в своей работе. - Очень замечательно. - А теперь давай напишем что-нибудь. - Хорошо. Закипела настоящая работа. Оба школьника выбрали тему, принялись ее обсуждать. - Ты же про пощаду пишешь? - Именно. - Самое главное в сочинениях-это выразить свои чувства! Конечно, это дело вторичное, мы же просто, это для сдачи экзамена пишем. Но все твои предложения не совсем естественно звучат, их как будто алгоритм прописал. Это не в обиду! Однако на качество повлияет при правильном подходе, у тебя по-другому заработает голова. Поэтому предлагаю высказать все, что ты думаешь о пощаде! - Что же я думаю о пощаде... Это правильно. - Это мало! И все? - Ни кого не убиваешь, а убивать плохо. - Глубокая на самом деле мысль, но все еще очень мало для сочинения. Надо мыслить шире! - Да я и не думала так сильно заморачиваться над школьными сочинениями, мне бы просто порог пройти. - Это не так сложно как ты думаешь! Попытайся... Ну раз Папайрус просит, попытаться стоит. Фриск всерьез призадумалась. - Пощада - проявление сострадания и милости. Когда щадишь, ты сохраняешь жизнь, что очень важно во избежание духовного падения. Необходимо владеть высшими нравственными чувствами и быть полным решимости, чтобы уметь проявлять пощаду. - Вот это другое дело. А теперь все, что ты сказала, вырази на бумаге и у тебя все получится! У Фриск даже появилось как то желание написать хорошее сочинение. Она никогда не ощущала такой порыв вдохновения. Девушка принялась за работу. В процессе написания, когда ученица рассуждала над предложением, спросила Папайруса: - Слушай, а если бы... к тебе пришел человек с не очень хорошими намерениями... То есть ты знаешь, что этот человек ни кого не щадит, и настала твоя очередь... - Я бы верил в него до самого конца! Предложил бы заключить его в дружеские объятия! Ведь такие люди несчастны, они просто сбились с пути, я бы предложил помощь! И если бы он мне все-таки отсек голову, то все равно не отступил от своих мыслей! Фриск просто поразилась Папайрусом в который раз... Надо было просто находиться рядом с ним, чтобы испытать этот порыв доброй и лучистой энергии. Верить в человека до конца, даже если готов в тебя нож всадить... это было очень мощно. Однако это наталкивало на новые мысли. Покрапев над текстом, все-таки что-то было готово. - Не знаю, как вышло, но короче вот. - Фриск протянула лист. Папайрус опять вчитался. - Вот так уже намного лучше. Ошибок гораздо меньше, только надо внести немного исправлений. Начиркав, репетитор вернул творение. Фриск увидела, что и вправду прогресс на лицо. Это не могло не радовать. Но поработать есть над чем. - У меня идея. Давай я напишу тебе пару заметок, ты на них будешь ориентироваться. - Сказал Папайрус. - Давай. - Где я бы мог написать? - У меня в комнате на столе лежат специальные маленькие листочки, можешь их взять. - Я-я могу зайти к тебе в комнату? - Да, а что такого? Стесняешься? Дом у меня не большой, дверью не ошибешься. - Тогда...я пошел. - Удачи в поисках. Папайрус поднялся с пола и направился на второй этаж. Ему было жуть как неловко исполнять просьбу Фриск. Да и что говорить, сидеть рядом с ней наедине было мягко говоря не просто; Сколько раз ему в голову невольно приходила мысль обнять ее? Но эти желания настойчиво отгонялись. "Что же я делаю..?" - Думал смущенный Папайрус, взявшись за голову. Этот вопрос имел такую ширину, что скорее вряд ли относился к действиям физическим, сколько к ментальным. Как и сказала Фриск, комната без проблем нашлась. Ничего не бросалось в глаза. Тона и мебель, все было обыкновенным, у него комната была намного просторней. Папайрус начал глазами искать те листки, но ничего похожего не находил. Может, где-то в ячейках под столом завалялась? Немного пошарив рукой, листки нашлись. "Так ну все... кстати, а что у нее вообще за книги?" Парень решил, что стоит получше ознакомиться с литературным составом одноклассницы, чтобы облегчить работу. Он подошел к книжному шкафу, книг было достаточно много. "Она все это перечитала? А это что? Очень интересное название, надеюсь, она не будет против, если я посмотрю поближе." Папайрус взялся за книгу, а вместе с ней какая-то другая бумажка... Это была фотография. А на ней было изображено то, что вы все прекрасно знаете. "Такая фотография есть? Ладно, верну ее обратно." Папайрус больше ничего не решался трогать. Конечно, вопросы были, но парень решил уважительно относиться к личному пространству. Фотография просто есть, почему это что-то должно значить? - Это то, что ты просила? - Принес Папайрус те листочки. - Да. Спасибо. Как тебе моя комната? - Очень милая. У тебя столько книг, что я решил немного ознакомится с тем, что ты читаешь. Теперь я знаю, на что лучше ориентироваться. Ты и вправду так много читаешь? - Сказал Папайрус, занимая свое место. - Да, ведь я целыми днями одна дома. Когда у меня много свободного времени, то я читаю. - А что ты любишь? Фриск смутилась. - Я...я не могу тебе этого сказать. - Почему же? Это что-то очень страшное? Ты читаешь взрослую пошлую литературу? - Т-ты про ту самую?! Нет! Я не такая! - А, прости. Просто я не понимаю тогда что скрывать. - Наверное, ты посчитаешь меня ребенком...но... - Фриск смущенно прибрала локон волос за ухо, ее взгляд был обращен в пол. - Мне нравятся сказки. - И что тут скрывать? Сказки, это замечательно! Я сам обожаю их! Мне, например, старший брат постоянно перед сном сказки читал, пока он не уехал учиться. - Ты даже смеяться не будешь? - Удивленно посмотрела Фриск. - Я же говорю, что тут нечего постыдного нет! Сказки содержат в себе много мудрости, они очень глубоки. Когда все утопают в материальном мире, никогда не помешает горстки волшебства! В нашей реальности ты нигде не встретишь единорога, волшебной палочки или крестной феи, так пусть же магия существует хоть где-то. Пусть сказки местами наивные, глупые, где-то нелогичные, но черт с ним! Это все пустяки, ни что не сравниться с той мощью, которая она в себе несет. А вообще, помимо книг, волшебство можно встретить в своем воображении и во снах... Это единственная нам доступная магия. Фриск смотрела на него во все глаза. Сейчас она нашла в нем опору. - О, когда я призналась в этом Чаре, она сильно смеялась. Она никогда не понимала мой интерес. Решила, что это просто ребячество. Постоянно кичилась передо мной, что вот "читаю приторные истории про сахарные сопли, где все жили долго и счастливо", а сама продолжала увлекаться жуткими историями про убийства, где мир в итоге в полную антиутопию уходил. Я никогда ни с кем не могла поделиться своими переживаниями. А чувствую и переживаю я очень много. - На самом деле... я тоже... Фриск осознала, что в атмосфере повисло какое-то очень странное настроение, такое ощущение, будто они общались на более глубинном уровне, чем просто сотрясали звук. Такого взаимопонимания девушка еще ни с кем не находила. Они смотрели друг на друга, а главное во время разговора они стали друг к другу чуть ближе. Папайрус уже в который раз осознал, что опять не дышит. Нет, его сильно тянуло к ней. Он не мог оторвать взгляда от ее глаз. - Кхм...продолжим? - Ах, конечно! Мы что-то отвлеклись, а время идет, надо хорошо поработать! - Да, вот что я хотел написать...подсядь поближе... Фриск подсела. Теперь, парень писал заметки, которые помогут в написании сочинения. Написать это, и не выдать своей скованности было не совсем просто. - Ты поняла? - Думаю да. Ничего сложного я не вижу. - Я тоже так думаю. Если... Папайрус посмотрел на нее, а она на него. Лица оказались так близки, что каждый ощущал дыхание. Оба отвернулись. - Если... - Смущенно произнесла Фриск, желая услышать дальше мысль. - Если продолжишь в том же духе, то ты напишешь сочинения на максимальный балл. - Это... приятно слышать. Их ноги взаимно касались, от неизбежной близости. Оба молчали. Фриск смотрела на заметку, что ей написали, чтобы отвлечься от тех прикосновений. - Ого, времени уже сколько. - Посмотрел Папайрус на экран телефона, тем самым нарушив необычное молчание. - Надо же, уже так поздно, а время так незаметно пролетело. - Согласен, когда ты сильно вовлечен в дело, то часы превращаются в секунды. Тогда, мне пора собираться. - Я принесу тебе вещи. Фриск также отнесла полотенце, не глядя на соблазнительное тело "репетитора", иначе в обморок бухнется, другого не дано. Папайрус с наслаждением одевал теплую одежду, только что снятую с батареи. От того холода не осталось ни следа. Но ванну он примет точно. - Я рад был помочь тебе, мой друг. Увидимся в школе? Папайрус распростёр свои длинные руки для объятий. Фриск мгновение мешкалась, но сделала шаг вперед и обняла. - Спасибо тебе за все. И ты прости меня все-таки, что оставила тебя так на улице. Я обязательно компенсирую это! - Да ты и так сегодня сделала меня счастливым. Ну, я пошел. Пока. Фриск наблюдала, как открылась дверь. И Папайрус из теплого уютного дома уходит в темный внешний мир, где задувал холодный ветер. Девушка осталась опять одна с размышлениями. Он... только что сказал, что сделала его счастливым? В воздухе все еще витала эта дружелюбная энергия полная немного неловких моментов. Хотелось провести с Папайрусом еще больше времени. Но мысль, что совсем скоро она его увидит еще раз, успокаивала. Фриск посмотрела в окно, где не видела ни чего. И как же он в такую погоду будет добираться до дома? "Бедный." - пронеслось в голове, в ответ на снежную бурю, на холод приближающейся зимы.