Ангельское терпение

Make your bottom your top priority

С остервенением безумного солдата Дин колошматил кулаками стену. Армированному высокопрочному бетону было хоть бы хны. Его даже кувалда не брала, они с Сэмом однажды проверяли, куда уж голым рукам. Под ногами на полу хрустели осколки зеркала и битого стекла вперемешку с раскатившимися болтами и шурупами. Опрокинутый с верстака ящик раскололся. Тут же валялись гаечные ключи, пассатижи, молоток… Дин громил свой рабочий уголок в гараже. - Покажи мне свои руки, - с порога потребовал Кас, влетевший из кухни грозовой тучей. - Зачем? - Дин сделал непринужденный вид, компенсируя неубедительность фирменной наглостью плохого актёра. - Это кровь? Дай сюда! - Нет! - поспешно скрестив руки на груди, Дин спрятал ладони подмышками. Кас, успев увидеть разбитые костяшки, закатил глаза. - С меня хватит. Что ты творишь? - Я творю? - Ты, Дин. Сначала ты нарываешься на ссору с братом, Эйлин и со мной разом, потом прячешься в гараже и дерёшься со стеной, а теперь не даешь мне помочь. Сам себе делаешь хуже… - Кас наклонил голову и сощурился, осенённый догадкой. - Как будто пытаешься себя наказать. - Что, если так? - осведомился Дин, сглотнув ком в горле. - Если я это заслужил. Кас устало потер лоб, медленно выдыхая на шесть счётов. Приступы самобичевания случались с Дином время от времени, сколько они были знакомы, а может, и всю его сознательную жизнь. В последнее время они, казалось, стали реже и легче, но что делать со своим человеком в такие моменты, как вывести его из эмоционального штопора, вырвать из цепких лап вины, запустившей когти в чуткую душу, ангел по-прежнему не представлял. Он всё перепробовал: пытался утешить Дина словами и лаской, отвлечь, встряхнуть, воззвать к его разуму, отругать даже. Успех в большинстве случаев был сомнительный и длился недолго. Разве что... - Хорошо, - Кас тяжело вздохнул, бросил короткий раздраженный взгляд на потолок. - Я сделаю то, о чем ты просишь. Накажу тебя сам, если это тебе так нужно. - Стоп, ты серьёзно? - Абсолютно. Все лучше, чем наблюдать, как ты намеренно причиняешь себе вред. Дин опустил руки, прекратив отгораживаться, посмотрел на него с сомнением и тут же отвёл взгляд. - Да у тебя духу не хватит, Кас. Когда я демоном был и с молотком шатался по бункеру, херачил по всему подряд, угрожал Сэму - ты и то меня не ударил ни разу. Обнял со спины, уложил баиньки и всё. Даже потом, когда... - Дин осекся. - Когда Метка сводила тебя с ума, - подсказал Кас сурово, поощряя продолжать. - Я же правда мог тебя заколоть. Под этой дрянью убить - раз плюнуть, а ты? Ты даже отбиваться не стал! - Я не хотел навредить тебе, идиот. - Так где уж тебе поднять плеть на меня безоружного. Ты хоть знаешь, с какого конца за нее браться? Я и то этому долго учился, а ты ведь у нас воин, не палач. Спорим, ты меня даже отшлепать не сможешь? По-настоящему, а не как разносчик пиццы нерадивую няньку. - Дин... Кас поджал губы, сдерживая резкость и глядя этим своим проникновенным сострадающим взглядом, который вот сейчас вместо того, чтобы успокоить, только раздражал Дина еще больше. - Ради тебя я всё смогу, - пообещал Кас. - И отшлёпать, и плетью высечь, да хоть ремнём выпороть, если ты этого действительно хочешь. Только объясни мне, зачем? Я хочу понять. - Да задрали вы со своим пониманием! - Дин сорвался на крик, удивив себя самого, и зажмурился. Но он уже отпустил поводья, остановиться было выше его сил. - Все, блядь, такие понимающие и заботливые! “Мы понимаем, ты не хотел. Мы понимаем, так вышло. Мы понимаем, это не твоя вина, главное, что все обошлось”. Обошлось? Обошлось!? Да я же чуть ребенка не угробил! На ровном ведь месте! - Дин, никто тебя не винит в том… - Я! Я!!! - казалось, от гневного вопля задрожали стены. Дин лупил себя кулаком в грудь и с большим удовольствием проломил бы рёбра. - Я виню себя в этом, Кас!!! Лили чуть не задохнулась у меня на руках из-за того, что я не доглядел! Это я на днях за тем столом пули перебирал, я не заметил, что одной не хватает! Я малышку с пола дернул вверх, не проверив, что у неё во рту! Ей было больно и страшно из-за меня! Я только и умею, что все портить! Как только Сэмми маленьким не умер? Мне нельзя доверить ничью жизнь! К Лили даже скорая не успела бы! - Но Джек успел. - Джек молодец. Вот он герой настоящий! А я… я даже помочь ей ничем не мог! Застыл столбом, как параличный, боялся сделать хуже. Я не могу простить себе это! А Сэм вместо того, чтобы вмазать мне, как следует, за свою дочь, заладил: "О, я понимаю, Дин. Выпей воды, Дин. Хочешь поговорить об этом, Дин?" И Эйлин! И ты туда же! Хочешь понять? Правда хочешь? Так слушай сюда, Кас! Я ненавижу себя за это! Дина неслабо трясло. Кас смотрел на него, сложив брови домиком, тоскливо, как побитый щенок. Видно было, как ему больно слушать. Какое уж тут высечь. И снова в страданиях любимого виноват был только Дин. Он спрятал глаза, отвернулся. Продолжил уже спокойнее, обращаясь к избитой ни за что стенке. - Зря вы со мной так… по-доброму. Я этого не стою. Не заслуживаю. И сострадания твоего тоже, Кас. Мне от него только хуже... Хоть бы наорал кто или в морду дал. Я бы согласился и, может, полегче бы стало. А то все "не виноват, не виноват"... неправда. Я виноват во всём. Всегда... Нашли о ком заботиться, оправдывать и спасать. Лучше б я подох на охо... Изливая душу стене, Дин не ожидал, что в следующий миг его к ней припечатают. Кас схватил за грудки крепко - не дёрнуться, второй рукой зажал ему рот, обрывая покаянный монолог на полуслове, и... это что, его колено у Дина между ног? - Не играй с огнём, Дин, - отчеканил серафим, глядя непривычно жестко. - Я не для того спасал тебе жизнь. У тебя есть время до девяти вечера, чтобы прибраться здесь, вернуться в свою комнату и придумать слово покороче. На миг прижал сильнее и отпустил. Стремительно вышел, взвихрив воздух. Дин аж поперхнулся от возмущения, но молоть языком чушню как-то сразу расхотелось. Давно он не видел своего ангела в таком ослепительном бешенстве. В дверях кухни бункера ангел Господень явился совершенно расстроенный и потерянный. Сэм, пришедший сюда готовить ужин и овощное пюре для своих девочек, поднял взгляд. - Ну, как он? - спросил с участием, вынимая наушник, в котором гремела музыка. Живя с братом на одном пространстве и наученный разнообразным опытом, о котором не просил, Сэм начал беречь свои уши от испанского стыда. Кас печально покачал головой. - Вы поругались, да? - Нет. Не совсем, - Кас подошел ближе, погруженный в свои мысли. - Сэм, я… думаю, мне нужна твоя помощь. - Да? Я готов. Что случилось? - отложив нож и отодвинув доску, Сэм взял полотенце вытереть руки. - Чем помочь? - Я все еще плохо лажу с компьютерами, а к Джеку с таким обратиться не могу. - У тебя опять винда слетела? - Сэм неслабо удивился столь внезапной смене повестки дня. - Нет. Мне нужно срочно посмотреть порно. Сэм тупо моргнул. - Прости, что? - он вынул из уха второй наушник и уставился на Каса. - Порно. На компьютере Дина. Я должен провести исследование… узнать, что он выбирает чаще всего… из определённой категории. Иногда мы смотрим вместе, но сейчас другой случай. Глаза у Сэма сделались большими и круглыми, как блюдца. - Я понимаю в целом концепцию наказания и подчинения как игры, - продолжил Кас задумчиво. - Но, думаю, мне понадобятся конкретные примеры. - Воу-воу-воу! Стоп! - Сэм выставил вперёд ладони. - Кас! Стоп! Ни слова больше! Я ничего не хочу об этом знать! Пароль “глаза цвета неба” с “землей” между слов, он его сто лет не менял. - С какой ещё землёй? - Нижнее подчёркивание. А избранные ссылки на порн-хаб у него в папке закладок со статьями из Википедии. Раньше среди мультиков хранились, - хохотнул Сэм, - но теперь, когда в доме дети, Дин так больше не рискует. Только не выдавай меня и вкладки в браузере не забудь закрыть. - Не беспокойся, - по-армейски четко кивнул Кас, благодарно улыбнулся Сэму и собирался уже уйти, но остановился. Взглянул с тоской, расстроенно заломив брови. Не сразу сумел вымолвить: - Сэм!? Но зачем ему это на самом деле? Я не понимаю до конца. Сэм повертелся на месте, потёр шею, борясь с неловкостью и справляясь с сочувствием к Касу - такое у него было лицо… Дин всё-таки тот ещё чурбан. - Тебя интересует... психологическая сторона вопроса? - Да. Я будто снова только вчера спустился на землю и совершенно не понимаю человеческих социальных конструктов… - Кас развел руками, качая головой и не находя больше слов. - Ну… - Сэм не на шутку задумался, почесал нос. - Смотри, давай попробуем на примере религии. Ты же в этом хорошо разбираешься? - Да я… реально шарю в теме, как Джек говорит. - Ага. Ну так вот. Когда человек совершает что-то ужасное... - Дин не сделал ничего ужасного! - взвился Кас. - Да я-то согласен, что не сделал, - как можно спокойнее заверил его Сэм. - Сам его в этом убедить пытаюсь. Но иногда так бывает, что ты уверен, что нагрешил ужасно и непоправимо. Настолько уверен, что слушать никого не желаешь. У тебя ведь тоже был такой… хм… период. - Это другое, Сэм. Я действительно совершил ужасные вещи в прошлом - Ну… - Сэм пожал плечами. - Мы же тебя простили, Кас. И забыли об этом давно. Суть не в этом... В общем, когда хороший человек думает, что он ужасно нагрешил, он страдает. И хочет искупить свой грех, так? - …Так, - кивнул ангел, чуть помедлив. - И как он это может сделать? Снять с себя вину. Если говорить о религии… - Искреннее раскаяние само по себе дает искупление. - Да. Небесная амнистия. Но успокоится ли от этого душа? - …Нет, - Кас запнулся, потом повторил увереннее. - Нет, многие, даже раскаявшись сверх всякой меры, еще долго страдают после. - Ну вот… А эти страдания как-то легче переносятся и быстрее проходят, если получить наказание за содеянное. Дин сам на себя, чуть что, епитимью накладывает, ты же знаешь. И всё равно считает, что этого недостаточно. Потому, что… ну… как-то всегда недостаточным кажется то, что ты сам для себя делаешь. Вот хоть та же готовка, - Сэм махнул рукой на разделочный стол с разложенными продуктами для ужина. - Мне всегда кажется, что салат, который мне Эйлин готовит, в десять раз вкуснее, чем тот, что получается у меня, хотя она считает наоборот. А рецепт-то один. - Потому, что это проявление заботы, - Кас слегка улыбнулся. - Ни один человек не сможет сам позаботиться о себе так же, как искренне любящий его. - Сейчас бредово, конечно, прозвучит, - Сэм переложил ложку вслед за вилкой, поправил и без того ровно лежавший в ряду нож. - Но ведь помочь… хм… любимому облегчить его страдания - это тоже забота. Так? Кас замер на мгновение, наклонил голову, обдумывая и взвешивая его слова. По кадрам можно было разложить момент, когда он просветлел лицом. - Думаю, ты прав. Спасибо, Сэм! - расчувствовавшись от обретенного понимания, Кас обнял его коротко, но крепко. - Да-да, Кас, - Сэм легко похлопал его по плечу, чувствуя неловкость, но искренне радуясь непосредственности, которая с годами у Каса никуда не пропала, только проявлялась теперь по-человечески. - Удачи. Уже уходя из кухни в сторону жилых комнат, Кас обернулся - На всякий случай Лилидин лучше не ходить сегодня в гараж. Там много стекла и мелких деталей на полу. Сэм тепло улыбнулся: - Она вообще пока сама ходить не умеет, Кас. Но всё равно спасибо. Я прослежу и предупрежу Эйлин с Джеком. Ты не волнуйся, занимайся своим ребенком, - Сэм фыркнул. Кас сощурился - Что-то с Джеком? - Нет, что ты! Я о… ладно, не бери в голову. Дурацкая шутка. Иди, тебя исследование ждет. Кас кивнул и решительно скрылся в коридоре. Сэм покосился на дверь в гараж и только головой покачал. Как только Дин выползет оттуда на свет божий, Сэм втроем с девочками поедет в парк ...на свидание, хе-хе. Может быть, им повезет сегодня со снегопадом. И рождественская ярмарка уже открылась. Джеку надо тоже намекнуть, что свежий воздух сегодня вечером особенно полезен. - Ты придумал слово? - Кас еще раз проверил радужный носок на двери. - “Лакрица”, - Дин состроил кислую мину. Он сидел на стуле подчеркнуто расслабленно, борясь с желанием нервно поёрзать, поправить челку, зачем-то ноут на столе... он ни на что не надеялся особо. Случаи, когда Кас по своей воле поднимал на него руку, можно было по пальцам пересчитать, и у каждого были смертельно веские причины. Врать Кас не умел, особенно Дину, а убедительно сыграть доминантного партнера... ладно, эта затея могла оказаться хотя бы забавной. Дин покрутился на стуле, усаживаясь глубже. - Хорошо. Кас плавно прошёлся по комнате взад-вперёд, словно выбирал, с какого конца подступиться, развернулся лицом к Дину. Приподнял одну бровь и окинул его отчужденным взглядом с ног до головы. Дин невольно поёжился. За столько лет он уже успел забыть это выражение бесстрастного сверхъестественно-научного интереса, которое неслабо пугало его в самом начале знакомства. Ангел шагнул к Дину, поднял его лицо рукой за подбородок повыше, вынуждая смотреть себе прямо в глаза. Спросил строго, без тени улыбки: - Чей ты, Дин? - Что, мы уже начали? - спохватился тот, не удержавшись от вызывающего поигрывания бровями, за что заработал до обидного легкий щелбан в лоб. - Начали. Отвечай на вопрос. Чей ты? - Твой, чей же ещё, - Дин пожал плечами. - Это правильный ответ. - Категория “Дин Винчестер за триста”, легкотня, - он рассеянно почесал плечо. Левое. - Давай уже сразу за тысячу. Кас скептически приподнял бровь. - Как хочешь. Скажи, ты хорошо себя вёл? - Кас, а ты часом категории не попутал? - Дин с нервной усмешкой качнул головой, отстраняясь от руки. - Где я и где “хорошо”? Затея начала казаться дурацкой. Ничего путного у них не выйдет. Лучше б он держал язык за зубами и не спускал на Каса своих тараканов. - Отвечай на вопрос, Дин, - ангел жестко поймал его за подбородок, снова поворачивая к себе лицом. Дин отметил, что Кас здорово вошёл в роль, он сам на его месте уже бы не выдержал и заржал. - Ты хорошо себя вёл? - Нет. Сам знаешь. - Ты совершил ошибку, - сказал Кас нечеловечески ровно, без осуждения или сочувствия, просто констатируя факт, наблюдая свысока. - А теперь вопрос на миллион: хочешь, чтобы я наказал тебя за это? - Я могу выбрать помощь друга? - Дин замялся, попытался отвести глаза. Он чувствовал себя до странности неловко. Чем дальше, тем меньше происходящее походило на их беспечные постельные игрища. Всё стало как-то… слишком взаправду. - Ты уже выбрал. Отвечай, - Кас повторил чуть громче, с нажимом: - Ты хочешь, чтобы я наказал тебя? Деликатный хват на подбородке стал ощутимее. Кас смотрел на него, не мигая, чуть склонив голову. Изучал. Решившись, Дин выдохнул: - Хочу... И почувствовал, как закаменевшие было плечи расслабляются. Чего перетрясся, спрашивается? Это же Кас! С ним безопасно и до сих пор было можно все. - Хорошо, - Кас кивнул, будто ничего другого не ожидал. Медленно провёл большим пальцем по его нижней губе и отпустил, стоило Дину потянуться навстречу. Как назло, целоваться сразу захотелось отчаянно. Кас отступил назад, продолжая держать взгляд Дина своим, в котором сквозил лишь бесстрастный интерес физиолога-экспериментатора. Обронил: - Сними рубашку. Пожав плечами, Дин заметил, выпутываясь из рукавов: - Если ты правда собрался поиграть в командира, советую придумать что-то посложнее, чем "Саймон говорит". - Дин… Имя прозвучало как-то непривычно. Дин уставился на Каса с подскочившим волнением. Он не находил в голосе и глазах ангела его обычной мягкости и сопереживания. Чувство равенства между ними, которое, как оказалось, всегда ощущалось Дином почти на физическом уровне, как свет, как воздух, улетучилось из-за неуловимой перемены в тоне, которым Кас его позвал. И смотрел теперь так, будто Дин был ершистым несмышленышем, который испытывает ангельское терпение. Дождавшись полного внимания, Кас продолжил: - … закрой рот и сними футболку. Дин вдруг обиделся. Это было совсем не то, чего он ожидал, а ведь он и так губу не раскатывал. Дин едва удержался от того, чтобы совершенно по-детсадовски надуться, но стянул ткань через голову. Развел руками. - Ну что, теперь велишь снять ремень и джинсы? Вариантов-то больше не осталось, Кас. Носки с тыквами не отдам, и не мечтай. У нас пол ледяной. Ангел с прохладным лукавством в глазах сощурился, едва заметно улыбаясь самыми краешками губ, будто Дин его забавлял. Проигнорировал выпад и с видом довольного исследователя окинул взглядом оголенный торс, живот, плечи. Дин смял футболку в руках. Кас впервые рассматривал его вот так, интересуясь в первую очередь телом. И, хоть Дин в этом смысле всегда был уверен в себе и своей привлекательности, от взгляда было неловко, волнительно и… ладно, чего уж. Это заводило. Кас не только любопытствовал, но и любовался и… ох, это было приятно. Дин и такие игры очень даже любил. Раз Касу нравится, Дин решил устроить ему мини-шоу. Огладил себя ладонью по плечу, груди, демонстративно поиграл с соском, пошире разводя при этом ноги, взглянул снизу вверх, улыбнувшись самой своей соблазнительной улыбкой … Кас недовольно помрачнел, приказал: - Встань. Дин в удивлении поднял брови. Такого рассинхрона и недопонимания друг друга в интиме у них вообще до сих пор не бывало. - Кас, признаю, фиговая была идея. Давай просто как обычно… - Дин! - Кас оборвал его очень резко. Смотрел сурово, с усталым терпением и веско. Сказал с ноткой разочарования и сдержанной угрозы. - Ты очень плохо себя ведешь прямо сейчас. Я велел тебе закрыть рот. И встать. Живо. Дин никак не ожидал такого, но невольно расплылся в довольной улыбке и медленно поднялся. Окей, вот это уже становилось интересным. Наверное, надо было дать Касу действовать, как он решил. - Молодец, - похвалил его Кас. - Сейчас ты будешь делать только то, что я скажу. Это не звучало как вопрос, но Дин все равно наклонил голову, принимая условия. Кас по-прежнему смотрел на него тем цепким взглядом из прошлого. Кивнул за плечо. - Руки за голову. Лицом к стене. В угол. Дин насупился. Кас опять… как с ребенком. Он уже собирался возмутиться вслух, но Кас посмотрел так, что рот захлопнулся сам, клацнув зубами. Дин облизнулся, развернулся, шагнул в угол за креслом и замер, сцепив руки в замок на затылке. - Молодец, - донеслось в спину. Кас оставил его так стоять, а сам ушел куда-то вглубь комнаты и принялся там шуршать. Судя по звукам, он выдвинул ящик тумбочки, побренчал содержимым, бросил на кровать что-то в пакете и, кажется, пару картонных коробок. Любопытство разбирало Дина. От того, что он косил глазами по сторонам, толку не было, справа и слева видно было только стены да его собственные локти. Он повернул голову в полоборота - подсмотреть, чем таким Кас занят. Как назло, склонившись над кроватью, Кас перегораживал все, что разложил на ней. Еще и плащ дополнительно застилал обзор. Даже не оглянувшись, Кас строго напомнил: - Дин. Я сказал, лицом к стене. В груди екнуло, как будто его застали на горячем. Дин снова уткнулся в угол, переступил ногами на месте, довольно улыбаясь. Ладно. Ладно… похоже, актёр из Каса получше, чем он думал… становилось весело. Дин еще какое-то время слышал шуршание пакетов и коробок, шорох ткани. Звякание? Кас что, цепь притащил? Щелчки и дробный стук. А потом все стихло. Дин нетерпеливо переступил с ноги на ногу, вздохнул, хотел повернуть голову, но передумал. За спиной стало тихо, как будто Каса вообще больше не было в комнате. Дин все-таки обернулся. Почти. Стоило ему начать опускать руки и поворачивать голову, как по заднице прилетел шлепок, ровнехонько по правой ягодице. Дин даже вскрикнул и подскочил на месте. Не от боли. Прилетело-то легко и через ткань. От неожиданности. - Лицом к стене, Дин. Я не разрешал тебе поворачиваться. Ух ты. Дин рассмеялся. Он правда не верил, что Кас это сделает. - Ты что, меня газетой огрел? - на руку не было похоже. В этот раз прилетело по левому боку над поясницей. Шлепок по голой коже вышел звонче и ощутимее. Место сразу зачесалось. - Разговаривать я тебе тоже пока не разрешал. Ну же, Дин. Это детсадовский уровень. Ты справишься. "Зараза!" - восхитился про себя Дин, ликуя. - "Похоже, я всё-таки нарвался!" Еще пара смачных шлепков достались спине и плечам, заставляя легко вздрагивать от неожиданности и улыбаться шире. Было любопытно, чем это Кас его. На очередное “шух - шлеп” Дин закусил губу и довольно выдохнул. Неизвестность подогревала интерес и заставляла чувствовать себя уязвимым перед Касом. Который по-любому изучал его сейчас тем своим суровым сканирующим взглядом и оценивал каждую реакцию. Ч-черт. Даже в воображении это будоражило. Без футболки в комнате было не жарко, по-зимнему свежий воздух бункера холодил открытую кожу, а места шлепков, наоборот, стали, горячими точками на теле. Руки за головой начали уставать. Дин повел плечами, размял мышцы, чуть выгнул спину назад, подставляясь, поощряя Каса не сдерживаться. Хотелось чего-то повесомее. Предвкушение удара отдавалось легким покалыванием в руках, в груди и в паху. О, Дин определенно был заинтересован происходящим. И зря он решил покрасоваться перед Касом в самом начале. Теперь самому до чертиков хотелось приласкать себя спереди, погладить соски и живот. Дин опустил было руку, но получил по предплечью предупреждающий удар, вполне ощутимый, а после - мягкое дразнящее прикосновение сбоку, скользнувшее выше, к подмышке. Дин выгнулся в сторону, уходя от девайса, которым Кас его дразнил и, хихикая, возмущенно фыркнул: - Кас, хэй! Щекотка против правил! Тут же прилетело с другой стороны, на этот раз прикосновение было шире, плотнее и ощущалось в нескольких точках разом. - Не болтай, - напомнил Кас. - Правила тут устанавливаю я. Очередной “вжух” огрел с другой стороны. Плеть! Вот это точно была плеть! В веере мягких кожаных хвостов, обнявших бок и скользнувших спереди по ребрам, Дин признал флоггер. Шумно вздохнув ртом, он снова повел плечами, плотнее прижал перекрещенные пальцы к затылку, чувствуя как возбуждение разбегается волнами по всему телу. Кас хлестал его плетью! По-настоящему! Ох! Дин прикрыл глаза, воображая, как это всё выглядит. И, ей богу, представлять, чувствуя, как очередной шлепок пришелся на поясницу, было, может, даже увлекательнее, чем видеть самому. Звуки ударов возбуждали не меньше. Дин начал шумно вздыхать и низко постанывать на особо удачных шлепках. И как-то подзабыл уже, что хотел жесткости и наказания. Кас умел удивлять. Он бил с переменной силой и частотой, в неожиданных местах. Пару раз даже прошелся по бедрам. Шлепки сами по себе не были болезненными, но оставляли жгучее послевкусие. Ощущения через ткань были необычными. А голая спина потихоньку наливалась теплом, начинала зудеть. Кроме желания получить еще, сильнее, плотнее и больше на задворках сознания потихоньку крепла и становилась всё требовательней мысль о мягких касаниях и поцелуях к разгорячённой коже. А ещё хотелось полюбоваться на Каса с плетью в руках, на то как он замахивается, как смотрит на Дина... может, увидеть, как трогает себя, как раздевается, в конце концов. Он же был при полном параде, в плаще! Командный тон и шлепки отлично заводили, но не таращиться же в стену всё время? Наскучив игрой вслепую, Дин попытался сменить позицию, но Кас не дал ему этого сделать, поймал в развороте и грубо толкнул к свободной от мебели стене. Поднял его руки над головой, надёжно зафиксировав стальной хваткой. Дин ради интереса дернулся, хотя толку было - как с бетонной стенкой бодаться. Он прекрасно знал, что ничего плохого ему Кас не сделает, но ощущение беспомощности заводило само по себе. Кас заставил его подчиниться, хорошенько отжарил по спине плетью и зажал у стенки, ровно дыша на ухо. Дин рад был уступить этому напору, хотел Касу отдаться. Он обернулся через плечо, рассчитывая на поцелуй и подался назад, желая ощутить его возбуждение. - Ну что, ангел, устроим родео? Теперь ты отымеешь меня как следует? - Дин состроил самую вызывающе-соблазнительную мордаху из своего арсенала, пошло улыбаясь. За прошедшие совместные годы Кас неплохо освоил искусство грязных разговорчиков в постели и уже свободно включался в эту игру. - Отымею, - сказал он доверительно на ухо, глядя сбоку насмешливо и с умилением. - Как только жеребец научится себя вести. Похоже было, что Кас даже не завёлся хоть немного, чего Дин уж вовсе не ожидал, когда терся о него задницей. И это было скверной новостью. Кас тем временем спокойно перехватил его запястья одной рукой и выудил из кармана плаща мечту фетишиста - наручи на цепочке с широкими кожаными браслетами. Подняв брови, осведомился: - Ты же будешь паинькой, Дин? Таращась то на Каса, то на наручники в его руке, Дин думать забыл о том, что ангелу происходящее, кажется, не по вкусу, и только гулко сглотнул. О, черт возьми, да! Где только Кас их добыл? Неужели успел слетать до ближайшего приличного секс-шопа? А как покупал? О, наверняка это было целое шоу, Дин такое пропустил! Хотя Каса бы сталось заказать все причиндалы заранее и приберечь для такого случая. Да этот ангел знает его, как облупленного! - Послушный мальчик, - Кас одобрил молчаливую неподвижность Дина, отметил, как расширились его зрачки и участилось дыхание. - Руки на стену, мне нужно это застегнуть. Кас так и не прикоснулся к спине Дина руками, не поцеловал и не приласкал спереди, отчего эти желания становились навязчивыми. Он только застегнул пряжки кожаных браслетов на запястьях, прижатых к стене у Дина над головой, одобрительно помял и шлепнул пару раз по ягодицам, а после отпустил. Дин, в который раз переступил ногами на месте. Джинсы начинали жать. Он обернулся через плечо и жадно следил за Касом глазами. Ангел поднял флоггер с кресла и перенес на покрывало. Дин со своего места смог углядеть там целый арсенал девайсов. Внутри все сладко поджалось в щекочущем волнении. Кас добыл все это специально, только для него и собирается опробовать на нем по очереди? Ох и достанется же сегодня Дину от любящей руки. Черт, да! Дин вроде давно знал, на какие выкрутасы способен Кас и в жизни, и в постели, но все продолжал забывать, как обманчивы его предупредительная мягкость и впечатление святой простоты. Неспешно, но деловито сняв и свернув плащ, Кас убрал его на свою полку в комоде. Подошел к Дину, по пути подхватив с кровати стэк. Дин уже от этого испытал неприличный восторг. В своём строгом костюме нараспашку, с суровым прищуром и со стеком в руках Кас выглядел просто феерически. Дин пожалел, что ему не довелось избавиться от джинсов. Водя по его спине самым кончиком стека, дразня и без того зудящую кожу, Кас, любуясь, участливо заметил: - Я понимаю, что твои руки затекли, но придется потерпеть. Ты ведь справишься? В будущем можем устроить здесь пару крючков для цепи. Дин усиленно закивал, шумно выдыхая. Сейчас все что угодно, если Кас согласится повторить это еще хоть раз. - Хорошо, - одобрил Кас, спускаясь щекочущими прикосновениями по плечам, пояснице и ниже. Дин прогнулся в спине сильнее, мечтая о руках вместо стека. Возмущенно и недовольно промычал, почувствовав упругое давление прутка у себя между ног. Кас, похоже, вошел во вкус. - Сними штаны, - прозвучало за спиной нетерпеливо, только Дин был не в состоянии оценить смену интонации. Он сдернул с себя джинсы вниз вместе с бельем настолько поспешно, насколько сумел скованными руками. Пара несильных, но смачных шлепков пришлись по внутренней стороне бедер, как только Дин, чудом поймав равновесие, вышагнул из комка одежды на полу. - Шире, - потребовал Кас гулко. - Руки обратно на стену. Дину пришлось оттопырить зад, чтобы выполнить требуемое не тыкаясь членом в холодный бетон. Ощущение не из приятных. - Молодец, - похвалил Кас, оглаживая стеком его ягодицы. - Это основы классической выездки, - начал он менторским тоном с нотками властности. - Чёткие команды, баланс, контроль весом, терпение и мягкая настойчивость — вот ключ к хорошо обученному и податливому скакуну. Дин ничего не мог с собой поделать, фыркнул от неожиданности. И снова, когда Кас подкрепил свои слова показательным шлепком. Закусив губу, Дин расплылся в довольной ухмылке и подался еще назад, прогибаясь в пояснице и подставляясь. - Техасская школа верховой езды более практична. Чтобы обуздать норовистого жеребца, нужна твёрдая рука, - тут Кас хлестнул его по крупу сильнее. У Дина вырвался довольный вздох. Было что-то особенно волнительное, остро-сладкое в том, чтобы подчиняться Касу вот так, без оглядки, дать волю своему старому кинку на командный тон в исполнении ангела. Тем более, что желания их совпадали. - Ко мне лицом, - приказал любимый голос. Дин развернулся мгновенно и увидел, как Кас практически в одно движение, играючи задвинул стул под стол и переставил громоздкое кресло от стены в центр комнаты. - Сядь. В спешке Дин рванулся выполнять. При этом он так залип взглядом на своем грозном, могучем, величественном, таком властном, неприступном и недоступном ангеле, что споткнулся о свои же джинсы, валяющиеся комом на полу, запутался в ногах и едва не навернулся. Ухватившись за подлокотник, уставился на Каса, вдруг занервничав, что натворил фигни... - Тише-тише, малыш. Аккуратнее. Не торопись, - сжимая и поглаживая пруток стека в руках, Кас чуть нахмурился. Кивнул на кресло. - Сядь. Дин перевёл дух и подчинился, стараясь не суетиться. Кас встал напротив, внимательно и бесстрастно рассматривая его, по-прежнему уделяя внимание исключительно телу. Дин поерзал на месте, вжимаясь лопатками и задницей в мягкую, чуть шероховатую обивку. Но это было не то. Ткань только раздражала ставшую сейчас очень чувствительной кожу. Хотелось то ли еще плети, то ли нормальных прикосновений ладонью. Оба варианта заводили. Дин больше не решался трогать себя без спросу, сложив ладони на бедра пониже, ближе к коленям. Натянутая цепочка наручей поблескивала металлом, ловя звеньями свет потолочных светильников и прикроватных ламп. Холодила кожу при касаниях. За Дином наблюдали, практически не мигая, и он чувствовал щекочущую нервозность перед таким ангелом. Слишком спокойным и сосредоточенным. Кас выглядел сейчас особенно нечеловеческим. Неужели ему все это не нравилось? Дин вдруг понял, что ужасно хочет увидеть привычный блеск возбуждения и желания в глазах Каса, ощутить его влечение, вдохнуть искрящий от напряжения между ними воздух. Почувствовать наконец уже его руки и губы на себе! Он бросил на ангела ищущий, просящий взгляд. Кас моргнул и взялся за полу пиджака, медленно снял его с одного плеча, потом с другого. - Ты можешь возбудиться сильнее для меня? - поинтересовался, не разрывая зрительного контакта. Дин дёрнулся было помочь себе руками. - Не трожь, - оборвал его Кас, педантично сворачивая пиджак. - Локти на подлокотники. Сядь ниже. Разведи ноги шире. Гулко сглотнув, Дин, гремя цепочкой наручников, развалился в кресле, как было велено. Он с жадностью следил за неторопливыми движениями ангела. Кас убрал пиджак в комод к плащу, продолжая держать Дина взглядом, подошел ближе, по пути ослабляя узел галстука на своей шее. Мощной, красивенной, с такими длинными заметными мышцами. Ох... - Так что, Дин? - Кас присел на ящик у кровати и вернулся к своему вопросу, пытливо блуждая взглядом по телу Дина и снова возвращаясь к глазам. - У тебя бывает эрекция просто от того, что я на тебя смотрю? Дин облизнулся, прикипев взглядом к оголившейся шее Каса. Кивнул, чувствуя, как член, и без того находящийся в приподнятом состоянии, окреп и встал сильнее. - Часто с тобой такое случалось? - уточнил Кас, наблюдая то за его промежностью, то за реакциями на лице. - Да не… - сморщился Дин, стесняясь сознаваться в своем старом грешке, но снова безнадёжно залип - на этот раз на губы ангела. - Не ври мне, - хлестко приказал Кас, хмурясь. Дин, напоровшись взглядом на сталь в глазах напротив, снова облизнулся и сглотнул, поджимая пальцы на ногах. Член, естественно, предательски дернулся выше. Дин закусил губу, опуская глаза. -... каждый раз. Кас наклонил голову, не отрываясь от Дина. - Как давно? Дин поерзал еще, звякая цепочкой по подлокотникам, сполз ниже на кресле, заозирался, деланно заинтересовавшись обстановкой их комнаты. Но в конце концов прочистил горло и признался. - Да с самой встречи. Вот такой я извращенец. Прежде, чем Кас отвернулся к себе за спину, Дин успел заметить его открытую улыбку. Ту, самую редкую и очаровательную, с зубами и чуть на сторону. Ох, блин! Дин беспомощно дернул бедрами вверх и вздохнул, чуть не хныча. Он очень хотел прикосновений! Хоть каких-нибудь. Но, конечно, желательно рук Каса. А лучше губ. Да, губы Каса, мягкие жаркие губы Каса - то, что ему сейчас нужно! Дин уже напрочь забыл, что сам же просил себя наказать. Ангел повернулся обратно со стеком в руках, на кончике которого вместо кожаного язычка болталась кисточка из мягких ремешков. Дин все-таки захныкал. - Ка-а-ас! - Чего ты хочешь? - невинно поинтересовался ангел, любуясь и невесомо поглаживая новой игрушкой бедра Дина, по-прежнему не подходя ближе к креслу. - Чтобы ты меня потрогал! - взмолился Дин. Кас довольно улыбнулся. Зараза! - Я трогаю. Чертова раздражающе-легкая кисточка скользнула к паху и на член. Дин бестолково толкнулся в нее. - Не так! Руками, блядь! Губами! Кас, возьми меня за член! - Дин уже сам за него схватился и подался вперед. - Кас, ну иди сюда. Имей ты совесть! Дин потянулся к ангелу второй рукой, в порыве забыв про оковы. Дернул цепь. Зашипел. - Ох, черт. Кас ощутимо огрел его прутком по предплечью и встал, отходя дальше. - Сядь. Руки на подлокотники. Я не разрешал тебе рукоблудить, - едва-едва наклюнувшаяся теплота в манере ангела пропала без следа. Дин взвыл и рухнул обратно в кресло, прекрасно понимая, что Кас переключился в свой самый упрямый и стервозный режим. Проще со стенкой договорится, чем с таким ангелом. - Подними руки вверх, - Кас сощурился и сжал челюсти, его губы превратились в тонюсенькую линию. Дин, недовольно пыхтя, подчинился. В таком настроении с Касом в принципе лучше было не спорить. И тем более не стоило, если Дин надеялся на хоть какой-то секс сегодня, а не через неделю. - Молодец. Кас зашел за спинку кресла, поддел цепочку наручников и завел руки Дина максимально назад. Дин в который раз шумно вздохнул и поерзал, выгибаясь вперед. Тело ныло, требуя ощутимых прикосновений. Он был совершенно открытым, чертовски возбужденным и максимально уязвимым перед Касом. Который с самой своей суровой миной смотрел сверху вниз, крепко натягивая цепь и поглаживал кисточкой своего дурацкого стека Дину грудь, легко шлепал по бокам. Потом широким мажущим движением прошелся по паху, огладил член и яички, успокаивающе вернулся к подрагивающему животу, ощутимо, с оттяжкой шлепнул по разъехавшимся в стороны ногам. Дин, зажмурившись и запрокинув голову, тяжело и шумно дышал. Он был уверен, что сегодня рехнется от возбуждения, желания приласкать соски и нормально подержаться за собственный член. - Ка-а-ас! Ну пожалуйста! - захныкал он в голос. - Чего ты хочешь, Дин? - донеслось сверху внимательное, с прохладцей. - Тебя! - взмолился Дин. - Твои руки на задницу, твои губы на член! - Чего еще? - Чтобы ты меня хорошенько трахнул после. Кас отпустил цепочку, наклонился ближе, пристально глядя в глаза. Пообещал, продолжая дразнить стеком грудь и соски. - Ты получишь свое, Дин, если будешь слушаться и хорошо себя вести. Сейчас ты наказан. Дин снова скуляще захныкал и заерзал, отчаянно кивая, цепляясь руками за рубашку Каса и пытаясь притянуть его ближе. Ангел навис над ним и, казалось, сейчас поцелует. - Поднимайся, - Кас отступил назад и обошел кресло спереди. Дин выпрямился даже слишком поспешно, потянулся за поцелуем, на который рассчитывал, но оборвал движение. Кас не разрешал. Дин уже усвоил правила. В этой остро-сладкой игре, чтобы получить то, чего он хочет, нужно делать исключительно то, чего хочет Кас. Встав прямо и облизнувшись, Дин молча ждал и надеялся, не отрывая взгляда от желанных губ. Скованные руки висели спереди, у самого паха, но о том, чтобы потрогать себя за ноющий член, тем более не могло быть и речи. Кас, чего доброго, в наказание перестанет уделять ему внимание хоть изредка. - Хороший мальчик, - в одобрительном тоне снова проскользнули привычные мягкие нотки. О нет, тут Дин был готов поспорить. Он был плохим, очень плохим мальчиком. Хотя бы потому, что происходящее так сильно ему нравилось. - Повернись, обопрись на кресло, - потребовал Кас, расстегивая манжеты своей белоснежной рубашки и закатывая рукава до локтей. Дин неловко потоптался на месте, разворачиваясь. Член торчал и при движении задорно болтался вверх-вниз, то и дело шлепаясь о цепочку наручников или о сами наручи. Так что Дин завис, не спеша убирать руки. Кас напористо подпихнул его глубже в кресло, коротко наклонился, обхватил за щиколотку, второй рукой надавил на бедро спереди, сгибая и поднимая Дину ногу, поставил его колено на подлокотник. Чтобы не встретиться носом со спинкой, Дину пришлось ухватиться за нее руками. А Кас без паузы надавил ему на лопатки и придержал за бедра, вынуждая нагнуться корпусом ниже - так, что задница оказалась чуть ли не выше головы. Прямо на обозрении. Кас уверенно гнул и ставил Дина, как хотел. Тело реагировало на это волной мурашек и колкими вспышками возбуждения, хотя сам Дин много чего имел сказать Касу по поводу такой акробатики. Но прежде, чем он успел открыть рот, по ягодицам прилетело сильнее и звонче всего за вечер. Рукой. Наконец-то! Дин подавился набранным воздухом и выдал что-то бессловесное, скуляще-возмущенное. И после, когда Кас хорошенько ухватился и помял его за зад - восторженное. Тело дрожало не то от напряжения, не то от предвкушения, не то от того, что наконец получило хоть немного желаемого. Уперевшись лбом в руки Дин тяжело дышал, вскидывая задницу навстречу шлепкам. А когда Кас принимался наглаживать и мять его ягодицы, кружить возле и потирать пальцами колечко ануса, нашептывая: "Хороший. Мой хороший", Дин просто не мог… он начал стонать на каждом выдохе, подаваться назад и подставляться рукам ангела… когда в очередной раз Кас потер его, нажал, а потом подул и… поцеловал! Совсем рядом! Да ещё за ягодицу куснул! …Дина затрясло. - Блядь, Кас! - как одержимый, взревел он. - Хорош издеваться, небесный ты сукин сын! Он понятия не имел, что на него нашло, когда начал сыпать невнятными угрозами, требовать и домогаться своего, не стесняясь в выражениях. - Давай, упрямая пернатая задница, трахни меня уже! Дай мне, вставь мне, ну! Или клянусь, я сам тебя завалю… завалю и… скручу и... я тебе… - буквально веснушчатой задницей осязая улыбку на губах ангела, Дин поплыл и потерялся в словах, выдал сдавленно: - Ну и сволочь же ты! Кас громко цыкнул: - У тебя шальной рот, Дин. Придется что-то с этим сделать. Он вздохнул и отстранился. Дин разочарованно заныл, неосознанно обернулся-потянулся следом.Тяжело дыша и глядя на Каса огромными глазами, Дин наблюдал за тем, как он распускает и снимает с себя синий галстук. Полоска ткани скользнула по губам, и Дин с ошеломлённой готовностью вцепился в ангельский галстук зубами, чувствуя, как возбуждение в паху закручивается еще сильнее. Ебать! Кас доведет его сегодня. Надо было сначала составить завещание. Дин помотал головой. Он уже на все был готов, лишь бы Кас довел его сегодня в эротическом смысле, а не как сейчас. Глядя на стандартный стек с кожаным язычком на конце, который Кас снова взял в руки, Дин захныкал совсем уж отчаянно. Кас сочувственно вздохнул, притронулся к его плечу. Слишком легко, едва ощутимо. - Хочешь что-то сказать, Дин? Дин отрицательно мотнул головой. - Уверен? Может, остановимся на этом? Дин замотал головой активнее. - Ты хорошо себя вел? Дин отрицательно качнул головой и для верности отрицательно замычал. Кас убрал руку с его плеча. - Тебя наказать? Дин кивнул. Кас погладил его ягодицы стеком и крепко, с оттяжкой шлепнул. После любимых ласковых рук это оказалось шокирующе болезненным. Дин охнул в кляп и вздрогнул от следующего шлепка. Теперь это в самом деле было наказанием. Кас порол его, и Дин думал: "Так мне и надо. За мой поганый рот, за грубость, за весь гнев, за враньё, за пьянство, за все проёбы, за безалаберность, за смерть…за все смерти… всех". Каждому удару в его голове тут же находилась причина. И отдельным пунктом шло то, что, несмотря на накатившую гребаную эмоциональную бурю, Дина по-прежнему все это адски заводило. Он был возбужден. Он понял, что плачет, только когда Кас вдруг остановился и провел ладонью по влажным щекам, расслабил узел и спустил галстук, освобождая Дину рот. Легко коснулся рукой поясницы, выпрямляя, мягко потянул за плечи, разгибая из неудобной уязвимой позы, развернул к себе. Галстук болтался на шее Дина, свисал с груди на живот, легкое прикосновение ткани раздразнило ещё сильнее, хотя казалось, что некуда. Дину уже всего было слишком много и слишком мало. Недостаточно. - Что ты сделал не так, Дин? В чем ты виноват? - строго осведомился Кас. Обогнув кресло, он вышел у Дина из-за левого плеча, в этот раз не просто взирая на тело, а в самую душу заглядывая. Дин снова безнадёжно залип, стоя перед ним практически без ничего, дыша раскрытым ртом и отчаянно мечтая о его губах, его руках, о его нежности, о его принятии. О прощении. - Отвечай, - не дождавшись реакции, Кас подхлестнул Дина стеком по голым ягодицам. - Я много болтаю! - выпалил тот поспешно, не зная, куда деться от острого возбуждения, сводящего тело все сильнее. Поджал ягодицы, но тут же отклячил уже горящую от шлепков задницу, чуть не схватился за ноющий член, но вовремя вспомнил, что без разрешения Кас придумает ему еще что-нибудь невыносимо-возбуждающее, и сжал руки в кулаки. Кас любовно погладил зудящее место на ягодицах стеком, и Дин готов был заплакать от разочарования, что не рукой. - Молодец. Почти правильно. Попробуй еще, - подбодрил карающий ангел, обходя его по кругу и оглядывая с ног до головы цепким прищуром. - Я много болтаю без разрешения? - неуверенно попробовал Дин, гулко сглотнув и внимательно следя за его реакцией взглядом. Кас кивнул и провел кожаным языком стека вдоль торчащего колом члена Дина, продолжая держаться на расстоянии и смотреть прямо в глаза. - Еще. Дин сглотнул, остатками разума пытаясь сообразить, что Кас хочет от него услышать. Качнул бедрами вперед, пытаясь поймать стек и еще хоть какое-нибудь прикосновение к члену. Кас сделал шаг назад и отложил свой инструмент на покрывало к лежащим рядком плети, тюбику лубриканта, еще одной паре мягких наручников и прочим игрушкам. Дин отчаянно затараторил. - Я болтаю всякую чушню. Я делаю что-то без твоего разрешения? Я… я… я пытаюсь перехватить инициативу! Заставить тебя сделать то, что мне хочется. - Молодец. Все правильно. Еще? Кас шагнул ближе и взялся за пряжку своего ремня, медленно ее расстегивая. Дину показалось, что голос и взгляд ангела потеплели, и от этого напряженная тетива внутри отпустила. Он прикипел взглядом к рукам Каса, нетерпеливо и жадно сглатывая, мелко подрагивая от вожделения и не осознавая, что уже постанывает и хнычет. - На меня смотри, - приказал Кас, со свистом выдергивая ремень из шлевок штанов - Что еще? - он сложил вдвое и сжал кожаную ленту в руке. Дин шумно вдохнул, широко раздувая ноздри и поспешно поднял взгляд на глаза Каса. Он сам не знал, боится или жаждет получить этим ремнем. Он точно знал, что отчаянно хочет, чтобы Кас сделал с ним уже хоть что-то. Приласкал, сжал, смял, отхлестал еще сильнее, чтобы возбуждение уже нашло выход или схлынуло хоть немного. Дин начал судорожно собирать все подряд, чтобы заслужить… - Я никогда не спрашиваю у тебя, чего ты хочешь. Я часто требую у тебя секса. Я заставил тебя наказать меня. Я… - Не то, Дин, - Кас, разом растеряв свою строгость и бесстрастность, расстроенно вздохнул и отложил ремень на покрывало. - Все не так. Дин, испугавшись не то еще одного наказания, не то перспективы, что Кас сейчас все это бросит и прекратит, поспешно продолжил: - Я разгромил гараж! Заметив, что Кас вернул к нему свой цепкий внимательный взгляд, Дин снова зачастил: - Я не приготовил завтрак, я забыл съездить за продуктами, я заляпал твою рубашку кетчупом и сказал, что это Джек, я везде оставляю бутылки из под пива, я не прибираюсь в нашей комнате, я до сих пор не поздравил Джоди с повышением, - Дин быстро вздохнул только чтобы продолжить. - Я наврал Сэму, что не брал его шампунь. И еще, что не пил виски с рождения Лили. Я однажды пил при малышке! Я скрыл от тебя, я ездил на охоту на прошлой неделе один! Дин зажмурился. Отчего-то вдруг стало тяжело говорить, в горле встал ком. Даже болезненное возбуждение отпустило, но не пропало совсем. - Хорошо, Дин, - голос Каса раздался совсем рядом над ухом. Дину казалось, что он чувствует его тёплое дыхание. - Ты молодец. Очень хорошо, - мягкое прикосновение к губам разлилось облегчением по всему телу. - Что еще? - Я не перебирал вчера пули, я делал новые. Дин почувствовал ладони на своих плечах и затрепетал. Наконец. - Еще. - Я… я не позвал тебя. Не позвал Джека. Я вообще забыл, что он рядом. - Еще. Теплые ладони огладили плечи, прошлись по шее, спустились на грудь, забирая с собой ломоту возбуждения. - Я разругался с Сэмом и Эйлин, а ведь их дочь чуть не умерла из-за меня. Поцелуй в губы был коротким, но очень нежным. - Еще. - Я навредил Лили, - Дин с трудом сглотнул. Ладони исчезли. - Нет. Дин распахнул глаза и взгляд его потонул в небесной сини. Кас смотрел глубоко и знающе. - Попробуй еще, Дин. В чем ты виноват? - Я… - Дин растерянно хлопал глазами. - Я все разрушаю. - Не все. Кас поджал губы и несогласно качнул головой. Нашел внизу закованные руки Дина и поднял за цепочку, обхватил кисти со сбитыми костяшками своими и поцеловал свежие ранки. - Попробуй еще. Дин совсем растерялся от такой пронзительной нежности. - Я… навредил себе? Кас веско кивнул и поцеловал его еще. - Я себя ненавижу! - запротестовал Дин. Кас обнял руками его лицо и, чуть привстав на цыпочках, поцеловал мокрые веки. Прижался лбом ко лбу. - Чей ты, Дин? - Я твой, Кас. - Я люблю тебя. Кас поцеловал его глубоко и внезапно собственнически. - Ты мой и вредишь моему, ненавидишь мое. За это я тебя накажу, Дин. Кас стремительно опустился на колени, заглотил член Дина разом, уткнулся носом в напряженные мышцы паха. Дин закричал и сложился вокруг Каса пополам, едва не рухнув, вцепился в его плечи. Он бы кончил тут же, но Кас накрепко обхватил ствол рукой у самого корня, с усилием сжимая губы, посасывая и толчками двигая головой. Дина неконтролируемо потряхивало. Это было какое-то восхитительное безумие. Он мечтал, чтобы Кас позволил ему кончить. Он мечтал, чтобы Кас никогда это не заканчивал. Дин разревелся на этот раз от силы ощущений и захныкал в голос. Кас чуть замедлился, принялся за него нежнее, так не отпуская Дина ни на секунду, оттягивая его оргазм. Нашел засветившейся ладонью его плечо, потянул вниз, усаживая. Дин тут же провалился в любовь и растерянное беспокойство своего ангела, в его бережное внимание, волнение и желание помочь, утешить, угодить. Дин понятия не имел, что сообщил ему в ответ, он напрочь потерялся в своих эмоциях. Но только ответное желание и страсть, удовольствие, одобрение, возбуждение Каса, которым он теперь дал волю, обожгли откровением. А ещё, поверх всего - трепетно-отчаянное, звериное, инстинктивное: "Мой". Ответить вразумительно Дин не успел, его накрыло. И это само по себе было ответом. После, проморгавшись от вспышек перед глазами и немного восстановив дыхание, он понял, что Кас убрал руку с его плеча, продолжая неспешно двигать губами по обмякающему стволу взад-вперед, придерживая Дина за бедро. Длинно, довольно вздохнул, мягким плотным прикосновением ладони огладил Дину, которого размазало по креслу, живот и ногу, давая немного успокоиться. При этом сам ангел спокойным уже не был, какое там! Он уже вовсю пытался расстегнуть на себе рубашку подрагивающей от нетерпения рукой. Отрывать ради этого вторую от Дина он был вовсе не намерен. Тянулся к нему весь, терся щекой о колени, выцеловывал бедра, поднимался к животу, стараясь не тревожить чувствительный после оргазма пах и член. Снова с досадой отвлекался на свою рубашку и штаны, которые успел приспустить, но не снять. В конце концов, в раздражении рванув на себе ворот так, что пуговицы заскакали по всей комнате, Кас потерял остатки терпения и, с искрами, хлопком и треском перегоревших ламп верхнего освещения, испарил с себя одежду к хренам собачьим. Подался вперед, припал к Дину грудью, голой кожей и длинно, дрожаще выдохнул. Дин утомлённо, довольно хмыкнул. Больше он не сомневался, что Касу всё это нравится. Нравилось до умопомрачения. Причём не столько игра и всё, что он с Дином делал - а то, что Дин ему позволил и готов был позволить что угодно вообще. Даже то, чего ангел особенно желал и что всегда пугало самого Дина до чёртиков: любить бесконечно и безусловно, беречь и заботиться о нём, пусть и в такой вот непривычной форме. Прощать. Снимать вину. Дин отрешённо подумал, каким дураком он был сначала, когда пытался свести всё действо к сцене из порнофильма. Ведь дело было не в сексе. Не в антураже, не в плётке с наручниками и прочей мишуре. Как, впрочем, и всегда. Есть такой тест на доверие, когда ты валишься спиной вперёд в подставленные руки. Когда от другого зависит, упадёшь ты или нет. Сейчас они с Касом снова его прошли. Это от того, что Дин наконец открылся и вверил ему себя без оглядки - всего, со всеми слабостями, страхами, заморочками и недостатками, Касу стало так хорошо. Принадлежать своему ангелу, чувствовать и признавать это без обиняков было... естественно. Как будто только так и должно быть. А хоть на время перестать пытаться контролировать всё на свете, даже самого себя, отпустить и полностью передать управление в уверенные ласковые руки, которые твёрже и надёжнее собственных - непривычно. Странно, волнительно. Куда страшнее, чем доверить свою “Детку”, за рулем которой Кас был столь же бережен и сосредоточен. Но, на удивление, безумно приятно. Дину напрочь сносило башню от осознания, что ангел прекрасно видит, как его кроет сейчас, любуется им, ловит каждую его реакцию и наслаждается его наслаждением. Стало тепло и безопасно, уютно даже. Всё шло так, как и задумал Кас - наверное, с самого начала. Всё было правильно. - Кас… - позвал Дин. - А сам ты чего хочешь? Что мне сделать для тебя? Поднырнув под закованные руки Дина, Кас потерся о них макушкой. - Не разоряй храма, - пробормотал он рассеянно, блуждая губами по его телу, целуя ключицы и плечо. - Не играть в Лару Крофт? - тупо переспросил Дин, вяло массируя пальцами подставленный затылок. Кас замер и поднял взгляд. Вздохнул устало, сварливо и недовольно, продолжая нежно наглаживать Дину бедра. Шухер на голове и костюм Адама подрывали суровый ангельский образ. Кас выглядел до крайности разнузданным. - Не разрушай свое тело. Кас приливной волной подался вперед, поднимаясь. Дин завороженно следил, как играют его мышцы в контрастном свете уцелевших прикроватных ламп. - Не истязай свою душу. Не смей. Кас, слегка огладив живот Дина, скользнул руками на бока, просунул дальше, под спину, приподнимая его из кресла. - Я хочу обхватить тебя крепко, покрыть, укрыть, объять всего… Света вокруг стало еще меньше, Дин погрузился в укромную тень. С легким "шух" и треском статики по коже материализовались крылья у Каса за спиной, от полупрозрачного марева стремительно набирая цвет и плотность. Дин только гулко сглотнул, продолжая оторопело любоваться Касом и не чувствуя под собой никакой опоры, кроме его рук. -... взять тебя, вырвать из падения, из когтей вины, и вознести. Спасти. Крылья сомкнулись за спиной Дина. - Ты мой, - рыкнул Кас в поцелуй, обхватив и удерживая Дина надежно и легко, как пушинку. - И отныне я буду решать, в чем ты виноват и как тебя наказывать. Это понятно? Ответить Дину он не дал, снова жадно и жарко целуя, обхватив рукой затылок. Дин не способен был собрать ни руки, ни ноги. Тело было тяжелое и невесомое одновременно, он растекся в крепкой хватке ангела от слабости и неги, даже толком не отвечал на поцелуй, только промычал согласие - лучшее, на что был способен. Чтобы Кас точно знал, чтобы не подумал, что Дин хоть немного против. Кас донес и усадил Дина на мягкую кровать, перед этим сдернув с нее покрывало. Все выложенные в ряд игрушки со стуком полетели россыпью на пол. Кас на это даже не моргнул. Взметнув и эффектно приоткрыв крылья, он опустился перед Дином на колени, огладил его стопы, забрался юркими пальцами под резинку носков и снял один, затем второй, поставив ноги Дина к себе на бедра. После коснулся запястий, испытующе посмотрел снизу вверх, заглядывая в лицо. - Это нам больше не понадобится? Дин облизал пересохшие губы и заторможенно кивнул, соглашаясь. Кас поспешно, но аккуратно распустил ремешки застежек на наручниках, бережно удерживая его руки в своих ладонях. Запястья взмокли и слегка покраснели под кожаными полосками. Кас убрал браслеты в сторону, они громыхнули цепочкой по полу. После Кас потянул за конец галстука, перекрученного на шее Дина. Распутывая наспех завязанный узел, осведомился: - Ты будешь послушным? Не будешь мне перечить? Дин поспешно покивал и тут же помотал головой, бездумно глядя на длинные деликатные пальцы, аккуратно и бережно проникающие под петлю узелка, вытягивающие вверх полоску ткани. - Так что, Дин? - Я буду послушным. Я не буду перечить. Кас снял с Дина галстук, перекинув ленту через голову, чтобы не тянуть им по покрасневшей коже шеи и плеч. Снова поднял запястья Дина, придерживая синию ленту висящей между пальцев. Поцеловал натертые, чуть припухшие розовые следы на коже. А после нежно оплел их своим галстуком. Чуть скользящая ткань была приятной и холодила Дину кожу. Кас оставил бандаж без узла и вложил концы галстука ему в ладони. - Подержишь так для меня? - Да. Дин доверчиво глядел Касу в глаза, больше не думая, что будет дальше. Это было не важно. Вопросы, которые Кас ему задавал, больше вопросами не были.. Ведь Дин уже согласился с любым его решением. Чего бы Кас ни захотел - Дин был готов и хотел того же. Всё напряжение ушло. Не осталось ни стеснения, ни сомнений, ни угрызений. Дин больше ничего не решал, ни за что не отвечал. Он делал только то, что скажет Кас, что он решит и что разрешит. Чего он захочет. Он жил и дышал для Каса. В голове стало блаженно пусто, в сердце - тепло, а на душе - так легко. Дин понял, что умиротворенно улыбается. - Ложись на живот. Я тебе помогу. Дин охотно послушался. Улёгся на кровать, вытянул связанные руки и почувствовал, как его мышцы расслабляются. Голову он повернул на бок, продолжая завороженно наблюдать. - Вот так, - одобрил Кас. - Умница. По-прежнему красуясь раскрытыми, фантастическими крыльями, он склонился над Дином, с нажимом провёл ладонями по его плечам и принялся разминать их, как податливую глину. Дин растекся по простыням и прикрыл глаза. Ангел спускался всё ниже по разгорячённой спине. Там, откуда он убирал руки, Дин спустя мгновение чувствовал легкое щекотное касание, от которого по всему телу табунами разбегались мурашки. Кас гладил его крыльями! Огромными, мощными. Невесомо и бережно. Добравшись до ягодиц, остановился, дождался нетерпеливого стона и только тогда шлёпнул ладонью. Совсем легко. Потом снова, снова и снова. Каждый шлепок теперь завершался утешительным поглаживанием, а следом приходили перья. Дин уже был весь в слезах и сладкой дрожи от переизбытка ощущений. Он точно знал одно: то, что Кас творил с ним сейчас, не было ни наказанием, ни прелюдией. Скорее таинством. Ангел восхвалял его тело, освобождая душу. А ещё это было очень неприлично и наверняка незаконно. На минуту Кас прервал ласки. Свесился с кровати и поднял что-то. Раздался тихий щелчок колпачка. Потом Кас поцеловал Дина в основание шеи, слегка прихватив кожу зубами, перевернул на бок, устроившись на кровати за спиной, осторожно согнул ему верхнюю ногу в колене и… Ох. Дин шумно выдохнул и обмяк, отдаваясь во власть умелых пальцев. Уплывая, вообще переставая быть. В какой-то момент Кас навис над ним и спросил в третий раз, щекотной нежностью на ухо: - Так чей ты, Дин? Дин повернул голову, отчаянно потянулся навстречу. - Я твой! Только твой. Еще! Пожалуйста. Я твой, Кас. Я весь твой... - из уст в уста, шёпотом, сбивчивой молитвой. - Что мне сделать? Чего ты хочешь? - Тебя… И было бережно, плавно и трепетно. И было влажно, быстро и сильно. И были губы Каса, и его дыхание, и тяжесть его тела, и крепость его рук, и жар объятий, в которых Дин вспыхивал, сгорал и рождался заново. Всю свою бурную половую жизнь Дин считал, что секс бывает приятным, а хороший секс - чертовски приятным, но заниматься любовью оказалось ещё лучше. С Касом он понял, что одна из самых прекрасных вещей в жизни - это после расслабленно лежать рядом в тепле друг друга. Когда скачка закончилась, вы привели друг друга к финишу и вроде снова разделились надвое, но по-прежнему одно. Оказалось, все его поиски сводились к этому. Кас осторожно перекатился через Дина, устроился на боку лицом к лицу, наполовину сложив крылья. Потянулся к его рукам, разжал ему пальцы, бережно снял путы с запястий. Согрел ладони в своих. - Ты всё искупил, Дин, - поцелуй в лоб был ласковым и крепким, торжественным, как печать. - Ты прощён. Ты самый лучший, я так горжусь тобой, любовь моя. Теперь ты можешь делать всё, что захочешь. - Всё, что захочу? - Всё. Дин отмер и первым делом припал губами к его губам. Потом обнял Каса, прижался к его груди своей, провёл ладонями по перьям у основания крыла, по спине ниже и тут же, пользуясь моментом, со шкодливой ухмылкой хлопнул по ангельской крепкой заднице. Получилось вскользь и далеко не так звонко, как Дин задумывал. - Неплохо, - снизошёл Кас, целуя в ответ. - Да как ты это делаешь? - Кто бы мог подумать, мне есть чему тебя учить, - хмыкнул Кас. - Последний раз показываю... - Что значит “последний”? - возмутился Дин. - А у тебя нигде не слипнется? Дин опустил голову на руки, спрятал лицо. Позвал оттуда глухо, с интонацией ребёнка, у которого отобрали мороженое, едва дав попробовать: - Ну Ка-а-ас… Ты же сам сказал, что я хороший мальчик! - Хороший жеребец. Послушный, - похвалил ангел и прошёлся по ягодицам ещё раз, совсем слегка, рукой, а потом сверху - крылом. - Но такой упрямый! - До сих пор тебе вроде нравилось… ой! Щекотно! - А так? Упругие маховые перья заскользили по рёбрам, от чего всё тело Дина тут же покрылось мурашками. - Да-а-а… - протянул он, поводя плечами. - Ещё… - Вот ненасытный, - Кас закатил глаза. - Ещё! - Что ты сказал? Я не слышу. - Ещё. Так же. Продолжай. Пожалуйста… Потеряв счёт времени, они нежились в постели поверх одеяла. Залезать под него пока не хотелось. Дин расслабленно думал, что они не только согрелись самым приятным из способов, но и здорово раскочегарили воздух в комнате. Кас, похоже, был с ним согласен. Одно огромное крыло лежало поверх Дина, второе вытянулось с кровати вниз и распласталось по полу. Ангел часто так делал, когда хотел дать волю конечностям и немного охладиться сквозняками. В такие минуты комната казалась Дину особенно уютной и крохотной, ведь Кас заполнял собой все пространство, а также подпространства - все, какие бывают. Все мысли Дина. Всю его Вселенную. - Пора нам уже купить нормальную кровать, королевского размера, - промурлыкал Дин, закидывая на Каса ногу. - С самым лучшим матрасом. Тебе точно так удобно? - Угу, - Кас согнул крыло и прижал им ногу Дина к себе покрепче, подтягивая на бедро. - Все равно мы даже на большой будем держаться друг за друга, чтобы не потеряться. Он подгреб подушку себе под голову и угнездился на ней, отказываясь вообще шевелить руками, продолжая ласкать Дина только крыльями. Их резные тени метались по стенам, троились, так что Дин залюбовался, завис где-то между медитацией и дрёмой. Задумчиво водя концами перьев по его коже, Кас вдруг весь засветился, разулыбался, заблестел глазами и спрятал лицо в подушку. Его крылья в волнении взмыли вверх, к самому потолку, перья распушились. Дин потянулся приласкать его шею, провел рукой по плечу крыла. Опустил ладонь на затылок и принялся перебирать ему волосы. - Эй… плюшевый ангел, ты чего? - позвал он, чувствуя, как все внутри замирает и распускается от вида такого Каса. - Просто подумал… - донеслось из подушки едва слышно. - …в тот раз ты так отчаянно отбивался от меня, хотя сил у тебя почти не осталось. И я всегда вспоминал этот миг с великой радостью, но ещё с тревогой и сожалением. - Сожалением? - рука Дина настороженно замерла. - Я напугал тебя тогда… - повинился Кас, поворачиваясь к нему лицом. - Наша встреча была не самой приятной. Он сложил крылья, в этот раз прижав одно вдоль тела, вторым подгребая всего Дина поближе к себе. - Ка-а-ас, - Дин снова зарылся пальцами ему в волосы, подался вперед и с тихим смехом потёрся носом о его висок. - Нашёл о чём загоняться спустя тринадцать лет. Это неважно. Они оказались под перьевым шатром и всматривались в черты друг друга в сумрачном свете прикроватной лампы, едва пробивавшемся между ворсинок. - Для меня важно, - возразил Кас задумчиво. - Было, есть и будет. Но теперь, когда я думаю о том, как поднял тебя из Ада… то, что случилось сейчас… то, как ты был рад мне, как хотел моих рук, как наслаждался каждым прикосновением, как тепло и спокойно тебе стало, когда мои крылья сомкнулись вокруг нас… теперь я думаю и об этом тоже. Эти моменты смешались. И я так счастлив... - Ну, ты сравнил, - хмыкнул Дин, любовно обводя рукой его скулы. - В первый раз нам обоим было не до церемоний. Пожарный не может стоять под дверью и полчаса ждать, пока девушка оденется и накрасится, чтобы спасти её из огня. Он вынесет сначала дверь, а потом её, на руках. В простыне. Даже если та будет визжать и отбиваться. ...Ты все правильно сделал. Кас долгие мгновения молча и задумчиво смотрел на Дина. Спросил наконец: - Я как-то уже интересовался, важна ли для тебя помада. Но, может, подводка глаз была бы эффектнее? Дин бессовестно заржал во весь голос. - В Египте она считалась непременным атрибутом красоты для обоих полов, - обиженно надулся Кас, искренне не понимая причины веселья. Продолжая перебирать Касу пряди, Дин уставился на него, смеясь глазами и впитывая весь его образ, высекая его в своей памяти. - Так может, это твой фетиш, приятель? Мне стащить у Эйлин косметичку? Кас замялся с ответом, но по заинтересованному блеску его глаз Дин угадал. Весело хмыкнул. - Что, в следующий раз учимся рисовать смоки айз? - спросил, уже морально готовый к воплощению старого плана “Z” со штукатуркой. - Или можем в стиле “Kiss” макияж забабахать... - Звучит любопытно. А теперь ты дашь мне взглянуть на свои руки? - сменил тему Кас. - Только за поцелуй, - схитрил Дин. Ангел усмехнулся, взял его руки в свои и прижался к ним губами, которые слегка засветились. - Ты чего? - спросил Дин беспомощно. - Мне ж так понравится… - Снова разобьёшь - исцелять не стану, - пригрозил Кас серьёзно. - И даже по заднице не дам. Ты меня понял? - Понял, доктор Секси. Тёплый воздух потихоньку утекал в решётку вентиляции над кроватью. Кас перевернулся на спину, увлекая Дина за собой. Просунул под их телами крыло. Дин оказался на живой перине, улёгся в заботливых объятиях, весь укутался в своего ангела. И по-свойски подтянул верхнее, укрывающее крыло повыше, к подбородку. Он тихо млел от неторопливых поцелуев в макушку, лоб, виски, веки, чувствуя, как нежные прохладные ладони уверенно оглаживают спину, и пылающая кожа успокаивается от одних прикосновений, даже без благодати. Попросил: - Только не лечи. Оставь на память, завтра само пройдёт. - Как скажешь, любовь моя. - А признайся, Кас… - М-м? - Тебе ведь тоже понравилось? Ты, небось, сам давно хотел меня… ну, того... - Выпороть? - Кас задумался на мгновение. - Признаюсь, подобное желание посещает меня регулярно. - Насколько регулярно? - Дин заинтересованно поднял голову. - Раз в неделю по меньшей мере. Иногда два или три. - Три - это, пожалуй, перебор, - решил Дин и длинно зевнул. - Даже я за неделю столько набедокурить не успею. - Ты себя недооцениваешь, Дин, - Кас уложил его голову обратно к себе на грудь, погладил по волосам. - Знаешь, что у Лили точно твоё? - Ну? - Шило в одном месте. Наутро в семье воцарился мир, тишь и благодать. За поздним завтраком Кас добродушно созерцал, как Лилидин, сидя у него на руках, бросает в его чашку печеньки. Дин с видом кота, объевшегося сливок, отирался об ангела при каждой возможности, бросался исполнять малейшее его желание, даже не озвученное: подать салфетку, налить еще молока, принести тосты, отставить подальше горячий кофейник, угомониться и сесть уже наконец, сияя при этом так, что Сэм не знал, куда прятать глаза. - Какой он у тебя шелковый стал, - заметила Эйлин мимоходом, присаживаясь рядом с Касом за семейный стол. - Дашь мне рецепт приручения Винчестера? - Это всё техасская школа выездки, - поделился тот, передавая потянувшуюся к матери малышку. - Метод кнута и пряника. - Спасибо, я запомню, - Эйлин чмокнула дочку в лобик и хитро покосилась на супруга. Сэм встретил её взгляд с невинным ужасом, чуть не поперхнувшись кофе, и решил этим утром вообще помалкивать. От греха подальше. Дин, смутившись лишь самую малость, до очаровательных ямочек на щеках, старательно строил на своей тарелке вигвам из тостов с арахисовым маслом как примерный мальчик, которому этих самых пряников отсыпали целый грузовик. Джек, откусив от своего сэндвича, уточнил у родителей с потаенной гордостью: - А меня в Техасскую школу отдадите? Я ведь тоже Винчестер! - Тебе туда ещё рано, парень. Без обид - подмигнул Дин, облизнувшись то ли на тосты, то ли на ангела. - Ты же, кажется, в медицинский колледж хотел? - напомнил Кас, строго сощурившись. - Я пока не решил, - беспечно пожал плечами Джек, старательно жуя. - До экзаменов ещё полно времени, и вообще у меня целая жизнь впереди. В мире есть много интересного кроме учёбы. Я столько всего хочу успеть! Сэм на это заявление разулыбался, как самый гордый в мире отец. Днём, пока Лилидин спала, Джек связался с Алекс и устроил в бункере учения по оказанию первой помощи детям. Особое внимание уделил приёму Геймлиха при обструкции дыхательных путей. Потом все взрослые дружно ползали на четвереньках по тем комнатам, куда у ребёнка был доступ, в поисках неучтённых мелких предметов. Нашли четыре разных пули, три лесных орешка, монетку, заговоренную на удачу, серёжку Эйлин и два рыболовных грузила. Лили тем временем проснулась на полчаса раньше обычного, успела тихо слезть со своего диванчика, стащить со стола мамину сумочку и распотрошить. Дин нашёл её сидящую над горой сокровищ и довольно гудящую. - Эй, разбойница! Ты что это задумала? Малышка подняла голову, признала любимого дядюшку и заливисто рассмеялась. Окровавленным ртом. Дин бросился к ней, упал на колени. - Лилидин! Что? Где больно? Зажав в пальцах нечто серебристое и продолговатое, девочка перелезла через сумку, шустро поднялась на ножки и сделала несколько маленьких, но отчаянно смелых шагов. Протянула ручки к Дину и радостно бухнулась в объятья, тыча ему в губы своим трофеем. - Мама цём! - объявила она. - Мама сейчас придёт, мама поцелует, всё будет хорошо, - скороговоркой выпалил Дин, пытаясь одновременно обнять малышку, увернуться от кормёжки и заглянуть ей в рот. - Сэм! Позови Эйлин! Мелкая что-то съела! Родители примчались мигом из соседней комнаты и застали умилительную картину. Дочурка весёлым угрём вертелась на коленях у Дина, лица у обоих были щедро перемазаны красным. - Вы что тут, в индейцев играли? - спросил Сэм. Эйлин присела рядом, наклонилась к дочке и поцеловала в крохотный нос. - Ой, моя помада! Дай-ка её сюда, дорогая. Тебе ни к чему, ты у меня и так красавица. - Уфф. Я уж думал, у неё кровь, - Дин начал успокаиваться. - А это опасно? - заволновался Сэм. Эйлин поднесла тюбик к глазам, вглядываясь в убористый шрифт. - В составе ланолин, пчелиный воск, масла... нет, не думаю. Лили самый кончик отгрызла, по Дину и то больше размазала. - Как она только добралась до твоей сумки? Ходить же ещё не умеет! - Умеет, Сэмми, - отозвался Дин и на радостях чмокнул Лили в кудрявую макушку. - Ещё как умеет! - Да ты что! - Сэм всплеснул руками. - Сама? Не за ручку? - Я тебе говорю, сейчас ко мне дошла! Вон оттуда! Сэм переглянулся с Эйлин. - Ничего себе. Это что теперь, ничего на столах оставлять нельзя? - Опасно недооценивать противника, - Эйлин подняла указательный палец и подмигнула дочери. - Особенно если мы сами его породили. - Дя-дя-дя! - подтвердила Лили и ухватила Дина за нос. - А ёлку теперь как ставить? - продолжил Сэм. - Она ж её мигом разорит! - Можно нарядить и к потолку подвесить, я уже придумал, как, - сказал Джек, заходя в комнату. - Прямо над штабным столом, а подарки пусть Санта на него положит. Дин щеголял следами от помады до вечера, страшно гордый. На вопросительно поднятую бровь Каса наклонился к его уху и поведал доверительным шёпотом: - Это от прекрасной девицы. Расхитительницы сердец.