Тепло твоих рук

Путешественник приподнял руку и развернул внутреннюю сторону ладони к верху, когда на его нос упала тяжёлая капля воды. Между тонких бровей залегла лёгкая морщинка и с его бледных губ слетел короткий вздох. Только сейчас он заметил мрачное небо и то, насколько влажным стал воздух. — Кажется, нам стоит немного свернуть и направиться к деревне Миньюнь, — голос Итэра звучал несколько устало. — Почему? — Раздался голос его компаньона. — Скоро начнётся дождь, как минимум. Возможно ливень или даже гроза. Видишь тучи? — Путешественник развернулся корпусом к Томе, слегка улыбнувшись. — Деревня хоть и заброшена, но насколько я помню, дома ещё в состоянии устоять и сойти за укрытие на одну ночь. Тома взглянул на юношу перед собой, а после — в сторону, где виднелось подобие деревушки. Он улыбнулся ему в ответ и сделал уверенный шаг вперёд, словно соглашаясь. Они ускорились, когда почва под ногами становилась мокрой грязью, а тучи сгущались над их головами. Запах сырой земли наполнял лёгкие, а нарастающий в силе ветер растрепал волосы обоих. Итэр уверенно вёл Тому за собой — не первый раз ходил на этих землях и знал эту территорию однозначно хорошо. После отмены Охоты на Глаза Бога и наступления спокойствия в Инадзуме, глава клана Камисато дал Томе так называемый отпуск на пару недель. Пусть мондштадец и был удивлён таким действиям со стороны главы, он не отказался. Сам же путешественник, когда узнал об этой новости, предложил Томе проплыть вместе с ним через море и навестить его родной город, на что тот и согласился. И сейчас, когда они прошли довольно много, их настигла непогода. Шли они недолго, так как темп их шага отличался от привычно размеренного. Огороженная ветхим невысоким забором деревня предстала пред ними во всей красе: у некоторых домов съехала соломенная крыша, отсутствовала дверь или несколько досок, в итоге лежавших на скромных терасах. — Пойдём туда, — Итэр указал на более-менее сохранившийся дом. — Постой, — Тома приблизился к путешественнику, и протянул ему в руки сложенную ткань, — это мой плащ. Ты носишь весьма открытую одежду, поэтому болезнь не будет хорошим итогом для нас обоих. Итэр приоткрыл глаза, незаметно для самого себя принимая предложенную вещь. Ему была приятна такая забота, поэтому он послушно накинул на плечи тёмно-красный плащ. Лёгкая улыбка тронула его губы и теперь они без заминок добрались до здания. Расположившись на относительно сухом полу, Итэр достал из походной сумки печь искателя Адептов. Как-то её путешественнику вручила Сяо Юй, как сказала, в награду за труды на благо Ли Юэ. Для человека, не имеющего постоянного места для готовки, вещь оказалась полезной и Итэр активно её использовал. Поставив устройство на пол, юноша налил воду и забросил овощи. После целого дня хождения есть хотелось безумно, а постоянно есть стейки становилось уже тяжело. — Ли Юэ похож на то, что я себе представлял, — начал Тома, помешивая жидкость деревянной ложкой. — Горы, с которых свисают стеклянные колокольчики. Я читал их описание в детстве и даже видел засушенные образцы в гербарии. Но это было так давно, что я не совсем уверен в том, те ли это цветы… — Думаю, ты не ошибся. Я не встречал растений, похожих на них. Да и в окрестностях Миньюнь их действительно больше всего, — Итэр укутался в плащ, зарывшись носом в шарф. — Ох, вот как. Ещё я слышал о глазурных лилиях и цинсинь. Говорят, они очень красивые. Итэр опустил взгляд, продолжая улыбаться. Он прикрыл глаза, поджал колени к груди и обнял их — так становилось теплее. Одно упоминание о цинсинь навевало воспоминания о том, кто так долго ждёт их новой встречи. — Это правда. Они просто восхитительны, особенно когда видишь в первый раз. В груди отчего-то стало пусто и тоскливо. Итэр помнил о том, что он сам не позволил Сяо сопровождать его, ведь Адепт нужен здесь — в Ли Юэ. Нужен народу и городу. И не сожалел о своём решении. Но сердце сжималось от осознания того, как много времени он не видел его. Да, путешественник знал об их обещании, что стоит только назвать имя Якши и тот сразу придёт, но заставлять преодолевать его такие расстояния не хотелось. Итэр жаждал их новой встречи не на поле боя, а на дворе «Ваншу». — Тогда я точно должен увидеть их! — Казалось, Тома воодушевился. — Цинсинь растёт на вершинах. Уверен, что готов лезть в гору ради цветов? Тома лишь посмеялся и кивнул. Он так давно не был за пределами Инадзумы, что теперь обычные диковинки были способны его удивить. Прошло около часа, юноши успели за это время сварить овощной суп и поесть, а ливень всё не утихал. Оба без слов понимали, что придётся переночевать в затхлом доме, потому что передвигаться по мокрой скалистой местности и в темноте было опасно. Именно поэтому Тома расстелил тонкое и небольшое покрывало на полу, а рюкзак подложил под голову, как своеобразную подушку. В качестве одеяла использовали тот самый плащ, которым Итэра укрыл Тома. Печь постепенно затухала, поэтому управляющему клана Камисато приходилось периодически использовать свои пиро способности. Замёрзнуть никому не хотелось, а особенно — простудиться. Двое молодых людей улеглись на половицы, укрываясь на столько, на сколько было возможно. — Всё нормально? — подал голос Тома. — Просто, может тебе неприятно лежать рядом с другим парнем. Итэр взглянул на парня перед собой. Для него его слова, честно признаться, прозвучали глупо. С чего ему должно быть неприятно? — Да, всё в порядке. Так даже лучше, потому что нам обоим теплее, — спокойно произнёс Итэр и закрыл глаза. — Если дождь закончится, то утром продолжим путь. Если нет, то подождём до обеда. — Хорошо, я доверюсь тебе. Под шум стучащих о дерево капель и листвы, путешественники заснули.

***

Благо, на утро дождь действительно прошёл. Земля только-только начала просыхать, что свидетельствовало о том, что он закончился не менее часа назад. Почва пропиталась влагой, теперь источая свойственный запах, вызывая в Итэре воспоминания о бесконечных инадзумских грозах. Вряд ли путешественник вернётся туда в ближайшее время, однако он точно навестит каждый остров ещё раз. — Выдвигаемся, Тома. — Произнёс Итэр, а рядом с его головой закружилась Паймон. Светловолосый нахмурился и развернулся к своей спутнице. — Паймон, где ты была всё это время? Девочка убрала руки за спину, неловко, но бесстыдно улыбаясь. — С тобой, просто ты меня не видел! Итэр лишь тяжело вздохнул. Эта девчонка испарялась и появлялась когда хотела и вот сейчас решила объявиться, хотя пропала ещё на выходе из города. Когда бы он не пытался узнать, куда же она пропадает, его игнорировали или меняли тему. Теперь же отправились в путь трое, поэтому разговоров и писка стало больше. Паймон тараторила, словно не могла остановиться, рассказывала о архонте и легендах Ли Юэ, в то время как компаньоны приближались к постоялому двору «Ваншу». Для двух из них это значило не так много, но для Итэра же наоборот. Он понимал, что вот-вот он сможет встретить того, кто покорил его сердце. Почему-то скулы обретали розоватый оттенок, а сердце билось немного чаще. Это потому, что он так долго ждал их встречи? Прошло несколько месяцев с тех пор, как он не слышал родного голоса, не видел янтарного отблеска этих глаз. Ему хотелось вновь дотронуться до лица Сяо, почувствовать тепло и защиту, исходящую от Адепта. Хотелось вновь позволить побыть себе немного слабым и просто улечься на постели в его объятиях. Хотелось просто оказаться рядом. На террасе уже виднелись люди, сидящие за столом и ходившие по территории постоялого двора персонал. Итэр сжал кулаки и поднял голову, смотря точно на верхний этаж. И тут же почувствовал прожигающий хитрый взгляд. — Итэр! Остановимся здесь? — Паймон подлетела к путешественнику, ухмыльнувшись, — я же знаю, с кем тебе не терпится увидеться! Будь на то возможность, он бы дал летающей девочке подзатыльник, но в конце успокоился. Ну и что, что Итэр действительно хочет увидеть свою любовь! Он скучал! — Паймон, — позвал путешественник и протянул компаньонше небольшой тканевый мешочек с звенящими в нём монетами, — отобедайте с Томой от души, а я пойду забронирую нам комнаты. Паймон, услышав наставление Итэра, тут же улетела к стойкам с едой, обещая побыть тут с Томой подольше. Мондштадец не был против, что всё упрощало ситуацию в разы. Теперь, когда Итэр остался наедине, он уверенной, как ему казалось, походкой, начал подниматься наверх. Каждый шаг становился всё быстрее и быстрее, а ладони начинали потеть от предвкушения. Итэр подошёл к Верр Голдет и забронировал пару комнат. Женщина быстро отдала ему связки ключей, видя, что тот явно торопиться. И даже знала куда. «Скорее, хочу увидеть его…» читалось в его взгляде. На последних ступенях путешественник сорвался на бег. Дыхание сбилось, когда он выбежал на балкон — наконец-то он тут. В месте, о котором помнил каждый день. — Сяо! — слегка охрипшим голосом прикрикнул Итэр. Прошло мгновение и юноша обернулся, тут же встречаясь взглядом с ним. — Сяо… — вновь позвал он Адепта, пусть тот и стоял перед ним. Теперь же это было констатацией факта — вот он, его возлюбленный, в метре от него. Его оглядывали бесконечно долго: изучали каждый сантиметр юношеского тела, выискивая травмы и синяки. В янтаре отражалось неверие и... счастье? — Я вернулся, Сяо! — Не сдержался Итэр и обнял Адепта. — Я так сильно скучал… — Вернулся, — прошептал Сяо, стиснув человека в ответ. Якша прожил тысячи лет, но впервые всего несколько месяцев длились так долго. Но он продолжал ждать, каждый день вглядывался в горизонт и навещал порт Ли Юэ в надежде, что на палубе одного из кораблей увидит золотой отблеск на волосах, услышит так полюбившийся ему смех. Сяо поднял ладонь и огладил ею мягкую щёку. Итэр, не сдерживаясь, прильнул к ней, с радостным блеском в глазах смотря на любимое лицо. Они смотрели друг на друга так, словно в первый раз. Слишком много времени прошло для них обоих. В медовом взгляде явно что-то изменилось, но Сяо ещё успеет расспросить о его путешествии. Сейчас же он просто хотел ощутить тепло этих рук, стараясь верить, что дождался. Они перебрались в одну из комнат и завалились на кровать — прямо как до долгого путешествия Итэра, когда ещё никто не мог представить на какое время он покидает Ли Юэ. Сяо прижимал чужую голову к своей груди, поглаживая по волосам, всё ещё не потерявших свою шелковистость. Адепт позволил себе лёгкую улыбку и поцелуй в светлую макушку. Итэр чуть ли не мурчал от удовольствия, получаемого от адепта, жался к нему и просто наслаждался его запахом и тихим голосом, который отвечал на заданные вопросы, не имеющие какого-то смысла — Итэру просто хотелось слушать и слушать. Спустя время он и сам не заметил, как погрузился в сон. Убаюкивающие поглаживания и монотонная речь позволила ему расслабиться, именно поэтому веки потяжелели, а на тело накатилась слабость — путешественник попросту уснул. Чувствуя защиту и тепло, он мог себе позволить дрёму — всё же ему давно не удавалось поспать вот так, без ожидания того, что в любой момент могут организовать засаду или монстры отыщут его палатку. Итэр понимал, что сейчас, проспи он хоть день, его никто и ничто не посмеет побеспокоить. От этого на душе становилось легко. Всё, что ему сейчас нужно было — присутствие Адепта. И это всё сейчас у него было.